Смерть - единственный конец для злодейки

В пиршественном зале воцарилась мертвая тишина, когда послышалась поздравительная речь императора. Я подозвала слугу, ожидавшего у входа в банкетный зал, и наняла экипаж. На обратном пути к особняку совершенно забылась, засмотревшись на великолепные столичные улицы и прислонившись головой к окну кареты. Экипаж остановился достаточно далеко от ворот, так и не доезжая до парадного входа поместья. — Принцесса, мы не можем проехать дальше. Осторожно осведомил меня всадник, открыв боковое окно. Когда я выглянула следом за ним, будучи с другой стороны, то увидела, что привратники тщательно охраняли ворота. Впрочем, причина была весьма ясна. Экипаж не может быть допущен в резиденцию, где отсутствует владелец, даже если на нем были начертаны узоры императорского дворца. — Может, мне попросить привратников подогнать повозку герцога? — Нет, благодарю. Все в порядке. Вручила всаднику еще несколько золотых монет, вскоре распахнув дверцу кареты. — При… принцесса? Стражники, стоявшие настороже при появлении постороннего человека, приближающегося к особняку без всякого предупреждения, оказались застигнуты врасплох. — Почему Вы вернулись одна в такое время?.. Будучи озадаченным моим неожиданным вторжением, настоятель обратился с умелым серьезным выражением. — Я пошлю сообщение дворецкому и немедленно вызову экипаж. — Нет никакой необходимости поднимать шум из-за такой мелочи. Откройте ворота. — Но… — Я хочу пройтись пешком. От ворот до особняка, даже будучи в экипаже, было довольно далеко. Но по моему приказу привратники были вынуждены послушаться. Лязг. Вскоре огромная железные ворота медленно открылись. — Мы будем сопровождать Вас, пока Вы не доберетесь до особняка. Храбро проговорил один молодой охранник. Я запоздало осознала, что поведение стражников по отношению ко мне стало очень осторожным и гостеприимным, непохожим на прежнее. От этого почувствовав себя немного странно. — Нет, не ходите за мной. Отрицательно покачав головой, сразу же двинулась вперед, поскольку железное препятствие уже было устранено. Ничего больше не мешало. И когда отошла от ярко освещенных ворот, прекрасно отполированная дорога быстро приобрела огромную тень. Казалось, словно я удалилась на закате или сразу же вернулась из банкетного зала, но на самом же деле сейчас царила глубокая ночь. Ночной воздух был холоден, еле ощутимо колол кожу, но я продолжала идти. Мне очень хотелось проверить свои записи, чтобы прояснить переполненный разум и заново освежить продуманный план. Проанализировать, что делать в будущем… Больше я не могла думать ни о чем. Тело будто… опустело. Я чувствовала себя как в непроглядном тумане; как будто шла по дороге безмятежного сна. Странное ощущение. Как долго я уже иду? Лишь спустя некоторое время, благодаря своей медленной, но усердной работе ногами, вскоре сумела увидеть знакомый особняк издалека. «Нужно поскорее вернуться в свою комнату и прилечь». Все, о чем я думала, — о желании умыться и как можно скорее уснуть. При пришедших мыслях мой темп ускорился. Однако едва я подошла к широкой двери через обширный сад, откуда-то вдруг донесся приятный звук. Пийо-о. — Пийо-пийо-о-о… — Птичка? Остановившись, как вкопанная, внимательно огляделась. Пийо-пийо-йо. Птица продолжала звонко верещать, будто с намерением объявить о своем присутствии. Я последовала на звук, словно одержимая. Он доносился с левого угла здания. Пийо. Пийо. Проблеск темно-красных перьев просветился сквозь распахнутые окна. Пийо! Прекрасная птица, находившаяся в клетке, торжествующе захлопала крыльями, словно невообразимо радуясь моему приближению. К кабинету Деррика. — Так это была ты. Даже в темноте драгоценный камень птицы испускал пятицветное сияние, подобно совершенному алмазу. Тело медленно наклонилось к оконной раме. Видя, что мое лицо постепенно приближается, птица начала ковылять ко мне, дабы встать поближе. Затем она играючи клюнула металлическую решетку и просунула голову в щель между прутьями. Она хотела, чтобы я ее погладила? Заколебавшись на короткое мгновение, рефлекторно согнула пальцы. А что, если меня укусят, когда я попытаюсь ее погладить? Пийо-йо. Тем не менее, она продолжала уперто стучать по прутьям своим клювом, призывая меня подойти поближе, в то же время просовывая свою голову внутрь. Красочный алый пушок цветом моих волос, торчащий из-за решетки, выглядел немного забавным. В конечном итоге слегка улыбнулась, нежно погладив птицу указательным пальцем по голове. Пийо. Она издавала звуки не такие, как раньше, — похоже, на данный момент была в хорошем расположении духа. Затем последовал короткий взмах крыльями. — Тебе не душно? Не имея понятия, я выпалила последующие слова без своего ведома. Малиновая птица, похожая на мои волосы, отобразилась в изумрудных глазах. Дорогая вещь, не имеющая себе равных; обладательница причудливой внешности, застрявшая в клетке — в абсолютном заточении. И не имеющая возможности ничего с этим поделать. Подумать только, редкий вид для проходящего мимо человека становится источником его радости. — Знаешь, мне очень душно. Я задыхаюсь каждую секунду. Она не сильно отличалась от меня, пойманную в ловушку этой гребаной игры. — Думала, ничего