Shall we begin?

Оставшаяся учебная неделя пролетела незаметно, ведь каждый из дней был по-своему насыщенным. Хитоми по воле случая стала проводить большую часть своего времени с двумя волейболистами, коротая обеды с ними и Юмико. Новоиспеченная компания друзей оживленно вела разговоры на обеденном перерыве, время от времени слушая недовольное бурчание Киёми — оставшуюся троицу знакомых это забавляло. В художественный клуб Хитоми всё же наведалась, но не для любимого занятия — рисования, а лишь для того, чтобы представиться перед всеми участниками и поведать о причине отсутствия. Девичья рука со временем перестала болезненно пульсировать, но всё же не была в состоянии твёрдо держать карандаш. Получив медицинскую справку об освобождении от силовых нагрузок, Сано посещала уроки физкультуры и выполняла там лишь разминку: до игр или же небольших соревнований её не допускали. Потому, пока все ученики весело перекидывали друг другу мячи, она сидела в одиноком уголку, занимаясь полюбившейся гимнастикой — естественно, не задействуя больную руку. Правда, после того, как в неё пару раз «случайным» образом припечатывался волейбольный мячик от близ стоящих девчонок, зеленоглазая прекратила и свою скромную растяжку — как оказалось после, группа девушек представляла собой некий фан-клуб Сакусы. Вследствие таких неприятных обстоятельств русоволосой не оставалось ничего, кроме как тихо отсиживать оставшийся урок на деревянной скамейке. Невольно Хитоми начала замечать, что после знакомства и времяпровождения с асом Итачиямы, на неё с каждым днём стало обрушиваться всё больше осуждающих девичьих взглядов: поклонницам не нравилось общение этих двоих. Сано оставалось лишь утомленно вздыхать на эти мелкие колкости и надеяться, что её не запрут яростные фанаты в сортире и не утопят в общественном туалете, снимая этот ужас на камеру. Естественно, если эти пакости всё же перейдут дозволенную черту, молчать в тряпочку художница не собирается — предъявит Киёми, чтобы тот лично разбирался со своими воздыхательницами. Но, пока что, кроме пары неуклюже кинутых мячиков и осуждающих взглядов, Хитоми ничего ужасающего не постигло. Так что, довольная окончанием учебного дня, она отдаленно топталась у выхода академии и дожидалась волейболиста, который задерживался на очередной тренировке. Русоволосая бегала изумрудными глазами по округе, изучая всё и пытаясь скоротать тем самым время. От безделья она начала бродить небольшими кругами возле опавших лепестков яблони, находясь в тени этих высоких деревьев. Школьница ненароком увидела парочку опавших раскрывшихся бутонов и с детским азартом начала поднимать их, после складывая в миниатюрную ладонь. К этому моменту подошёл до сего опаздывающий Сакуса, облаченный в школьную форму — он остановился подле девушки и устремил взгляд на неё, невольно выгибая густую бровь. — Сакуса-сан, — восторженно пролепетала его спутница, — посмотрите, какие красивые цветы! — она довольно протянула небольшую ладонь поближе к лицу парня, демонстрируя тем самым раскрывшиеся бутоны. Парень без особого интереса глянул на протянутые растения, а затем вернул взгляд на девушку. Та стояла с располагающей к себе улыбкой и лёгким румянцем на щеках, который подчеркивал едва ли здоровую бледность её фарфоровой кожи; зелёные глаза при лучах солнца сейчас напоминали два изумрудных камушка, что так обворожительно переливались различными травянистыми оттенками; длинные русые волосы развивались вместе с тёплым ветерком, больше напоминая собой волнистые шёлковые пряди — они казались безумно мягкими и приятными на ощупь; в дополнение к этому, на светлую макушку осыпалась парочка белоснежных лепестков, что до сего кружились с приятным ветром повсюду. Втянув свежий воздух поглубже, брюнет повторно перевёл взгляд на женскую ладонь: — И правда, — согласился он, — красиво. Парень не посчитал нужным уточнять, что именно ему приглянулось: бутоны цветов или же его знакомая. Подойдя поближе к невысокой фигуре, он скинул опавшие на её голову лепестки к остальным на землю и двинулся в сторону остановки. Зеленоглазая отблагодарила спутника застенчивой улыбкой и нагнала его. Автобус, естественно, оказался переполненным