Be with you

Под краешком одеяла мелькнула маленькая розовая пятка и тут же спряталась. Пальцы опять пощекотали мягкую кожу и омега что-то пробурчал, накрываясь с головой. Скрипнула пружина на кровати и матрас прогнулся под чужим весом. Тëплый кокон внезапно оказался раскрыт и крепкое, ещë влажное после душа тело прижалось к омеге со спины. Большая ладонь поползла под пижамную куртку и остановилась на животе. Омега причмокнул пухлыми губами и продолжил дремать. Черноволосый юноша клюнул носом в румяную щёку, но не получил отклика. Тогда он оставил поцелуй на маленькой тëмной родинке на шее, погладил хрупкое плечо и прижался к нему губами через ткань. Этот аромат… Никакой посторонний химический запах не мог перебить запах его тела, его кожи. Он пах молоком и детством. Спокойствием и уютом. Его кожу было так приятно гладить, ощущать еë бархатистость и гладкость. Да и весь он сам был словно создан для него. Это нормально, что он постоянно хочет к нему прикасаться? – Привет, – прошептал Чимин, поудобнее устраиваясь в объятиях парня. – Щекотно… – Привет,– альфа продолжал ластиться, как кот и зарываться носом в светлые волосы. – Я не хотел тебя вчера будить… С днём рождения! –Я забыл… Спасибо! – омега открыл глаза и тут же ахнул. Все уголки комнаты утопали в цветах. –Ты сошел с ума! Это же так дорого! – Ты для меня самый дорогой человек, – глаза парня сияли от счастья. –Мне для тебя ничего не жалко. Я благодарен провидению, что мы встретились. – А ты для меня, –Чимин, еле сдерживая слëзы, притянул его к себе и крепко обнял. – Спасибо. Я этого не заслуживаю. –Ты заслуживаешь всë самое лучшее, что есть в этом мире, –альфа прикрыл глаза, наслаждаясь теплом, исходящим из маленького тела. – И как бы мне не хотелось тебя сегодня никуда не выпускать, нам надо начинать собираться. День твоего двадцатилетия только начался. Сегодня я исполняю все твои желания. Помнится, ты очень хотел попасть в Сеуле на некий спектакль… – Не может быть… – Может… Поэтому нам надо спешить. Рейс через пару часов. – Юноша нехотя выскользнул из постели и скрылся за дверью. Кошак начал орать не своим гласом. Предчувствовал, зараза, что сегодня он будет жрать за троих. Омега закрыл ладонями лицо и засмеялся. Он просто невероятен. И он его муж. Просто удивительно. ***** Брюнет поднял брови и тихо хмыкнул, распаковывая очередную коробку.Таких коробок за последние пару недель набралось уже несколько десятков. Что с ними со всеми делать, он не знал. Под бумажной мишурой оказался очередной вычурный предмет одежды, расписанный диковинными узорами. Он взял мягкую ткань комбинезона и подумал,что тот явно сшит в африканском стиле. По крайней мере, для еë жителей. От яркости цветов рябило в глазах. – Мелкий, твой отец сумасшедший! – Мин обратился к лежащему в колыбели и пускающему пузыри пухлому младенцу. Юнги долгими часами всматривался в его лицо, пытаясь разглядеть, на кого он похож. Если сначала ему показалось, что на него самого, то сейчас он заметил, как черты самого омеги растворялись в маленьком альфе. Вот разрез глаз такой же, как у Юнги. И кожа. А губы и подбородок, брови – всë унаследовал от Тэхëна. Омега полюбовался его полосатыми ползунками и закатил глаза, обращаясь к невидимому божеству и сетуя на странные вкусы своего альфы. – Ты явно будешь самим модным на детской площадке. И самим странным… Постой, сейчас мы позвоним твоему папочке… Юнги плюхнулся на разворошенную кровать и начал искать телефон. Правда, найти его было не так просто. Омега свесился