Лифты

Это не должно было случиться. Такая глупая ситуация. Нужно было при первой возможности написать отказ от поездки всей командой. Цукишима всю свою жизнь будет зол на Акитеру. ''Кей, ты должен поехать и оторваться как старшеклассник, у вас же такие красивые менеджеры''. Но Акитеру не предупреждал, что уже после отбоя, когда ему нужно будет воспользоваться уборной, которой нет на их этаже (кто вообще выбрал это здание для ночёвки?), он застрянет в лифте с Королем. Кей уже говорил, что ненавидит лифты? Так вот. Как только лифт дернуло в последний раз, и мерцание света усилилось, Кагеяма состроил самое сложное лицо в мире. Кей мог прочитать на его лице и злость, и разочарованние, и даже обиду на весь мир. — Цукишима, сделай что-нибудь, — шёпотом выдохнул Кагеяма. — Конечно, Король, как раз возвращаюсь с работы лифтера, одну минуту. Возможно, плеваться ядом в данной ситуации не лучшая идея, но никто не способен терпеть глупости, что льются изо рта Кагеямы. Даже Цукишима. Тем более он. Кей осмотрел панель и нажал на кнопку со звонком, моля о быстром спасении. Кагеяма повернулся к нему спиной и шумно задышал. Это было неожиданно, и Кей расстерялся. — Ты в порядке? — Цукишима на пробу ткнул ему в руку, но ответа не последовало, лишь громкий всхлип. — Кагеяма? Ответь мне, Король. Так и не получив ответа, он рывком повернул Кагеяму лицом к себе. И увидел, как тот пытается закрыть распухшие красные глаза. — Эй, Кагеяма, ты чего? — Цукишима пытался встретиться взглядом с Кагеямой и понять, что происходит. Он никогда не видел Тобио настолько разбитым. — Я-я боюсь замкнутых пространств, — прошептал Кагеяма в ответ, кусая губы. — Я ненавижу лифты, и ночью мы застряли с тобой здесь. Черт. — Я могу что-то сделать? — Не знаю. Я в первый раз в такой ситуации. Я предпочитаю лестницы, когда есть выбор. — И как же ты оказался здесь? — уточнил Цукишима. Он точно видел лестницу при заселении. — На ночь все закрывают, я бегал и не уследил за временем. — Кто бы сомневался, Король, — Кей ухмыльнулся. Конечно же, Кагеяма сделал это. — Не называй меня так, Цукишима, — прошипел Кагеяма. — Вам уже лучше, Ваше Величество. Я рад. И Кагеяма вновь зашёлся всхлипами. Черт. Как можно делать все только хуже. Чтоб ещё раз. Хоть одна поездка. Просто за что. Кей привычным жестом хотел дотронуться до наушников на шее, но понял, что не взял их с собой. Казалось, после слез на щеках Кагеямы хуже уже не будет, но было. Цукишима смог. Если и быть худшим, так во всем и сразу. — Ну же, успокойся. Возьми. — Цукишима протянул бутылку к удивлённому лицу напротив. — Это не молоко, конечно, но ты можешь выпить и йогурт, верно? Кагеяма хотел отвернуться, но Цукишима схватил его за локоть. — Послушай хоть раз меня, Кагеяма. Сделай пару глотков. Пожалуйста. Кагеяма взял протянутую бутылку и повертел в руках. — Клубника для самого соленого человека, да? — Пошел ты. На лбу Кагеямы сразу же залегли морщины, и напряглась спина. Словно он принял защитную позу. — Успокойся. У нас хватает факторов, от которых мы можем погибнуть в этом лифте. У Кагеямы был такой выразительный взгляд, что Кей и без слов понял, что, если он произнёсет хоть ещё одно слово, его смерть придёт именно в обличье Кагеямы. Это могло бы даже быть страшным, если бы не усы на лице парня из-за йогурта. Цукишима прыснул в кулак от столь забавной картины, на что в ответ опять получил недовольное выражение лица. — Вот здесь, — Цукишима пальцем провел по лицу Кагеямы, убирая след от напитка. — Теперь чисто. — Спасибо, допей. О нет. Только этого не хватало. Его уровень брезгливости был ужасно далек от уровня Сакусы, но пить из одной бутылки после