Маг и зверёк

Поморщившись от неудобного положения, Хосок завозился на месте, пытаясь найти комфортное положение, но стало только сложнее дышать. Открыв глаза, утыкаясь носом в тёмную копну, на миг испугался, вспоминая, что это Чонгук. — Эй, слезь с меня! — вопит, дёргая телом и сбрасывая мага с себя, облегчённо потягиваясь. Тело тяжёлое после ночи, болит буквально каждый кусочек, ещё и небывалая усталость навалилась. Мышцы неприятно ноют, а кожу стягивает от смазки и семени. — Мерзость. — Ничего не мерзость, — глухо отбивает Чонгук, подымая тяжёлую голову и пьяно улыбаясь. — Ты и в самом деле оказался хорош, мне понравилось. Щёки Хосока наливаются пунцовым от смущения и злости. Он подскакивает, игнорируя боль в причинном месте, и почти вылетает из комнаты, как его настигают, хватая поперек груди и таща обратно на кровать. — Какого чёрта ты убегаешь? Ты мой! Теперь никакие Тэхёны не посмеют тебя тронуть, — Чонгук урчит, нависнув над омегой и тычась носом в шею. Вылизывает, прикусывая кожу, оглаживает бока, на которых красуется не один синяк. На бёдрах и заднице особенно много следов, Чонгук успел рассмотреть, когда Хосок убегал, и теперь оглаживает каждый. Закончив с шеей, зацепившись взглядом за метку и укус на плече, слегка корит себя за агрессию, но быстро забывает, соскальзывая языком ниже, по груди и животу, прикусывая тазобедренные косточки. — Перестань, это грязно, — вырывается, пытаясь отодрать альфу от себя, но тот слишком сильный, навис горой и с места не сдвинешь. Игнорируя все слова, Чонгук приподнял ногу зверька, проводя пальцами по ложбинке и свободно проникая внутрь. Узел спал не так давно, ему пришлось около пяти часов неподвижно стоять, заполняя омегу своим семенем до самих краёв. Внутри ещё влажно, пахнет их смешанными запахами и сексом, и Чонгук мажет языком по сжимающейся дырке. — Нет! — кричит Хосок, дёргаясь и ударяя мага ногой. Тот даже не реагирует, лишь хватку усиливает, продолжая свои действия. Хосок хватает подушку, начав лупить альфу по голове. — Укушу, — шипит, но Хосок его не слушает, продолжая отбиваться. Красные глаза появляются перед лицом внезапно. Чонгук цапает за руку, сжимая ниже сильной хваткой. Прокусывает кожу, оставляя чёткий отпечаток зубов, и перекидывает Хосока на живот, толкаясь в дырку одним движением. — Придурок! Отпусти меня, немедленно! — Лежи уже, тебе не положено возникать, — кусает за загривок, прижимая за плечи к постели и неспешно толкается, осознавая, что внутри у того всё воспалено после ночи. Пусть Хосок и зверёк, он человек в первую очередь, и для него первый раз с узлом не прошёл бесследно. Движения неспешные, но глубокие. Чонгук входит до упора, хлюпая оставшимися с ночи выделениями. — Мне нужно в ванную, — устало выдыхает. Хосок перестал вырываться, смирившись с тем, что этим утром заднице вновь не дадут покоя. Чонгук, к удивлению, не стал заканчивать, выходя и слегка придавливая Хосока к постели. Оставляя его в покое, маг достал из шкафа плед, кутая зверька в него и подымая на руки. Дёрнувшись в сторону, пытаясь выбраться, Хосок повис у альфы на руках, наблюдая за обстановкой на коридоре. Чонгук без малейшего стеснения вышел из комнаты с ношей на руках, спускаясь на первый этаж и толкая одну из дверей. Ванная комната встречала холодным ветерком и запахом моющего. Поставив Хосока на ноги, Чонгук нахмурился, движением руки закрывая все окна обширного помещения. Комната скорее выполняла роль купальни, поделённая на несколько огороженных частей, в каждой из которых была своя душевая или объёмная ванна. Пройдя в дальнюю часть помещения, подзывая к себе зверька, Чонгук открутил кран, с помощью магии разогревая. — А завтрак мне положен? — спустив плед с плеч, чтобы не раздражать раненую кожу, Хосок переступал с ноги на ногу, неловко подойдя ближе. Чонгук так внезапно выполнил его просьбу, стоило только заикнуться об этом… А вчера стал мягче, тоже после просьбы. Это странно. — Ты меня не кормил последние несколько дней, знаешь ли. — После ванны, — бормочет Гук, погружая в воду руку, проверяя температуру. — В самый раз, — кивает сам себе, потянувшись