донельзя и школьница в который раз оказалась зажатой между поручнями транспорта и кудрявым парнем. Хитоми уткнулась носом куда-то в район мужских ключиц, выдыхая раскаленный воздух прямо на оголенные участки виднеющейся кожи: спортсмен, как и художница, расстегнул верхние пуговицы рубашки. — Не дыши на меня, — страдальчески буркнул Сакуса, наклоняясь к чужой макушке, — мне и так жарко. — Ну, простите, — в ответ возмутилась русоволосая, поднимая голову и врезаясь взглядом в чужие глаза, — как будто бы у меня есть выбор. Нечленораздельно что-то проворчав, она опустила голову и снова уткнулась кончиком носа в мужскую плоть, невольно втягивая исходящий от неё запах. Как бы то не было странно, от волейболиста не исходило никаких неприятных запахов: хоть он и пришел после тренировки. Отнюдь, от его кожи веяло свежими отголосками мятного геля для душа, а также присутствовали крупицы травяного терпкого чая. От смешения приятных обонянию ароматов, зеленоглазая непроизвольно поглубже втянула запах чужого тела и выдохнула, заставив своего спутника заметно передёрнуться. Почувствовав некое сожаление по отношению к страдающему парню, русоволосая моментально придумала выход из данной ситуации: — Сакуса-сан, отодвиньтесь немного. Брюнет озадаченно выгнул брови: ему стало безумно интересно, куда, по мнению Сано, он должен был отодвинуться? Если только вскарабкаться на близстоящего человека. Но он всё же демонстративно повертел головой по сторонам, заставляя пышные завитушки последовать за движениями, а после сделал небольшой шаг назад, освобождая небольшое пространство между собой и Хитоми. Она шустро обернулась к спортсмену спиной, прижимаясь животом к поручню, а после довольно глянула на парня, в глазах которого появилось небольшое замешательство: — Я так не буду дышать Вам в шею, — улыбнулась ему девушка и после отвернулась. В ответ кудрявый лишь измученно вздохнул и посмотрел на светлую макушку перед собой, понимая, что легче от нового положения определенно не стало: постоянная тряска и резкие остановки автобуса невольно заставляли их тела плотно соприкасаться друг с другом. Время от времени женская спина тесно прилегала к юношеской груди: всё бы ничего, это небольшое испытание было ему по силам выдержать, но всё это дополняло трение женских ягодиц, что определенно начинало его озадачивать. Или же лучше сказать — смущать? Но, убедив себя в том, что он не робкий девственник с нелепой эрекцией на всё движущееся, Киёми предположил, что неловких казусов произойти не должно. Добравшись до нужной остановки, компания из двух человек ретировались из общественного транспорта, втягивая свежий воздух во всё легкие. Ни о чем не подозревающая девушка обернулась к своему спутнику, замечая его раскрасневшееся лицо — она лишь хмыкнула, предполагая, что это последствия угнетающей жары и душного воздуха в автобусе. Брюнет же, в свою очередь, расслабленно выдохнул, чувствуя желанное освобождение от давки потных тел со всех сторон и трения миниатюрной фигуры спереди. Они не спеша направились к дому русоволосой, около которого после остановились — Сано непроизвольно вспомнила, как на этом самом месте она осмелилась поцеловать своего знакомого в щёку, из-за чего и смутилась. — Родители с сестрой должны скоро подъехать.— предупредил Сакуса, кидая взгляд на наручные часы, начиная приблизительно просчитывать время, — Будь готова к семи. — Хорошо, — согласно кивнула макушкой девушка, заправляя светлые пряди волос за ухо, — мы куда-нибудь пойдём или… Будем дома сидеть? — поинтересовалась она. Темноволосый отвел взгляд в сторону, мимолетно смотря на палящее солнце: будь его воля, он бы в такое пекло остался дома, но сестру желательно было бы выгулять. — Как угодно, — кинул напоследок тот и ушел в сторону своего дома, в итоге не давая никакого точного ответа задавшей вопрос ему знакомой. Зеленоглазую не удовлетворил неясный ответ и она недовольно надула губы, разворачиваясь к своей калитке и отворяя её. Зайдя после уже и в сам дом, к женским ногам моментально прильнул пушистый рыжий комок, начиная крутиться среди них. Сано умиленно улыбнулась и подняла котёнка на руки, чмокая того в красивую мордочку. — Я тоже