не имеет значения, если проблема разрешится, когда я сбегу отсюда… Пийо. Словно в ответ на мои слова, птица тут же откликнулась. Я слабо улыбнулась при виде представшего зрелища. Подняла руки и обессиленно уткнулась в них лицом. — Ха, ха… Подавленная улыбка исказилась на губах. Когда после ухода наследного принца я осталась на террасе в абсолютном одиночестве, то не могла произнести ни слова. Словно в самозащите. Я лучше знала, чем кто-либо другой, — все происходящее всего лишь игра, но чувствовала себя невообразимо глупой и жалкой, ожидая нечто большее. В конечном итоге разочаровываясь. Медленно прикрыла собственное лицо, закрыв его руками. Верно, я беспрерывно лгала себе, что все происходящее — просто игра; что мне глубоко плевать, ибо она закончится, когда мой побег осуществится, но… На самом же деле я никогда не испытывала равнодушие. Мне было страшно, очень страшно. Неконтролируемые слезы, отобразившиеся в глазах, лились по щекам каждую минуту. Я наивно полагала, что место хуже ада, в котором я когда-то жила, уже не будет. Здесь я ничего не могла сделать по своей воле; здесь в моем распоряжении не было ничего. Начиная с еды, одежды и крова. Я должна была проходить огонь и воду, чтобы все это заполучить. Терпеть, терпеть и еще раз терпеть. В этой игре я стала злодейкой с самой дурной репутацией. И я прекрасно это понимала. — Так почему… Почему я поняла это только сейчас, когда собиралась бежать? Почему первый мужчина, которого я полюбила — главный герой, что повернется ко мне спиной, как только вернется героиня нормального режима? Я ведь тоже человек с чувствами, не имеющий каких-либо сил легко отмахнуться от разрывающих меня эмоций. Мне становилось все труднее надевать маску, строго просчитывать каждый свой шаг и стойко идти вперед, несмотря ни на что. — Ха… Когда звуки горького смеха постепенно превратились во всхлип, сопровождающийся скатывающимися слезами, я почувствовала внезапную усталость. Пийо-пийо. Наверное, птице было странно наблюдать, как кто-то молча плачет, закрыв лицо руками. Она несколько раз клюнула в прутья клетки. И после этого меня окликнул до боли знакомый голос: — Госпожа?.. Мое лицо, скрытое ладонями, медленно поднялось. — Иклис?.. Определенно, то не было иллюзией. Издалека я увидела темно-красную стрелку индикатора. Эти серые глаза, устремленные на меня, определенно принадлежали главному персонажу. Удивленная неожиданной встречей, я застыла, пока мои глаза немного распахнулись. Юноша же продолжал сокращать расстояние между нами, заметив, что я подняла голову. Шаг за шагом. Глядя, как он приближается, я поспешно дотронулась до своего лица. К счастью, слезы уже изрядно высохли. Через некоторое время передо мной во весь рост встал Иклис. — Ты только что вернулся с тренировки? Пусть мне совсем не хотелось смеяться, я заставила себя улыбнуться краешками губ. Иклис, неуверенно посмотрев на меня, вскоре медленно кивнул. — Ты пришел очень поздно. Я не могла определить точный час, но время действительно было уже позднее. Я старалась не зацикливаться на мысли, что юноша застал меня в подобном состоянии, которое никто не должен был видеть. Иклис медленно открыл рот: — Что… Вы здесь делаете? — Просто. Коротко пожала плечами, будто ничего не случилось. — Я наблюдала за птицей. После услышанных слов внимательный взгляд Иклиса переместился на клетку рядом со мной. Через мгновение серые глаза, разглядывающие малиновую птицу, вернулись обратно. — Вы… посещали дворец? Он был немного озадачен моим внешним видом. Я запоздало закрыла глаза и кивнула, осознав тот факт, что была полностью накрашена и одета в праздничное платье. — Ах, да. Сегодня во дворце устраивался пир. Намеренно не стала уточнять, что банкет проводился в честь дня рождения наследного принца. Юноше стало бы не по себе, если бы он выслушал новость о главном преступнике, уничтожившем его родную страну. Однако из-за чужой немедленной реакции размышления стали бесполезными: — Банкет в честь дня рождения наследного принца? — Так ты знаешь? — Мой учитель тоже там присутствовал. — Неужели? Я так удивилась, что только моргнула. «Значит, сегодня тренировки не было?» Как только собиралась задать интересующий меня вопрос, Иклис опередил меня: — Но… — … — Почему Вы приехали в одиночестве? Неудержимая тошнота вдруг охватила меня. Для других, похоже, это было несколько очевидно. Что я тайно вернулась совершенно одна. Не может быть, чтобы он этого не узнал. Если бы настоящие хозяева вернулись, в особняке бы не царила мертвая тишина. Но я не имела какого-либо желания рассказывать Иклису о своей тривиальной истории. Я только тихо и неопределенно рассмеялась. И в этот момент глаза Иклиса дрогнули. — Почему?.. — М?.. — Почему Вы улыбаетесь? Его невозмутимое лицо, как обычно, сквозило пустотой, словно у восковой фигуры. Поэтому я не сразу поняла, о чем он говорит. — Они снова заставили Вас грустить? — Что?.. — Семья герцога и другие дворяне. Тан. Иклис сделал еще один шаг ко мне. Мужское лицо, ранее погруженное в темную тень, открылось в ярком лунном свете. — Вы всегда делаете такое выражение лица, когда возвращаетесь после всех деяний, что эти ублюдки с Вами сотворили. Внезапно чужое лицо приобрело ужасную гримасу.