Выбор сделан.

Ежедневные тренировки выматывают, а с Чонгуком — не только физически. Впрочем, со временем нахождение рядом со своим учителем было спокойным и морально, поэтому Тэхён постепенно вошёл во вкус. Ему, можно сказать, даже начинали нравиться занятия. Сначала внезапная доброжелательность немного напрягала, будто киллеру было что-то нужно или он собирается сделать подлянку… Но этого не происходило. До сегодняшнего дня. — Доброе утро, Тэхён, как спалось? — доносится до слуха голос Чонгука вместе с его попытками сдержать смех после того, как Ким ощутил на себе даже не холодную воду, как в прошлый раз, а ледяную. Чону явно было нереально забавно наблюдать за тем, как парень начинает закипать от злости. — Готов к тренировкам? — Что за… — с таким неординарным пробуждением Тэхён не сразу понял, что произошло и из-за кого, хотя стоило бы догадаться. От ледяной воды парень резко вскочил, тут же пытаясь избавиться от этого ощущения и растирая лицо, после зарываясь пальцами в волосы. — Вы снова?! Исподлобья глядя на Чонгука, Ким еле сдерживался, чтобы прямо сейчас не соскочить с кровати и не полезть в драку. Останавливало ещё и то, что учитель до сих пор оставался сильнее, поэтому он явно проиграет тому, а снова проделать подобный трюк с подушкой будет лишним, ведь у Чонгука не такая короткая память. — Повторюсь. Доброе утро, Тэхён, как спалось? Готов к тренировкам? — Чон самодовольно улыбнулся, отпивая остатки холодной воды и наблюдая за реакцией парня. — Нгх… — проигнорировав каждый вопрос, Тэхён ухватился за край одеяла, чуть ли не со всей силы его сжимая, и резко отдёрнул его в сторону, поднимаясь с кровати. Чуть ли не дрожа от злости, что этот ад снова начинается, Ким захлопнул за собой дверь, скрывшись в ванной. — Раз готов, я жду тебя через пять минут на улице. Немного разомнёмся, и на целый день в комнату для стрельбы, — невозмутимо крикнув вслед, будто то, что произошло, обычное дело, Чонгук смял бутылку и выкинул её в мусорку, направляясь на выход. Он всё ждал, когда Тэхён выплеснет весь гнев. Так хотелось спровоцировать конфликт, чтобы увидеть, наконец, эмоции бойца. Увидеть прожигающий взгляд и злость, ради чего парень даже готов был поддаться в бою, если бы он был. Но Тэхён, кроме своего: «Это снова Вы», ничего не сделал. Печально, ведь первая реакция была намного интереснее, — он хоть подушку кинул. В душе же в это время пострадала и стена, и рука Кима. Хотя рука в довольно большей степени. С полотенцем на голове выбравшись из ванной, Тэхён встряхивал ладонью, после потирая костяшки. Немного остыв после такого выплеска эмоций, парень подумал, что, может, зря так погорячился и эта вода была всего лишь разовой акцией. Очередной раз. Всё может снова стать хорошо. По крайней мере, Тэ на это очень надеялся, покидая комнату и выходя на улицу, где учитель его по обычаю ожидал. Ожидал с тем взглядом, которого тот и добивался. И это было заметно по чужому выражению лица, которое, почему-то, внезапно изменилось, как только Чонгук опустил взгляд. — Чем ты таким занимался, что у тебя костяшки содрались и посинели? — Чон, случайно заметивший гематому, ухватился за чужую кисть, рассматривая рану с недовольным выражением лица. — Сильно болит? Киллер мягко нажимал на места покраснений, пока Тэхён, косо на того смотревший, не отвёл взгляд и, прошипев, не одёрнул руку. Он долго терпел все слова, но прикосновения — совсем другой уровень. — Не Ваше дело, — пониженным голосом ответил тот, обхватив свою кисть и разминая пальцы. Чонгук на это подозрительно спокойно отреагировал, лишь красноречиво посмотрев на своего подопечного и развернувшись в сторону дороги. Хотя по нему было видно, как ему неприятно слышать такое грубое обращение в свою сторону. Впрочем, он сам этого хотел. — Ладно, потом с этим разберёмся. Сегодня тогда