От ненависти до любви

Гарри надо было подождать, пока настоится зелье. Он думал куда можно потратить 40 минут, в принципе, свободного времени, учитывая что из класса зелий выходить вряд ли можно, да и чтобы он успел сделать за столь короткий промежуток времени. Его мысли прервал Снейп: — Можете пока почитать этот фолиант, для начала изучения зелий, сойдёт — Съехидничал профессор, но потом более серьёзным тоном продолжил: — Но я помню что вы хотели обсудить ситуацию увиденную вами в омуте памяти, мы не можем делать вид что ничего не произошло, не изменилось, давайте закроем эту тему сейчас раз и навсегда — то ли со скорбью, то ли с безвыходностью в голосе оповестил Северус: —Что конкретно вы хотите знать? — с вечной усталостью, но серьёзностью спросил Северус, потирая своими длинными изящными пальцами переносицу. — Вы любили мою маму? — этот то ли вопрос, то ли утверждение вылетело из уст Гарри настолько быстро, что Поттер даже не успел подумать о формулировке или о последствиях, эта информация мучила Гарри с того момента, когда он увидел воспоминания Снейпа. То что мальчик, который снова выжил видел на пятом курсе в воспоминаниях Северуса, казалось ему просто дружбой между детьми, подростками?.. После недолгого молчания профессор задумчиво произнёс: — Любовь — сложное понятие… Я не думаю, что любил её. Влюблённость была, дружба была, а любви не было. — и после небольшой паузы продолжил: — Лили первый человек, который видел во мне положительные стороны и я был нужен ей не для достижения каких-либо своих целей, не ради своей выгоды, а просто как человек, как друг… Я желал ей только лучшего, но она выбрала Поттера, я пытался ей объяснить, что Джеймс не лучший вариант, а Эванс думала, что ревную её к этому безмозглому идиоту… — Северус задумался на пару минут, всё это время в кабинете была гробовая тишина, нарушаемая лишь тихим дыханием. В этот раз Гарри не хотел возрождать тому, что профессор назвал его отца безмозглым, отчасти Поттер был согласен с таким определением. Вскоре, Снейп прервал молчание:  — Если я ответил на ваш вопрос насчёт моих взаимоотношений с вашей матерью, прошу больше без крайней необходимости не спрашивать у меня про нашу дружбу и подобные вопросы — и очень тихо добавил — это не самая лучшая тема для разговоров. Слишком больно… и для меня и для тебя Гарри… В этот раз Снейп впервые назвал Поттера по имени… Задавая разные вопросы друг другу про войну, про детство, про Хогвартс пролетели 40 минут, оказалось, что у них было много общего, например, не самое лучшее и сытое детство. Северус рассказал, что когда впервые приехал в Хогвартс и на праздничном столе увидел кучу еды, то очень удивился, но ещё больше Маленького Принца поразило то, что на следующее утро, в обычный день, стол всё ещё ломился от еды. Тогда, Поттер вспомнил, что его мысли в самом начале первого учебного года были такими же. Гарри даже показалось, что это было самое откровенное время в его жизни. После этого разговора невидимая стена между Северусом и Гарри стала тоньше. Спокойно доварив зелье они расстались если не друзьями, то уж точно не врагами… Гарри продолжал ходить на дополнительные занятия к Профессору Снейпу на протяжении всего лета, Поттеру это даже нравилось. Гарри очень вдохновило то, что первые три курса обучения он повторил (на самом деле выучил) всего за один месяц. Чтобы успеть выучить всю программу с первого по седьмой курс включительно, до начала учебного года, было решено заниматься не один раз в неделю, а два. А после занятий Гарри частенько оставался у Северуса на «чай». Поттеру задавалось домашнее задание и это была не только теория, но и практика. В выручай комнате Гарри мог корпеть над котлами часами, конечно не всегда всё получалось с первого раза, но Поттер не сдавался. Северус отдал Гарри свой учебник с пометками и работа пошла быстрее. На самом деле Гарри и Северус пересекались относительно часто: в большом зале за приёмом пищи, в коридорах, около Хогвартса во время прогулок и конечно на дополнительных занятиях.