головой вниз, почти касаясь кончиками отросших волос недавно прибранного пола, и его глаза просканировали пространство в поисках пропажи. Здесь же не было фантиков от этих конфет и огрызков карандашей! Он же только недавно убирался! Что за х…ня. Кхмм… Безобразие. Не мог он так насвинячить за пару суток. Телефон обнаружился под горкой утеплëнных носков, вывернутых наизнанку и брошенных в спешке. Мин растянулся на кровати, одной рукой нажимая на вызов, а второй отбрасывая мишуру подальше от себя. Ну, и где этот недомиллионер? Юнги постучал кончиком обглоданного ногтя по экрану и сузил и без того кошачьи глазки. Он же его просто закопает, если тот сейчас не ответит. Мин облизал пересохшие губы, когда очередной вызов не остался без внимания, и он услышал низкий басистый голос. Под рëбрами что-то тоскливо заныло, но брюнет сразу же отмахнулся от надвигающихся соплей. – Ты долго не брал трубку, папаша, – фыркнул Юнги вместо приветствия. –Чем ты так был сильно занят? Опять задницей светил перед софитами? – Эй. Это же секрет. Ещë никто не знает. Журнал же ещë не вышел, – удивился Тэхëн, выходя из шумного зала в сторону коридора. – Прости, я не мог ответить. – Ким выглянул краем глаза из-за портьеры и тут же вернулся на свое место, невидящим взглядом сканируя свое изображение в оконном стекле.– И моя задница там прикрыта. Но если тебе нужноещë одно фото… – Вот именно, что только задница. В другой раз, – отмахнулся омега и боднул ногой покрывало, прикрывая выглядывающий кусочек бумаги из-под подушки. Вот ещë. Чего он там не видел?Задница, как задница. Подтянутая такая, округлая… – Ты столько раз звонил, – обеспокоенно спросил альфа, ослабляя галстук на шее. –Что-то случилось? Ты заболел? Что-то с Тхэвоном? – Нет. С мелким все в порядке. Лежит и слюни пускает, – ответил Мин. – Весь в тебя. – Ну, я же на тебя пускал, – миролюбиво ответил Ким, прислушиваясь к чуть хриплому голосу. – Как же на тебя не пускать слюни. Ты же такой соблазнительный…особенно сейчас… Твои формы просто… – Так, – бесцеремонно оборвал его влажные фантазии омега, отодвигая свои мыслишки подальше и возвращаясь к интересующей его теме. – Ты лучше скажи мне, Ромео, ты продал почку? Или грабежом занялся? – Нет, – растерянно ответил Ким и нервно зашагал по периметру балкона. – С чего ты взял? –Тогда откуда ты набрал столько недешевых шмоток, придурок? Связался с уголовником… Вот подфартило тебе, Юнги. Как ты это представляешь? Чтобы я, Мин Юнги, носил тебе передачки в тюрягу, а твой сын рисовал тебя на уроке как попугая в клетке? – Да не было ничего такого. Знакомые навели меня на след одного магазина, где торговали их друзья. Никакого криминала. Да и я нашел ещë одну подработку. – И что же это? – скептически спросил Мин, напряженно вглядываясь в потолок. – Ты что-то от меня скрываешь. Прямо всеми костьми чую. Ты мне изменяешь? Только посмей, я никогда тебе не прощу. Техëн остановился в комичной позе с поднятой ногой и разинутым ртом. – Ты с ума сошел! Что за бред ты себе выдумал? – А что? Мы видимся очень редко. Ты свободен. Наверняка, хочешь порезвиться. А может уже… И не один раз… –Да что же это такое?Я что, хоть когда-нибудь давал повод в себе сомневаться? Поверить не могу,– воскликнул альфа. – Ты думаешь, я уехал, чтобы с кем-то развлекаться?