только пробежка, потом ещё не факт, сможет ли малыш Тэ держать оружие, — заключив, Чон побежал на первый круг сразу в довольно быстром темпе, стараясь максимально выложиться, под удивлённый взгляд Тэхёна, который даже проигнорировал обращение со словом «малыш». Он решил сократить занятия из-за такой мелочи? Только что таким издевательским способом разбудил, а теперь жалеет? Больше на это Тэ не поведётся. Но пробежку провести всё же нужно было, поэтому, чуть ли не против своей воли, Ким развернулся в сторону учителя и побежал следом, оставаясь на одинаковом расстоянии от него, ни догоняя, ни отставая. Просто лишь бы находиться не так близко. По окончании пробежки Чонгук вновь заговорил первым после короткой передышки: — Если всё ещё болит, мы можем отменить стрельбу. Я отведу тебя к врачу, у нас тут на базе их несколько. Чтобы кисть посмотрели, — говорил тот на полном серьёзе, так как переживал за Тэ и его здоровье, как подобает учителю. — Просто, в силу моего возраста, я могу иногда перегибать палку. Прости. «В силу моего возраста»? — это единственное, что заинтересовало Тэхёна, ведь на «заботу» он уже решил не обращать внимания и больше к ней не привыкать, раз она после превращается в подобное. Неужели через пару лет и Ким станет таким же? Этого он допустить не мог, на предложение лишь покачав головой. — Ладно, я в душ. А ты, если в состоянии будешь, подходи в комнату для стрельбы к трём, — парень закинул на шею полотенце, неспеша уходя к себе под очередной недоумевающий взгляд Кима. Тот же ещё какое-то время простоял на улице, чтобы больше не пересекаться, и лишь после вернулся на базу. Перспектива отмены тренировки не могла не радовать, ведь это означало целый свободный день без вновь начавшихся издёвок и подколов. Но в этом случае Чонгук бы отправил его к врачу, чего не хотелось ещё больше, ведь это тогда точно не скроется от дяди. Поэтому выбор был очевиден, и в три часа Тэхён вернулся в уже привычную тренировочную комнату, захлопнув за собой дверь. Первым на глаза попался отброшенный в сторону пистолет, ведь лязг металла по полу был слышен ещё за дверью, а затем Ким посмотрел на самого владельца оружия, зарывшегося рукой в свои волосы, но обернувшегося на скрип двери. — Ты уверен? Смотри, ты сам выбрал, — продержав короткую паузу, тот продолжил: — С рукой точно всё нормально? Ещё раз прости, Тэхён, я иногда реально перебарщиваю. Где-то в моём сознании всё ещё играет юношеский максимализм, и я не могу тормозить в двадцать один год ни в словах, ни в поступках, — Чон был явно сильно расстроен, виновато смотря на парня, и под конец лишь вздохнул, не отрывая взгляд от руки, стараясь заметить на ней болевые признаки. Тэхён же молча выслушивал странный монолог своего обычно лаконичного учителя, который расчувствовался ни с того, ни с сего. Пока тот договаривал, парень поднял почему-то лежащий у двери пистолет, в полусогнутом состоянии, и замер, услышав цифры. — В двадцать один? — повторил он, медленно подняв голову и посмотрев на Чонгука. — Тебе двадцать один? Поджав губы и одновременно крепче сжимая в руке пистолет, Тэхён теперь полностью выпрямился, дёрнув плечом. Медленно и глубоко вдохнув, он в несколько широких шагов сократил дистанцию между ним и Чонгуком до минимума. — Да, двадцать один, — вторил чуть ли не шёпотом тот, не понимая причины такого удивления. — А что, разве тебе… Резкий толчок в стену заставил замолчать. Всё происходило чертовски быстро: Ким вбил парня лопатками в бетон, тут же дожимая своим телом и утыкая дуло пистолета тому куда-то в область под линией челюсти, направляя вверх. — Ты ведь знаешь мой возраст, так? Знал, что я старше, — голос Тэхёна стал ещё ниже, и тот лишь сильнее надавил на оружие. — Знал, и всё равно обращался таким образом! — Я думал, ты мой тоже знал. Разве дядя не