Дорога... Встречи... Ожидание...

- Баночки, скляночки, ржавый пинцет, Вкус формалина на милом лице, Будут со мною теперь навсегда Ты и твоя красота!.. – подпевал я душевнейшему человеку Доктору Александрову, катя по трассе домой в родимый Нижний. Поездочка моя прошла удачно, домик, который еще месяц назад присмотрел, просто сказочный, хоть и маленький, ремонт нужен, куда ж без этого, крышу перекрыть надо… Но место замечательное, до Волги – рукой подать, катер простаивать не будет. Правда, зимой из этого Васильсурска хрен выберешься, разве что на пароме, но для меня это еще один плюс: никто не достанет, если мне приспичит от народа отдохнуть. На неделе документы оформлю, и буду счастливым домовладельцем. Наверное, это очень пафосно звучит: свой дом, личный катер… Но, на самом деле, все просто. Отец был моряком, ничего, кроме Волги-матушки не видел, хоть и плавал на обычной барже. Он любил реку, неспешный плеск волн, крики наглых чаек, блики солнца на воде, а жажды приключений в нем и не было никогда. Для нашей семьи отдыха без воды не было. Летом плавали на самодельном катамаране, который отец когда-то по молодости своей на коленке буквально собрал. Потом очень удачно подвернулась возможность купить списанную посудину, отец, уже с моей помощью, конечно же, угробив пару лет на приведение её в божеский вид, стал обладателем гордого звания капитана. И именно он привил мне страсть к воде, к реке, к морю. Я с удовольствием отучился в нашем Речном училище, потом служил во флоте, мечтая о том, как покорю океан, потом… Потом отец умер: сердце не выдержало, скорой не дождался. И мне в двадцать два пришлось отложить мечты в сторону, потому как остался самым старшим в семье и единственным мужчиной, сестры-близняшки только-только на тот момент в десятый класс шли, а мама… она домохозяйка, добрая, милая, ласковая… никогда не работала… Да и какая работа в пятьдесят пять лет… Так что пришлось срочно искать хорошо оплачиваемую работу, увы, на флоте мне пока не светили нормальные бабки. Несколько лет носился менеджером по продажам автозапчастей. Сколько моей кровушки работенка выпила – не передать… Зато через полгода я получал по тридцать тысяч в месяц, через год – купил машину, отличный подержанный внедорожник, немного битый, но из-за этого факта всего за триста тыщ достался. Через четыре года устроился в филиал крупной торговой сети сразу начальником отдела, в двадцать восемь возглавил Нижегородский филиал. К тому времени я уже жил отдельно, но родным продолжал помогать, да и как можно девчонок моих бросить? Близняшки школу с отличием закончили, на выпускной я устроил их друзьям трехдневный заплыв по Волге. Как братцы-попрыгайцы нас не утопили – ума не приложу, не иначе, дуракам везет! Зато классно погуляли, не поспоришь. За это время так и не женился, сначала не до брака было, теперь же… теперь и не женюсь вовсе… Осталась одна страсть – река. Отцов катер я отремонтировал капитально, внутри все в лучшем виде сделал. Даже и не скажешь, что старичку сто лет в обед. Так что теперь я - вылитый буржуй, домик у воды имеется, катерок личный… Хлопок… Визг шин… Действуя на автомате, вцепился в руль, попытался вывернуть машину к обочине, плавно тормозя, моля небеса, чтобы не занесло в кювет… И минут десять сидел, не в силах отодрать дрожащие липкие руки от руля, чтобы вытереть холодную испарину, пытаясь научиться вновь нормально дышать… - Р-раз-разъебись оно все коромыслом… – выдохнул нервно, судорожно нашарив сигареты, затягиваясь терпким дымом. Немного успокоившись, подкурил вторую сигарету, встрепал волосы, вышел из машины. Огляделся, нервно сглотнул. От увиденного в горле пересохло, глаза чуть на лоб не вылезли. И было отчего! Левое переднее колесо лопнуло, меня почти вынесло за обочину, машина замерла на самом краю, нависнув еще целым колесом над оврагом. – Я счастливейший из смертных, и сегодня я родился заново. Поздравляю себя с днем рождения, Сенечка! – хрипло рассмеялся. – Пиздец… В