Igni et ferro

      С того момента, как Наруто последний раз выспался, прошел год. Совершенно ничего вокруг не поменялось, даже Сакура, которая обладала повышенной эмоциональностью, несколькими месяцами ранее перестала каждое утро звонить блондину в надежде услышать заветное:       — Ну какого хрена, Сакура?       Все вернулось на круги своя, в том числе и хронический недосып. Он почти каждую ночь был рядом с Наруто во сне, но блондину становилось все тяжелее видеть его. Казалось, что в следующем своем сне он не увидит его, но отгоняя ощущение тревоги, Наруто каждое утро собирался встречать новый день ставшими постоянными темными кругами под глазами и кислой миной.       — Эй, Наруто, ты идешь на «конечный план»? — спросила розоволосая девушка, закидывая на плечо спортивную сумку с вещами.       — Если я не пойду, Хирузен и Ирукой с меня скальп снимут, а потом обратно пришьют, будто так и было, — хмуро ответил блондин.       Сакура коротко хохотнула и толкнула Наруто в спину, подгоняя вперед. До штаба было далеко, поэтому дуэт «Сила есть, рамена надо» дождался микроавтобуса, повторяя события поездки Наруто: вонючий салон, потные амбалы и миниатюрные женщины, явно не вписывающиеся в картину. А выйдя из душного местного транспорта, ходящего по территории комплекса, и блондин, и Сакура одновременно стали глотать воздух — эдакое экстремальное путешествие. Передохнув несколько минут, сидя на лавочку у входа, ребята поднялись в кабинет Хирузена.       — И почему вы опаздываете? — спросил Ирука, поглядывая то на Сакуру, то на Наруто.       — А вы еще единственный автобус с маршрута уберите, тогда мы вообще сюда добираться только к вечеру будем, — буркнул блондин, заваливаясь в свое излюбленное черное кресло.       — Хм, ладно, — кивнул старик, закатив глаза. С этим мальчишкой всегда было сложно, а стоило ему подрасти, так теперь и слова поперек не скажешь. — Как проходит ваша подготовка к завтрашней миссии? Надеюсь, без эксцессов.       — Все идет по плану, Хирузен-сама, завтра ночью мы готовы будем выдвигаться, — отчиталась Рин, девушка из команды Какаши.       Если команды Ируки и Какаши поставить рядом, то будет очевидно, что первые уступают вторым как по сроку службы, так и навыкам. Рин была очень застенчивой девушкой, но, как и Ирука, стоило ей заняться чем-то, непосредственно связанным с Конохой, вся краска, что обычно приливала к ее лицу, исчезала. Эдакое дуальное поведение часто вгоняло в ступор Наруто, потому что парень все никак не мог привыкнуть, что минуту назад перед ним стояла девушка, смотрящая в пол, а теперь человек, во взгляде которого читалась открытая жажда выполнять все поручения. Это, конечно, хорошо, что есть под рукой тот, с кем можно и поговорить, и убийцу национального уровня завалить, но полной ей противоположностью был Обито Учиха, еще один член команды Какаши. Обычный на вид парень был рассудительнее самого Хатаке и по способности быстро анализировать ситуацию и применять свои мозги там, где это действительно нужно, мог дотянуться до уровня нашего излюбленного ананасоголового умника — Шикамару Нара. Эти двое довольно близко общались, играли в шоги, продумывая стратегии, но это было до того, как Шикамару перевели в отдел таких же умников, как и он сам.       — В таком случае сейчас мы еще раз пройдемся по конечному плану. Наруто, не поможешь мне?       Хирузен как-то уж слишком хитро улыбнулся, и Наруто сразу понял, что старик проверяет его на подготовку к заданию. А что до блондина, так он все этапы совершенно точно знал наизусть, и никакие диаграммы с кучей записей ему не были нужны.       — Вообще, я считаю, что нападение ночью — совершенно глупая идея. Также, как и Акацуки, мы тоже ровным счетом ничего не видим, а цеплять на себя супер-мега-пупер-крутые вещички из научного отдела — еще более пустая трата времени. Предлагаю на рассвете устроить засаду на рыболовном складе. Согласно отчетам, в одном из этих помещений должна находиться точка прибытия организации в Токио. А как они будут сюда добираться? — Наруто говорил, а в голосе то и дело мелькали стальные нотки. Хирузен от такого, как отмочил первую часть Узумаки чуть дар речи не потерял. «И вот этот мальчишка умеет думать?» — все повторял, как мантру, про себя старик. — Правильно, вплавь, потому что иначе они будут очень заметными фигурами.       -И к чему ты клонишь? — перебил Обито, сев на кресло напротив Наруто. За парнем последовали и остальные стоявшие. Блондин, почувствовав себя королем ситуации, позволил мыслям течь в его черепушке, перескакивая с одной на другу, и закинув ногу на ногу, он принялся рассматривать рядом сидящих людей.       — Стоит быть реалистами. Нас всего шестеро, а членов Акацуки как минимум девять человек, и сколько их там еще -вопрос открытый. Думаете, уместно будет торчать на складе, поджидая невесть кого? Вторым спорным фактором является расстановка наших сил. Кто вообще придумал, что группа Какаши должна идти в арьергарде, а мы, простые смертные из группы Ируки, будем плестись сзади? Рин покачала головой, разочарованно посматривая на парня перед собой. Не выдержав тишины, она сказала:       — Если ты хочешь, чтобы все лавры достались твоей персоне, то флаг тебе в руки, барабан на шею, только не делай ничего, что погубит нас всех.       — Боже, почему вы все такие лицемеры? Я разве что-то сказал про то, что хочу прославиться? Ты хоть головой думала, когда говорила это? Какому идиоту захочется орать на всю округу, что он убил за сутки несколько человек?       В тот момент Наруто казался всем совершенно другим человеком. От парня, который любил есть рамен, втихаря крадя его из кухни, до человека, опускающего высказывания более опытных бойцов ниже уровня плинтуса. Рин и Обито опустили глаза, приняв правоту блондина.       — Так вот, предлагаю метнуться местами и командирами группы.       Повисла тишина. шесть пар глаза уставились на Наруто, как на восьмое чудо света. Только что он говорил такие чертовски вразумительные речи, а теперь несет полную ахинею.       — Нет, это бред.       — А ты, Какаши, посмотри на это с другой стороны. Вот ваша группа двигается вперед и вдруг — Бам! — вас всех убивают, а мы, как более неопытные, штабелями ложимся рядом. Не проще ли будет смешать команды и составить группы по два человека, нежели переться толпой, как стадо на забой? Я и Обито, Рин и Сакура, Какаши и Ирука. В каждой команде есть более опытный боец, а это, несомненно, плюс.       И снова тишина. Как этот парень продумывает все так четко? Совсем недавно Наруто не принимал никакого участия в составлении общего плана из-за того, что каждый раз дурачился, мешая обсуждению. Что-то неуловимо изменилось в блондине: темные круги под глазами означали усталость и недосып, а расслабленная поза указывала на пофигистический настрой относительно задания. Не постеснявшись, потому что это ему было несвойственно, Ирука спросил:       — Наруто, что с тобой случилось? — не в бровь, а в глаз.       — Со мной все в порядке, просто немного устал после тренировок, — ответил парень. Отчасти это не было ложью, потому что последние два года он валится с ног от усталости, но заснуть более, чем на 4 часа, не может.       — Ты изменился, — поддержал Обито, прищурившись. Казалось, что он сканирует внутренности блондина, отчего парень поежился, а по спине побежали мурашки.       — Вернемся к плану. Думаю, идея Наруто о перестроении очень даже неплоха, но вот время нападения мы менять не будем, как было после двенадцати ночи, так и останется.       Хирузен что-то чиркнул в бумагах, разложенных по столу, перевел взгляд поочередно на каждого присутствующего. Наруто сидел и смотрел сквозь Обито, куда-то в пустоту. Что-то его мучило, но старик не мог понять, что именно повлияло на его состояние. Стоило бы поговорить с Наруто, но уже после миссии, чтобы не отвлекать парня от работы.       — Значит, план остается прежним, меняем только состояв команд? — уточнила Сакура, молчавшая все это время. — Даже тот факт, что никого в живых не оставляем?       Все присутствующие одновременно вскинули глаза на девушку, и у каждого в голове был один вопрос: «Рехнулась?»       — Именно. Если бы мы не убивали таких людей, как Акацуки, то не существовать Конохе от слова «совсем». Наш принцип в общем — истребление опасных для общества людей, так что да, убийство нами — зачистка, — сказал Хирузен, как-то слишком холодно обращаясь к Сакуре, но девушка, казалось, абсолютно не замечала холод в кабинете, поэтому просто кивнула и уставилась в стол. А что ей еще говорить, если итак все сказано?       — Если мы все, то я пойду, потренируюсь. Пакеда, — вернувшись в свое обычное состояние, махнув рукой, сказал Наруто.       Парень уже ушел, а в кабинете Хирузена оставшиеся во всю обсуждали ситуацию с блондином. Что делать с этим психически нестабильным парнем, который даже проблемы свои никому не рассказывает? Не придя ни к одному ответу, все разошлись заниматься своими делами, ведь через несколько часов должно начаться задание.

