Обмен: Черное на Белое

Облачная башня Дождь шелестел за стенами Облачной башни, а та словно бы тихо урчала в ответ. Первые дни Флора даже думала, что сошла с ума, но после получаса проведенного в библиотеке убедилась в обратном. Школа действительно была живой. Впрочем, этот факт особо не скрашивал суровую действительность. Учеба давалась тяжело. Девушка так и не нашла чего-то более стоящего старой легенды, а время неумолимо шло — соседки жаловались на груды изорванных листов, на которых Флора тщетно пыталась вывести свое имя или хотя бы отдалено описать проклятие. В конце концов фея настолько отчаялась, что понеслась в кабинет Гриффин, но неведомая сила завладела ее разумом, перед глазами поплыл туман и через несколько мгновений она уже шла обратно в комнату. Тоже самое повторилось при попытке поехать в Алфею. Это издевательство — сказали бы Винкс, а Валтор возразил бы, что искусство. Магия никак не подчинялась, и признаться, Флора устала с ней бороться. Ей начало казаться, что сила Тейи хотела просто отдохнуть. Отдохнуть и растаять, просочившись куда-то в бесконечность. Не быть ей ни ведьмой, ни феей — для нее написана жизнь без магии. Постепенно Флора начала понимать, почему Тейя так отчаянно желала обмена. И это ее пугало. Ведьма не сдастся. Она не вернётся к бесконечной отработке простейших заклинаний с пустой надеждой в сердце. Так же как не вернётся к бессмысленной жизни в Солярии — в политике ей не место, в бурном потоке дамских сплетен и интриг — тоже. Пусть Флора и не охотно призналась самой себе, но на месте Тейи она бы тоже желала чего-то особенного. А значит, схватка будет тяжёлой, и пока перевес не на стороне феи. Эти мысли… Эти мрачные мысли превращали сердце в тяжёлый кусок свинца в груди. Они тянули вниз, словно хотели, чтобы Флора упала на колени от свалившихся страхов и отчаяния. Коридоры казались бесконечными каждый раз, когда Флора возвращалась с занятий в свою комнату. Они петляли, словно змеи, и фея готова была поклясться — вчера ходы были куда проще. — Так-так-так, кто тут у нас ходит совсем один? Флора вздрогнула. Из темного поворота тенями выплыли две ведьмы, причем сестры Даркнес. Учебники посыпались на пол вместе с куцей тетрадкой и несчастной авторучкой. Сестры Даркнес шли по стопам злосчастно известных Трикс, правда пока что действовали поумнее. Будучи реальными родственницами они приехали с темной планеты Дарк и владели магией ночи и тьмы. Для ведьм силы лучше сложно представить. Старшая сестра любила появляться из ниоткуда, шептать по ночам и сталкивать с лестниц девиц, что нарушают комендантский час. Уже не одна ведьма побывала в медпункте после встречи с ней. А младшая… Младшая действовала коварнее — она забиралась к жертве в сон и мучала до изнеможения. После нее медсестра принимала у себя не меньше студенток. Но славились они не только этим, а еще запугиванием и воровством. Планета Дарк была не слишком дружественной, в прошлом их армия прошлась по большей части магического мира и после проигрыша Альянсу светлых государств скатились в бедность под гнетом санкций, контрибуций, запретов и повышенных налогов. Как итог: даже наследные принцессы спустя десятки лет ловят одногруппниц в поисках лишней монеты. — Тейя, ты кажется совсем забыла о нашем договоре. Старшая подошла к Флоре поближе и провела черным ноготком по ее щеке. Фею бросило в холод от темных холодных глаз. — Забыла о своих старых подружках, — поддержала младшая и обошла Флору. Она встала за самой спиной. Липкое холодное дыхание у шеи заставило вздрогнуть. — Я не совсем понимаю