машине зазвонил телефон, я от неожиданности подпрыгнул, выронил сигарету. Попытавшись успокоиться, потер руками лицо, глубоко вдохнул-выдохнул несколько раз. Телефон продолжал названивать. - Да иду я, иду! – раздраженно рявкнул, будто звонивший мог меня слышать. – Да! Кто это? – насилу успокоившись, ответил на звонок. - Сень, с тобой все хорошо? - Мама… – выдохнул, внезапно обмякая. Ноги перестали держать, я уселся на горячую землю, прислонившись спиной к машине, нервно рассмеявшись. - Сенечка? Что с тобой? Не молчи, мальчик мой! – встревожено крикнула она в трубку. - Мам, все хорошо, правда… – улыбнулся ей. Пусть и не видит моей улыбки, но чувствует, я знаю. - Сенечка, правда? - Да, мам, не переживай! - С тобой точно все хорошо? - Точно-точно! Все хорошо, – аккуратно подбирая слова, успокаивал маму. Даже не собираюсь рассказывать ей, чего только что избежал. – Не переживай, жив, здоров и даже весел! - Ох, Сень, а мне что-то так нехорошо сделалось, – всхлипнула она в трубку, – прям сердце зашлось, тревожно так… - Мам, ну, что ты выдумываешь, фантазерка моя! – мягко сказал, жалея, что не могу её по голове погладить, успокоить. – Вот смотришь всякую пакость по телеку, потом страсти-мордасти мерещатся! - Правда, все хорошо? – не унималась она. - Правда, не переживай, не стоит! - Ох… Ну, ладно… Ты когда приедешь? К ужину успеешь? - Нет, мам, я в доме остался. Уже поздно выезжать, так что здесь переночую, – солгал с совершенно чистой совестью. - Ну, и правильно, – принялась поучать она. – Нечего ночью на дороге делать. Дураков полно носится, да и фуры ночью на трассе знаешь, как летают! И не заметят, как машинку твою задавят! - Мама… – рассмеявшись, перебил её, – опять вчера на ночь глядя новости смотрела? Да и как мой танк можно не заметить? У меня, и правда, почти танк. Убойный военный УАЗик, капитально протюнингованный, ядрено-желтого цвета. То, что у него шина лопнула – феноменальный случай. Зуб даю, на какую-нибудь хрень на трассе напоролся. - Не смейся! – серьезно прикрикнула она и тише проговорила. – Я же переживаю. - Не стоит, мам. У меня, и правда, все хорошо. Завтра буду, увидимся, сама убедишься, даже пощупать дам. - Мышка твоя пусть тебя щупает! – рассмеялась она. – Ну, ладно, успокоил. - Да, мам, не стоит переживать. У вас все хорошо? - Ай, какое там… – вздохнула она, отвлекаясь от моих проблем. – Леська Соньку опять сдоньжила, на роликах укатили. - Ясно… Вот за них попереживай, они-то точно на ровном месте башку свернут! - Поплюй!! Сглазишь еще! – поплевала она с той стороны трубки, я лишь невольно рассмеялся. - Кого ты там заплевала? - Все целы! - Вот и славно. Люблю тебя, мам. - Тоже, хороший мой. Береги себя. - Обязательно. До завтра. - Да, до завтра. - И выключи телевизор!! – рассмеялся я. – Почитай лучше! - Поучи еще мать! – буркнула она на прощанье, отключаясь. Я же, уткнувшись лбом в сцепленные руки, невесело рассмеялся. Вот и не верь после этого в материнское чутье. А если бы я не справился с управлением? Рядом притормозила машина, взвизгнув шинами. Из красного Ниссана вышел темноволосый смуглый парень, присвистнул, глядя на колесо. - Эй! – махнул мне рукой. – Ты как? Живой? - Нормально, – кивнул ему. – Жить буду. - Вот и молоток. Ратмир, – протянул руку, помогая встать. - Арсений, – с улыбкой пожал протянутую руку, вставая следом. - Тебя как угораздило? – он указал пальцем на машину. - Молча… – пожал плечами. Ратмир глазами проследил тормозной путь. - А ты ловко вывернул! – похвалил меня. – Ты гонщик? - Да какой там… – усмехнулся. – Просто жить захотелось. - Ну, не скажи… Обычно в такой ситуации первый порыв – вдарить по тормозам, а потом – красиво вылетают с трассы, а ты правильно сделал. - Ты откуда знаешь? – лениво поинтересовался. - Да уж приходилось видеть подобные картины. Ну, как? - Не гонщик. Просто закончил недавно курсы экстремального вождения. Как-то вдруг захотелось, решил себе подарок сделать. - Да ты провидец просто! – рассмеялся