соскучилась, Персик, — Хитоми ещё раз поцеловала животное и вернула его на пол, — мне нужно помыть руки, прежде чем с тобой играть. Поэтому, малыш, подожди немного. Художница воодушевленно направилась на второй этаж, залетая в ванную комнату и принимая там прохладный душ: она весь день мечтала о таком охлаждении разгоряченного тела. Смыв остатки усталости, Хитоми закуталась в махровое полотенце и подошла к зеркалу, около которого нависала небольшая полка: на ней аккуратно красовались различные банки с уходовыми средствами. Открыв любимое молочко для тела, русоволосая с блаженством прикрыла глаза и массирующими движениями стала наносить содержимое тюбика на тело, время от времени глубоко втягивая приятный запах кокоса, что полностью окутал собой небольшую ванную комнату. Закончив с этой кратковременной процедурой, Сано отложила пропитанное влагой полотенце и надела хлопковое белое нижнее белье: планировала надеть светлый сарафан. Расчесав влажные от душа волнистые волосы, девушка накинула на себя малиновый халат и спустилась на первый этаж, вышагивая в сторону кухни. Так такового аппетита у художницы не было- она на скорую руку приготовила себе питательный салат с овощами и жареной курицей. Перекусив за пару минут, светловолосая заварила себе кофе и села за кухонный стол, открывая плитку белого шоколада. Во время небольшой кофейной церемонии мобильник Сано завибрировал в кармане хлопкового халата, оповещая свою хозяйку о входящем звонке — она достала его и увидела на дисплее запрос на видеозвонок от подруги. — Привет, Хоши, — отпила горячий напиток школьница, облокачивая телефон на корзинку с фруктами. — Привет-привет, Хито, — послышался радостный возглас на том конце телефона и русоволосая перевела взгляд с кружки на экран мобильного, видя в нём довольное лицо подруги, — как у тебя дела? — Ничего со вчерашнего дня не изменилось, — хихикнула в ответ Хитоми, отпивая с кружки недавно заваренный кофе, — Хоши, ты что-то хотела? Или просто поболтать позвонила? Собеседница по ту сторону экрана подозрительно сощурилась и забавно скривилась, после сокращая расстояние между своим лицом и телефоном на минимальное — этот ракурс сделал её лицо непозволительно смешным. Сано не выдержала такого «серьезного» взгляда и рассмеялась, заражая волной смеха и блондинку на экране. Русоволосая с теплой улыбкой заглянула в эти, казалось уже родные, карие глаза, которые сейчас, если приглядеться, состояли из тысячи пикселей — приятное чувство появилось в душе. — А что? — вопросом на вопрос ответила Нагаи, сверля подругу настойчивым взглядом, — Торопишься куда-то? — Угу, — согласно кивнула зеленоглазая и допила кофе, быстро споласкивая после этого кружку, — у меня встреча с… — она ненароком запнулась, не имея и малейшего понятия, как лучше было бы назвать Сакусу. Другом? До ужаса симпатичным парнем, рядом с которым она чувствует себя робким подростком? Или простым знакомым с академии, который попросил её посидеть со своей сестрой? — …с другом. — решив остановиться на самом безобидном варианте, Сано взяла телефон в руки и направилась на второй этаж к себе в комнату. Спустя мгновение после ответа, Хитоми услышала протяжное издевательское «оу-у» от подруги и закатила глаза: эта реакция была ожидаемой. — Мини-Хито выросла и идёт на свидание? — пропела блондинка, издевательски подчеркивая слово «свидание», — Кто он? Сколько ему? Он из твоей академии? А он красивый? Чередующиеся вопросы заставили Сано немного растеряться — она даже почувствовала, как её мозг загрузился ими. Вздохнув, девушка подметила в себе едва заметное смущение: мысли о возможном свидании с Киёми вогнали её в краску — парень явно был ей симпатичен. Проведя прохладной ладошкой по покрасневшей щеке, светловолосая поставила телефон на туалетный столик и принялась искать нужный сарафан. — Эй! — послышался возмущённый вопль кареглазой, — Не игнорируй, а отвечай! Быстро отыскав нужное платье и достав его, Хитоми театрально закатила изумрудные глаза и повернулась к телефону, продумывая, с какого же вопроса ей начать отвечать. — Да, он с моей школы, — начала всё же русоволосая, одновременно переодеваясь в приготовленную одежду, — старше меня на год: ему