рассказывал? — Чонгук был в западне, впервые, из которой морально тяжело было выбраться: уже один взгляд Тэхёна убивал без какого-либо оружия, а дуло пистолета не давало договорить нормально. — Это такая тактика… Понимаешь? Ты же улучшил свои навыки, разве нет? Я обращался так… Чтобы ты начал выплёскивать свои эмоции, чтобы умел правильно и в нужный момент разозлиться. Потому что… Разозлившись, вероятность попадания в цель приближается к ста процентам… — Так ты меня специально выводил… — чуть ли не прошипел Тэхён, прокрутив вокруг своей оси дуло пистолета, ставя кисть так, чтобы было удобно нажать на курок. — А когда оружие упирается во врага, то вероятность ещё выше, не так ли? В подтверждение своих слов Тэ ещё сильнее надавил на чужое горло, не сводя взгляда с лица Чонгука и следя за его эмоциями. Впервые за эту неделю Ким оказался в более выгодном положении, чем Чон, и, казалось, хотел, чтобы этот момент длился вечно. — Вероятность — сто процентов, — тот тихо прошипел от боли и сжал руки в кулаках, непроизвольно прикрывая глаза и сильнее откидывая голову от давления на горло. Киллер никогда не врал о таких очевидных вещах, и даже сейчас, несмотря на бешеный ритм сердца и отдалённое угрызение совести, он пытался держать лицо. Тэхён, чувствуя, как сильно бьётся сердце прижатого к стене парня, тихо усмехнулся и, отстранившись, вытянул руку с пистолетом в сторону, отвлекаясь от выражения лица Чонгука всего на пару секунд, чтобы быстро прицелиться и с непривычного ракурса выстрелить по мишеням. Свободной же рукой он упёрся в грудь учителя, продолжая вжимать того в стену. Три пули подряд оказались около десятки, что было намного лучше всех попыток в течение недели вместе взятых. Хоть сказанное и оказалось правдой, Тэхён всё равно был ещё зол на такое обращение к нему, поэтому пронзительный взгляд снова вернулся с мишеней на живой объект. Чонгук не мог не видеть, как его подопечный сконцентрировался и как его пули попадали намного ближе к желаемому результату. От этого на лице даже появилась лёгкая улыбка, которая тут же пропала вместе с возвращением прожигающего взгляда. — И что дальше? Убьёшь меня теперь? Я же был прав. Это твой лучший результат за всё время. И ты всё ещё злишься? Вдруг все эмоции будто пропали с лица Тэхёна, но взгляд так и не уходил с чужих глаз. — Нет, я не злюсь, — услышав это, Чонгук даже выдохнул. Ким же, прокрутив на пальце пистолет, безо всяких резких движений просто скинул его на пол, что его владелец посчитал оскорблением, но… После того, как железо звякнуло о бетонный пол, в помещении повисла давящая тишина. И лишь через несколько секунд Тэ рывком ухватился освободившейся рукой за ворот футболки Чона, с силой потянув того на себя и снова резко впечатывая в стену, чуть ли не вплотную следом прильнув и понизив голос почти до шёпота. — Я просто в бешенстве, — левой рукой Тэхён сжал ткань чужой одежды уже на уровне живота. Если бы эта рука была доминирующей, он бы точно врезал, заставляя парня согнуться напополам. Но и правая всё ещё давала о себе знать, иногда внезапно начиная ныть, как это начинало происходить сейчас. — Тэхён, успокойся. Я хотел как лучше. Результат же есть, — последняя фраза была сказана намного тише, а под чужой рукой всё также ощущалось бешеное сердцебиение от подскочившего адреналина, и оба понимали, что чувствуют его. По взгляду Чонгука было видно, что он ничуть не жалеет о своём выборе. Главное — результат, а какой исход в их отношениях — дело последнее. Не жалеть о выборе… Это то, о чём Тэхён задумывается в последнее время. Снова глубоко вдохнув, он медленно разжал хватку обеих рук, ненадолго закрыв глаза. Очень хотелось вмазать ему по лицу. По этому смазливому лицу, которое вечно смотрело с такой издёвкой, а сейчас… Ким снова посмотрел на Чонгука из-под полуприкрытых