он. – Ладно… Давай, подброшу тебя до автомастерской. Здесь на трассе есть нормальные ребята, найдется у них колесо к твоей ласточке. - Спасибо, Ратмир, – поблагодарил парня. – Ты не спешишь? - Нет, уже домой еду. Как раз в Нижний ездил за подарком на день рождения дочери. - И сколько ей? – поинтересовался, подходя к своей машине. Надо забрать документы и машину запереть, и можно за техпомощью ехать. - Пять уже! – гордо ответил. – Невеста такая! – мечтательно покачал головой. - И как зовут раскрасавицу? – улыбнулся, захлопывая дверцу. - Лейла! Вся в мать, птичку мою! - Красивое имя. Мы отъехали. Ратмир, насвистывая что-то под нос, следил за дорогой. - Я тебя не сильно отвлекаю? – решил уточнить, все же день рождения дочери – важный праздник. - Да не, не переживай! Мне и осталось только на Просек свой свернуть. До Лысково тебя довезу, там как раз сервис, и вернусь. Я кивнул, поблагодарил еще раз, на что парень только рукой махнул. И умолк… Не до разговоров совершенно… Перед глазами мелькали картинки произошедшего. Как медленно-медленно я крутил руль, как замер воздух, как я считая про себя, чтобы попасть на десять, жал на тормоз… И потом – рывок! Время вернулось в привычное русло, жужжали шмели у обочины, в вышине летали стрижи… Колесо все еще крутилось над оврагом… Глухо урчал мотор, прохладный ветерок врывался в приоткрытое окно. - Ты очень вежливый, – вдруг сказал Ратмир, отвлекая меня от раздумий. - Что, прости? – немного не понял я. - Ты не стал интересоваться, кто я, откуда. Видно же, что не русский. Обычно все спрашивают, любопытно им. - Ты человек, – пожал плечами. – Или нет? – парень рассмеялся. - Да! Человек. Я русский, честно! – с улыбкой пояснил он, следя за дорогой. – Отец жену из Турции привез. А мама умерла при родах. Только имя и успела сказать. А жена у меня тоже турчанка, так вышло. Встретил, когда в Москве по делам был. - А в деревне на лето? Ратмир рассмеялся довольно. - Ну, раньше на лето дом снимали, только ближе к Нижнему, а как дочка родилась – вовсе сюда перебрались. Место красивое, и река рядом. Для ребенка здесь рай. Может, как повзрослеет, в город вернемся, а пока рано. Мне же для работы только Интернет нужен. - Да? И кем же ты работаешь? - Не поверишь! Игрок. - Что? – от удивления я даже к нему всем корпусом развернулся. - Ну да, биржевой, – и пояснил: – Я еще в универе нашем, Лобаче, когда учился, на Форексе играл, правда, так, по мелочи. Потом стажировался в Европе, но недолго. У нас работал биржевым аналитиком, сам играл серьезно. Мне очень повезло, на одной сделке сразу крупный куш сорвал. Решил не дергать тигра за усы, перевел деньги на более спокойный рынок. А то, знаешь ли, как-то не с руки - уснуть богачом, а проснуться нищим. - И такое бывало? - Бывало… – покачал он головой. – Ох, как я орал… Но получилось отыграть обратно бабки. Сколько мне это нервов стоило, чуть не рехнулся… Потом с девочкой моей познакомился, рисковать больше не мог. Сейчас больше консультирую онлайн, играю на бирже чисто для удовольствия, не рискую напрасно. - Ясно. Ну, у меня нет такого риска… – как-то незаметно втянулся в разговор. Ратмир просто излучал радость и счастье, невольно и я стал улыбаться. – Хотя тоже поперву пришлось побегать. Но за годы и знакомства нужные появились, и опыт нажился… Теперь командую потихоньку. - Ты сам себе начальник? - Нет, возглавляю Нижегородский филиал. - О-о-о! Большой начальник! – рассмеялся он, я невольно следом. – А тут что забыл? Или отпуск? - И отпуск, и дела. Дом присмотрел в Васильсурске, купить хочу. После ремонта конфеткой будет. И участок большой. Волга недалеко. Красивое место. И самое важное! – я задрал палец: – Есть пристань! - Тебе это к чему? – удивился он. - Будет куда мою рыбку пришвартовать, – похвастался. - Оп-па! У тебя есть яхта? - Ну, ты загнул! Яхта! – рассмеялся я. – Так, катерок. - Так! – он подпрыгнул на сидении. – За мою помощь вот тебе плата! Покатать моих девчонок на катере!!! У нас в поселке тоже небольшой