Серьëзно? Я, который выбрал тебе свадебный наряд ещë в третьем классе? Да я невинность потерял с тобой, – прошипел обиженно Ким, понижая голос. – Ты думаешь, если бы я так хотел кому-то присунуть, то меня бы что-нибудь остановило? Ты такого обо мне мнения? Ты думаешь, мне они все интересны? Нет. Я же как слепой идиот никого и ничего не видел кроме тебя. И не вижу. Это помешательство длится годами и меня всë устраивает. Позволил над собой издеваться, вытирать об себя ноги, чтобы моя семья ни в чем не нуждалась. Ты знаешь, как мне тяжело думать каждую минуту о том, что я не могу видеть, как растëт мой сын, как улыбается, как тянет свою ручку? Думаешь, что я не знаю, как тебе тяжело? Думаешь, что я не понимаю, как ты одинок и несчастен сейчас? Ты молча тащишь всë на себе, а я сейчас ничего не могу сделать. Чëрт возьми, ничего. И это меня убивает! – Ты и не должен ничего делать, – Юнги прикусил губу и опустил глаза на свою толстовку. – Ты не обязан. Я же ничего этого не требую. – Нет, обязан, – Тэхëн вцепился пальцами в перила балкона. – Когда-нибудь, ты будешь хозяином в своëм доме. Нашем доме. И ты не будешь ни в чëм нуждаться. Я тебе обещаю. – Тэхëн, не надо… Альфа забарабанил пальцами по железной ограде и внезапно выпрямился, решая что-то для себя. – Я заберу вас. Скоро. Дай мне два месяца. Я приеду за тобой. Я приеду, Юнги. Слышишь? Пухлая рука в бархатной перчатке отодвинула портьеру. Глаза женщины прошлись по напряженной спине юноши. Ким внезапно обернулся, ощущая чужое присутствие, и быстро прошептал: – Извини, я перезвоню позже. Люблю тебя. Дверь на балкон открылась и омега, придерживая край изящного длинного платья, переступила порог, приближаясь к альфе. – Закончили разговор? Вы задержались, – строгий голос, казалось, резал тишину. Юноша быстро спрятал телефон в карман. Его так и тянуло сказать пару ласковых слов, но он тутже сдержал себя и нацепил на лицо одну из самих милых улыбок. – Простите, миссис Кан, такого больше не повториться. – Тэхëн подошел к женщине и подставил ей услужливо локоть. Дама положила свою ладонь на его руку и пара направилась обратно в дом. – Я могу как-то искупить свою вину? – Посмотрим, что ты можешь мне предложить, – глаза омеги прошлись по его фигуре и Ким внутренне содрогнулся. И эта туда же. Ей же уже явно не 40, хоть она и молодо выглядит. –Такой хорошенький малыш,– длинный палец женщины прошелся по напряженной шее и парень застыл. Окружающие не смотрели на них. Здесь такое явление не было чем-то необычным. – Ты мог бы попросить у меня прощения, у меня дома. Мы могли бы выпить вина. – Прошу прощения, миссис Кан. Смею Вам напомнить, что в мои обязанности этот пункт не включен. Контракт, – напомнил ей юноша. – Очень жаль, – женщина недовольно хмыкнула и убрала ладонь из его груди. – В следующий раз пусть пришлют кого-нибудь посговорчивее. Я, как клиент, хочу, чтобы мои желания были исполнены, поскольку я плачу деньги. – Простите, я действую согласно контракту. – Кого только компания набрала?– сетовала темноволосая мега, хватая бокал шампанского и тут же выпивая его залпом. –Пойдëм, малыш. Кое с кем надо поздороваться. Ким покорно последовал за ней, в мыслях проклиная всех и вся. Скоро, Юнги…Только дождись. ***** Старший Мин медленно гладил омегу по спутанным волосам и продолжал прижимать его к себе. Юнги поджал ноги на кровати и пытался спрятать своë лицо в одеяле. Какого черта его так развезло? Всë же было нормально. Он встал в очередной раз после короткого сна, чтобы проверить Тхевона, как потоп слëз настиг его и превратился в истерику. И сейчас его, всего в соплях и грязной одежде, утешают. Какой позор… – Ты не должен был что-то доказывать… Тем более, постоянно быть железным и сильным… Тебе нужен отдых… – Я не устал, папа. – Я же лучше вижу. Кстати, я хотел с тобой поговорить вот о чем.