о чем вы… — О солярийских золотых. Кажется, полторы сотни, да, Мара? — Сестрица, полторы было на прошлой неделе. Сейчас, думаю, уже все три. — Я… Флора не успела ничего сказать, как согнулась пополам. У старшей сестры Даркнес был крепко поставленный удар, а у младшей стальная хватка. Острые когти вцепились в ее руку. — Мне больно! — А не делиться с нами не больно? Это ведь из-за твоих предков наша планета бедствует. Щеку обожгла пощёчина — звонкая и терпкая — во рту фея почувствовала железный привкус крови. Она попыталась вспомнить хотя бы одно заклинание из прошлого — как бы оно не сработало это лучше безвольного избиения. — Ядови… Ее схватили за волосы и впечатали в стенку. С глухим стоном Флора осела на пол. В полумраке глаза сестер горели пламенем. Им нравилось — а фея молилась дракону в пустоту. Никогда… Никогда она не была в такой ситуации. Раньше ей помогли бы Винкс или Гелия, а ещё раньше, на планете Линфея, о таком и подумать не представлялось возможным. — Оставьте ме… Ещё удар. Пощёчина. Когти и вправду оказались острые, даже слишком — по коже полились тонкие струйки крови. — Отдавай деньги! — У меня нет… Флора согнулась. Боль пронзила живот с такой силой, что она едва не выблевала все внутренности. — Я принесу. В комнате у меня есть пара сотен. — Пара?! Нам нужно минимум три! Сестры были сильнее, чем казались. Будучи тощими и не слишком высокими, они пригвоздили фею цепкими пальцами к стене. Старшая схватила шею, сдавив чуть слабее чем нужно, чтобы придушить. Флора беспомощно болталась в воздухе, затуманенный взгляд блуждал по коридору. По нему уже прошло несколько девушек, но они либо стыдливо прятали взгляд, делая вид будто не замечают, либо презрительно хмыкали, будто видели какую-то детскую возню. — Помо… Рука сдавила шею сильнее. — Тебе никто не поможет. Внезапно хватка ослабла, а сестры почти дружески приобняли Флору. Мара тихонько захихикала, чуть толкая фею. — Ну ты даёшь! Тихие звон каблучков становилось громче. — Пискнешь — убью, — прошептала старшая, чуть прикусив мочку уха. Наконец из-за угла выплыла фигура профессора Заратустры. — У вас все порядке, юные леди? — Более чем, — с улыбкой отозвалась Мара. Флора взглянула на Заратустру уже заплывшем глазом, но не смогла сказать и слова, будто бы кто-то склеил губы. Она надеялась, что по измученным глазам все станет ясно — биться сил не осталось. Но преподаватель коротко кивнула и скрылась в темноте. Фея не верила. Конечно, это Облачная башня, а Заратустра владеет темными силами, но неужели ее сердце настолько прогнило и очерствело, что она бросит ученицу в такой момент? Почему она не прекратила это? — Хорошая девочка. — Фея вздрогнула от этого, поистине дьявольского, шёпота. — А теперь продолжим. Холодное лезвие прислонилось к шее — Флора смирилась. Уж если учителя не помогают, то значит никто не осмелится.

***

Очнулась Флора в том же коридоре. Какая-то первокурсница трепала ее за плечо, шепча что-то дрожащим писклявым голоском. Фея привстала. Голова раскалывалась, все тело так болело, словно побывало в роли отбивной. К горлу подступала тошнота. — Ты живая? Идти сможешь? Кое-как Флора кивнула, девчушка облегчённо вздохнула и, похлопав по плечу, побежала дальше. Где-то в коридоре эхом раздалось что-то вроде скупых извинений. Опаздывает небось или боится, что Даркнес вернутся. Слава Дракону, жилые комнаты были недалеко, иначе девушка упала бы где-нибудь и провалялась до… А неизвестно чего. Наверное, пока кто-нибудь из преподавателей не наткнулась бы на полуживую студентку на полу. Хотя после случившегося