причал недалеко есть, там и подберешь нас! - Договорились! Показались домики, мы подъезжали. Через четверть часа меня высадили у автомастерской. - Ратмир, спасибо тебе огромное! – пожал ему руку. - Не за что! Неужели ты бы мимо проехал? – я покачал головой. – Вот и я про то же. Держи! – протянул мне визитку, я достал свою. – Не пропадай! Удачи! Махнул он на прощание и, взвизгнув шинами, сорвался с места. Я немного постоял еще, глядя ему вслед. Как же бывает в жизни. Наверное, это было нужно после аварии: выговориться, выплеснуть эмоции. Я был благодарен Ратмиру, что не дал задуматься о произошедшем, не позволил пережевывать случившееся. Прошло и прошло. Жив остался – хвала Богу. Живи дальше, забудь плохое. Машину отремонтируешь, захочешь – новую купишь. В мастерской было достаточно чисто и аккуратно, несильно тянуло бензином и маслом. - Добрый день! На мой окрик выглянул седой мужчина. - Здоров! – махнул приветственно рукой. – Чего тебе? - Машина на трассе осталась, колесо лопнуло. Запаски, как назло нет. - Эх, ты, раззява, – добродушно пожурил меня. – Говори, какие, пойду, поищу. - Да к УАЗику. Есть? - Найдется… – прокряхтел он. – Не стой, садись вона туда, – махнул рукой, показывая на диванчик. - Спасибо! Если честно, я задремал в прохладе и тишине, даже не подумав о том, что для мастерской такая тишина немного подозрительна. - Эй, парень! – меня потрясли за плечо. - А? Ой, простите, – потер лицо, смывая сон. - Не повезло тебе, Генка гараж запер. Но я с ним переговорил, он к утру все сделает. - А разве этот самый Генка не может сейчас подсуетиться? - возмутился я. - Не-а. Бухой в жопу. Сына обмывал! – добродушно покачал головой мужик. - Твою мать… А ты не справишься, что ли? - Так у меня ключей нема! Мне без надобности сегодня было, кто ж знал, что ты примчишься. Не получится, звиняй! – он развел руками. - Черт… Засада… – невольно поморщился. Я рассчитывал на то, что заночую уже дома. – Как можно машину забрать? Эвакуатор как тут вызвать? Не на трассе же её оставлять… - Я уже вызвал, через час подъедут. Вот только сам видишь, время вечер уже. Дальше мастерской не повезут. Это я к тому говорю, что тебе может в башку втемяшиться на ночь глядя в Нижний ехать. Парни не согласятся. - Да не, я ж не сумасшедший. - Вот и хорошо. – кивнул он. *** Теплые сумерки спускались на городишко. Я сидел на самодельной лавочке - доске, положенной на два перевернутых ведра, ждал, когда эвакуатор привезет мою страдалицу. Хоть мы с Ратмиром и за двадцать минут долетели, но груженный эвакуатор едет медленно. - Парень! – окликнул механик, выглянув из мастерской, уже переодевшись. – Ты где ночевать будешь-то? Я только себя по лбу хлопнул. Вот как это назвать, а? Совершенно пустая голова… - Эх, ты… - усмехнулся мужик. – Здесь гостиница единственная, за три квартала пройдешь, – он показал рукой, - потом налево свернешь и увидишь. Спи себе спокойно, а к десяти готовы будут твои колеса. - Спасибо. Что-то совершенно не собран… В этот момент показался эвакуатор с моей машиной. - Ну, вот! – довольно протянул механик. – Уже привезли. Так что иди, отдыхай. - Спасибо, – пожал его руку. – До утра! - Давай уже! – махнул на прощание мужчина. Топая к гостинице, я вспомнил, что так и не спросил, как его зовут… Где моя голова была?? *** Гостиница оказалась… никакой. Мотель на трассе, грязный пол, обшарпанные стены… Постояльцы – дальнобойщики. Крррасотищща! Но выбирать не приходилось. Уж не помру от такого сервиса. Не звонить же мне, в самом деле, Ратмиру, ни к чему портить его праздник. На такси слишком накладно, да и машину не брошу. - Добрый вечер! – поздоровался с барышней у стойки. По правде говоря, барышней она была лет десять и размеров пятнадцать назад. Но хамить ни к чему, уж найдется для нее пара комплиментов, мне не трудно, ей приятно. - Добрый! – пробасила она, колыхнув бюстом. - Милая девушка, не приютите путника на ночь? - Отчего же не приютить! – лукаво глянула, растянув в улыбке рыбьи