Северус и Гарри на отработке

Хогвартс-экспресс: мягкие кожаные сиденья, весёлый смех вокруг, зелень за окном и верные друзья рядом. Что ещё нужно? “Гарри Поттер возвращается в Хогвартс” – пестрели заголовки в каждой газете. Знаменитое Золотое Трио снова в школе. После войны всех, кто пропустил год, пригласили на 8 курс, и Гарри согласился. Почему бы и нет, он ничего не теряет. Рон был увлечён Гермионой, она учёбой, так что тут вопрос даже не стоял. И вот сейчас, выходя из поезда и вдыхая свежий вечерний воздух, Гарри, направляясь в Хогвартс пешком, сравнивал себя с прошлым, когда он выходил отсюда Победителем. Он очень изменился. Если раньше Гарри был щуплым подростком, то сейчас он превратился в очень красивого мужчину: тёмные волосы до плеч, завязанные чёрной лентой с изумрудами под цвет глаз, подкаченное тело, скрытое дорогой чёрной манией, выпирающие скулы, почти грубые черты лица. Вместе с принятием титула Лорда двух родов – Блек и Поттер – на смену обноскам пришла дорогая одежда. Вместе с одеждой поменялось поведение, жесты и манеры – Гарри стал настоящим аристократом. Каждый, кто говорил с ним больше двух минут, тут же замечал перемены: в приятном баритоне то и дело появлялись повелительные нотки, заставляя нервничать любого собеседника, превосходный сарказм сбивал с толку, а магическая сила, возросшая во много раз, добавляла дискомфорта. Гарри стал кем-то межу Люциусом Малфоем и Северусом Снейпом в довоенные годы. – Гарри, быстрее. Ты совсем от нас отстал, – раздражённо прикрикнула Гермиона, выдёргивая парня из мыслей. Гарри поморщился – он прекрасно понимал, что Золотое трио распалось ещё давно, и поддерживали отношения они только на публике. Поэтому его безумно раздражало то, что Гермиона всё так же лезла в его жизнь и пыталась им командовать. – Гермиона Джин Грейнджер, ты видишь здесь камеры? Я вот нет. Я не нуждаюсь в сопровождающих, – спокойно ответил Гарри. Рон скрипнул зубами, но промолчал и, взяв свою девушку за руку, гордо удалился, спотыкаясь. Гарри покачал головой – если он действительно изменился, то Рон очень бездарно его копировал. И хоть это и было заметно даже слепому, Рон упорно продолжал это делать. Большой Зал встретил учеников гостеприимно распахнутыми дверями. Гарри выбрал место подальше от всех, и неторопливо обвёл помещение глазами. Он равнодушно проглядывал знакомые лица, одно за другим. Его внимание привлёк стол учителей – место директора занимал Северус Снейп. Гарри знал, что профессор жив и не имел ничего против его назначения на пост директора. Поттер с любопытством рассматривал Снейпа. Тот явно оклемался от жизни двойного агента и стал выглядеть намного лучше: чистые, почти чёрные волосы, собранные белой лентой в хвост, неизменная чёрная мантия, но более открытая, позволяющая рассмотреть спортивное телосложение мужчины, завораживающие обсидиановые глаза, и, что почти невозможно, лёгкая полуулыбка на губах. Северус заметил изучающих взгляд и на секунду пересёкся с Гарри глазами. Тот лишь ухмыльнулся и приветственно поднял бокал. Северус удивлённо кивнул и обратил своё внимание на Минерву. Так как в этом году старостами снова стали Рон и Гермиона, Гарри забрал расписание, и, к всеобщему удивлению, первый покинул ужин. Как герою войны, ему соизволили выделить отдельные покои, куда он и направился. Первыми завтра стояли Высшие Зелья со Слизерином, поэтому Гарри принял душ и лёг спать. Утро выдалось мягко сказать неприятным. Проснуться со стояком было для Гарри нередким явлением, поэтому он, недолго думая, направился в ванную. Включив прохладную воду, парень начал ласково поглаживать ствол, отодвигая крайнюю плоть. Всё ускоряя и ускоряя движения Гарри не смог сдержать довольный стон, кончая. Ликвидировав последствия своего занятия, Гарри пошёл собираться. Покидав нужные учебники в сумку, он открыл шкаф. Через пару минут поисков откопал чисто белую шёлковую рубашку и чуть более облегающие, чем нужно, штаны. Накинув сверху форменную мантию, Гарри спустился к завтраку.