Флора не верила даже в это. Стащив обувь на входе, Флора сделала несколько шагов и повалилась на ковер. Сознание вновь покинуло ее. Очнулась она спустя время, от ощутимых ударов по щекам. Сначала появились звуки: чье-то недовольное бурчание и шелест взволнованного голоса. — Если она сейчас не очнется… — … денется… В нос ударил резкий запах такой силы, что Флора едва не подскочила с кровати. Глаза заслезило, а в горле запершило так, что она тут же согнулась в приступе кашля. — Ты чем слушала на курсе первой помощи? Нельзя так близко совать! Травани ее ещё! На руке у Флоры осталась капля крови. Она вытерла губы — там было больше. — Черт, возможно повреждены внутренние органы. Беги в медпункт. Одна из соседок тут же вскочила и скрылась за дверью. Вторая притащила с ванной таз горячей воды и несколько чистых полотенец. — Сядь. Тело Флоры словно горело. В голове звенело, перед глазами расплывалось все вокруг — она даже не сразу узнала свою зеленоволосую соседку. — Сейчас, Кэлли принесет лекарство, а пока нужно промыть раны. Флора послушно молчала, пока соседка стянула с нее верхнюю одежду, оставив в белье. Сейчас ей было не до стеснений. Теплая ткань коснулась избитого тела. В первую секунду оно содрогнулось то ли от страха, то ли неожиданности, но потом начало расслабляться. Грязные капли стекали с мокрой тряпки в таз, окрашивая воду. — Мы же тебя предупреждали. Флора охнула, когда соседка промокнула особо глубокий порез. — Терпи. Раны необходимо промыть и обработать. — Почему никто мне не помог? Даже профессор Заратустра… — Ты прекрасно знаешь ответ. Никто не поможет нам, когда мы вырастем. Нужно учиться защищать себя уже сейчас. Вторая девушка пришла с парой тюбиков и огромной кружкой резко пахнущей жидкости. Вся комната пропиталась тошнотворным запахом горелых трав и перемолотых внутренностей. — Это на синяки, а это на раны. Не перепутай, а то чесаться будешь неделю. Зелье выпить пока горячее. Она взглянула на часы. — Мы уже опаздываем на занятия, так что постарайся сама. Главное выпить зелье — оно против внутренних повреждений. С остальным, если что, поможем после. Когда Флора осталась одна, она тоскливо посмотрела по сторонам. Полумрак, вонь, холод — и все это теперь реальность. Кровь, пот и боль. Горечь, одиночество и ненависть. Слезы полились по щекам и неприятно закололи ссадины. Подумать только — и сюда родители отправляют своих детей? Да как их нужно ненавидеть, чтобы обречь на страдания? Или может быть они не в курсе? И почему директриса Фарагонда ничего не сделает? Неужели она не может поговорить с Гриффин? Флора встала перед зеркалом и дрожащими руками взяла тряпку. Она оставляла бордовые разводы на почти белой коже. Но фея смотрела, продолжая стирать тряпку, снова и снова смывала кровь. Синяки уже налились и темными пятнами расползались по телу. Особенно выделялся вокруг глаза — ведьмы завтра будут скалиться. Раны испещрили все тело, в некоторых местах они были довольно глубокие, и Флора едва сдерживала рвотные позывы промывая висящие куски кожи. Мазь ложилась ледяной коркой как и на раны, так и на сердце. Она должна быть сильной. Должна вернуться. Зелье было не менее мерзким, чем все, что окружало фею. Склизкое, темно-серое, с желейными кусочками. Флора едва допила до дна — как раз в секунде от того, чтобы вывернуться наизнанку. А когда последняя капля попала ей в рот, кружка выпала из рук и разбилась. Пальцы тряслись. Флора с трудом сдерживала желание упасть на осколки и зареветь. Так она стояла пока не нашла в себе силы их убрать и зарыться в постель.