семнадцать. — Ну-ка, — блондинка положила подбородок на подставленную руку и хитро ухмыльнулась, — как он выглядит? Высокий? Сано уже успела снять с себя малиновый халат и предстать перед собеседницей в одном нижнем белье — после шустро залезла в белый сарафан, начиная мучаться с завязками на точенной талии. — Он очень высокий, — утвердительно кивнула художница, а после вспомнила их разницу в росте с волейболистом, — я ему макушкой едва до подбородка достаю, — справившись со злосчастными завязками, она кинула взгляд на часы — скоро должен подойти обсуждаемый парень. — Ох, Хитоми! — зазвучал недовольный голос подруги с динамика телефона, — Почему я должна всё вытягивать с тебя? Как придёшь со свидания, сразу же мне наберёшь, поняла? — Это не свида…— школьница даже не успела возразить подруге, как та отключилась от звонка, — Друзья не ходят на свидания, — буркнула она, блокируя телефон. Фыркнув, Хитоми подошла к зеркалу и посмотрела в отражение: не знала, что стоит сделать с волосами. Из-за стоящего пекла она решила заплести свободный пучок, из которого аккуратно выбивались пара волнистых прядей. Художница после проделанной работы ещё раз глянула на своё отражение и довольно улыбнулась: выглядит даже более, чем сносно. Спустившись на первый этаж, девушка надела легкие босоножки и выпрямилась, поправляя невидимые складки на платье. В этот же момент затрезвонил звонок входной двери, оповещая хозяйку коттеджа о гостях — Хитоми открыла дверь и, подставив лицо тёплому ветру, сразу же наткнулась взглядом на Киёми, у которого как и всегда было спокойное выражение лица. На нём было надето тёмное поло, первые пуговицы которого были аккуратно расстегнуты; такие же чёрные штаны с ремнем, в которые была заправлена футболка, плотно облегали спортивные ноги. Было весьма непривычно лицезреть волейболиста не в школьной или же спортивной форме, а в повседневной одежде- девушка почувствовала подступающий жар к щекам и опустила голову. Она сразу же наткнулась на две чёрные бусинки, которые с аналогичным интересом осматривали Сано: это, как было известно, была сестра Сакусы. Девочка, на удивление, была почти точной копией старшего брата: тёмно-шоколадные кудрявые волосы были заплетены в высокий хвост, но пара завитушек предательски выбивалась и качалась на ветру; такие же чёрные и бездонные глаза, что ярко выделялись; а заключительное сходство находилось у девочки над бровью — правда, там красовалась лишь одна родинка. — Привет, — Хитоми добродушно улыбнулась девочке и её старшему брату. Сакуса старший лишь молча кивнул на приветствие и в ответ осмотрел вышедшую девушку: лёгкое белое платье казалось вовсе невесомым и оно отлично подчеркивало стройную женскую фигуру. Сарафан открывал вид на оголенные плечи и острые ключицы, на одной из которых виднелась небольшая родинка. Собранные вверх волосы лишь подчеркивали изящную и бледную шею — оголенная кожа перламутрово переливалась в бликах заходящего солнца. — Привет! — в ответ поздоровался ребёнок, протягивая свою маленькую ладошку Хитоми, — Ты подруга братика? — Да, — Сано согласно кивнула и пожала вытянутую ладонь, — меня зовут Сано Хитоми, а тебя как? Девчушка поправила выбившиеся кудряшки со лба и выпрямилась: — Сакуса Кимико! Кареглазый проследил за небольшим представлением и развернулся, подходя к калитке: — Давайте уже, по дороге поговорите, — буркнул он и окончательно вышел за ограду, ожидая двоих спутниц. — Пойдём? — Хитоми улыбнулась девочке и, закрыв дверь, направилась вместе с ней к кудрявому. Родственники зашагали в неизвестную для зеленоглазой сторону и та молча согласилась с их направлением, решая не расспрашивать об этом. — И так, — русоволосая обратилась к маленькой девочке, что держала руку брата в своей, — сколько тебе лет? — Пять, но скоро будет шесть, — гордо ответила девчонка и с широкой улыбкой посмотрела на девушку, — а тебе сколько? — Шестнадцать, — ответила Хитоми, смотря на улыбчивого ребёнка: Кимико казалась намного жизнерадостней своего старшого брата, с которого, по всей видимости, улыбку и тисками не вытащишь. Младшая Сакуса забавно подняла густые брови и приоткрыла рот, показывая тем самым своё детское удивление — после она подняла немного