Сделка

      Заброшенный неизвестно когда зал был таким большим, что даже негромкие, осторожные шаги Эш отозвались в нём эхом. Женщина осмотрелась — зал был открытым, как и всё здесь, и к тому же его окружали такие же золотые конструкции, как и весь храм Эсхатона. Но больше всего внимания привлекал огромный фиолетовый кристалл посередине зала, рядом с которым лежала какая-то странная бесформенная куча. И что-то, похожее на человеческую фигуру — только больше Эш раза в два-три.       «Ну почему они все такие огромные…» — по спине женщины пробежали мурашки. Когда она смотрела на изменившихся культистов и оставшихся в местах раскопок «Валькирий», ей в голову невольно закрадывалась мысль, что человечество с поры их существования ужасно измельчало. В физическом плане. Очень уж необъяснимой была разница в размерах. Особенно её это поразило при встрече с Доминионом.       Эш приблизилась, осматриваясь. Человеческая фигура, закованная в тёмный металл, вдруг подняла голову, и женщина увидела, что на лице фигуры светилось что-то наподобие глаз. Человек в металле протянул руку в сторону Эш, и вдруг тёмная бесформенная масса, лежавшая около кристалла, вздрогнула, и из неё вытянулось несколько щупалец. Они схватили человеческую фигуру и быстро, с громким скрежетом втянули внутрь себя. Только тогда Эш, успевшая поднять вспыхнувшую тёмным руку для отпора, поняла, что в бесформенной массе примерно половина была такой же металлической, а ещё половина — щупальцами. Совсем как в катакомбах священного города Эсхатона.       Женщине показалось, что откуда-то грянула торжественная музыка. Она застыла, глядя, как фиолетовый кристалл засветился, и как бесформенная масса со скрежетом и каким-то чавкающим звуком разделилась на части. На металлическую и тёмную, словно бурлящую, часть. Из обеих торчало по длинному золотому штырю, на конце которого блестел кусок Осколка древних. Эш едва не передёрнуло. Нутро и опыт нахождения в этом месте подсказывали, что её сейчас может ждать смерть, и не одна.       Оба создания воспарили высоко над полом зала. Эш быстро оглядела обоих — что-то, похожее на огромный летающий танк, с безжизненной человеческой фигурой внутри, и фигура с длинным золотым плащом и нимбом. Широким нимбом. Почему-то Эш вспомнились истории, проплывавшие в голове во время медитаций в Святилище — о генерале «Валькирий» и матери культа Эсхатон. Путешественнице бы хотелось, чтобы хоть кто-то из них был дружелюбен к ней здесь… Кроме того странного Арахнеа с обломком в корпусе, конечно. В бою он был абсолютно бесполезен, но всегда ждал Эш в Святилище.       Глядя на летающие огромные фигуры, она почувствовала острую тоску. Стоило помедитировать с этим «единорогом» наверху ещё немного…       «Танк» стал стрелять первым. Эш подскочила, стала парить, пользуясь искажённой способностью и целясь в осколок, торчавший из металлического днища, и внезапно для себя услышала в голове голос. Раньше с Эш говорил только Сияющий Тетрагексаэдр, и его голос она уже хорошо запомнила. Этот же голос был новым — вкрадчивым, негромким, и заинтересованным.       «Ты используешь дары Культа?»       Незадачливая путешественница едва не потеряла контроль над искажённой формой полёта. Она сделала рывок и ударила по Осколку несколько раз прежде, чем упасть на пол, приземлившись на ноги. Тёмная энергия внутри смягчила падение, и всё тот же странный незнакомый новый голос тихо засмеялся.       «Ты используешь дары Культа. Интересно».       — Возможно! — крикнула Эш, чувствуя себя невероятно глупо. Длинная фигура в золотистом плаще с нимбом не двигалась с места, и, уворачиваясь от огнестрельной очереди, женщина попыталась глянуть на верх этой фигуры — там темнело что-то, похожее на овал лица, но вместе с тем не похожее на лицо. Скорее на огромную дыру на месте лица…       Эш сделала ещё несколько рывков, пытаясь добраться до Осколка в шпиле чего-то, что всё же казалось ей бывшим генералом Уотерсом. Только безжизненным. Фигура в плаще всё ещё парила в воздухе, словно размышляя. Конечно, пока она не атаковала, Эш было гораздо проще, но начать двигаться это создание могло в любой момент.       «Если ты поможешь мне, дитя Эсхатона, я помогу тебе, — произнёс вдруг тот же голос в голове. Женщина бросила быстрый взгляд на нимб. Если это и правда была та самая Мать культа, то она явно не знала, что Эш собрала ещё не все необходимые осколки. Хотя бы насчёт их количества Сияющий Тетрагексаэдр молчать не стал. — Соглашайся. Уотерс слаб. А помогать ему я не желаю».       Эш глянула на почти безжизненного Леонарда Уотерса. Щит под напором пуль всё же ломался довольно быстро, и ей приходилось постоянно прыгать и делать рывки в воздухе. Помощь от фигуры в плаще, конечно, была сомнительной, но…       Эш обратилась в воздухе, чтобы воспарить над огромным тёмным кристаллом, и в такой форме кивнула. Плащ вздрогнул, и фигура наконец начала двигаться. Золотистый край поднялся, и из-под него показались несколько длинных тёмных щупалец.       «Пока не трогай Уотерса. Ослабь большой кристалл».       Эш кувыркнулась в воздухе, меняя направление, и ударила по кристаллу сверху. «Танк» рванул к ней, но тут его схватили щупальца, и золотистый плащ прижался к Уотерсу, насильно поднимая пушки и обвиваясь вокруг золотистого штыря с Осколком, торчавшего из груды одержимого металла снизу.       «Легион не так уж силён», — услышала Эш. Легион и правда отвлёкся на щупальца, оплетавшие его всё теснее, пока женщина наносила огромному кристаллу удар за ударом. Почему-то этот голос вызывал доверия больше, чем голос Тетрагексаэдра — может, потому, что этот не приказывал и звучал даже чуть более дружелюбно. К тому же…       Хоть Эш и не нравилось воскресать, смерть всё ещё не была концом для неё. Поэтому женщина остановилась, когда всё тот же женский голос вдруг стал громче: «Стой! Не разбей его!»       Эш спрыгнула на платформу под огромным кристаллом. Тот фрагмент, что торчал на золотом шпиле из-под плаща Спасения, засветился ярче, и прежнюю цель Эш окутала золотистая сфера.       «Благодарю, иначе я могла бы и умереть», — отозвался голос чуть насмешливо. Эш с опаской покосилась на щупальца, которые всё ещё сдерживали танк. Тот пытался вырваться, и механический полутруп внутри него, кажется, протянул руки, чтобы попытаться убрать помеху, причём орудия, раскалившиеся добела, всё ещё продолжали стрелять в воздух. Исследовательница на всякий случай приготовилась спрыгнуть на пол зала, чтобы иметь возможность увернуться, если неожиданная союзница перестанет направлять орудия Легиона в потолок.       «Теперь… Можешь сразиться с ним», — щупальца вдруг разжались, и золотистый плащ взмыл под потолок. Эш показалось, что она видит тёмный, свивающийся кольцами клубок под ним, и женщину передёрнуло. Спасение стала парить на одном месте, словно наблюдая, а Легион, поняв, что свободен, ринулся к цели. Эш снова пришлось много прыгать практически по воздуху и уворачиваться — хоть противник и был неповоротлив, летал он быстро, и почти всё время пытался держаться на расстоянии. Эш не была уверена, что Уотерс мог слышать слова Спасения, как не была уверена и в обратном, поэтому хотела разобраться с ним побыстрее. К тому же каждая победа значительно приближала свободу…       Эш захотелось, чтобы щупальца в плаще ещё немного помогли ей с битвой, но они, похоже, и правда решили просто наблюдать.       Бой затягивался. «Танк» перебрался то выше, то ниже, постоянно маневрируя так, что Эш успевала нанести всего пару ударов по торчавшему из него осколку прежде, чем противник сдвигался. Женщина почувствовала, как от напряжения мышцы начали гудеть.       «Хочешь, я вмешаюсь?» — вдруг любезно спросил тот, второй, вежливый женский голос. Эш подняла голову, пытаясь разглядеть золотой плащ сквозь застилающий глаза пот.       — Да, — едва вымолвила она, чтобы не сбить дыхание. Плащ нырнул, словно золотистая вспышка, и щупальца снова переплели груду тёмного металла. Раздался скрежет.       Золотой штырь, обвитый тем, что осталось от матери культа, понемногу подался вперёд. «Бей, но не разбей», — попросила она.       Эш выпрямилась и встряхнула гудевшие руки. Осталось постараться ещё совсем чуть-чуть.       