кого-то, кто не является членом его семьи или Ямагучи, слишком. Правда. Он соврет, если скажет, что не хочет пить, но, когда протянул бутылку Кагеяме, он сделал свой выбор. (Возможно, дело совсем не в брезгливости, но нет, просто нет). — Нет, можешь оставить себе, я пил. Стопроцентная ложь. Но откуда Кагеяме знать. — Мне правда достаточно, я могу оставить на потом? — Твоё право. — Хорошо. — Хорошо. Вот и поговорили. Но это дольше, чем за все полтора года. Неплохо, будь они в другой ситуации. Он чувствовал изучающий взгляд Кагеямы, и это делало ещё хуже. Черт. — А ты все? Ну, страх отступил или что бы то ни было? — Мне спокойней потому, что я не один. Если бы ты не зашёл в лифт вместе со мной, не представляю, что бы я делал. Это было бы ужасно. — Рад помочь? Кагеяма в ответ качнул головой, и слабая тень улыбки появилась на его лице. — У меня есть наушники, хочешь послушать музыку? Вместе? — из кармана Кагеяма вынул комок спутанных проводов. Как же Цукишима был рад. Он быстро нащупал телефон в кармане и протянул Кагеяме, но тот все никак не мог разматать узлы рядом со штекером. — Хм, Король, я думал, ты лучше справляешься во всем, что касается работы рук, — Цукишима засмеялся. Кагеяма был так чертовски глуп, и его румянец от смущения украшал его лицо. — Я хорошо выполняю ручную работу, — Кагеяма продолжал смотреть прямо в глаза Цукишимы, и от этого становилось не по себе. Это очень забавно. Двусмысленные выражения Кагеямы часто веселили Кея. — О, я чертовски уверен в этом, одинокий Король. От возмущения Кагеяма мог лишь хлопать ртом как рыба и, видит бог, Кей правда не хотел нарваться, но какой же Король всегда забавный. Когда Кагеяма потянулся к нему, Кей перехватил руку. — Мы не устраиваем бои в лифте, или это плохо закончится, мы не можем позволить себе испортить лифт ещё больше. — Я понял, верно. Кагеяма сел на пол, наконец-то справившись с наушниками, и жестом пригласил Кея сесть рядом. Цукишима постелил кофту, чтобы не сидеть на холодном полу, и занял место рядом таким образом, что их локти соприкоснулись. — Ты хочешь послушать что-то, Король, или я просто сделаю выбор сам? — На пробежках я использую звуки природы. Я обычно не слушаю именно музыку, выбери на свой вкус. Цукишима нажал на перемешку треков и убрал телефон в карман спортивных штанов, которые в последнее время использовал в качестве пижамы. Черт, он ведь мог спокойно лежать в своём футоне, если бы не Ямагучи, который после ужина потащил его пить ещё и чай в компании Ячи. Он, конечно, рад помочь им найти повод провести время вместе, но ведь всегда есть вариант позвать Хинату вместо него, разве не так? Кей прикрыл глаза и уложил голову на стену. Это было чертовски неудобно, и шея заболела уже после нескольких секунд. Кагеяма тоже часто ворочался, пытаясь найти удобное положение, но, видимо, выходило у него из рук вон плохо. — Эй, прекрати вертеться. Мы можем положить головы друг на друга. Мы ведь можем, да? — О, я думаю это будет удобней. Хорошо. Это действительно было удобно. Но дыхание Кагеямы было таким чертовски горячим и глубоким. И оно так сильно отдавалось в шею. Кей старался не думать об этом и контролировать собственное дыхание, но все его вдохи и выдохи были такими громкими и судорожными, что делало все только более неловким. Кей даже не мог вспомнить, когда он в последний раз чувствовал кого-то так близко. Наверное, это был брат ещё в детстве. — Ты иногда слишком много думаешь о глупых вещах, Цукки. Это было в его голове, или Кагеяма действительно произнёс это только что. О нет. — Цукки, да? — Кей попытался ухмыльнуться, лишь бы скрыть растерянность. — Тебе показалось. Но тебе правда