***
Это произошло, когда Ди еще ходил в садик. Он не был проблемным ребенком. В основном он или листал книжки с картинками, или строил что-то из конструктора. Воспитателям это нравилось, ведь ребенок был умен не по годам, поэтому с ним не было никаких проблем. Другое дело его брат из младшей группы. Хэви конечно не хулиган, да и в целом мальчишка довольно добрый, чем и притягивал к себе остальных детей, но по мнению воспитателей он бывал слишком прилипчивым. Ну, в тот раз они могли отдохнуть от его бесконечных вопросов, ведь рыжик остался дома из-за боли в животе. Старший сын тоже не хотел идти в садик, поэтому попытался симулировать недомогание, но отец с матерью его быстро раскрыли, поэтому пришлось топать. Весь день мальчик провел в компании глупых ровесников, безразличных воспитателей, и невкусной еды. Как назло, в этот раз был его самый нелюбимый суп, который еще и заставили доедать. Обычно Ди не особо сопротивлялся, но в этот раз он был не в духе, поэтому и закатил истерику. Это не помогло. Собрав всю силу воли в свой маленький кулачёк, он запихивал себе в рот ложку за ложкой. На его опухшем и красном от слез лице виднелась боль и обида, а в глазах воспитательницы — раздражение. В общем, все было не очень хорошо. Общаться Ди было не с кем, потому что никто его не понимал, поэтому пришлось заниматься своими делами. Это было скучно. Книги не интересные, да и одному читать их не совсем весело. К тому же, не было ни одной картинки, на которой бы не было изысканной росписи фломастерами. Паренек знал, что так делать нехорошо, и прекрасно помнил, как отец рассказывал ему, как правильно обращаться с книгами. Близился вечер, детей уже забирали родители. Ди обрадовался, ведь наконец-то он сможет пойти домой. Он умостился на маленький стульчик, и начал с нетерпением смотреть на дверь. Светловолосый мальчик наблюдал за тем, как взрослые заходят, помогают своим детям собраться, и ласково треплют им волосы, за нарисованный за день рисунок. Впрочем, не это его интересовало. Он высматривал своего папу, который должен был уже приехать. До этого Глэм никогда не опаздывал, поэтому Ди начал нервничать. Комната опустела. Даже воспитательница отошла на какое-то время по делам! На улице появились дождевые тучи, начался дождь. Из-за этого казалось, что было очень темно, и малышу становилось еще страшнее. Красочная игровая комната показалась Ди неуютной и холодной. Она была будто бы слишком большой для маленького мальчика, из-за чего ему хотелось куда-то спрятаться. На оконное стекло капал дождь, по комнате бегали жуткие тени. Ди начал всхлипывать. Он слез со стульчика и лег на пуфик. Забаррикадировавшись подушками, мальчик постарался быть как можно тише. Как вдруг, через какое-то время, он услышал скрип двери и щелчок выключателя. Выглянув из своей крепости, Ди увидел воспитательницу и своего отца. Глэм спокойно подошел к своему сыну и извинился: — Прости, я задержался. Ты долго меня ждал? — Папа! — вскрикнул мальчик в слезах, и прыгнул на шею отцу. — Ну ты чего, Ди? Так сильно по мне скучал? — тихо, спокойно, но с частичкой какой-то нежности, спросил мужчина, — Ну, тише, это на тебя не похоже. Пойдем домой, хорошо? Угукнув в ответ и шмыгнув носом, Ди направился к шкафчикам. Надев свой дождевик, он взял отца за руку, и они отправились домой.***
Пока Ди сидел на лавочке и вспоминал былое, за тем карапузом уже приехали. Парень посмотрел на то, как его мать старательно извиняется, и сам того не замечая, спокойно улыбнулся. — Эй, Ди! — послышался знакомый голос. — Папа?! — спросил Ди повернувшись в сторону отца. — Прости меня, я немного задержался! Если бы я знал, то сказал бы твоей матери… — Ладно пап, это не важно! Поехали домой. Отходя от гимназии, Ди рассказывал отцу о том, какими были простыми те задания. Глэм лишь улыбался. Он не сомневался в способностях своего сына, но все же сказал, что такая самоуверенность может вылезти боком. Но все сложилось хорошо. В день результатов, Ди увидел свое имя в списке лучших. Он занял первое место.