Потеря

Все началось в один прекрасный день, когда Шэнь Цинцю потерял любимую ложку. На самом деле, по виду она совершенно не отличалась от других ложек в его доме - не отличалась для всех, кроме него. Он же мог узнать это сокровище по несколько погнутому корпусу. Как Цинцю вообще умудрился погнуть ложку, если был аккуратен до безобразия? Ну, просто это был не он. Ложку ему погнул ублюдок Цинге, когда та врезалась ему в лоб. Почему тогда он не выкинул ее? Нуу, просто эту же ложку он прикладывал к уголку губ Лю Цинге, старательно охлаждая другое повреждение, которое тоже нанес сам.. Хотя это совсем не влияет на его отношение к ложке, нет. Совсем. И все бы ничего, остановись процесс лишь на этом – безусловно, он бы позлился, попыхтел, пару дней посмущал бы народ еще более пасмурным, чем обычно, выражением лица, прикрывая свое уныние, но, по итогу, все бы прошло и он просто кинул бы в Лю другую ло… Кхм, неважно. Просто факт в том, что на следующий день он потерял свою резинку для волос; она не была какой-то слишком уж особенной, ему лишь нравился ее льдистый цвет и шелковая текстура. Пришлось завязать отросшие патлы едва ли найденной впопыхах заменой черного оттенка. Уже выбегая из дома он мазнул взглядом по зеркалу в коридоре, с унынием отмечая свой неожиданно мрачный сегодня облик. Досада. *** — Ты чего сегодня такой угрюмый? Сон плохой приснился? — несколько лениво спросил Шан Цинхуа, разворачивая клубничную конфету. Парень уже собирался закинуть ее себе в рот, однако Шэнь по-свойски отобрал карамельку и уверенным движением засунул себе за щеку. Жертва этого непотребства поднял на друга обиженные глаза, но лишь вздохнул и никак это безобразие не прокомментировал. Стоящий рядом Мобэй Цзюнь точно так же молча всучил несчастному мятный леденец. Обычно на что-то такое парень бы кинулся в объятья благодетеля, причитая о том, как жесток Цинцю, но сейчас он его лишь поблагодарил и съел предложенное ему угощение. Шэнь скользнул по этому действию взглядом, но отбирать данное Мобеем не рискнул. — Вы оба словно ходячие мертвецы, — прокомментировал только подошедший Лю Цинге, с удивлением оглядывая полуживых друзей. — У нас на днях будет огромная контрольная, — провыл Цинхуа, словно какой-то заблудший призрак. Шэнь лишь сдержанно кивнул: на самом деле для него причина заключалась в несколько ином, но это было не так уж и важно. Цинге задумчиво хмыкнул. — Тогда что насчет немного расслабиться и затусить после того, как вы закончите? – предложил парень, усмехнувшись. Цзюнь молча кивнул, соглашаясь с предложением, Шан принялся вслух раздумывать о том, что можно было бы приготовить и заказать из еды и чем заняться, а Цинцю, как обычно ворча, отпирался до последнего. Цинге шутил что-то про набивание себе цены, но Шэнь только выразительно глянул на него и отвернулся. *** Три дня в подготовке к контрольной прошли довольно быстро и незаметно. И в каждый из этих дней Шэнь Цинцю подмечал, что снова пропадала какая-то вещь. Своим друзьям он решил не говорить, поскольку он считал это некой глупой шуткой, устроенной одним из них. Легче просто найти доказательства своих мыслей и потребовать предметы назад, нежели становиться поводом для смеха, пусть и не злого. Уже сидя в классе и ожидая раздачи вариантов проверочной, он продолжал думать о том, кто именно из этих троих это мог быть и как именно – и что еще очень важно, когда? – он проникал к нему домой. Разве это не слишком сложный процесс ради одной лишь шутки? Парень устало потер точку между бровей, когда перед ним на стол опустился лист. Он скользнул взглядом по вопросам и со спокойной душой понял, что не зря готовился: все было вполне решаемо. Он потянулся за ручкой в пенал не отвлекаясь от заданий. Нащупать сразу же не вышло, и спустя какое-то время Шэнь раздраженно поднял глаза. Порывшись еще раз, понял, что ничего найти не может. Цинцю нахмурился и вытащил из пенала все что было, но даже так ручку не нашел. В сумке ее точно быть не могло, и смотреть не стоит, только время потратит. Он поднял голову. Шан Цинхуа сидел от него довольно-таки далеко, но позвать его все же было можно, хоть и несколько унизительно. Однако тот совершенно не слышал друга, в унынии и досаде пытаясь разобраться с вопросами, в которых ничерта не понимал – наверняка, опять