Ожидания

      Он не все время за ней следит.       Бывают дни, когда их пути не пересекаются, когда он занят бесконечными встречами с главой клана и старейшинами. Иногда он покидает их морально и физически истощенным, задаваясь вопросом, как мальчик из нищеты стал одним из лучших шиноби клана Учиха.       Но он не против, думается ему, потому что он гордится тем, что он Учиха.       И еще больше гордится тем, что он шиноби.       Поэтому он делает все возможное, чтобы следовать правилам и поступать в соответствии с ними; потому что он — Учиха Шисуи, и он — гордость своего клана.       Но сегодня один из тех дней, когда ему хочется сделать себе поблажку.       Поэтому он наблюдает за ней с другого конца рыночной площади, где она сидит с командой 7. Он знает, что она любит есть умебоши онигири, что она не фанат специй и по выходным в свободное время играет в сеги с наследником Нара.       Половину из этого Шисуи узнает из своих наблюдений за ней, а другую — из их коротких разговоров за столом.       Он старается не быть слишком алчным, иногда.       Но всем своим существом он всегда жаждет большего.       

      Если быть честным, то поначалу им двигало любопытство. Среди целого моря темноволосых красавиц с карими глазами ее яркие волосы цвета сахарной ваты казались глотком свежего воздуха. И как мужчина, приближающийся к своему двадцать восьмому дню рождения, он повидал немало красивых женщин.       Харуно Сакура была просто еще одним дополнением к этому списку.       Пока, конечно, он не увидел, что от одного удара ее руки остался 20-футовый кратер на тренировочном полигоне квартала Учиха.       И тогда впервые в жизни Шисуи по-настоящему почувствовал себя живым.       Flashback       — Ты уже встречалась с моим кузеном, — говорит Саске, подводя ее к воротам их квартала.       Сакура приходила сюда, чтобы поработать над своим тайдзюцу; удивительно, но Саске предложил ей свою помощь.       Он притворяется так, чтобы его двоюродный брат не догадался о его интересе к своей сокоманднице.       — Шисуи, — представляется он, впервые в жизни чувствуя себя неловко. Почему-то он помнит, что должен очаровать ее. — Для меня большая честь познакомиться с протеже Цунаде-самы.       — Могу сказать то же самое, — отвечает она, изо всех сил стараясь не покраснеть. — Странно, что мы никогда раньше не пересекались.       Рука у нее мягкая, пожатие нежное.       Трудно представить, что этими же руками она крушила валуны.       — Можем это исправить, — отвечает Шисуи.       И он не шутит.       End of flashback       Он знает правила.       Нет никакой гарантии, что в будущем у кого-нибудь будут такие же глаза, как у него, и старейшины хотят, чтобы его — их — кровь оставалась чистой. Слова, которые они не произносят, звучат громко и ясно: он должен взять себе в жены женщину из их клана.       Он старается об этом помнить, когда он с ней.       Но у нее такие зеленые глаза, что ему кажется, будто он на седьмом небе. Они находятся в лесу Нара (с любезного разрешения партнера Сакуры по сеги), и он наконец, наконец, может наслаждаться ей без пристальных взглядов своего клана. Ее кожа приобретает неземное сияние под звездным ночным небом, и если честно, Шисуи никогда не видел никого красивее нее.       Эта мысль исчезает, когда его нос касается ее, прежде чем их губы, наконец, встречаются в целомудренном поцелуе. Ощущение ее мягких губ пробуждает в нем что-то совершенно первобытное, и прежде чем он осознает это, он тянет ее вниз за собой. Сакура возвышается над ним — розовые локоны, словно занавес, закрывают вокруг обзор, так что он видит только ее.       Их губы снова встречаются, на этот раз более настойчиво, когда своим языком он открывает ее рот. Руками Шисуи обхватывает ее лицо, крепко удерживая Сакуру, пока пробует каждый дюйм ее рта. Ее пальцы перебирают его волосы, дергая более грубо, когда он начинает осыпать поцелуями ее шею.       — Стой, — бормочет она, а затем стонет, когда он нашел особенно чувствительное место на ее горле.       На территории Нара им дали всего два часа.       Сакура находит в себе силы высвободиться из его объятий, стягивая с себя летнее платье и обнажая молочно-белую нежную кожу.       У Шисуи пересохло во рту.       К счастью, ему удается активировать свой шаринган до того, как она садится на него сверху — пододвигаясь на этот раз ближе.       Он хочет переживать этот момент снова и снова.       

      Не проходило и дня, чтобы в его голове постоянным напоминанием не отдавались эхом слова Фугаку. Казалось, что теперь это самое напоминание против воли превратилось в мантру, которую он чувствовал необходимым повторять каждый раз, когда видел Харуно Сакуру.       — Надеюсь, ты понимаешь, чего от тебя ждут.       Он гордится тем, что он из клана Учиха.       Он знает правила.