пухлый пальчик к подбородку, придавая себе задумчивый вид. Слова о обаятельности этого ребенка и её старшего брата были излишними. Кожа слоновой кости будто бы светилась на фоне чёрных длинных волос, что красивыми завитками спадали ей на спину и обрамляли кудрями лицо; крупные тёмные глаза-пуговки были окутаны пушистыми ресницами, а пухлые губы были выделены розоватой каёмкой. В нежно-персиковом сарафане Кимико вовсе напоминала фарфоровую куклу — Хитоми не могла скрыть восторженный и умиленный взгляд, направленный на неё. — Ты такая же большая, как и братик, — вынесла вердикт кудрявая и прямо посмотрела на девушку. Парень, слушавший разговор двух девушек, беззлобно усмехнулся и сверху вниз посмотрел на миниатюрную зеленоглазую особу. Большая — не то слово. Девушка услышала смешок со стороны парня и тихо фыркнула, отводя взгляд от него и снова вовлекая младшую Сакусу в приятный разговор. Сано хотела подружиться с ребёнком, ведь завтра ей предстоит с ней провести пару часов, пока парень будет на тренировке. На удивление, девочка оказалась очень сговорчивой и даже сама проявляла инициативу для того, чтобы подружиться с Хитоми. Они втроем дошли до небольшого парка, о существовании которого русоволосая узнала только сейчас. По бокам узкой тропинки возвышалось множество пушистых деревьев, как позже поняла девушка, сакуры. Троица ступила на тропу, прячась от палящего солнца в тени широких ветвей: хоть светило и заходило за горизонт, пекла от этого меньше не становилось. Зеленоглазая словила один ритм с младшей сестрой волейболиста и они уже вовсю сплетничали на различные темы, оставляя сопровождающего их парня позади: Кимико уверенно отпустила его шершавую крупную ладонь, променяв её на миниатюрную девичью. Время от времени по округе разносился задорный детский смех, сопровождаемый тихим хихиканьем Хитоми. Брюнет же лениво плелся позади двух дам, немного поражаясь их коммуникабельности: Сано, честно говоря, даже с ним так открыто не общалась, хотя они провели достаточно много времени вместе за прошедшую неделю — пусть не наедине, но всё же. Кудрявый кинул очередной взгляд на две щебечущие фигуры перед собой, а после полез в карман штанов, доставая телефон. Пролистав немного ленту новостей и ответив на парочку сообщений, игнорируя при этом спам от «поклонниц», он убрал гаджет обратно в карман, поднимая голову. Карие глаза перед собой увидели лишь пустоту: ветер со свистом разносил по округе опавшую листву, разбрасывая её повсюду — отсутствие двух фигур заставило юношеское сердце съежиться. Сакуса почувствовал мимолетный холодок, пробежавшийся по загривку, и укол в кончиках пальцев — он продолжал пару секунд прожигать взглядом пустоту перед собой, будто бы это могло помочь ему материализовать двух потеряшек. Пройдя пару метров вперед, кареглазый услышал звонкий смех родной сестры и сразу же утихомирился: сердце перестало отдавать бешеным ритмом в ушах. Уже со спокойной душой он начал двигаться в нужную сторону, откуда доносились знакомые голоса- Хитоми и Кимико сидели на высоких качелях, всё так же продолжая общаться. Кудрявый приметил высоту качелей и сделал небольшое умозаключение: скорее всего, Сано помогла его сестре взобраться на них. Но самым забавным ему показалось то, что ноги русоволосой девушки свободно болтались в воздухе, как и у его младшей сестры. Киёми приблизился к двум собеседницам и одарил их серьезным взглядом, складывая крепкие руки на широкой груди: — Почему вы молча ушли? — строго прервал он их диалог. — Мы Вас звали, Сакуса-сан, но Вы были заняты своим телефоном, — пожала плечами Хитоми и в ответ уставилась на подошедшего парня. Взгляд изумрудных глаз на пару мгновений спустился ниже юношеских очей и подметил приятную картину: короткие рукава поло демонстрировали натренированные мужские руки. Девушка на момент удивилась крупным мышцам, а после вспомнила: многолетние тренировки спортом дают о себе знать. Стоило признать, что в школьной рубашке или же спортивной олимпийке его руки не выглядели такими же крупными. — Братик, ты не обращал на нас внимания и я решила показать Хитоми эту площадку сама, — твёрдо заявила кудрявая и показала старшему брату язык, продолжая