Ты — моя надежда.

10:00.       Из-за волнения я заснул только под утро и мне удалось провести в бессознательном состоянии покоя только пять часов. Том ещё спит. Его волосы блестят под солнечными лучами. Глаза спокойно закрыты. Из приоткрытого рта текут слюни. Вообще, всё его лицо покрыто слюнями, как и подушка, и одеяло, и простынь. А тело изогнулось так, как будто перед сном он спрыгнул с крыши небоскрёба, занимая при этом почти всю кровать. Он не слишком грациозен во сне.       Два дня перед моей свадьбой. Это сводит с ума на самом деле. Этой ночью решиться вся моя жизнь. Страх и сомнения до сих пор сковывают меня. Но я предпочту оставить их на втором плане, пожалуй. После всего, что Том сделал для меня, я не могу просто сдать назад.       Последний день моего пребывания здесь обещал быть холодным, но к моему удивлению, сегодня непривычно тепло для конца октября. Солнце грело промёрзлую землю, сквозь оставшиеся листья жёлтым огнём. Я встал с кровати и подошёл к окну. Я сделал глубокий вдох. Осенний воздух. Земля. Листья. Дождь. Я закрыл шторы, чтобы солнце не разбудило моего прекрасного принца.       Я спустился вниз, по пути рассматривая старые фотографии.       Пейзажи. Синее море. Волны плещут белой пеной. Брызги разлетаются до неба. Вода сливается с облаками.       Цветы. Жёлтые тюльпаны. Они отливают золотым светом, контрастируя с яркими зелёными стеблями. Освежающий нектар внутри ждёт насекомых. Эти фотографии сделала моя мама незадолго до смерти. Единственное, по чему я буду скучать.       Кухня. МожетБытьЛинда готовит еду на свадьбу. Зря старается. —Доброе утро. —День добрый. У меня сегодня работы по горло… —ВозможноЛинда всегда любила поболтать. Невысокая старая женщина с сединой в волосах. Она всегда была очень добра ко мне. Она замешивала тесто, видимо для торта. Её торты всегда безумно вкусные. Но мне больше не суждено наслаждаться ими. На самом деле, мне немного стыдно за то, что я не помню её имя. Но мне больше не понадобится вспоминать его. —Какой праздник! Кажется, что только недавно вам было двенадцать… А как зовут вашу невесту? —Ох, я не знаю. Это так важно? —Она посмотрела на меня с недоумением, не переставая мешать тесто, но замедлив темп. Я лишь прошёл мимо неё к холодильнику, взял вчерашние сэндвичи для моей любви и вернулся в комнату, под пристальным взглядом ХотяНаверноеЛюси.       Единственная проблема сейчас — время. Мой давний враг. Ожидание сна. Упущенное время, его нехватка. Очереди в больнице.

***

14:23.       Я собираю рюкзак. До сих не верится. Это всё было только в самых смелых мечтах. Сегодня начнётся новая глава моей жизни. Если раньше это была книга в жанре триллер, то теперь она будет приключением и романтикой. Мне хочется так думать. Хотя это будет сложно, учитывая то, что я не смогу справиться с простейшими домашними делами. Но всё придёт со временем, так?       Томас начал подавать признаки жизни. Он всю ночь искал попутчиков, которые согласятся перевезти нас. —Доброе утро, Том. —Ага… —Он тянулся с характерным звуком около десяти секунд и снова лёг на кровать. Мне бы с таким упорством спать. Его глаза прикрыты. Волосы Торчат во все стороны. Губы исказились в ленивой ухмылке. Он так прекрасен в такие моменты. —Будешь? —Я протянул ему вчерашний сэндвич. —Посмотри какой он аппетитный (нет)! Так и ждёт, когда ты его съешь! —Я тряс едой перед его носом, но он просто смотрел на меня, как на идиота и отказался.       Том встал с кровати и подошёл к окну. Он каждое утро так делает (Если для вас, два часа дня — это утро). Просто смотрит минуту-две в окно и идёт дальше по своим делам. Обычно я не обращаю внимания. Но осталось всего несколько часов, и я просто не могу начать что-то делать. Если мне захочется занять себя чем-то, в мою голову бьёт мысль о том, что осталось совсем немного времени. Странное чувство в груди останавливает, аргументируя тем, что я ничего не успею. Поэтому я встал вместе с объектом своего обожания высматривать что-то несуществующее на улице. Тёплый солнечный день, необычный для этого месяца. Люди куда-то спешат. Всё нормально. Что Том всегда пытается найти, смотря в окно — мне не ясно.       Сам Том уже пять минут назад покинул подоконник. А я не могу, мой взгляд зацепился за птицу. Она скакала по веткам и махала крыльями. Птичка с жёлтыми перьями на груди, цвета лимона и с синими на спине, цвета моря.       Глупая пташка, тебе не о чем беспокоится. Ты свободна, никто тебе не указывает. Ты свободно поёшь свои радостные песни, никто не запрещает. Глупая пташка, все уже улетели, что ты тут делаешь? Что ты будешь делать, когда наступит зима? Вот я улетаю, а ты останешься здесь. Присмотри за моей комнатой, тогда. 21:00. Мы сидим на кровати, обсуждая план свободы. Опять. —Так, ты всё взял? —Да. —Хорошо, мы должны выходить через два часа. —Я знаю, Том. Ты мне уже сто раз повторил. —Я знаю, что ты знаешь, просто хочу убедиться… —Торд! —Пьяный басистый низкий голос позвал меня с первого этажа. Опять. I really hate you, Stop getting in my way. —Ты должен спуститься, он может что-то заподозрить. I lost my patience. When are you gonna decay?       Я пришёл на первый этаж и  аккуратно подошёл к нему. Сейчас страх сменяется злостью и отвращением. I want to throw you out, Just like my broken TV. —Торд, я принёс тебе костюм! —В руках он держал чёрный смокинг с белой рубашкой. Классика. If you'll come back once more, —Спасибо. Ты знаешь, я уже ложусь спать, хочу набраться сил, ведь завтра всё измениться, правда? —Я выдавил из себя кислую улыбку, но говорил холодно. It will be painful you see. —Правильно, правильно. Перед таким днём нужно набраться сил! —Он стоял шатаясь не немного. Протянул мне мой посмертный костюм с улыбкой и пожелал спокойной ночи. I hope you'll die in a fire. Я надеюсь, что ты задохнёшься от злости завтра.

***

Hope you'll be stabbed in the heart. Я сел на подоконник, в последний раз смотря на свою комнату. Hope you'll be shot and expire. Углы в которые я забивался, задыхаясь в слезах. Hope you'll be taken apart. Кровать, в которой я проводил одинокие бессонные ночи и встречал кошмары. Hope this is what you desire. Смертельный костюм на ней с запиской «я надеюсь, что ты сдохнешь в огне, ублюдок». I hope you'll die in a fire.