век, где-то глубоко внутри даже не понимая, куда делась вся та дерзость, которая билась через край ежедневно. Но он и сам понимал, что, если бы Чонгук продолжил, простыми вбиваниями в стену дело бы не закончилось. Повернувшись в сторону двери, Тэхён сделал шаг ей навстречу и остановился, замешкавшись на месте. Он всё же решил развернуться, с замахом ударяя кулаком в паре сантиметров от лица успевшего расслабиться Чонгука, то ли промахнувшись, то ли сделав так намеренно. Уже начинающие заживать раны снова заныли, но Тэ не подал виду, на этот раз окончательно развернувшись, и, ни сказав ни слова, с грохотом захлопнул за собой дверь. Сердце киллера замирает так, будто к нему впервые проявили агрессию. Чтобы Чон Чонгук боялся какого-то удара? Во-первых, это было неожиданно. Во-вторых, Чон где-то подсознательно был готов принять удар на одних лишь инстинктах, но не ожидал, что тот придётся на стену, так ещё и с разворота. На месте Тэхёна он вряд ли бы сдержался. Хлопок двери, и ученик скрывается в коридоре. После этого брюнет провёл раздражённо рукой по волосам, поднял пистолет и убрал его на место, наконец уходя к себе. Ещё долгое время Чонгук не мог отойти от произошедшего, а перед глазами всё время было лицо Тэхёна в паре миллиметров от его. Со всеми мыслями он уснул лишь под утро, не в силах подняться даже на тренировку.

***

Говорят, что привычка усваивается за три недели, но похоже под страхом быть избитым или униженным, как Чонгук любил делать, ко всему привыкаешь быстрее. Тэхён же привык просыпаться по утрам на тренировку, но в этот раз было довольно странно не встретить у выхода своего мучителя. Но парень решил не пропускать тренировку, ведь она и правда уже давала результаты, которые так просто терять не хотелось. Впрочем, одно изменение в сегодняшней пробежке он всё-таки допустил — взял с собой наушники. Музыка вместо гонений звучала намного лучше, но настроение всё равно не повышалось, зато хотя бы держалось на одном уровне. Да, он был всё ещё зол из-за вчерашнего вечера, но уже не настолько, чтобы начистить виновнику хлебаль- лицо. Привычно пообедав после тренировки, от которой тело уже так не ныло, как в первые дни, Тэхён глянул на часы. Он ведь не знает, во сколько начало, но в итоге решил прийти в три, как чаще всего было запланировано. Наушники до сих пор были при нём, и как только Ким потянулся к ручке двери, ведущей в тир, заиграло что-то особо… Ироничное. I've always liked to play with fire, да? Хотя, может, это ему просто показалось, поэтому парень не стал тянуть и дёрнул ручку, проходя внутрь помещения. Уже полностью погружённое во тьму помещение давало понять, что в нём никого нет, но Тэхён, включив свет, первым делом глянул на диван. Пусто. Медленно выдохнув, он прошёл к ящику с оружием и только дёрнув за ручку вспомнил, что он всегда запирается на ключ. Которого, конечно, у Тэхёна не было. Цокнув языком, парень уселся на диване и стал дожидаться учителя. Спустя полтора часа телефонных игр, и лишь только потому, что батарейка начинала садиться, Тэхён понял, что ловить здесь нечего, и покинул тир. Если бы он вчера всё-таки ударил Чонгука, то сейчас бы, скорее всего, направился к нему узнать, всё ли в порядке. Но сегодня ныла лишь его собственная рука, напоминая о вчерашнем вечере. Через день Тэхёну позвонил его дядя и вызвал к себе. Чтобы Намджун не заметил явных повреждений на руке, Тэ обтянул её вместе с кистью эластичным бинтом, уже в кабинете оправдываясь, что просто потянул связки на одной из утренних тренировок во время отжиманий. Про инцидент он ничего не рассказал, просто описав свои ежедневные тренировки и для правдоподобности повозникав насчёт ужасного характера своего учителя, на что Намджун отвечал понимающей усмешкой. Тэхён очередной раз удивлялся, как такой серьёзный человек, управляющий