к Хосоку и, сдёрнув плед, пихнул в воду, ныряя следом. Их подхватило потоком, придерживая на поверхности, не давая погрузиться на дно. Обняв зверька со спины, Чонгук прижал его к себе, не давая вырваться. — Придурок, горячо! Ты меня заживо сварить собрался?! — завопил Хосок, безуспешно пытаясь выбраться. Вода слишком обжигала тело и потревоженную кожу, раздражая ещё сильнее. — Тихо, сейчас, — успокоил, целуя за ушком. Концентрируясь, Чонгук постепенно опускал температуру воды, пока она не стала тёплой. — Так нормально? — Чуть-чуть горячее, — тушуется, оглядываясь. Чонгук сосредоточенный, не скалится, как обычно, и Хосок теряется, поймав себя на том, что не может оторвать взгляд. — Так хорошо, — улыбается, когда вода стала приятной температуры. Чонгук немного поёрзал за спиной, очёрчивая путь от пупка к шее, резко перехватывая. Хосок не успел возразить, как почувствовал, что в задницу что-то упирается, после настойчиво толкаясь внутрь. — Не смей пихать его в меня, — запоздало протестует, выгибаясь от наполненности. Чонгук успевает обездвижить, подключив вторую руку, хватая под руками и сцепляя пальцы в замок на задней части шеи. — Отпущу, если не будешь сопротивляться. — Но я не хочу, — хнычет, безуспешно пытаясь соскользнуть. Доходит всё к тому, что Чонгук прижимает его к стенке, напористо толкаясь. — Не так быстро! Хосок начинает всхлипывать, неловко дёргаясь от каждого движения внутри. Вода ничуть не сглаживает погружение, только вымывая всю смазку. Чонгук послушно замедляется, вытаскивая Хосока из воды и прижимая к скамье, перехватывая за низ живота, ощущая, как движется внутри собственный член. — Я убью вас двоих, если с Чимином делают то же самое. Животное! — не сдерживается, начав ругаться, и давится словами, когда Чонгук толкается особенно сильно, нарушая свой темп. — Тэхён его не тронет без обоюдного согласия, он до чёртиков правильный. — Тебе не помешает научиться этому у него, — язвит, зажмуриваясь от боли в заднице. Дверь скрипит, пропуская внутрь свидетеля небольшого действа. Чонгук хмычет, с рыком отпуская Хосока и вновь толкая в воду, располагаясь на бортике и рассматривая болтыхающегося омегу. Хосок находит точку опоры, становясь на ноги и бросая злой взгляд на Чонгука. Утолил желание и бросил, как какую-то марионетку. — Придурок, — еле слышно бормочет, поворачиваясь к альфе спиной. Достал его за эти дни, что уже видеть никакого желания нет. Его и не было, в общем, но в какие-то моменты Чонгук казался адекватным. Видимо, только казался. — Придумай что-то новое, — неожиданно приходит ответ и Хосок зажимает рот. Он ведь сказал тихо, за шумом воды его не должно было быть слышно, ещё и вервольф… Опасливо глянув в сторону животного, что рычал на Чонгука, Хосок отшатнулся в противоположную от них сторону. Рыкнув ещё раз, шаркнув когтями по кафелю, вервольф пригнулся, прыгая в ванну к Хосоку. Тот испуганно икнул, застывая на месте. Пёс, вопреки всему, его не трогал, плескаясь в воде и парочку раз кувыркаясь, погружаясь с лохматой головой. Смыв в себя дорожную пыль, вервольф довольно тявкнул, последний раз делая круг и вылезая из воды, отряхиваясь от излишков влаги. Чонгук недовольно зашипел, подрываясь на ноги и покидая помещение, а верфольф последовал за ним, хватая дверную ручку и закрывая дверь. Удивляясь поведению парочки, Хосок вылез из воды, подходя к ближайшей ванне, крутя краны. Холодная и горячая, странно, что Чонгук прибегнул к магии, когда можно одним движением настроить нужный поток воды. Негодуя на недогадливость (а на неё ли?), Хосок набрал новую ванну, залезая и нормально отмываясь, без посягательств на свой зад. Закончив со всеми процедурами и вытершись, Хосок не нашёл ничего, во что можно одеться, накидывая сверху всё тот же плед, босяком выходя в коридор. — И куда дальше? — осматривается по сторонам, находя лестницу и неловко ступая. Не по себе находиться в особняке магов, с одним пледом на плечах и саднящей от упорства альфы задницей. — Господин?! — к Хосоку спешила женщина в униформе. Он напрягся, но убегать не спешил, ожидая, когда она подойдёт к нему. — Вы