С Днём Рождения, папа

Гарри проснулся ещё до восхода солнца. Он никогда не спал так хорошо, когда Джинни не было дома, но, тем не менее, он выспался. Прошли те ночи бесконечных кошмаров, бессонницы и страха перед тем, что может принести ночь. Со стоном потянувшись, Гарри улыбнулся, покручивая золотую ленту на безымянном пальце левой руки, как делал это каждое утро со дня свадьбы с Джинни Уизли. «Поттер!» — поправляет он себя. Все еще недоумевая, как ему могло так повезти, Гарри вышел из спальни, чтобы принять душ и официально начать свой день. Решив пока не переодеваться в форму Аврора, поскольку ему еще предстояло уехать на несколько часов. Гарри надел свежую домашнюю одежду и отправился готовить завтрак. Кухня на площади Гриммо была уже не тёмной и холодной, а наполненной светом и теплом. Свежий слой чистой, яркой краски и новые хозяева сделали весь дом счастливым, как будто он никогда не был домом, пережившим столько печали и горя. Когда на кухню вошел Кричер, комнату наполнил восхитительный звон новой посуды и ароматный запах бекона. — Хозяин, ваши письма, доставленные совиной почтой. — Прохрипел Кричер, кладя почту рядом с тарелкой Гарри. Всё ещё с опаской относясь к своим новообретенным свободам и порядкам, Кричер удалился в свою комнату, приняв предложение Гарри выпить кофе. Вздохнув, глядя на недовольства старого эльфа, Гарри сел за стол, чтобы просмотреть почту перед едой. Дневной выпуск «Ежедневного пророка» был проигнорирован, поскольку он всё равно услышал бы большую часть новостей газеты на работе. Он положил на край стола свежий номер «Квиддич Таймс», чтобы не забыть положить его в сумку и почитать за обедом. От Джинни пришло скромное письмо, и Гарри понял, что лучше не вскрывать его до работы, потому что он наверняка опоздает, прочитав содержание, в котором он был уверен. Девушка в любом случае включит туда очень рискованную фотографию. Кроме того, там была красивая стопка открыток от его друзей и семьи… Он забыл, что сегодня его день рождения. Дни, когда Джинни не было дома, слились воедино. Он знал дни недели только по своему рабочему графику. Он собрал их все в аккуратную стопку, чтобы почитать после работы, зная, что в конце длинной смены ему понадобится как минимум моральная помощь. Однако один конверт заставил его остановиться. Конверт был грубо склеен клеем и фиолетовой крафтовой бумагой. Просто чудо, что он не развалился в полете. «Для Гарри» было написано на лицевой стороне огромными дрожащими буквами. Мягкая улыбка появилась в уголках рта Гарри, когда он сделал глоток из кружки, прежде чем открыть конверт, явно сделанный ребёнком. Он точно знал, откуда это взялось. Вся открытка была сделана вручную. Бумага была неаккуратно сложена пополам, как можно было ожидать, одна сторона сильно перекрывала другую. На лицевой стороне открытки было изображено нечто, что Гарри мог только предположить. Возможно, это зеленый дракон в желтой шляпе для вечеринок. Внутри был сложенный рисунок, на котором была изображена линия людей с палочками и их именами над головой. «БАБУШКА». «Я». «ГАРРИ». «ДЖИННИ». Под ними были слова: «МОЯ СЕМЬЯ». На небе висели облака, в углу которых виднелось большое яркое солнце и, по догадкам Гарри, там были совы. Улыбаясь до ушей, Гарри сложил рисунок и положил его поверх журнала, поклявшись приколоть к доске на своем столе. Вернувшись к открытке, Гарри прочел неумелую рукописную записку с несколькими ошибками и слишком крупными буквами, написанными синим карандашом: Я НАДЕЮСЬ, У ТЕБЯ БУДЕТ ХОРОШИЙ ДЕНЬ С ШАКАЛАДНЫМ ТОРТОМ И С МНОЖЕСТВОМ ПАДАРКОВ ТЫ САМЫЙ ЛУЧШИЙ НА СВЕТЕ С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ ПАПА Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ — ТЕДДИ ЛЮПИН Гарри опаздывал на работу, хотя и не читал письма Джинни. Он сказал своему партнеру, что просто устал и поперхнулся кофе в своих поспешных сборах на работу, не желая, чтобы тот знал, что на самом деле он сидел за кухонным столом и плакал. Как только он прочитал письмо Тедди, он не понимал сколько времени могло пройти. Папа. Как Гарри должен был реагировать на новое прозвище? Он, конечно, никогда не говорил об этом Тедди в таком тоне, так как считал, что разница между отцом и крестным была слишком большой для понимания пятилетним ребенком. Во всяком случае, все звали его Гарри. Гарри называл себя Гарри. Джинни не было дома, чтобы поговорить с ней о новом развитии событий, поэтому он остался за кухонным столом, чтобы в одиночку справиться со своими эмоциями. Он просто должен будет поговорить с Андромедой и Тедди в выходные, когда Тедди должен будет остаться у него. Как бы ни было больно его сердцу думать, что он действительно заменил Ремуса в глазах Тедди. Единственное чувство, которое Гарри мог понять, была огромная любовь, которую он испытывал к этому маленькому мальчику. Поразмыслив и быстро написав Джинни, Гарри пришел к выводу, что фраза «С днем рождения, Папа» сделала его таким счастливым, что эта эмоция перекрывала всё то, что он чувствовал сейчас. Это был лучший день рождения Гарри и будет одним из лучших в его жизни.