огромной базой, занимающийся криминальными делами, быстро менялся и был таким семейным при виде родственников. Никто бы и не подумал, что он — глава мафии. Это мог выдавать только довольно статный вид и дорогая одежда. — Не пожалел о своём выборе? — будто читал мысли Намджун, всегда попадая в самую суть. — Пока нет, — тяжело, но честно отвечал племянник, ловя себя на мысли, что теперь не хочет подводить не только своего дядю, но и учителя, какие бы эмоции тот не вызывал. Ким покинул кабинет дяди лишь к четырём часам дня, по пути что-то напевая себе под нос и подкидывая новенький, уже личный ключ. Но не может же всё быть настолько хорошо? Пройдя в тир, Тэхён так и замер у входной двери, молча смотря на находящегося там Чонгука, который разговаривал по телефону. Судя по услышанным словам, на той стороне трубки находился Намджун, только вот из-за него ли у Чона было раздражённое выражение лица или нет — неизвестно, но почему-то старший это приметил. Учитывая то, что от настроения этого киллера зависел весь день Тэхёна — действительно, почему? Простояв на месте ещё какое-то время, Ким отвёл взгляд и закрыл за собой дверь, после подходя к ящику и проверяя, подходит ли ключ. Замок с лёгкостью щёлкнул, отчего парень еле заметно улыбнулся, выдвигая полку. Оружия там, конечно же, не оказалось, но патронов всё равно нужно было набрать, поэтому, прихватив пару магазинов, Тэхён закрыл ящик и подошёл к столу, выкладывая патроны на него. Лишь теперь парень стянул наушники, выключая музыку и складывая всё вместе с телефоном в карман. Пока Чонгук был отвлечён разговором с боссом, Тэхён взял оставленный им пистолет, проверил наличие патронов и вернулся к стойке, самостоятельно начиная тренировку. Только сейчас он увидел использованные мишени, где следы от пуль были далеки от заветной десятки. Так вот чего он такой раздражённый. — И как это понимать? — закончив разговор, Чонгук, заметивший, что его оружие было нагло взято без разрешения, повернулся к Тэхёну, сложив руки на груди и окидывая того хмурым взглядом. — Если тебе уже ключ дали, это ещё не значит, что ты супер стрелок. Надеюсь, у тебя будет такой же результат, и даже лучше. После дня отдыха. Выстрелив последний патрон, Тэхён лишь красноречиво посмотрел на Чонгука, тут же переключаясь на смену магазина. — Твой дядя просил сильно тебя не перенапрягать, так что один час на тренировку и можешь идти отдыхать. Понятно? — продолжил тот, наблюдая за раздражёнными движениями своего подопечного. — Я сам знаю, когда мне достаточно, — Тэ резко щёлкнул новым магазином и отложил пистолет, стягивая с руки эластичный бинт и оставляя его в стороне, теперь разминая кисть и пальцы. — И хотя бы с тренировок не сбегаю. Припомнив вчерашнее ожидание, Ким тихо фыркнул, снова беря в руки пистолет и начиная целиться по мишеням. В этот раз, хоть рука и ныла, придерживать её второй не приходилось, что, похоже, означало, что Тэхён начинает привыкать к тяжести оружия в своих руках. — А ты не перегибаешь ли, Ким Тэхён? — Чонгук заметно переменился в настроении, подходя к тому ближе, отбирая оружие, тем более это было сделать проще простого, ибо рука у него держала оружие хоть и твёрдо, но всё ещё была покалеченной. — И кто сказал, что я с тренировок сбегаю? У меня были дела. Или мал… — вовремя осекается тот, чтобы не повторять недавнего инцидента. — Тэхён не может сам устроить себе физподготовку? — Ах это я ещё перегибаю? Я? — терпение, которое пытался сохранить Тэхён хотя бы на время тренировки, треснуло, снова постепенно возвращая те эмоции, которые накрыли пару дней назад с головой. — Когда есть дела, то обычно предупреждают. Тэхён честно хотел удержать в руке пистолет, но, стоило её крепче сжать, как раны начинали ныть с новой силой. Шикнув от боли, он прищурился, но всё ещё пристально смотрел на