– Мужчина замялся, не зная как сказать. Юнги вытер нос пижамой и напрягся. Он уже знал, что такие разговоры ничем хорошим не заканчивались. – Тебе нужно опять уехать? – пустым голосом спросил он, зная наперед ответ. Он всегда уходит. –До января мне нужно будет наблюдать за объектом в Тегу. Я предлагаю тебе поехать со мной. Сменить обстановку. Побудешь там пару месяцев. Отдохнëшь. А потом решишь, что делать дальше. Тэхëн заберет тебя, когда сможет. – А как же Тхевон? Я не могу оставить его. – Малыша заберëм с собой. Ты ещë помнишь, где живет твоя бабушка? – Не особо. – Тебе было девять, когда ты в последний раз ее видел. Я говорил с ней, – старший Мин провел ладонью по отросшим волосам омеги. – Она очень хочет увидеть правнука. Подумай, Юнги. Я не заставляю тебя. Омега разжал ладонь, в которой держал всë время мягкую детскую рубашку и выдохнул. ***** Черные колëса байка были мастерски покромсаны и висели жалкими лохмотьями. Чонгук шокировано смотрел на этот кошмар и не мог добрать слов, чтобы выразить свою ярость. Он пнул ногой мотоцикл и раздраженно зарычал. – Какого черта? Какая с…а это сделала? Найду – урою! – брюнет помчался назад в здание университета. Комната видеонаблюдения нашлась достаточно быстро. Пожилой бета недовольно посмотрел на запыхавшегося альфу и нахмурил брови. – Мне нужно посмотреть видео с камеры наблюдения, – поставил его перед фактом Чонгук и с грохотом закрыл за собой дверь. – Сынок, а больше ничего тебе не нужно? – насмешливо произнëс старик и потянулся к своему кофе. –Молодëжь сейчас такая наглая. Вламываются без спроса и разрешения. Иди куда шел. – Простите. Мне очень нужно посмотреть на парковку. – А я хотел бы посмотреть, как закрывается за тобой дверь,– ответил невозмутимо бета. – Вы не понимаете… – Это ты не понимаешь. Не мешай мне работать. Чонгук положил мятую купюру на стол и придвинул к мужчине поближе. – Не хочу вас больше беспокоить, но это вопрос жизни и смерти. Кто-то испортил мне колëса на байке. Прямо на школьной парковке. Бета пожевал губу и быстро положил тетрадь поверх купюры. – Молодëжь такая щедрая. И глупая. Зачем такому сопляку байк? – мужчина покрутился в кресле и повернулся к экрану. – Так какое время тебе нужно? – До обеда, – Чон нагло сел на соседний стул и уставился немигающими большими глазами на компьютер. – Вот, смотри. 11.13. Твой преступник. Альфа наблюдал за тем, как высокая фигура в черной маске и во всем черном приблизилась к байку и присела. Спустя пару минут, оглядевшись по сторонам, человек не спеша вышел из парковки. – Чëрт возьми! А приблизить никак нельзя? Здесь же ничего нельзя разобрать. – Я тебе не полиция, мальчишка, – заворчал бета, вновь возвращаясь к работе. – Наверное, ты кому-нибудь насолил. Ну, или тебе завидуют. – Да кому я мог насолить? – нервно улыбнулся Чонгук и взлохматил отросшие волосы.– Спасибо, дядюшка. А и правда. Кому? ***** – Чимин, что ты думаешь о постановке господина Линя? – Джексон старался шагать в ногу. Омега всегда был предельно собран и вечно куда-то торопился. В принципе, альфа не удивился, узнав, что тот будет выступать в первом ряду. Но ещë больше ему льстило не то, что его также выбрали как ещë пару танцоров для первой линии. Нет. Он всë-таки будет танцевать с ним. Настроение медленно повышалось и грозилось достигнуть радужных облаков. Только вот блондин воспринял всë как-то более безразлично. Он склонился в благодарном