губы, накрашенные ярко-розовой помадой. В сочетании с красными волосами и оранжевой кофточкой смотрелось крайне экстравагантно. Ну, о вкусах не спорят. - Спасибо, красавица, – подмигнул ей. – Мне только на одну ночь, хорошо? - Да, дорогой, сейчас посмотрю, что есть, – она уткнулась в журнал, задумчиво перелистывая. – Ну, в общем, выбор не велик. Свободно три места. По одному есть в четырехместных, и одно в двухместном номере. - А соседи кто? - В четырехместных мужики-водилы отдыхают, сам знаешь как, шумно и пьяно. - А в двухместном? - Там мужик один. Вроде приличный, но… - Что «но»? – устало переспросил. - Храпит, как динозавр. Даже гогот водил порой перекрывает. - Он тоже, что ли, водила? - Да не, вроде, командировочный. Они впятером приехали, но четверо один четырехместный номер занимают. - Ясно… Шикарный выбор. - Какой есть… – лениво огрызнулась она. – Ну, так куда? - Уж лучше в двухместный. - Вот и славно. Паспорт давай, оформлю, – я отдал документы, уселся на старый диван, глаза прикрыл. Вроде, еще не поздно, а спать охота. Стресс выходит… – Эй! – я вздрогнул, к стойке подошел. – Вот, держи, – она протянула бланк. – С тебя пятьсот рублей. Платить сейчас, – я кивнул, доставая деньги. – Ну, все… Пойдем, провожу тебя. *** Комнатушка была не самой первой чистоты и свежести, но кровать, вроде, была приличная, постельное белье чистым, в ванной, несмотря на ржавые разводы, была горячая вода. На часах – полдевятого… Вроде, рано спать… Как там мышка моя… Надо позвонить… Невольно улыбнулся, вспоминая лохматое чудище свое. Приехал уже или нет? Вроде, только завтра должен… Успею встретить. Надеюсь, ему понравилось в Чехии… Хоть и не хотел он с одногруппниками ехать, но не дома же летом сидеть! Правда, боюсь, мой мышонок подобному отдыху обрадовался бы больше, домосед еще тот… Ну, ничего, не отвертится, со мной до Василя прокатится, пока лето и отпуск, не дело это, чтобы катер простаивал. …Мишка… Мышонок… Мы так странно встретились… Кто бы мог подумать, что мальчишка, которого я снял с моста лет шесть назад, так крепко войдет в мою жизнь… Глупый малец тогда не придумал ничего умнее, как от несчастной любви с жизнью покончить. А любовь тогда была, и правда, несчастливая… Пацан влюбился, крепко, до дрожи… в нового учителя. Мужчину. Женатого. Счастливого в браке. Миша больше года мучился, но не говорил никому и не собирался говорить, не хотел семью рушить. Потом как-то случайно прокололся, выдал себя… И понеслось… Недоумевающего учителя обвиняли во всех смертных грехах, а тот и знать не знал, о чем вообще речь. Мальца же затыркали и засмеяли… В школе насмешки, в доме ругань… Как много выдержит четырнадцатилетний мальчишка? Наверное, есть такие, которые все вынесут, со всем справятся… Только Миша не такой. Не смог. Не выдержал. Сбежал. Мама, его в первый раз увидев, только руками всплеснула. Заплаканный невысокий мальчик, скромный, молчаливый… А мне хотелось лишь, чтобы у него все хорошо было… Мама тогда здорово помогла. Она все пороги обила, но добилась опекунства над ним, потому как домой он категорически отказывался возвращаться. Был суд, скандал… Но мама всех построила, доказав, что у нас мальцу будет лучше. Как мы его из депрессии вытягивали, чего это нам стоило – отдельная история… Мама его чуть ли не с ложечки кормила, не обращая внимания на наши смешки, что уже не по возрасту с ним сюсюкаться. Сестренки мои, хоть и на пару лет старше Мишки были, старались растормошить его, с собой таскали… Да я и сам постоянно с собой его брал, даже на работу. Но очнулся он, когда в первый раз катер увидел. С тех пор живо всему научился, мне на катере помогал, я ему без сомнения мог руль доверить. Мишка вообще отменный механик, машину нутром чует. Собрал себе мопед из металлолома… Вот… Потом ремонт в моей новой квартире помогал делать. Я не собирался ни тогда, когда на мосту встретились, ни после обвинять его в чем бы то ни было. Всё было в прошлом. Впереди только жизнь. Как-то Мишка позабыл