Чонгука, будто пытаясь понять, что тот от него на самом деле хочет. — Да, ты. Я всё ещё твой наставник. Это раз. — Раз — за час ничего не успеешь толком сделать, — на пониженных тонах перебивает Тэхён, вытягивая руку и тем самым требуя вернуть ему оружие. Последняя попытка вести себя спокойно. — И твои указы на меня больше не действуют — два. — Два, — той же монетой отвечает Чонгук, — ты сам пару дней назад просил отдыха. Так пожалуйста. Точнее показывал всем видом это. И три — если ты ничего не можешь, согласен, и час не поможет. Чон опустил взгляд на чужую руку, но не собирался прогибаться под внезапно включившегося мачо. И даже очередные его угрозы ему безразличны. Раз на то пошло… Война, так война. — Мы ещё посмотрим, как они не действуют. Можешь идти, твоя тренировка закончена. Стрельбы сегодня не будет. И это я сказал, твой наставник, поэтому развернулся и закрыл дверь с другой стороны. Немая пауза. Тэхён не сводил взгляда с учителя, а тот, в свою очередь, не проявлял ни малейшего колебания. — Все наставники такие поехавшие садисты или просто мне так повезло? — всё-таки высказал Ким то, о чём думал в течение недели, вслух, и ему даже стало как-то легче. Обиднее всего было от того, что он знал, уже почувствовал, что Чонгук может быть нормальным и общаться подобающе. И с чего это снова началось… Ни черта непонятно. — Пожалуйста, — зацепив с собой оставленный бинт, Тэхён направился к двери, по пути нарочито сильно задев своим плечом чужое, чтобы уж явно не показалось, что это было случайностью. — Прощайте, мистер Чон. Со всей едкостью проговорив последние слова, Тэхён в очередной раз захлопнул за собой дверь — главное, чтобы в привычку не вошло. Засунув руки в карманы, Ким направился в сторону выхода, решив остыть на свежем воздухе. — Тебе очень повезло, в будущем ты мне спасибо ещё скажешь! — крикнул Чонгук вслед, устояв, конечно, на ногах, несмотря на такую явную «любовь» со стороны своего подопечного. Взяв пистолет, тот перезарядил его и быстро опустошил очередной магазин в мишень, нервно выдыхая. Медленно опустив на стол оружие, Чон наклонил вперёд голову и упёрся в поверхность руками, покосившись на дверь. — «Прощай»? — постепенно остывая, до парня начинает доходить смысл брошенных напоследок слов. — Что значит «прощай»? Чонгук медленно сжимал пальцами край стола. Он использует связи? Выгонит с базы? Что этот чёрт с хитрым взглядом задумал?! И всё же Чон не может устоять на месте. Выработанное годами чутьё подсказывало, что что-то не так. К тому же, на киллере висит ответственность не только за физическое состояние племянника босса, поэтому он, прихватив машинально с собой пистолет, выбежал из тира на поиски парня, оббежал пол базы, уже даже прошёлся по камерам, чтобы выяснить, где этот придурок находится. — Серьёзно?! — увидев в окно, как Тэхён покидает базу, Чонгук без раздумий сорвался с места. Ещё не хватало, чтобы уязвимый член мафиозной группировки разгуливал по улице. Да и не какая-то пешка — родственник лидера мафии. Только вот Тэхёна о таких изменениях в личной жизни не предупреждали, поэтому-то он, натянув капюшон своей ветровки, направился в сторону ближайшего парка, подальше от этой чёртовой базы. На улице уже постепенно вечерело, но так было даже лучше. Нащупав в карманах телефон, Ким уже собирался включить музыку, однако батарейка издевательски демонстрировала, что не тут-то было. Тихо рыкнув, Тэхён еле удержался, чтобы и мобильник на землю не бросить, но рассудок, к счастью, ещё не совсем поплыл. Прихватив по пути какую-то палку, Ким расхаживал по почти пустому парку и отбивал ей всё, что находилось на его пути. Это совсем немного, но разряжало обстановку, и Тэхён постепенно успокаивался, про себя повторяя всякие проклятия в сторону виновника нынешнего положения. — Ким Тэхён, мать твою! Ты