Лагерь для Ли Феликса

Душ раз в несколько дней — проклятье, но только если ты не дружишь с правильными людьми. А Ликс пока не дружил, поэтому первый душ за несколько дней в лагере — это дар с небес, пользоваться которым нужно по полной. Он стоит с закрытыми глазами под тёплыми струями воды (чувствуя, как она с каждой минутой становится все холоднее) и неспешно намыливает себя мочалкой по третьему кругу. Другие ребята из отряда уже давно ушли, но Феликс специально пошёл одним из последних, чтобы дождаться его. Входная дверь глухо хлопает, и Ликс слышит хлюп резиновых тапок по мокрому кафелю. Попался. Феликс картинно немного прогибается в спине и закидываться голову назад, подставляя лицо и волосы под воду. Он неспешно гладит себя ладонями по телу, растирая мыльную воду по коже. Заставая Чана врасплох. Крис, думая, что все уже ушли, застывает на несколько секунд, буквально зависая из-за силуэта перед ним. Он залипает взглядом на его плечах, покрытых веснушками, и красивой спине. В голове звучит «Как думаешь, где ещё у него веснушки», и он шумно сглатывает, потому что плечи в веснушках выглядят прекрасно. Ему хочется коснуться каждой отдельно губами и оставить яркие следы на коже после поцелуев. Взгляд непроизвольно скользит ниже, на милые ямочки над аккуратными ягодицами, по которым стекает мыльная пена. Крис с трудом отводит взгляд, потому что все это для него слишком. Ликс слишком идеальный. Феликс замечает, что теперь не один, и поворачивается к гостю боком. Они встречаются взглядами на несколько мгновений, и у Феликса что-то щёлкает внутри. Он опускает взгляд на сильную шею, мощный торс и пресс, а останавливается только на крепких бёдрах, чувствуя, как в душевой становится слишком жарко. Потому что старший уже в приподнятом настроении. Крис ловит на себе этот взгляд и усмехается, а потом проходит в соседнюю кабинку. Через пластиковые стенки между ними видно только очертания тела, но Чану больше и не нужно. Он опускает ладонь ниже и закусывает губы, когда непроизвольный стон вырывается изо рта. Ситуация опьяняет. Феликс, обнаженный и прекрасный, совсем рядом (можно просто протянуть руку и достанешь), и Чан может даже поклясться, что слышит его дыхание. Так неправильно и так желанно, что Крис не может отказать себе в том, чтобы сделать несколько резких движений по всей длине ладонью. Он опирается лбом о холодный кафель, но это не помогает. Взгляд то и дело возвращается на нечеткие очертания тела сбоку, а в голове появляются образы и картины, которые заставляют член в ладони только твердеть. Зато помогает успокоиться ледяная вода. Феликс со звонким «блять» вылетает из душевой кабинки, наспех закрывая за собой воду. Крис же стоит ещё несколько секунд и только потом закрывает уже натурально ледяную воду. — Вот же пиздец, — тихо шипит себе под нос вожатый. Внизу живота неприятно тянет от возбуждения, и хоть холодная вода немного и остудила пыл, но осадочек то остался. Когда он выходит в раздевалку, член все ещё немного возбуждён, и Ликс кидает туда быстрый взгляд, краснея ушами, но внешне оставаясь абсолютно спокойным. А у Криса черти в голове танцуют от этой картины, и он, движимый этим опьяняющим чувством, негромко говорит: — Никто не жаловался ещё. Феликс даже застывает от этого на несколько секунд, пытаясь осознать, не послышалось ли ему. Но по лицу Криса видно, что нихуя не послышалось. Старший натягивает шорты на ещё влажное тело и уходит из раздевалки первым, оставляя красного Ликса наедине со своими мыслями. Кто же теперь попался, Ликс?