горести. В новой школе учился на отлично, правда, друзей не завел. Хотел в Политех идти учиться… Но и его маленьким победам я радовался, как своим. И совершенно не заметил, как он стал для меня всем… Такой красивый мальчик, парень, юноша… За два года он немного вытянулся, окреп. Для меня Мишка был самым лучшим, умным и красивым. Я не отдавал себе отчета в том, как выглядят со стороны наши отношения. Для меня было очень важно видеть его счастливое лицо, и я старался каждую свободную минуту проводить с ним. Мы каждые выходные летом плавали по реке на катере, устраиваясь вечерами у костра, слушая плеск волн, провожая закаты. Зимой ходили в кино, в кафе сидели… А если было лень куда-то идти – валялись на диване, пялясь в телик. Его первое робкое признание… Я испугался тогда, честно… Был уверен, что никаких поводов ему не давал, да и сам не задумывался, как к нему отношусь… Ведь ему всего шестнадцать было, вся жизнь впереди… Какая тут любовь? Убеждал его, что не стоит принимать поспешных решений, что я не гожусь на роль его очередного кумира… Мишка тогда обиделся. Серьезно обиделся… Твердо ответил, что ничего не выдумал… И что не передумает. Но я не хотел верить. Боялся. За него боялся. Опять на те же грабли наступал, хороший мой… А если опять прознают? Он же ребенок еще… Как согласиться с ним и принять наши чувства? Пусть девчонки мои и знали про то, что он ко мне неровно дышал, но остальные… Мы тогда решили не спешить… Миша согласился на то, что остается жить с моими девчонками, продолжает учиться… Нам оставались выходные… Я не хотел потворствовать ему, крепился сам… И не допускал даже поцелуев. Слишком хорошо себя знал… Знал, что не смогу сдержаться. Мышонок мой злился, ругался, кричал, что если я и дальше буду держать его на расстоянии, он назло мне с кем-нибудь переспит. Я после того просто ушел. Как ему доказать? Что доказать? Что не могу ребенка трогать? После той ссоры мы встретились на следующий же день, как ни в чем не бывало, разговор даже не вспоминали… Но на следующую ночь, после выпускного, он сам пришел ко мне. Твердо сказал, что взрослый уже, и что в своих чувствах уверен. Все. Больше я не мог отказать ему… И себе… Никогда больше не мог… Телефон категорически отказывался находиться, пришлось вывалить все содержимое сумки. По закону подлости он лежал в папке с документами. Разряженный. Чертыхнувшись, сплюнул. Благо, зарядку я уже нашел. Воткнув сотовый в розетку, терпеливо дождался одной палочки на значке батарейки. Моргнул экран, включаясь. Через пару мгновений пришел отчет о пропущенных звонках. Мишка… девять пропущенных вызовов. Еще раз чертыхнувшись, набрал чудо свое. - Миш, привет! - Привет… - нервно ответил он. – У тебя все хорошо? А то было занято, а потом ты не брал трубку… - Прости, мой хороший… – невольно улыбнулся. Даже не видя его, знаю, что сейчас челку на палец наматывает, кончик покусывает. Поспешил его успокоить: – Конечно же, все хорошо. С мамой говорил, а потом не заметил, что сотик разрядился и выключился. - Правда, все хорошо? – все ещё тревожился он. - Да, Миш, не переживай. - Сень, ну, как я могу не переживать… Три часа не мог дозвониться! – возмущенно воскликнул Мишка. Грохнула дверь, отворяясь. Пришел мой сосед. Невысокий, чуть грузный мужичок, небольшое пивное брюшко, мятый пиджак. Это и есть тот командировочный? И не скажешь, что настолько щуплое тело может скрывать такой голос, грозу и ужас всего мотеля. - Здрастье… – буркнул он, скидывая пиджак на кровать. - Добрый вечер. - Сень! – окликнул меня Мишка. - Да, хороший мой, – на автомате отозвался. - Ты чего там затих? - Мой сосед пришел. - Какой такой сосед? – удивился мой мышонок. - Сосед в гостиничном номере. - А что ты делаешь в номере? – подозрительный товарищ, куда деваться. – Твоя мама сказала, что ты в доме остался. - Ты ревнуешь, что ли? - Не пори чушь. Ну? - «Ну» да «ну»… – пробурчал недовольно. Вот не хотелось бы мне, что бы он знал подробности произошедшего, ни к чему ему