что здесь забыл?! — как говорится, вспомнишь солнце… Или более подходящий для Чонгука вариант. Капюшон глушил звук со всех сторон, но голос Ким всё-таки услышал, поэтому оглянулся, стягивая его с себя. — Чего? — первое, что самостоятельно сорвалось с уст, когда Тэхён увидел перед собой запыхавшегося Чонгука. — «Чего»?! — Чон, не скрывая ни своих переживаний, ни злости, схватил старшего за плечи, всё ещё параллельно пытаясь отдышаться. Кажется, он бежал, как никогда раньше, чувствуя, как сердце отбивает в висках бешеный ритм. — Ты вообще страх потерял?! Ты знаешь, что тут не безопасно разгуливать, тем более рядом с базой! Голос Чонгука звучал сорвано, так как бежал тот слишком быстро. Тэхён от такого непривычного поведения учителя и его слов даже растерялся, не зная, на что реагировать первым делом. Удивлённо изогнув бровь, он чуть отстранился, ощутив на своих плечах чужие руки, и тут же попытался их стряхнуть. — Что в этом опасного? Я не такой знаменитый, как некоторые, — оправив ветровку, Тэхён снова развернулся в сторону, куда и направлялся, и, не поворачивая головы, махнул рукой. — Я ненадолго, прогуляюсь и скоро вернусь, — зачем-то оправдался Ким, снова пряча вытянутую руку в карман. Он почти поверил в эмоции, которые выражал Чонгук, но вовремя вспомнил, что было всего пару дней назад. Чон не мог справиться с волнением, так же, как и не мог остановить этот паровоз, который не желал даже слушать. — Ты не понимаешь, что ли?! Это опасно, чёрт возьми! Тэхён, стой! — Чонгук едва успел договорить последние слова, как заметил странный блеск в кустах и постепенно увеличившуюся тень. Даже пары секунд хватило, чтобы просто встать перед Тэ и вытащить на ходу пистолет. Всё же рефлексы делают своё. Чон уже хотел развернуться и выстрелить, но прозвучал резкий хлопок, сравнимый со звоном в ушах, а затем странная боль пронзила область поясницы. — Ещё раз спрашиваю, что здесь может быть опас… — говоря на повышенных тонах, Тэхён снова обернулся к Чонгуку, чтобы хоть как-то убедить оставить его в покое. Но, заметив резко изменившееся выражение лица, он даже не смог договорить. — Чонгук?.. — это имя было настолько непривычно произносить, что Тэхён только сейчас понял — он впервые обращается к нему, не используя никаких статусов или оскорблений. Заведённая Чоном за спину рука коснулась места, где боль всё нарастала, а затем и Ким заметил окровавленную ладонь, тут же всё понимая. Всё же он влез в опасный криминальный мир, и Чонгук был прав. Чёрт, он вытворяет столько раздражающий вещей и всё равно оказывается прав! Чон, неестественно улыбнувшись лишь уголками губ, поднял взгляд на в шоке уставившегося Тэхёна. Он должен был защитить племянника босса, несмотря ни на что, а теперь его ноги подкашиваются и он падает на колени, оставляя в руках Тэхёна пистолет. — Чонгук! — уже громче повторил Тэхён, подхватывая вдруг опускающегося на землю парня под локти с уже вложенным в ладонь пистолетом. — Стреляй и беги, — тихо шепчет тот из последних сил. — Что… Стрелять? Куда? Чонгук! — ошарашенно глядя на быстро побледневшего Чона, Тэ похлопал того по щеке, удерживая одной рукой и по сути уже уложив на своих коленях. Тихо повторяя имя парня, тем самым пытаясь привести его в себя, Ким вдруг замер, услышав рядом с собой шаги. Подняв голову, он увидел совершенно незнакомого ему мужчину, с чем-то, напоминающим смесь автомата со снайперской винтовкой, свисающей на лямках с шеи. — Неужели мне удалось пристрелить самого «неуловимого» преступника, члена семьи Ким Намджуна? Вот это да! — безумная улыбка появилась на лице мужчины, в то время как Тэхён ошарашенно на него глядел. Тот вдруг исказил лицо, будто пытаясь выразить сочувствие, обращаясь уже к Тэ. Конечно же, фальшивое. — А ты что, его дружо… Внезапно прозвучал ещё один выстрел, и незнакомец с