поклоне, приветливо поздоровался со своей новой группой и тут же продолжил трудиться. Серьëзный и ответственный, он медленно становился любимчиком всех преподавателей. Ван подумал о том, что если бы Чимин был более решительным и выдвинул бы свою кандидатуру в студсовет, то он бы проголосовал всеми руками и ногами за него. – Думаю, что-то может выйти, – ответил омега, направляясь с группой к выходу из корпуса. Через 20 минут нужно было попасть не только в соседний корпус, а и на последний этаж, в последнюю в конце коридора аудиторию. Правда, потом нужно было опять вернуться в первый корпус. Кхм. Тут хочешь или не хочешь, а приходится всегда быть в тонусе. Им на встречу двигалась вторая толпа студентов. Волна запаха из университетской столовки пронеслась мимо них. Джексон придержал для омеги дверь, дождался, когда маленькая фигурка проскользнëт наружу и поспешно двинулся следом, стараясь не отставать. На улице было пасмурно. Вот-вот должен был начаться дождь. Воздух был влажным и насыщенным. Чимин подтянул капюшон толстовки повыше и, вжав голову в плечи, ускорил шаг. – Ты не замëрз? – попытался дотронуться до его плеча Ван, на что омега увильнул, избегая его прикосновения. –Извини. – Не трогай меня. – Ладно, – поджал губы альфа. – Я просто спросил. – Я не люблю, когда ко мне подкрадываются, – буркнул Чимин, ныряя под спасательный козырëк корпуса. – Не надо обо мне беспокоится. Сейчас опоздаем … – Прости. Больше не буду, – вновь извинился Ван и тут же перевëл тему. – Я вот не люблю, когда мне мешают читать. Я могу наброситься и покусать, если не узнаю, чем всë закончилось. – Что? Правда? – пухлые губы дëрнулись в улыбке. – Правда. Правда, – закивал альфа, поднимаясь по лестнице следом за однокурсниками. ***** «Большинство фотографов убеждены, что под цифровой «зеркалкой» следует понимать аппарат, разработанный на базе 35-миллиметровой камеры и снабженный байонетом, подсоединяющим к камере…» Чонгук перевернул страницу учебника и вновь прикипел к тексту. Его группа сейчас ждала под кабинетом профессора Квака. Дедушка очень любил обедать, поэтому часто опаздывал. А ещë он путал и лица и фамилии. Что его студентам было только на руку. Вот и сейчас большинство бедолаг, пользуясь моментом, в быстром темпе листали учебник по истории фотографии. Хёнбин подтянул свои клетчатые брюки и уселся на подоконник, весело насвистывая и рассматривая коридор. Он не парился над домашкой. Процент вероятности того, что его спросят, был очень низким. – Ты посмотри только на этих крошек, – присвистнул рыжеволосый, поглядывая на стайку студентов, впорхнувших в коридор шумной толпой. – Они все как на подбор – тоненькие и соблазнительные…Особенно, тот, что справа… Эээ… разве это не Чимин? А кто это с ним? Чонгук резко поднял голову и уставился в конец длинного коридора. Возле стенда толпилась кучка студентов с хореографического. Он сразу узнал своего омегу по светлой толстовке, поскольку у него была такая же.Чимин сжимал в руках тетради,внимательно всматривался в расписание и что-тоговорил.