***Случай на отработке***

Гарри уже без страха и смущения, как он делал в предыдущие разы, зашёл в кабинет Зельеварения. Сегодня они должны были начать изучать программу за шестой курс. Домашнего задания Снейп больше не задавал, ведь Гарри и так сдал ему зачёт за пятый курс на "Превосходно". — Здравствуйте, профессор — Чуть крикнул Гарри Северусу, стоявшему в конце класса рядом с полкой с книгами, что-то ища взглядом, и начал приближаться к нему. — Здравствуй, Гарри — ответил Снейп, прекратив своё занятие, и двинулся к Поттеру навстречу. — Знаешь, Поттер, Гораций очень хвалил тебя, когда ты был на шестом курсе. Ну давай посмотрим — Как бы бросая вызов кинул Снейп. — Выбирай какое зелье хочешь приготовить сегодня… Может быть Напиток живой смерти или Феликс Фелицис, а быть может, Амортенцию? — С ноткой интереса в голосе проговорил Профессор. — Пожалуй… Остановлю свой выбор на "напитке живой смерти", сэр — решительно провозгласил Гарри. — В учебнике за 6 курс есть укороченный рецепт и с ним сварить достаточно хорошее зелье не получится, поэтому можешь взять мой рецепт. Он будет более эффективным. Расширенный вариант приготовления данного зелья написан в моём фолианте на странице 128, он уже лежит на твоем столе. Гарри быстро пробежался глазами по рецепту, отобрал все нужные ему ингредиенты и принадлежности и приступил к приготовлению. Снейп смотрел из-за спины Гарри на его работу и изредка хвалил его или поправлял. Гарри взял корень валерьянки и начал его разделывать. — Вы режете слишком большими кусками — оповестил чуть хриплый голос из-за спины Поттера. Северус подошёл ближе и прижался своим торсом и пахом к спине и копчику Поттера и положил свою правую руку поверх Гарриной руки с ножом и начал аккуратно направлять Поттера. Северусу нравилось тепло мускулистого тела к которому он прижимался и запах, что исходил от Гарри, скорее всего какой-то магловский одеколон. И да, Снейп понимал, что вся эта ситуация, и то что он чувствует, неправильно, но ничего не мог с собой поделать. Северус мог просто сказать резать мельче, но он нуждался хоть в каком-то тактильном контакте с Поттером. Снейп чуть наклонил голову вперёд, чтобы лучше видеть корень. Можно было сказать, что Северус положил свой подбородок на плечо Гарри, его ухо было в паре сантиметров от губ Гарри, поэтому профессор услышал сбивчивое, прерывистое дыхание Поттера. Зельевар не понимал, что это за наваждение. Снейп стоял бы так вечно или хотя бы настолько долго сколько это позволяли рамки приличия. Какие рамки приличия, Северус? Спрашивал он сам у себя, признайся, что ты просто захотел пообжиматься со своим студентом, но тут произошло одно «но». Северус почувствовал жар внизу живота и чуть не проклял своё тело. Северус не думал, что мог отреагировать как какой-то подросток, куда делся его хвалёный самоконтроль? Поняв, что происходит Северус быстро отстранился от Гарри, сел на стул и велел продолжать готовку по рецепту. Снейпу оставалось лишь молиться, о том чтобы Гарри не почувствовал или не увидел его каменный стояк, благо пошиву мантии, когда Северус сидел ничего не было видно. Но Гарри и не надо было никуда смотреть, он и так всё прекрасно почувствовал. Поттер не подавал виду, что что-то не так и продолжал работу как ни в чём не бывало. Но на самом деле всё было иначе… Поттеру нравилось их положение, как близко Северус стоит к нему, как близко прижимается к его телу, как близко чужая мочка уха находится к губам Поттера, соблазн нежно обхватить эту (не только эту) часть тела губами был очень велик. Вскоре Поттер почувствовал как ему в копчик упирается что-то твёрдое, и это что-то несомненно было членом Снейпа. Такое развитие событий Гарри нравилось всё больше и больше. Поттер хотел чуть податься назад, но Северус сразу же отстранился и молча сел в кресло. Гарри сделал вид, что ничего не почувствовал и лишь лёгкий, едва заметный румянец выдавал его с головой. Об этом стоит подумать вечером, а сейчас зелье — твердил себе Поттер. Оценив получившееся зелье достаточно хорошей оценкой Северус попрощался с Гарри и даже не позвал его на чай. Им обоим было о чём подумать…