автоматом с грохотом упал всего в метре от парней. Тэхён сам не понял, что сейчас произошло, но его вытянутая с пистолетом рука и лёгкий тремор в ней после отдачи говорили сами за себя. «Прямо в десятку», — сказал бы Чонгук, но это был не он. Для Кима это было впервые, и дрожь незаметно, но стремительно разошлась по всему телу. Осознав произошедшее, Тэхён трясущейся рукой потянулся к карману, доставая телефон и набирая номер дяди. — Парк… Чонгук… Стреляли… — не в силах связать и простого предложения, Тэхён жутко трясся, а телефон предательски запищал, выключаясь из-за севшей батареи. Оставалось лишь надеяться на то, что Намджун понял. Тэхён выронил из руки телефон, потянувшись к ране Чонгука и попытавшись зажать её ладонью, опустил голову и прижался своим лбом к его. — Молодец, Тэ… — выдавив из себя тяжело давшиеся слова, Чон, который всё это время пытался всё также вслушиваться в обстановку и сдерживал желание провалиться в темноту, которая так и манила, в итоге полностью отключился, и происходящее вокруг никак не могло повлиять на то, чтобы тот открыл глаза. Он и так продержался сколько мог, чтобы удостовериться, что племянник босса в порядке. Где-то глубоко внутри, будучи ещё в сознании, Чонгук корил себя, что, возможно, подверг Тэхёна ещё большей опасности, оставив его одного. Тело не слушалось от адреналина, который сейчас выплёскивался в кровь всё больше. Парень чувствовал лёгкую боль, но кровь слишком быстро покидало тело, а с тем и сознание уплывало довольно стремительно. Слышно было только дрожащий голос Кима, который повторял одно и то же имя, а после — незнакомый голос, заставивший Гука на секунду приоткрыть глаза, но из-за белой пелены перед собой и слабости он не мог разглядеть, «кто же этот смертник, который будет убит, если, конечно, я останусь в живых». Но после собственной похвалы — непроглядная тьма. Чонгук оставался в руках Тэхёна, зажимающего его рану ладонью, до тех пор, пока не прибыла скорая вместе с основным мед. персоналом базы. — Поднимайся, ему помогут, — голос Намджуна звучит прямо над племянником, который всё ещё не мог прийти в себя. Чона аккуратно переложили на носилки, плотно закрывая его рану и относя к уже подъехавшей машине скорой помощи. Помощники занялись трупом киллера, который был застрелен Тэхёном. — Чонгук… — имя, которое ни разу не было произнесено Кимом за всё время их знакомства, теперь так часто повторяется им, хоть и, по большей части, непроизвольно. Он не мог спокойно смотреть на то, как парня поднимают и увозят на носилках. Он вообще не мог спокойно смотреть на то, как его кто-то трогает. Здравый смысл, который должен был говорить, что они делают как лучше, молчал, и лишь Намджун мог удержать Тэхёна уверенной хваткой на плечах племянника, вплоть до момента, когда двери скорой помощи были закрыты. Лишь теперь дядя ослабил руки, и Тэ, шатко поднявшись, отошёл на несколько шагов назад, после отбегая к дереву. Тошнота, которую он сдерживал с момента выстрела, снова подступила, и Ким согнулся чуть ли напополам, упираясь ладонью в ствол. Намджун бы так и не отходил от своего племянника, но ему, как лидеру, нужно было отчитаться за всё произошедшее. Тэхён это понимал. Пока все занимались своими делами, ему оставалось лишь ждать. Он уселся на траву рядом с дорожкой, подогнув к себе ноги и опустив взгляд на окровавленные руки, которые до сих пор дрожали. Не только руки, но ещё и футболка, штаны. «Боже, сколько крови», — Тэхён нервно выдохнул, стиснув зубы. Если бы только он остался на базе, если бы только… Опущенная на плечо рука даже не сразу отвлекла Кима от мыслей, но всё же его заставили подняться и отправиться обратно, туда, где было безопаснее. Согласился идти он только после того, как ему пообещали если уж не остаться с Чонгуком, но хотя бы уже совсем скоро навестить его.