***

      Наруто сидел под деревом, считая проплывающие над его головой облака. Находился он здесь уже долго, но так как солнце всегда находилось в одном положение, сколько времени прошло — невозможно было посчитать. Парню ничего не оставалось, кроме как ждать его и надеяться, что хоть здесь он сможет поспать. Блондина бесило, что время во сне тянется намного медленнее, нежели в реальности. Там он мог поспать все-навсего три часа, когда во сне он мог за это время посчитать количество упавших еловых иголок.       — Долго тут сидишь? — послышался голос справа. Поворачиваться? А надо ли.       — Не знаю.       — Эй, ты плохо себя чувствуешь? — спросили обеспокоенно.       — Не знаю.       — Ты знаешь что-нибудь, помимо «не знаю»?       — М, дай-ка подумать… Не знаю?       Наруто совершенно не хотелось говорить, а вставать надо было через пару часов. Посмотрев еще раз на него, парень как-то грустно улыбнулся, но это подобие улыбки сразу же спало, стоило Наруто вспомнить, что он все равно не увидит ее.       — Утиная попка, если со мной что-то случится, не вини себя, ладно? Просто так сложились обстоятельства, звезды сошлись, думай как хочешь, но ни в коем случае не падай духом, договорились?       Послышался удар в стену. Наруто окинул взглядом своего соулмейта, слезы потекли по щекам: какое-то непреодолимое чувство чего-то ужасного сосало под ложечкой, и парень не смог справиться с набежавшими эмоциями.       — Ты с головой дружишь? И что мне делать после твоих слов? Развернуться и пойти дальше заниматься своими делами? — еще удар.       — Все будет в порядке, я в тебя верю.       Удар. Удар. Удар.       Он плачет, но Наруто этого не увидит. И снова больное пробуждение.