Подсознание

«Невозможно быть свободным от того, от чего убегаешь». Фридрих Вильгельм Ницше

Несколько часов спустя, когда эмоции поутихли, уступив место здравому рассудку, я рассказала Гвен, что вспомнила. Не все, конечно: о выдуманности этого мира и о моих «способностях» я решила пока не распространяться. — Даже на представляю, каково тебе… В это действительно трудно поверить. Значит инженер, да? Вау… Вот почему от тебя иногда можно было услышать такие сложные термины. Нет, я, конечно, всегда знала, что ты у нас умная, но не умнее меня, по крайней мере. А теперь… — Хэй! — притворно возмутилась я. Что ж, пожалуй, доля правды в этом есть. Я действительно порой забываю очевидные вещи, о чем Гвен не устает мне напоминать. Например, в четвертом классе я могла с легкостью решать задачи по математике на два класса вперед, но при этом забыть, сколько будет семь на восемь. О, это были темные деньки… И хоть Гвен и говорит, что умнее, на самом деле, наши знания примерно на одном уровне. Только я больше справляюсь с физикой и математикой, а она с химией и биологией. Гвен действительно хороша в том, что делает. И я не удивлюсь, если именно ей предоставят слово на школьном выпускном. —Слушай, детка, это ведь читерство. Ты уже имеешь образование, без диплома конечно, но все же. А тебе ведь и семнадцати нет. Хотя погоди, тебе сколько было? Двадцать? Тридцать? — Я не помню, — и вправду, многие вещи все еще были скрыты от меня. — Так ты у нас уже старушка! — посмеялась Гвен, — И как? Суставы ещё не крутит? — Гвен! Это совершенно не смешно! — Ладно, прости. Просто пытаюсь поднять тебе настроение. — Получается плохо. — Я знаю. Так что теперь будешь делать? — вновь посерьезнела Гвен. — Не знаю, жить, наверное. Закончу школу. Пойду в университет или работать. Я всерьез задумалась над этим вопросом. А ведь и вправду, что мне теперь делать? Я перерожденка со сверхспособностями в фэнтези мире. Ситуация не из легких. Где можно найти видео-туториал о том, что делать в таких условиях? Гвен быстро заметила мое изменившееся настроение и гнетущую атмосферу. — Так, ладно, Пенни, много думать — вредно. Давай лучше посмотрим чего-нибудь. В школу мы все равно уже опоздали. Позвоню маме, скажу, что осталась присматривать за тобой, а то мало ли, опять в окно полезешь. — Гвен, мы ведь уже обсудили это. Я не самоубийца. Погоди, а который час? — начала оглядываться по сторонам я в поисках мобильного. — Без пятнадцати десять… А ведь точно, твои возвращаются. Не помнишь во сколько? — Говорили, будут где-то к часу. — Отлично! Значит, у нас ещё есть время. Так, давай дуй на кухню и принеси нам что-нибудь: не знаю как ты, а я ещё даже не завтракала. А я пока найду, что нам посмотреть…— плюхнулась на диван Гвен. Я с радостью приняла предложение подруги и потопала на кухню. Пожалуй, это был лучший способ отвлечься от тяжелых мыслей. Остаток отведённого нам времени мы провели за просмотром очередной комедии. И не смотря на все мои надежды, я так и не смогла отвлечься. Лишь Гвен иногда на меня поглядывала, когда я, при очевидно смешных моментах, сидела с постной миной и, казалось, витала где-то далеко. После приезда дяди с тетей Гвен ушла домой, а я получила выговор за прогул школы. Хотя злились они скорее на мою безответственность и за то, что не поставила их в известность о моем самочувствии. Вечером же у меня было достаточно времени, чтобы обдумать ситуацию, в которую попала. Знаете, я настоящая трусиха. Я боялась и раньше, когда примерно раз в год на нас нападала какая-нибудь инопланетная тварь. Но теперь, когда я осознала, кем являюсь, и получила такие способности… стало ещё страшнее. Герой? Человек, способный пожертвовать собой ради других? Бесстрашно идущий в самое пекло, чтобы спасти жизнь? Это не я! Разве могу я, неспособная защитить даже саму себя, уберечь от опасности других? Нет… В конце концов, я пришла к выводу, что не буду использовать свои способности, а просто жить как жила раньше: безопасно и стабильно, волнуясь только об экзаменах и, возможно, личной жизни. Да, не всем придется по душе мой выбор, но это моя жизнь и мне решать, прожить ее в сумасшедшей гонке за героизмом или быть в безопасности, не лезя на рожон. Как долго, думаете, у меня это получалось? Смешно, но и суток не прошло, как я нарушила свое же решение.

***

Вечером следующего дня, когда я выходила из школы и направлялась домой, меня встретили друзья Флэша. Решив проигнорировать компанию, я продолжила двигаться в обход них. — Куда это мы спешим? — ухватил меня за плече один из парней. — Что тебе нужно? — О, а то ты не знаешь. Доставай деньги! Такое и вправду случалось частенько. Моя дорога домой была через дворы, поэтому подловить меня в малолюдном переулке было довольно просто, чем они и пользовались. Конечно, мне приходила мысль идти другой дорогой, более оживленной, но, наверное, глубоко внутри я понимала, если не так, то иначе. Не отступят: такие это люди. Мне иногда даже кажется, что им нужны не столько мои деньги, сколько чувство «превосходности и силы». И самое ужасное в этом то, что вместо того, чтобы разобраться с ними и прекратить эти издевательства, я выбирала не делать ничего. Но сегодня, все было иначе. Не знаю, с чем это связанно: с вернувшимися воспоминаниями, с новой силой или с накопившейся усталостью, неважно, но я не хотела сдаваться. Именно в этот вечер я чувствовала злость на этих ребят, поэтому ответила односложно и четко: — Нет. — Что прости? И если сначала показалось, что мне удалось сбить их с толку своей решительностью, то потом они просто рассмеялись, показывая, что этим я только раззадорила их. Двое из них направились на меня. — Не подходите! — будто мои слова остановили бы их. Выставив руки, я попятились назад, но быстро наткнулась на двоих парней, что успели меня обойти, и оказалась зажата в кольцо. Испугавшись, я начала быстро соображать, что делать. Время шло, мысли путались, а нужный ответ так и не находился. Как вдруг, ко мне пришло осознание: я слышу их, чувствую каждого. Будто предугадывая, я увернулась от их цепких рук и подалась вбок, чтобы ответить ударом. Получилось смазанно, и если бы не сила, с которой наносились эти удары, они бы вряд ли нанесли особый вред. Эта сила… Я ощущала ее. Чувствовала это желание: справиться, выстоять, дать наконец отпор, да так, чтобы потом и сунуться не посмели! Конечно, в обычной ситуации стоило испугаться подобной жестокости, но в этот миг в крови бушевал адреналин. Неумело, но стремительно отбиваясь и уворачиваясь, я ввела в замешательство своих соперников. И, в удачный момент, проскакивая между ними, со всех сил понеслась домой. Это была моя первая победа. Момент, когда я наконец вылезла из своей скорлупы и дала отпор. Сердце колотилось словно заведенное, с лица не сходила улыбка, а мое тело все неслось по улице, наконец почувствовав свободу.