переживать. Поэтому ответил как можно нейтральнее: – Случилась неприятность на дороге, пришлось на полпути заночевать. - Зачем ночевать-то? Ты где? – с нажимом спросил. - В Лысково. - Блин, так до Нижнего же всего часа три! А ты решил заночевать? - Малыш мой, ну, не шуми. Не могу я приехать. Не бросать же машину! – на раздавшийся шум повернулся. Сосед мой выпучив глаза, на меня пялился. Я мысленно дал себе пенделя: при посторонних шепчусь с Мишкой, позабыв о конспирации. Усмехнувшись, шутливо козырнул гражданину. Он вздрогнул и запрыгнул в душевую, заперевшись на ключ. Нервный какой… - Зачем бросать машину? – удивился хороший мой. - Э-эмм… - Арррсений? - Михаил, вы только не переживайте! Все обошлось без жертв!! - Какие, к лешему, жертвы!! Сень, ну честно! Я же переживаю! Что случилось, скажи! Я же не твоя мама… - Ну, разве что так… – едва сдержался я, чтоб не ляпнуть, что он порой ещё хлеще хлопочет. - Ну? - Колесо проткнул. Запаски нет. Так что меня парень один до местной мастерской довез, потом эвакуатор ждал… Потом в гостиницу устраивался! Вот, – выдохнув, четко отчитался. - И за три часа так и не смог мне позвонить? Я специально спешил, уже приехал, хотел тебя обрадовать, а ты только завтра приедешь? Мысленно чертыхнувшись, развалился на кровати. Вот как назло все! - Малыш мой, не ругайся! – пришлось каяться: – Я забыл… Он замолк. Спросил подозрительно: - Ты и забыл? Что случилось, из-за чего ты позвонить забыл? - Миш… - Ну! – напряженно настаивал он. - Миш… ты не переживай… - Ну! Я жду! Не увиливай… Вздохнув тяжело, решился рассказать, что произошло. Уж слишком хорошо он меня выучил. Так что… - Колесо на трассе лопнуло, – глухо ответил. – Чудом в кювет не улетел на скорости… – хороший мой судорожно вздохнул. Я поспешил его успокоить: – Не переживай, родной, я жив, даже не царапинки! - Сень… я люблю тебя… – шепнул он. - Я тоже… Но маме не вздумай говорить, что произошло на самом деле!!! Она мне почти сразу позвонила… Еле отшутился, чтобы не переживала… Он всхлипнул. Я напрягся: - Миш? Ты чего! Ты там реветь вздумал? - Нет… – пискнул хороший мой. - Не надо. Большой мальчик, а ревет, как девчонка! - Значит, буду как большой мальчик реветь… - Мишань, ну, мышка моя, я завтра приеду, а ты с синяками под глазами… Он громко шмыгнул, зашуршал, вздохнул опять. Потом выдал: - А что за сосед? - Дядька какой-то. - Какой? - Миш, ну, тебе зачем? - Интересно! Так какой? - Обычный дядька. Хлипкий работяжка, но пузо отменное наел. Правда, поговаривают, что храпит жутко, но, надеюсь, смогу уснуть. - Кто поговаривает? - Женщина на ресепшене сказала. Хотя, какой там ресепшен, – усмехнулся, – в мотеле на трассе! - Ой, бедненький мой… Желаю, чтобы блошки тебя не кусали, и дядька не храпел. - Ну, насчет последнего не уверен. Если его через две стены слышат… Разве что беруши сооружу. - Блин, нафига такие жертвы! – возмутился заботливый мой. – Ты, что же, всю ночь мучиться будешь, а он храпеть себе в трубу?! - Хороший мой, это уже болезнь, когда так храпят. - Тогда нахер ему спать! Тогда и храпеть не будет! - Мишка! Что за выражения! - Нормальные… Извини… Не, ну, честно, может, ты ему спать не будешь давать, а? - И как ты себе это представляешь? - Откуда я знаю! Сказку ему на ночь страшную расскажи! - Ага! Ты еще скажи, поцелуй на ночь! - А что! Отличная идея! - Что-о??? Обалдел, умник? - Сень, да не ори ты так! – усмехнулся невозможный товарищ Миша. – Что, боишься, что дядьке этому понравиться может? - Фе-е-е… Мишка, ну и воображение… Не приведи господи… Уверен, что он у нас примерный семьянин и отъявленный гомофоб. Так стреканул в ванную, когда наш разговор услышал – блеск! – рассмеялся я. - Блин… Семьянин… Ладно. Черт с ним. Ты когда завтра приезжаешь? - К десяти обещали колесо поменять, так что к часу буду, если без пробок. - Черт… Воскресенье же… Наверняка на въезде в город придется простоять… - Ничего, доберусь, не переживай. - Не буду, успокоил меня… Люблю тебя, Сень… - Мышонок мой, тоже