***

Алфея Следующая неделя прошла тихо. Мы учились, занимались, старались. Я все никак не могла догнать Флору в успехах: за что меня журили преподаватели и пару раз даже досталось всем Винкс. Они же меня утешали и давали плакаться в жилетки. Я говорила, что волнуюсь. Все же сражаемся не с Трикс, а с магом, который чуть не поверг мир в хаос. Пока они верили. По крайней мере, я на это надеялась. Мое спецзадание летело к чертям. Пубертатные язвы вспыхивали точно спички, но так же быстро мирились. Чёртовы максималистки. Пока что моим достижением было лишь подавленное состояние Текны — она ушла в тихий игнор и раздумья бросать своего специалиста или нет. К слову, знала об этом только я, все остальные приписали ей идентичные мне нервозы, что было только на руку. В общем, нужно было срочно что-то предпринимать, если я хочу поскорее испариться из этого ванильного мирка. Да ещё и про этого Валтора узнать побольше. Про то, что он и правда супер-маг, создание трёх древних ведьм и связан с великим драконом, написано везде… А вот о печатях и любви к сделкам хоть бы кто написал! Как говорится, хочешь сделать хорошо — сделай сам. А ведь я не шучу, как кончится все, напишу трактат о сделке с древним чучелом. Ах да, отдельную главу я обязательно уделю тому, что клеймить да и ещё так, что проклятый знак постоянно чешется, плохая идея. Однако в других книгах я нашла похожий прием. С помощью меток можно было отслеживать как людей, так и животных. И ставились они не на тело, а на более глубокие материи - душа, аура, сущность - на какие именно авторы сами не определились. Но в любом случае, теперь понятно как он смог меня найти в лесу. Вполне возможно даже, что на территории Алфеи его следилка не работает. Или Валтор не хотел видеть Фарагонду, которая, между прочим, входила в состав той самой шайки, что отправила его демоническое величество в Омегу. А сделать эту печать видимой вообще исключительно блажь ради самолюбия, из-за которого мне приходилось по несколько раз в течение дня наносить толстый слой тонального крема. К тому же клеймо входило в третий класс стандартных проклятий, а значит могло быть снято только при личном присутствии как проклятого, так и проклинающего. С другой стороны такого рода заклинания в теории должны сниматься пыльцой Энчантикса. Но обращаться к Лейле с этим вопросом, я, понятное дело, не спешила. Вечером, когда я делала уроки за столом, к окну подлетел белоснежный голубь. Заметив что-то интересное на его лапке, я открыла окно, наколдовала горсть птичьего корма — надеюсь, несчастное создание не помрет — и аккуратно отвязала письмо с желтым цветком. Вдохнув чудесный аромат, улыбнулась. Как же приятно получать такие милые и главное неожиданные подарки. Это тебе не сухенький букетик при дворе в честь праздника. — От Гелии? — спросила Блум. Она тоже занималась. — Да, — все ещё улыбаясь ответила я, хотя и удивилась, что он не отправил бумажного посланца, как в прошлый раз. Боже! Там билет на какой-то крутой концерт, послание и портрет. Вот же Гелия хитрый жук. Когда успел меня у озера нарисовать? Или все запомнил до мельчайших деталей, а уже в Красном фонтане взялся за бумагу да уголь? Ещё и билеты не просто на крутой концерт, а к самим CA/CD*. Меня сложно назвать их заядлой фанаткой, но несколько десятков песен в плейлисте точно найдется. Но Великий Дракон надо мной посмеялся — прочитав письмо, я поняла, что билет не мне, а Музе. Видите ли Ривен укатил в срочном порядке на какую-то полевую практику и приедет только на концерт. И то, как я поняла, не совсем легально и если получится, поэтому собственно билет и был передан Музе таким способом. Вернее планировался, все же пока он в моих скромных лапках. Быть может голубь Гелии все же сдох или заблудился по дороге. «Кажется, они серьезно поссорились, и Муза игнорирует Ривена, — про себя прочитала я. — Давай попробуем их помирить?» Я мазнула взглядом по окну — птица все ещё клевала корм. Покосившись на Блум, которая уже во всю что-то строчила в телефоне, я наклонилась поближе к подоконнику и прошептала: — Чумное дыхание. Темные заклинания и фейский прикид — шикарное сочетание. И главное возможное — история знавала подобные примеры, пускай все светлое общество игнорировала их существование. Правда до получения Энчантикса лучше не увлекаться, а то мало ли. Едва я успела убрать письмо в шкафчик под столом, как в комнату влетела Муза. Тактично выгнав Блум из комнаты она села ко мне поближе и начала осторожно спрашивать про мои отношения с Гелией и про то, сколько внимания он мне уделяет. Но будем честными — Муза слишком эмоциональная, и пары уточняющих вопросов про Ривена хватило, чтобы ее лицо побледнело, а ресницы задрожали. И пускай она не доверила мне свой секрет, я уже догадалась — между ними пробежала тень непонимания, как у Текны и Тимми. «Что ж, — смотря на дверцу шкафчика подумала я, — теперь между ними пробежит еще черная кошка в моем лице. Сама судьба указывает мне имена. А, значит, пора повышать ставки». Конечно, план ещё не созрел, но очередная жертва и возможный инструмент влияния выбран.