За ним, вернее над ним, стояла туша наглого китайца. Смертник cлишком близко прижимался к его омеге, которому было явно некомфортно. Чон заскрежетал зубами, когда увидел, как его ладонь остановилась в сантиметрах от талии блондина и нахально поползла вверх, как бы оглаживая спину. Что за… Чонгук уже сделал шаг, чтобы поговорить «по душам», когда из-за угла вышел блаженно улыбающийся профессор, тщательно вытирающий на ходу бурое пятно на своëм галстуке. – Заждались, дорогие студенты? Альфа с досадой посмотрел на уже пустой коридор и сжал кулаки. Вот же сволочь. ***** Покручивая подвеску из кельтских рун на запястье, Джексон неспешно двигался по коридору. Свернув в сторону уборной, он заметил странного рыжеволосого парня в клетчатых брюках, который увидев его, начал что-то строчить в телефоне. Не замечал он за собой фанатов. Ван пожал плечами в недоумении и зашел в дверь. Сделав все свои дела, он уже мыл руки, как дверь скрипнула и альфа застыл, увидев в зеркале высокого черноволосого парня. Танцор отмер, выключил кран и тщательно вытер руки бумажным полотенцем. – Ну здравствуй, Джексон, – прошипел Чон и закрыл за собой дверь на замок. – Чонгук. Чем могу быть полезен? – Джексон выпростался на весь рост и уставился альфе в глаза. Тот криво улыбнулся, и через мгновение спина танцора коснулась двери туалета, а его горло сжали каменные ладони. – Ничего не хочешь мне сказать? – Чонгук сдавил шею сильнее. – Не понимаю о чëм ты, – на секунду вырвался из его захвата Джескон, но тут же ответный удар в живот заставил его согнуться и закашляться. – Не понимает он, – зарычал Чонгук, нанося ещë один по ногам и сбивая того с ног. – Думаешь,я не вижу, как ты на него смотришь? Постоянно лезешь к нему, лапаешь. Ты ничего, с..ка, не забыл? Он мой муж, тварь. Ты даже смотреть на него не имеешь права. Не то что касаться. – Он еще может передумать, – с ненавистью прокричал Джексон. – Чимин не твоя собственность. Ты просто запудрил ему мозги! – Он мой. Был моим и всегда будет. А тебя, червяка, ещë раз увижу возле него– раздавлю… Хëнбин зевнул и вновь прислонился к стене, услышав грохот. Внезапно дверь открылась и появился спокойный, как удав Чонгук. Он молча забрал свою сумку у однокурсника и направился в сторону коридора. Рыжеволосый покосился на дверь туалета и посеменил следом. – Ну как? Поговорили? – Поговорили, – брюнет хрустнул шеей, разминая, и продолжил идти. – Он хоть жив? – однокурсник посмотрел на красные кулачища и хмыкнул. – Вижу, ты ему подробно всë рассказал. – Что ему сделается? – А если ему не дошло? – Значит, разговор будет длиться до тех пор, пока он не поймëт. – Да ты просто зверь, – восхитился Хëнбин. – Никто не смеет претендовать на моë, – зарычал Чонгук и рыжеволосый мог поклясться, что на минуту увидел было блеснувшие клыки. –Тем более, обижать Чимина. Я не позволю. – Ладно.Ладно.Успокойся. Я тебя понял. – Хëнбин забросил ему ладонь на плечи и притянул к себе.– Пойдëм, терминатор. Хочу говядины. Прямо умираю. ***** – Всë, больше не могу, – омега вытерла пот со лба полотенцем и устало развалилась на полу студии. – Я тоже, – отозвался Минхëк со второго угла. – Я конечно понимаю, что на нас пятерых будет сосредоточено всë внимание, потому что мы на первой линии. Но я валюсь с ног. – Согласен. Это предел на сегодня, – Джексон подпирал спиной стену и пытался отдышаться. Синяки никак не проходили. Они чернели и ярко зеленели. Всë тело ныло. Джексон никогда не был задохликом и всегда умел дать сдачи. Но тогда он даже не успел сообразить, как его смяли, а железные кулачища чуть не сломали пополам. Кто бы мог подумать, что у крошки такая охрана. Взгляд Ванато и дело останавливался на тонкой изящной фигурке блондина, который сосредоточенно продолжал тренировать свои движения перед зеркалом. – Иди к нам, Чимин. Ты наверняка тоже устал, – позвал его Хан. – Никуда этот танец не денется. Придëмещë завтра. Успеем. – Я не устал, – упрямо пробормотал омега, пытаясь сделать совершенным одно и то самое движение, но оно, как назло, никак не удавалось. Какой же он бездарный. Чимин сжал зубы и посмотрел на своë отображение. – Ну, вы как хотите, а я домой, – встал с пола Минхëк и потянулся к своей сумке. – Мы с тобой … А ты, Ван? Нет? Чимин ?