раскачиваться и болтать ногами в разные стороны. Брюнет поднял руки вверх в знак капитуляции, всецело показывая тем самым своё «поражение». Он посмотрел на рядом стоящую деревянную лавку, с которой уже порядком облезла краска, и брезгливо скривился: в голове то и дело проскальзывали предположения, сколько же людей успело на ней посидеть или же сколько грязных детских ботинок по ней прошлось. Решив не рисковать своим ментальным здоровьем, он остался в стоячем положении и продолжил наблюдать за младшей сестрой, что нескрываемо светилась от счастья. Ему даже не нужно было объяснять то, что эта кудрявая малышка растет полной его противоположностью: Кимико уже вполне коммуникабельна, всегда рада заводить новые знакомства среди сверстников (и не только) и совсем не такая брезгливая, в отличии от Киёми. Хотя, можно сказать, что разницу в их характерах полностью покрывает их внешнее сходство: малышка была точной его копией. Теперь, смотря со стороны на кудрявую, он понимал, почему некоторые молодые мамочки ошибочно считали младшую Сакусу его ребёнком. Волейболист перевёл изучающий взгляд на Хитоми, которая с нежной улыбкой на розоватых губах всецело уделяла своё внимание кудрявой девочке. Хоть он и предполагал, что эти особы смогут найти общий язык, его всё же до сего терзали колкие сомнения: была малая вероятность в том, что они не смогут сдружиться. Но, всё прошло даже лучше чем планировалось: Кимико завтрашний день, скорее всего с удовольствием, согласиться провести вместе с Сано. Никаких проблем не могло даже и быть. Вдоволь накатавшись на качелях, собеседницы спрыгнули с них и пошагали в сторону возвышающихся деревьев. Младшая сестра волейболиста шустро побежала к стволу одного из них и припечатала свою маленькую ладошку к коре: — А когда зацветет сакура? — задала вопрос она, ожидающе посмотрев на старшего брата и русоволосую. — Следующей весной, — ответил брюнет и поднял голову наверх, всматриваясь в многочисленные листки на ветвях. Девочка повторила за братом, посмотрев наверх, затем опустила голову и, поправив мешающие кудри с лица, восторженно посмотрела на Сано. — Братик, мы пойдем следующей весной смотреть на цветение сакуры с Хитоми? — задорно засмеявшись, Кимико подбежала к брату и обняла его, ожидая ответа. Тот удивленно поднял тёмные брови, смотря на счастливое лицо сестры: кажется, эта идея показалась ей отличной. Мимолётно покосившись в сторону еще одной своей спутницы, кудрявый заметил такое же озадаченное выражение лица, как и у него самого. — Конечно, — только и ответил он, снова поднимая голову наверх, где сквозь густую листву слабо проглядывало потемневшее небо. Прогулявшись ещё немного по парку, троица не спеша направилась в сторону коттеджей. Со временем уже порядком стемнело и на улице наконец-то задул прохладный вечерний ветерок, охлаждая собой нагретую за день солнцем кожу. На обратном пути в диалоге двух дам также принимал участие и Киёми: он не упускал подходящих моментов и деловито вставлял свои пять копеек. Родственники решили сперва проводить Хитоми и, дойдя до её коттеджа остановились — кудрявая девочка подбежала к Сано и крепко обняла её, утыкаясь лицом в живот и немного сминая платье. Русоволосая тихо рассмеялась, проводя по тёмной макушке ладонью. — Спокойной ночи, Хитоми, — пролепетал ребенок. — До завтра, Кимико, — девушка ещё раз нежно провела ладонью по кудрявой голове и отдалилась, посмотрев на Киёми, — доброй ночи, Сакуса-сан. Парень молчаливо кивнул ей кудрявой шевелюрой и направился вместе сестрой в сторону собственного дома. Изумрудные глаза проводили две фигуры, а после светловолосая зашла в дом- неожиданно она поняла, что невероятно устала. Вяло поднявшись на второй этаж, девушка скинула с себя белоснежный сарафан, откидывая его на спинку рабочего стула, и переоделась в свободную пижаму. Тело школьницы обессилено рухнуло на мягкую кровать, заставив до сего мирно спящего котёнка испуганно подпрыгнуть. — Ох, прости, Персик, — сонно прошептала художница, прикрывая глаза, — я очень устала, — уже провалившись в сон, пролепетала она. Котёнок лишь недоуменно посмотрел на уже спящую хозяйку и, покрутившись на месте, нашел себе удобное положение и снова уснул.