очень люблю тебя… Так что давай баинькать, а завтра уже увидимся… Расскажешь, как там Чехия поживает… - Расскажу, куда же я денусь… Ладно, спокойной ночи… - Сладких снов, хороший мой… Вернув телефон на тумбочку обратно на зарядку, растянулся на кровати. Прислушался к звукам, доносящимся из ванной комнаты. Что-то командировочный там долго… Надеюсь, не утопился… С горя, что с геем ночевать придется. Что он понял, с кем я разговаривал – не сомневался. Наконец шум воды затих. Зашлепали ноги по кафелю. Меня посетила отличная идея. Коварно ухмыльнувшись, притаился у двери в ванную. Повернулся ключ. Дверь, скрипнув, немного приоткрылась, дядька высунул нос. Я расплылся в широкой улыбке, нависая над мужичком, пользуясь преимуществом в росте: - Уже все? Умничка! – прошелся пальцем по его щеке. Глаза у него просто квадратные стали, он дернулся в сторону. Я, еще шире ухмыльнувшись, проворковал: – Ложись, не жди меня! – и чмокнул его в лоб, пытаясь не морщиться. – Сладких снов, красавчик! И со спокойной душой закрылся в ванной. Мужичонка тем временем хлопнул дверью, куда-то вымелся. Надеюсь, требовать другую комнату. Когда я вышел, немного расстроился. Дядька был на месте, зарылся в хлипкое одеяло, замуровался подушкой. Ну, как говорится, сам виноват. - Спокойной ночи, зайчик! Если надо подушечку поправить, только скажи! – вежливо предложил я. Одеяло задрожало. Довольный увиденной картиной, я спокойно улегся спать. Выспался я просто замечательно!!! Вот кто говорил, что дядька храпит? Наврали все! Как шелковый, в подушку сопел! И свалил из комнаты, пока я еще спал! Так что я был доволен. Осталось только машину забрать, и скорее домой, мышку обнять… Очень хочу новый домик ему показать… У стойки красовалась вчерашняя девица, в дивном облегающем густо-сиреневом платье. - Утро доброе, красавица! - Доброе! – разулыбалась она, томно грудью и остальным колыхнув. – Как спалось? - Чудесно! Просто чудесно! – лучезарно улыбнулся ей. И полюбовался на вытягивающееся лицо милой барышни. - Это как? - Очень просто! Один поцелуй на ночь, и принц спал крепким сном! - Чего? Он, что же, спал и не храпел? - Ну, что ты, глупенькая! Разве можно заснуть после моего поцелуя?! Так и трясся всю ночь от экстаза! Зато я отменно выспался! Она недоверчиво на меня посмотрела, но я лишь сделал ей ручкой и отправился к мастерской. Уж лучше я пару часов на свежем воздухе скоротаю, чем в тухлом номере буду париться. Механик был уже на месте, помятый, но трезвый, молодой парень с фингалом на пол-лица. - Привет молодым отцам! - А, привет! – махнул рукой. – Твоя монстра? – ткнул пальцем. - А то! – гордо ответил. - Чумовой зверь. И цвет неожиданный, – рассмеялся он. - Самое оно!! – усмехнулся в ответ. – Ты, говорят, отцовство обмывал? - Ага! - Хорошо, как погляжу, отметил! Что не поделили-то? - Разошлись с Ленкой во мнении. - Каком же? – удивился я, не поняв немного, что за Ленка его так уделала. - Так в имени Пашки! А она, дубина, все Вадиком моего Пашку зовет! Женщина, что взять! – скривился он. - М-дааа… – пришлось закусить губу, чтобы не заржать. Повезло пареньку с женой, ой, повезло. - Да не страшно, – улыбнулся он. – Ты спешишь? - Вроде как, да, – кивнул. - Так не спеши. Я еще полчаса ковыряться буду. Можешь до магазина прогуляться, он недалеко. Заодно мне кефир купишь с батоном! - Что, жена не кормит? – рассмеялся, не выдержал, парень лишь рукой махнул. - Так она еще в больнице. Все сам, все сам. - Хорошо, куплю, – согласился, мне не трудно. Через час я покидал гостеприимный городишко… Теперь домой, обнять путешественника моего, соскучился… А потом – в охапку его и по Волге, будущий дом показать, пока отпуск не закончился… Жаль, что сестры укатили, но им можно, если все сложится, в сентябре свадьбы сыграем, как раз парную, как они в детстве мечтали… А еще нужно про Ратмира не позабыть, обещанное исполнить, отличный, все же, парень… Все равно, мимо плыть будем… Но сперва – Мишку поцеловать… Все остальное подождет.