Всë ещë не сдаешься? Ладно. Тогда до завтра. Увидимся, – танцоры помахали ладошками и устало поплелись к двери. В зале стало необычайно тихо. Чимин в очередной раз включил музыку и начал танец с самого начала. Ван молча следил за его движениями, замечая, насколько тот выдохся. Наконец он не выдержал и присоединился к нему перед зеркалом. Вот омега повëл рукой возле лица, будто срывая с себя маску и выбрасывая еë, а потом обернулся, пытаясь убежать ото всех, но его тут же вернули на место и прижали к себе. Джексону очень нравился этот кусок выступления, где он, как самый сильный альфа среди танцоров, делал поддержку с омегами. Вот и сейчас, он забыл, как дышать, когда приподнял Чимина, обнял его маленькую фигуру со спины и сделал поворот. Омега опять делает попытку сорвать с себя все оковы. Тьма поглощает свет, но лучик ещë остается на свободе. Он тянется к солнцу и тьма отступает. Постепенно растворяется. – Ты можешь меня отпустить, – напомнил ему омега, когда Джексон внезапно застыл перед зеркалом, ловя их отражение. Чëрт возьми. Он был таким лëгким и воздушным. Мягким и маленьким. Почему же ему так не везëт. А омега же так правильно смотрится в его руках. Он должен был быть его.– Опусти меня! – закричал испуганно Чимин и попытался вырваться из его рук. – Пусти меня! Поставь меня на пол! – Прости, прости…Я, наверное, уже заснул, – сконфуженно молвил альфа, наблюдая за тем, как быстро собирается омега и неловко добавил. – Я бы никогда тебя не уронил. Омега сдержанно кивнул и, держа сумку в подрагивающих руках, открыл дверь. Коридор встретил его полутемнотой. Противное чувство поднялось вверх к горлу. – На сегодня всë. – Погоди, я тоже иду, – так же быстро засобирался Джексон, пихая всë подряд в спортивную сумку без разбора. Мысли прыгали как ненормальные. На парковке ещë оставались одинокие машины. Чимин достал телефон и начал писать сообщение. Чонгукки скоро будет дома. Он ещë успевает на автобус. – Я тебя провожу, – догнал его назойливый альфа. Чимин с опаской посмотрел на него и вздохнул. – Тебе будет не так скучно. – Спасибо, я и сам могу дойти, – омега почти дошел до поворота, когда следующие слова однокурсника заставили его остановиться. –Интересно, кого этот толстяк высматривает.. Мерзкий он какой-то… Особенно эти залысины… А взгляд… Неприятный тип. Чимин повернул голову и тут же застыл, чувствуя, как ужас ледяными иголками сковал его сердце. Там, на противоположной стороне дороги, стоял, облокачиваясь на свою машину, всë такой же обрюзгший и отвратительный Дерек и нагло ухмылялся. Ноги омеги подкосились и Ван тут же подхватил его под руку, с тревогой заглядывая в помертвевшее лицо. Что ему нужно? – Тебе плохо, Чимин? Кто он? Твой знакомый? Что ему нужно? Зачем он здесь? Почему? Почему сейчас? – Я не знаю этого человека, – мëртвым голос ответил омега и тут же выпрямился, посылая взгляд полный ненависти в сторону отчима. Как же я тебя ненавижу. Ты сломал меня, ублюдок. – Тогда пойдëм, я тебя провожу. Наверное, ты очень устал, – Джексон подхватил его сумку на плечо и потащил в сторону остановки. – Бледный весь. Не дай бог заболеешь. Тогда меня твой муж точно убьёт. Мой муж… – Я хочу домой, – прошептал Чимин. –Туда, где меня ждут. Где меня всегда ждёт Чонгук.