Смерть - единственный конец для злодейки

На следующее утро я проснулась довольно рановато, а затем, как и пообещала дворецкому накануне, после всех ванных процедур отправилась в столовую. Несмотря на свое нахождение в полусонном состоянии, разум же был переполнен мыслями о дальнейших планах на сегодняшний день. Разумеется, после завтрака мне придется провожать герцога, потому будет весьма затруднительно найти время, дабы встретиться с Иклисом до его ухода на тренировку. Пока погрузилась в утягивающие размышления, тем временем уже пришла в столовую. — Вы здесь впервые после окончания ремонта, миледи. Дворецкий, который следовал за мной, пропустил подобающее приветствие. Что ж, его слова были вполне верны. Раньше я трапезничала в собственной комнате и даже близко не подходила к столовой. Как и говорилось ранее, из-за ремонта. — Надеюсь, Вы ждете завтрака с нетерпением. Многозначительно отозвался старик — похоже, искренне хотел, чтобы я насладилась пребыванием в новой столовой — и галантно открыл двери. «Ох, ничего себе». Открывшееся пространство оказалось совершенно другим. Первоначально я и не предполагала, что они изменят интерьер до неузнаваемости. Столовая была украшена яркими и экстравагантными украшениями, с золотыми стенами и цветочными композициями, расставленными из угла в угол. На первый взгляд общий вид казался чересчур хаотичным и головокружительным, но чем больше я вглядывалась, тем сильнее понимала, что он действительно смотрелся довольно гармонично. Видимо, Феннель уделил значительное внимание дизайну. Пока я осматривалась, запоминая новое и незнакомое помещение, внимание неожиданно привлек цветущий бутон. Он располагался среди украшений, расположенных в глубине зала, и выделялся больше остальных. Это была красивая роза цвета шпинели. — Это элленвикские розы. Увиденное заставило меня вспомнить тот день, когда мы завтракали в оранжерее. В то время герцог уделял мне непривычно-много внимания, отчасти для того, чтобы я смогла избежать придирок Рейнольда. Если подумать, то был первый раз, когда герцог заговорил со мной без какой-либо определенной цели или причины. Тогда я и поделилась, что мне понравились дикие, потрясающие розы. «Возможно, ему просто понравился этот цветок?» Я пыталась рассуждать цинично, отчаянно желая подавить неприятное чувство, которое росло в области живота. При всех пришедших воспоминаниях мне, к счастью, не пришлось больше вспоминать кошмар прошлого, где я умирала от немыслимого голода с разложенной едой под носом. Да, в тот день слуги сыграли со мной злую шутку. Я неторопливо прошествовала к обеденному столу. Роскошный мраморный стол заменил дубовый, когда-то стоявший на том же месте. Оставшиеся члены семьи уже давно прибыли, рассевшись вокруг. Герцог, как и полагалось, занял место во главе. — Ты пришла. Тут же поприветствовал меня мужчина. — Доброе утро, отец, старшие братья. Ответила взаимностью я. — Утречка, уже все остыло. Что, не могла прийти пораньше? Этот розоволосый придурок, похоже, намеревался затеять очередную ссору. И из-за чего? Из-за того, что я опоздала всего на несколько минут? — Прекрати, Рейнольд. Из уст герцога моментально вырвалась осуждающая ругань. — Что? Я ведь не сказал ничего плохого, черт возьми! Отец всегда прицепится к любой мелочи, чтобы отругать меня. Рейнольд, поджав недовольно губы, перестал скулить, только когда герцог одарил его сердитым взглядом. Деррик же, молча глядящий на меня, наблюдал за происходящим с обычным бесстрастным выражением лица. Мне уже не раз перепадало испытывать на себе его холодные, ледяные взоры, потому уже успела к ним привыкнуть. К слову, я и не возражала против его полнейшего игнорирования. — Приступим. Поскольку проводился обычный завтрак, еду тоже подавали вполне обычную. Единственные звуки, которые доводилось слышать в роскошной столовой, заполненной тишиной — звонкий стук посуды. — Твой день рождения наступит через несколько дней, Пенелопа. Внезапно подал голос герцог. Признаться честно, тема начатого разговора меня совершенно не привлекала. Я не хотела говорить об этом. Тем не менее, ответила с улыбкой: — Да, уже близко. — Хорошо ли идут приготовления к церемонии твоего дня рождения? — Я почти ничего не делаю. Дворецкий и горничные выполняют всю тяжелую работу. И это было правдой, я действительно ничем не занималась в процессе подготовки к празднеству. Единственное, в чем принимала участие — в заботах служанок. Каждый день во время купания я страдала от настойчивого массажа, позволяющего расслабить кожу и тело. Я так привыкла к подобной ежедневной процедуре, что в нынешнее время даже не могла заснуть без нее. — Есть ли что-нибудь, что бы ты хотела получить в подарок к своему совершеннолетию? Задал герцог неожиданный вопрос. — Хм… не совсем. Выдала без долгих раздумий. Герцог уже подарил мне столько платьев и аксессуаров для подготовки к моему дебюту на церемонии совершеннолетия, что я больше не нуждалась в них. То, чего я действительно хотела, было выше возможностей герцога. — Эй, не затягивай с этим. Просто скажи уже, чего хочешь. Рейнольд, как всегда, не отличился язвительностью на грани сарказма. — Разве ты не помирала от зависти, когда увидела волшебную яхту, подаренную мне отцом на церемонию моего совершеннолетия? — Ах, это. Принимать ванну и получать каждодневный массаж от горничных — не просто расслабляющая вещь. Из этого процесса можно было почерпнуть немало забавных историй. К счастью, со мной служанки уже успели ими поделиться. — Я вот слышала, ты взял эту яхту на реку Альтес, чтобы похвастаться, и не знал, как правильно ею управлять. Перевернул ее в тот же день, как получил. На губах растянулась насмешливая улыбка. — Кто… кто это сказал?! Это был несчастный случай! Юношеское лицо мгновенно приобрело удовлетворительный оттенок красного. — Пф-ф, жалкий придурок. Несдержанный смешок вырвался со стороны герцога. — Ха? Почему Вы смеетесь, отец?! Я же сказал, что это неправда! Поспешно крикнул Рейнольд, но его разразивший воздух крик ничего не изменил. Тем временем я поспешно наклонилась к герцогу посреди воцарившегося хаоса, тихо прошептав: — Не могли бы Вы прийти ко мне рано утром, в день моего совершеннолетия? И как следует попрощаться со мной? По неизвестной причине герцог поначалу не ответил. — Отец? — Попрощаться?.. — Да. Он казался ошеломленным. — Я хочу, чтобы Вы попрощались со своей незрелой дочуркой. — О чем ты говоришь, Пенелопа? Что ты подразумеваешь под прощанием? — Теперь я стану по-настоящему взрослой. Я желаю выйти за пределы своего постыдного прошлого и после церемонии стать поистине зрелым человеком. Поэтому хочу, чтобы в то утро Вы попрощались со мной должным образом. Мой голос звучал спокойно, и мысленно добавила про себя: «попрощаемся в последний раз». — Когда же ты… Голубые глаза герцога медленно потеплели — непривычное зрелище для меня. — Да… утром я обязательно приду попрощаться с тобой. Мужчина дал очередное обещание, и моя же ложь вдруг показалась чрезмерно горькой и жестокой. Однако, стараясь избавиться от щекотливого ощущения, я отвернулась с неловкой улыбкой на губах. В этот момент дверь столовой отворилась, и Феннель торопливо шагнул внутрь. Выглядел он… достаточно неважно. Подойдя к герцогу, тот тихо проговорил: — Хозяин, думаю, Вам следует на минутку выйти к парадным дверям. Когда глава семьи увидел старика, его поведение мгновенно изменилось, словно он почувствовал себя не в своей тарелке. — Хм… Наша семья уже давно не разделяла трапезу вместе, дворецкий. Если это не так уж срочно, разговор можно отложить. — Это… Старик колебался, выглядя по-настоящему взволнованным. Вскоре, наклонившись к герцогу, он прошептал ему что-то на ухо. Лицо главы же, наполненное искренним недовольством из-за того, что его прервали во время завтрака, становилось все жестче и жестче. Но когда дворецкий выпрямился, закончив говорить, внезапно раздался громкий звон. Дланг! Герцог стремительно вскочил со своего кресла, откинувшееся назад. И выбежал из столовой, не обращая внимания на образовавшийся шум. Дворецкий поспешил за ним. Деррик же, Рейнольд и я, не понимая, что происходит, растерянно смотрели друг на друга. Дланг. Старший сын решительно оттолкнулся от стола, поднявшись следом. — Мне нужно идти. Кинув беглое оправдание, тут же вышел из столовой. — Черт! Да что произошло, пока мы ели?.. Нервно пробормотал Рейнольд. «Кронпринц… Неужели он заявился снова, потому что я проигнорировала его письмо?» Внезапно на ум пришло ужасное предположение. Сумасшедшему действительно был подвластен подобный сценарий, таящий его неожиданное появление. Если так… Неудивительно, что герцог так подорвался, учитывая, какие обстоятельства принес его прошлый визит. «Сумасшедший ублюдок! Как же утомительно. Что, черт возьми, с ним не так?» Будучи подобным сытой по горло, я хмурилась Рейнольд бросил на меня странный взгляд. — Эй, чего замерла? Пойдем тоже посмотрим. Вставай. — Э-э, да… Осторожно согласилась я. Рейнольд, поднявшись со своего места, подозвал следовать за ним. Я посмотрела на него с озадаченностью и искренней неохотой. Если честно, не было никакого желания куда-то идти. Но все же направилась следом, выходя из столовой. По пути голова по-тихоньку начинала пульсировать при мысли, что мне снова придется встретиться с принцем. Такими темпами я торопливо прошла по длинному коридору и вскоре оказалась у центральной лестницы. С того места, где я стояла, разворачивался хороший обзор на парадные двери особняка, на данный момент распахнутые настежь. Я почувствовала свежий запах раннего утреннего воздуха. Вскоре глаза быстро уловили высокого мужчину, стоящего перед отцом, Дерриком и Рейнольдом. «Они привели незваного гостя?» Подумала, наморщив лоб, и ускорила шаг. Однако вместо золотистых волос, которые ожидала увидеть, появилось совершенно другое, но знакомое лицо. — Иклис?.. С меня вырвалось растерянное бормотание. Юноша, стоявший во весь рост у парадных дверей особняка, был не кто иной, как главный герой, на которого я ставила все. Услышав раздавшийся зов, он взглянул на меня. Серые глаза, всегда несущие тусклость и пустоту, широко распахнулись. — Почему… ты здесь? В это время? Сердце заколотилось безо всякой причины. Тело переполнило похожее зловещее чувство, что я испытывала накануне смерти своей матери. Учащенное сердцебиение грохотало, подобно грому. — Что… Из-за спины Иклиса вдруг выскочила маленькая фигурка. — Отец… — … — Бра… братья. Обладательница чудесных розовых, как у Рейнольда, волос, и ярко-голубых глаз — доказательства того, что в ней текла кровь Эккартов. — Я… Это я, Ивонн. Тогда было раннее утро, наступившее за пять дней до церемонии моего совершеннолетия.