Она взмыла в воздух с помощью рывка и нанесла несколько ударов по концу золотого шпиля, торчавшего из дна орудий Легиона, чтобы не задеть обвивающие его щупальца. По осколку пошла трещина, и тени дёрнули несколько раз — точно и сильно. Шпиль двинулся и с тихим металлическим лязгом выпал из «танка», оставшись в щупальцах Спасения.       Эш укрылась под платформой, пока Легион рассыпался на части. Когда вспышки угасли, женщина глянула наверх. Спасение в торжественном одиночестве парила над заключённым в золотую сферу кристаллом, сжимая в щупальцах чужой шпиль с фрагментом Осколка древних.       «Заберёшь свою награду? — поинтересовался женский голос. Эш неловко пожала плечами. — Что ж, тогда я возьму».       Спасение одним резким движением щупальца сломала фрагмент на конце шпиля, и он исчез в фиолетовой дымке. Эш показалось, что «нимб» вокруг пустоты на месте лица золотистой фигуры засиял ярче, чем раньше.       «Что ж, коль скоро ты не захочешь меня убить… Может, представишься?» — женщине показалось, что в голосе в голове она слышит улыбку. Или хотя бы интерес. Больший, чем у Тетрагексаэдра.       — Эш, — негромко произнесла она. Плащ чуть склонил «голову».       «Столь многие звали меня Спасением, что ты можешь считать это слово моим вторым именем. Но первое — Ишаэла Бха’гор».       — И… как лучше? — нерешительно спросила Эш. Спасение, кажется, тихо усмехнулась.       «А кем ты меня считаешь?»       — И почему… не убийство? — Эш сделала шажок от Спасения, спиной вперёд, на всякий случай. Та немного опустилась, явно не выказывая зловещих намерений.       «Я ощущаю в тебе мощь Эсхатона. Давно забытую снаружи мощь. Как мать культа, я не могу позволить ему угаснуть, даже если придётся пожертвовать своей жизнью… Правда, к чему жертвовать прямо сейчас? Мы можем помочь друг другу».       Эш подняла голову. Капюшон едва не спал с её волос, но она кивнула, показывая, что готова слушать.       «Хорошо. Я знаю, мой народ поразило безумие, — голос стал болезненным, — они верили, но ещё не были готовы принять всю силу, даруемую нашим богом… Но ты. Тебе помогли, не так ли?»       — Д… да, — Эш напряжённо прислушалась к тишине за Спасением в своей голове. Её «друг» из Святилища молчал слишком уж долго. — Но я не отсюда…       «Тем лучше. Значит, твоим стремлением будет лишь выжить, а не захватить власть, — плащ снова покачал «головой». — Я поглотила ту часть силы, что поддерживала жизнь Уотерса в нашей вечной войне. Ему лишь повезло. Но я не стану убивать тебя, чтобы забрать энергию Осколков древних, о нет. Я могу помочь тебе обрести больше мощи, чтобы ты вознесла славу Эсхатона на новую вершину».       — В чём подвох? — тут же вырвалось у Эш. Голос засмеялся громче, чем в прошлые разы.       «Хорошо. Ты знакома с искажение… Ах, да, ты так летала. Тогда ты должна будешь исказить все силы, данные тебе алтарями».       Эш замерла на несколько секунд, раздумывая над словами жрицы. Наверное, Спасение не могла залезть в её голову так глубоко, как Тетрагексаэдр, иначе, возможно, такой просьбы Эш бы не услышала.       — И ты как-то поможешь мне?       «Помогу. Не сомневайся в слове матери Эсхатона».       — Хорошо, — Эш натянула капюшон получше, чтобы он не спал. — Но разве вот этот кристалл не…       «Ты получишь и его. В конце. Тогда ты будешь всего лишь в шаге от восславления нашего бога, и я укажу тебе последнюю ступень, чтобы смиренно уступить дорогу».       Женщина медленно кивнула. «Нимб» над плащом поугас.       «Хорошо же. Тебе стоит пока вернуться, чтобы развить свои силы немного. Я помогу тебе и в этом. Зажмурься».       — Нет, нет, я сама уйд… — возражения Эш потонули в граде ударов щупальцами, нанесённых неожиданно быстро и тяжело. Кажется, с поглощением второго фрагмента Спасение стала сильнее.       «Мы ещё побеседуем, — Эш снова услышала в голосе улыбку, пока вокруг её в который раз умирающего тела сгущалась тьма и обвивались щупальца. Не Спасения, и то хорошо. — Не благодари».       «И не думала», — хотела пробормотать Эш, но её уже плотно сжал мрак. А потом она очнулась в Святилище.