Папина Принцесса

      После успешного подписания контракта с Диной, представляющей один из самых популярных молодëжных лейблов страны, Маттео активно начал выпускать песни, имевшиеся в его репертуаре. И их хватило на первый альбом, получивший символично название «Sólo Tú». Не трудно догадаться, что в него вошли гремевшие ещё во времена Jam&Roller «Allá Voy», «Está noche no paro», «Quédate», «Quiero verte sonreír».       На этот альбом ушло много сил и времени, но всё это окупилось — имя Маттео Бальсано быстро разлетелось по просторам медиа-индустрии. Интервью, студийные записи, съёмки клипов, помещение всевозможных премий и мероприятий выматывало, отнимало кучу времени и возможности побыть с любимой девушкой.       Но она всё понимала: Маттео был счастлив, а большего ей и не хотелось. Да, они мало времени проводили вместе, всё чаще и чаще ограничиваясь лишь краткими переписками в соцсетях; да, он был в постоянных разъездах и делах; да, его часто не было рядом. Но это не убило их чувства. Наоборот — пришло осознание ценности тех моментов, что они делили на двоих.       Она была с ним на всех его выступлениях. Пускай он был постоянно занят, а вокруг него всё время вертелись люди, всегда находилась минутка для того, чтобы увидеть прекраснейшие и любимейшие глаза и ощутить обожаемые губы.       Краткие, но самые ценные моменты.       Буэнос-Айрес. Бразилиа. Мехико. Сантьяго. Каракас. Лима. Поцелуй. Любимая девушка.       К слову, после одного из концертов, девушкой она быть перестала — в тот же вечер было сделано объявление о помолвке.       Маттео Бальсано, новая звезда латиноамериканской сцены, и Луна Валенте, успешная роллерша, наделали тогда много шума.       Сама же Валенте, отказавшись менять свою фамилию, продолжала покорять мир фристайла. Соревнования за соревнованиями, призовые места за призовыми местами, команда за командой, партнёр за партнёром. Молодые люди, выступающие в роли партнеров Валенте, менялись один за одним: новоиспеченный муж, выражавший явное призрение к каждому, из-за чего сам подыскивал претендентов для совместного катания своей молодой жены.       Там уж и фристайл Луне бросить действительно пришлось. Возможно, правильнее было бы сказать, оставить на время, но, к сожалению, с катанием она тогда завязала действительно. А причина проста — беременность.       Окрылëнная мечтами о будущем ребëнке, не собиралась покидать спорт. Она продолжала верить в то, что при большом желании и аккуратности ей ничего не помешает выносить здоровое дитя. Но остальные так не считали. Вся семья в один голос сурово заявила, что Луна Валенте непременно уходит из жестокого мира спортивной конкуренции.       Вскоре родилась Каталина Бальсано. Молодые родители были до безумия рады появлению в их жизни маленького комочка счастья. Но эйфория скоро сменилась усталостью. Начались ссоры, скандалы и вечные непонимания. Валенте, отдававшая всё своё время дочке, могла сорваться на мужа из-за того, что тот, вымотанный очередной бессонной рабочей ночью, забыл банально выкинуть мусор. Бальсано, взявший на себя роль главы семейства, всё время работал, из-за чего времени на семью оставалось не так много.       Долго они так не протянули.       Нервы Маттео сдали первыми. Громко хлопнув дверью, он покинул их общее жилище и несколько суток ночевал в студии, терзая себя за такой глупый поступок. Бросить жену с новорожденным ребёнком — это омерзительно! Она и так устаёт, а он, в погоне за призрачной славой, не заметил всего того, что происходило перед его глазами: эта невероятная женщина девять месяцев вынашивала их чадо; стерпев ужасающую боль, родила ему прелестную дочь; а теперь ещё фактически в одиночку тянула на своих плечах всё хозяйство и уход за ребёнком. Надо исправляться.       Как позже выяснилось, Луна тоже осознала свою неправоту и уже была готова звонить мужу и умолять его вернуться, когда входная дверь распахнулась, а в проёме скромно замер Маттео с букетом цветов в руках.       Она тихо подошла к мужу и, аккуратно забрав из его рук рабочую сумку, прошептала:       — Лина спит, так что…       Договорить ей было не суждено: всё те же любимые руки всё так же притянули любимую женщину к себе и заключили в крепкие объятия, предварительно кинув цветы на пол.       — Прости меня, я был неправ, — вздохнул мужчина, — мне следовало больше времени уделять вам.       — И ты меня прости, дорогой. Сама не знаю, что на меня нашло… Ой, что ж это я… Пойдем, ты, наверное, голоден…       Это была самая крупная и значительная ссора за всю их совместную жизнь. Дальше, конечно, скандалов избегать не удавалось, но ни один из них не шёл в сравнение со своим грозным предшественником.       Каждое лето счастливые супруги обязательно посещали Канкун, где отмечали годовщину своей свадьбы и навещали родителей Луны, и Читта-Сант-Анджело, где чета Бальсано радушно принимала дорогих гостей.       Впрочем, через несколько лет полёты пришлось прекратить — Луна и Маттео объявили, что ожидают появления на свет ещё одного ребёнка.       Они действительно были счастливы тогда, да и продолжают быть счастливыми сейчас.       Даже сейчас, когда им пришлось столкнуться с новой проблемой.       — Луна! — послышался мужской восклик, как только Алекс с матерью пересекли порог дома. — Ой, а кто это тут пришёл вместе с мамой?       — Папа! — радостный мальчишка сорвался с места.       — Скучал, герой? — потерянный Маттео старался не выдать себя перед сыном.       — Конечно, — промурлыкал тот, обняв отца за ногу. — А ты мне что-нибудь принёс?       — Да, il mio ragazzo, — мужчина потрепал сына по голове, — загляни к себе в комнату и всё сразу увидишь.       Мальчонка звонко поцеловал присевшего отца в щеку и побежал наверх.       — Что случилось, любимый? — наблюдавшая за этой милой сценой девушка подошла к мужу ближе.       — Луна… — вновь потеряв дар речи, итальянец взял руки любимой в свои крепкие ладони.       — Маттео, la mia luce, что случилось? Я же волнуюсь.       Она ловко усадила мужа в кресло, а сама приземлилась на подлокотник.       — Мне звонил менеджер… Он сказал, что меня пригласили выступать на ту самую площадку в Штатах.       — Так это же прекрасно! Ты так этого хотел, я очень за тебя рада, mi amor!       — Луна, это выступление выпадает на нашу годовщину, и…       — Милый, стоп. Слышишь меня? Да? Прекрасно, потому что я очень тебя люблю. Настолько сильно, что готова пожертвовать одним таким днём, ради исполнения твоей мечты. Даже не думай отказываться, понял меня? Иначе я заставлю твоего менеджера силком затащить тебя в самолёт.       — Но, Луна…       — Никаких оправданий, сеньор, я не приму. Ясно? Ты туда летишь. И точка.       — Ты знала, что я тебя обожаю?       — Думаю, двое детей — явное тому подтверждение, — согласилась блондинка. — А теперь отпускай меня — ещё надорвëшься.       — Не надорвусь, mi cielo, ты у меня лёгкая.       — Так, рыцарь, отпускай давай, — оставив лёгкий поцелуй на виске мужа, женщина попыталась самостоятельно выбраться из крепкой хватки. — Тебе ещё с сыном разговаривать.       — Алекс что-то натворил? — Маттео в миг стал серьёзнее и всё же опустил жену.       — Это мы что-то натворили, — тяжело вздохнула Луна. — Малой воспитательнице сказал, что ты меня избиваешь.       — Что?! — опешил мужчина. — Я? Тебя?       — Да, милый.       — Да я… Я тебя и пальцем не трону… А чтобы тебе боль причинить… Не-е-е-ет…       Бальсано рассмеялась.       — Ох, помню я, как ты в обморок упал, пока я Лину рожала.       — Я не был к такому готов, — выдохнул итальянец, — ты так орала, что я там чуть с ума не сошёл.       — Я знаю, милый, знаю. Но всё же… Поговори с сыном, объясни ему. Тебя он точно услышит.       — Хорошо, Луна.       Сколько бы лет ни прошло, Маттео Бальсано остаётся всё тем же скромным романтиком, поэтому, обхватив свою женщину за талию, он притянул её к себе, дабы оставить на устах сладкий поцелуй.       — Ты не меняешься, — она легко усмехнулась. — Тебя накормить? Ты сегодня как-то рано. Что-то случилось?       — Нет, солнце, всё хорошо, просто мы сегодня закончили пораньше. Но от еды я не откажусь.       — Сейчас пообедаешь или подождешь Лину? Она должна прийти, — кинув беглый взгляд на часы, Луна продолжила: — минут через тридцать.       — Подожду.       — Вот и отлично, — усмехнулась мексиканка. — Кстати, я её отпустила сегодня погулять — думала, что ты поздно будешь.       — Хорошо, любимая.