омега господина Чонгука? — получив кивок, она продолжила, указывая в сторону коридора. — Пойдёмте, провожу вас к комнате. Расслабившись, что не придётся самому рыскать в поисках нужной комнаты, Хосок последовал за женщиной, благодаря её, когда прибыли. Горько вздохнув, Хосок нажал на ручку, проходя в пустое помещение. Чонгука на месте не было, к счастью, постель свежая, а на краю лежала стопка одежды. Смело подойдя к кровати, стаскивая плед и одеваясь, Хосок хмыкнул, удивляясь тому, что одежда хорошая, если не сказать слишком. Он вырос не в богатой семье, конечно, но достаточно обеспеченной, и никогда не носил ничего такого хорошего качества. Рубашка из лёгкого материала, слегка великовата, но для него в самый раз, декорирована мелкими драгоценными камушками. Хосок уверен, что на ней есть хотя бы один рубин или сапфир, уж слишком много всяких деталей. Манжеты и застёжка вышиты переливающимися на свету нитками, завораживая и поражая. На воротнике самые крупные камушки, создающие дорогой вид изделия, хотя Хосок даже представить стоимость рубашки не может. Неловко покрутившись, Хосок снял рубашку, аккуратно сложив и положив обратно. Он не знает, намеренно её здесь оставили или нет, к тому же, учитывая отношение Чонгука к нему, тот не стал бы позволять ему носить что-то подобное. Не желая лазить в чужих вещах, омега был вынужден это сделать, доставая из шкафа свободный и явно затасканный комплект одежды — Чонгуку такой не должно быть жалко. Обувшись, Хосок вышел из комнаты, неловко положив ладонь на живот. Чонгук обещал после ванны завтрак, но ушёл, оставив его одного. Не зная, куда ему податься и дадут ли еду, зверёк спустился на первый этаж, принюхиваясь и идя на запах. Учуяв знакомый аромат, Хосок смело открыл дверь, улыбаясь во всю ширь рта, когда увидел довольного Чимина, наминающего мясо. — Хосок-и! — завопил Пак, подскакивая с места и, бросая недоеденный кусок, помчался к другу. — С тобой всё хорошо? Он с тобой ничего не сделал? Я видел кровь в мотеле, да и… — смутившись, Чимин стал говорить значительно тише, краснея: — Тэхён сказал, что ты с тем магом занимались сексом. — Уже всё хорошо, не беспокойся, — поцеловав в лоб, трогая щёки, Хосок прошёл к столу, куда его отвёл Чимин, усаживая возле себя. — Ты ведь не кушал ещё? Присоединяйся к нам, я поделюсь с тобой мясом. Хосок неловко кивнул, соглашаясь. Пока Чонгука нет рядом, он может позволить себе быть возле Чимина, да и после еды нужно поговорить с Тэхёном и всё обсудить. Он уйдёт отсюда, с Чимином или без него. Кажется, тот был рад и вовсе не тревожился близостью с альфой, значит, маг в самом деле хорошо к нему относился. Вот уж, а ему попался этот ненормальный Чонгук с членом вместо мозгов. — Чонгук с тобой? — Он ушёл. — На охоту, скорее всего, — хмыкнул Ким, накладывая в тарелку мясо и овощи, ставя перед Хосоком. — Кушай, он должен вскоре вернуться, он редко надолго уходит. — Я хочу с тобой поговорить после, — смотрит испытующе, даже не думая отводить взгляд от альфы, что прожигал его взглядом. — Ладно, но сперва еда. Ты пару дней не ел, я вообще удивлён, как ты ещё на ногах стоишь. Наверное, особенность зверьков, никогда раньше не видел использования этой техники на ваших представителях. Хосок кивнул, потянувшись за вилкой, пока Чимин рядом трещал обо всём, дёргая друга за рукав, не в силах угомониться после встречи. Альфы могли их разлучить, а за те пару недель, что они провели вместе, Чимин очень привязался к Хосоку, да и тот был единственным, кто поддерживал в трудную минуту и успокаивал, не давая закрываться в себе. Закончив с едой первым, Тэхён покинул омег, давая им время поделиться эмоциями и мыслями наедине, лишь спустя час прося пройти в гостиную для разговора. Вздыхая, ведь судя по всему, ему придётся объяснять элементарные вещи, которые Чонгук, конечно же, не удосужился поведать Хосоку. Усаживаясь в кресло и прикрывая глаза от концентрации двух сильных запахов рядом, Тэхён нахмурился, чувствуя от Хосока слишком резкий запах. Связь в любой момент может оборваться, Чонгук создал её неправильно, и теперь жизнь зверька на волоске.