стоит почаще отдыхать от всего, что творится в твоей умной голове. — Тебя просто бесит, что ты самый глупый в этом лифте. — Мы здесь вдвоём, Цукишима. — Это ничего не отменяет, Король. Цукишима мог представить, что Кагеяма сейчас же набросится на него с кулаками или начнёт возмущаться словесно, но никак не этого. Чёртов Кагеяма вжался ещё сильней в его шею и рассмеялся. Так громко и искренне, что внутри Кея все сжалось. Просто несправедливо, что Цукишима оказался в таком положении. Он не топил котят, он помогал старикам и не обижал младших, он не делал ничего настолько ужасного, чтобы быть запертым с Кагеямой в одном лифте, чувствовать его запах на себе, слышать его смех и утыкаться носом, ненамеренно (он будет все отрицать), в его макушку. Даже если они уже не выберутся из этого лифта, Кей умрёт счастливым. О черт. Он ведёт себя как влюблённая маленькая девочка. А Кагеяма даже не видит, какую власть имеет над ним. Глупый Король. — Цукишима? В ответ Цукишима лишь вопросительно хмыкнул, сильней зарываясь в лохматую макушку. Кагеяма отрастил волосы ещё длинней, и, черт, так было ещё лучше. Кей чувствовал себя мальчиком, который дёргает понравившуюся девочку за косички. Но кто не хотел бы подергать Кагеяму за волосы? И лучше бы Кею закончить именно сейчас, пока он не попал в ещё более неловкую ситуацию. — Есть шанс, что мы тут задохнемся или ещё что-нибудь, из-за чего мы умрём? — Даже не думай умирать, так и не заняв первое место на национальных. Или Коротышка заберет всю славу себе. — Но я серьёзно, Цукишима. Скажи правду. — И ты опять будешь рыдать? — Ты просто невыносимый. — Ты правда думал, что избежишь насмешек? Страдай, Король. Цукишима на удивление и сам не чувствовал укола в своём тоне. Таким тоном впору в любви признаваться. Просто кошмар. — Но если мы правда не выберемся, я рад, что оказался в такой ситуации именно с тобой, — шептал Кагеяма, лицом зарываясь в шею Цукишимы. Кей чувствовал мурашки на своей коже, и это было сложно списать на холод в лифте, потому что было очень жарко. А потом Кагеяма взял Кея за руку, переплетая их пальцы. — Ты мне нравишься, Стингишима. Вау. Нет, это просто пиздец и его любимая песня в наушниках на фоне. — Ты только что испортил признание, лишь бы подразнить меня? Серьёзно. А я ведь на секунду хотел ответить взаимностью. Кагеяма резко поднял голову, заодно ударив Кея по носу. — Что? Это было больно. Но, возможно, когда Кагеяма смотрит своими невыносимыми глазами так, можно перетерпеть любую боль. — Кей, что? Быстро скажи мне это, — и ударил Кея кулаком по плечу. Совсем не больно, и это даже забавляло. — Вот так современные подростки добиваются возлюбленных, силой и угрозами? — Кей ухмыльнулся. Спасибо Акитеру за уговоры, спасибо лифтам, что ломаются через день, спасибо глупому влюбленному Ямагучи и чаю. — Вы, возможно, мне тоже нравитесь, Ваше Величество. Жениться, так на королеве, знаешь? Кей улыбнулся. Тобио улыбнулся. Цукишима смотрел на его улыбку и думал, что так не бывает. Так не должно быть, но все именно так, и улыбка Кагеямы, которая пугала всех ещё полтора года назад, сейчас казалась ярче самого солнца. И он хочет верить, что Тобио чувствует то же самое. И когда Кагеяма с силой прижимается к его губам, Цукишима все ещё не может побороть улыбку. Кагеяма так плох в поцелуях, но Кей даже представить не может, что от поцелуя с кем-то другим его сердце будет делать такие кульбиты. Кагеяма прижимает ладонь к его шее, Цукишима отвечает рукой в волосах. И он действительно дёргает эти длинные пряди. И это так идеально, что он надеется на то, что Тобио будет любить лифты до конца своей жизни так же сильно, как и он.