отвлекся на какие-то выдумки во время подготовки и сочинил очередной сюжет для новеллы. Цинхуа схватился за голову. Цинцю едва ли удержался от такого же действия. Вокруг него никого из приятелей не было – Мобэй и Цинге находились в классе по соседству, а из класса он общался в основном только с Цинхуа. У Цинцю опять заболела голова. Пробежав взглядом по сидящим вокруг него, он остановил свой выбор на одном парне, с которым иногда перекидывался словами, и, кажется, тот не так уж и плохо относился к Шэню. — Извини, — несмотря на внутреннее волнение, голос подростка оставался все таким же спокойным и несколько холодным, — не одолжишь ручку? В ответ на него уставилась пара темных и глубоких глаз. Честно говоря, это немного напрягало. Спустя секунд пять ручку ему все же протянули. — Конечно, бери, — ответил Ло Бинхе глубоким голосом, обращаясь к нему с легкой улыбкой. Шеня это несколько напрягало, но он лишь поблагодарил в ответ и принялся за свою работу. Довольно скоро Цинцю ее закончил и сдал, а спустя какое-то время урок и вовсе кончился. Ему пришлось всю перемену утешать Цинхуа, осторожно похлопывая его по спине, пока тот самозабвенно ревел у него на плече, комментируя, какой же он ленивый бездарь, и что в следующий раз-то он точно подготовится как следует, попросив Шэня его подтянуть! В ответ на это несостоявшийся репетитор украдкой бубнил «ага, как же», но расстраивать друга не хотел, поэтому прямо свои сомнения и не высказывал. День довольно скоро закончился, и парни собрались все вместе у выхода из школы. За разговорами о каких-то глупостях они добрались до дома Цинге. — Господин Лю, все-таки, как здорово, что твоя семья богатая! Можно спокойно заваливаться к тебе на съемную квартиру и кутить, — с хитрющим выражением лица проговорил Шан Цинхуа, повиснув на руке Мобэй Цзюня. В ответ на такое высказывание Шэнь без колебаний ударил его по голове ребром ладони, — ай, да за что.. — Сам прекрасно знаешь, за что, — ответил изверг, смерив друга холодным взглядом. *** Спустя сорок минут к ним приехала пицца, и веселье разгорелось с еще большей силой. — Я требую реванш!! — возмущенно размахивал руками Цинхуа после очередного поражения в видео-игре. Тихонько вздохнув, Мобэй заткнул его рот куском пиццы. Правда, помогло это ненадолго: Шан слишком быстро ел. — А довольно неплохо, — прокомментировал он, беря еще один кусок пиццы. Однако, откусив один раз, сменил настрой и принялся усердно стараться запихнуть несчастную еду в рот Мобэя. Скосивший на это глаза Цинцю с трудом удержал смешок и вновь взглянул на Цинге. Тот усердно сдерживал смех, прикрыв ладонью рот и стараясь не смотреть на усердно отпирающуюся жертву благодетели Цинхуа. Из-за этой сцены Шэнь даже забыл, о чем они говорили, но вспомнить так и не смог, поэтому решил поднять иной вопрос. — Слушай, ты вроде говорил что уже купил ту книгу, что я у тебя потребовал за спор, — глянул на собеседника Цинцю, подперев щеку рукой. На самом деле, это была довольно забавная история: они, с подачи Цинхуа, затеяли спор на желание, условием которого было убедить программу караоке, что ты поешь лучше соперника. К стыду Цинге, тот продул всухую – у Шэня оказался на удивление приятный и певчий голос, настолько, что его оценила не только программа, но и сам проигравший. А он-то думал, они в этом деле на одном уровне. — Ааэ, да, купил, — отвернулся от смешной сценки Лю, но спустя секунду вновь отвел глаза от лица Цинцю; на его лице проступило легкое смущение. В конце концов, не так уж и часто этот парень проигрывал, тем более настолько постыдно. Шэнь поднялся с дивана и слегка отряхнул одежду, несмотря на то, что пыли на ней точно не было. Цинге поднял на него несколько удивленный взгляд. — Пойду заберу, — пояснил он, пожав плечами. Собеседник кивнул. Пройдя в комнату Цинге, он окинул ее взглядом, пытаясь разглядеть, где могла бы находиться книга. Это был довольно интересный роман, который Шэнь недавно нарыл в интернете и собирался заказать, но тут появился удобный повод не тратиться, и он им с охотой воспользовался. Чтиво было благоразумно положено на письменный стол. Цинцю уже собирался, потянувшись за книгой, взять ее и выйти, однако его взгляд зацепился за предмет, лежавший несколько в отдалении. Там находилась его утраченная резинка для волос.