Сказка на ночь

1

      В детстве — мама Ричи читала ему сказку, которую читают каждому в их уютном мирке, стране, городе. Сказка о людях и касаниях, что касания тех — обладают целебной силой. И если люди, что связаны красными нитями — соприкоснутся, то красная нить свяжет их тугим узлом, а касания и двое, связанные красной нитью — станут одним целым, их касания и присутствие друг-друга будут взаимодополнять друг-друга. Лечить — одним словом. Мама иногда повторялась, говоря, что это называется «любовью», и что лечебные касания — это все в действительности существует.       Та самая сказка, когда мама Ричи целовала его перед сном в лоб и, мягко приглаживая волосы, выключала ночник и уходила — не давала покоя маленькому детскому мирку. Маленький Ричи думал об этом каждую ночь — представлял себя волшебником, который обладает волшебством касания или же принцем, что атакует дракона ради своей «принцессы».       Спустя много лет — Ричи не замечал магии среди рутинных будней: в школе, на улице, в переулках и ветвистых закоулках — были лишь только увлеченные люди и молчаливая природа, с не менее молчаливыми домами и асфальтом.

2

      На уроке литературы, просиживая на теме Маяковского свои серые свободные штаны и отстукивая черным кедом о ножку стола, пока рука в рукаве белого свитера отслеживала ладонью строку, помогая вчитаться в ту. Ему нравится литература, но вечером вчерашнего дня — взгляд его, совсем неосознанно-осознанно, наткнулся на старую сказку, которую читала его мама в детстве, но впиталась в его мир так хорошо. Пружинки волос спадают на глаза, а Ричи вчитывается в каждую строчку и на уроке литературы сразу можно было почувствовать, каким-то волшебством — одеколон матери и мягкий желтый свет лампы, душа от такого греется и Ричи улыбается, потирая глаза от сантиментов и поглядывая на учителя, дабы не обратил на того внимания.       При чтении, сквозь значительное количество ушедших лет — значительно меняется восприятие текста. Перевернув обложку синего цвета, надпись гласила: «Соулмейты», и теперь все становилось более ясно и четко. Взгляд пробегал по строкам, одна за другой, и Ричи удивлялся. Все больше и все больше верил, хотя, вроде бы, все должно было поменяться сквозь года. Ричи верит. Искренне и великодушно верит, вера его не угаснет в близлежащей луже искоркой, не стлеет и не потухнет. Будет гореть.       Когда книга на последней странице, полностью прочитанная, закрылась, то по глазам Ричи было видно что-то настоящее, идеальное. В глазах бушевал океан и взрывались фейерверки, дыхание стало частым и лучезарная улыбка растеклась по лицу. Все друзья и знакомые Ричи поражались его неисчезающему огню, что горит в нем и разгорается в определенные моменты. В такие моменты, Ричи ощущает холодную волну предвкушения и счастья, как некое озарение. На душе становится тепло, он прикрывает глаза и делает выдох. Соулмейты…       Ричи сохранил свою детскую энергию и азарт, что плещется с самого рождения и во всей своей красе, прыгает по коридору школы до выхода. Его кудряшки весело отпрыгивают, а ладонь без труда хлопает по бетонной перекладине под потолком, ведь он достаточно высокий, один из нескольких высоких парней школы, а их всего-то где-то 10 человек.       Он улыбается и вальяжно летит по коридору, прискакивая, прикрывая глаза и выдыхая счастливо. Соулмейты… Эта мысль греет его душу.

3

      Ричи бы и прыгал так зайцем по коридорам, окрыленный своими мыслями и прекрасным настроением, полным азарта, так вот только ощутимо что-то потянуло его за мизинец левой руки, что тот — от всего своего пыла, что разгонял пустой воздух коридора — чуть не плюхнулся назад. Он ошеломленно всмотрелся в свою ладонь, пока координировал на одной ноге, дабы встать спокойно, но от того, что он увидел — все же плюхнулся. На мизинчике худой и широкой ладони был привязан аккуратный красный бантик ниточки, что, как оказалось — пока взгляд провел дальше по ней — ведет куда-то.       Дыхание, как и сердце, замерло, а затем все возобновилось на свои места и начало набирать обороты. Счастье и предвкушение забурлили внутри, а перед глазами все заблестело. Ричи подскочил без труда, чуть ли не сваливаясь, побежал вниз по лестнице, куда вела красная тонкая, такая красивая, ниточка. «Это правда, все было правдой!», — шелестело в ричином сердце.       Он напоминал Алису в стране чудес, но Ричи бы и не поспорил, что он сейчас в настоящем чуде. Глаза не видят ничего, кроме быстрых ног и красной нити пред. Первый этаж, второй этаж вниз, множество ступенек и гулкий звук порхающего шага, перила прогинаются под воодушевленными руками Ричи и он почти что дошел до конца нити. Он чувствует это.       Первый этаж. Серые шкафчики, раскиданные учебники и… маленький мальчик, что уронил их, в руках его рюкзак, ладонями он пытается нащупать их, ползая по полу, на глазах его черные очки, а нить завязана, и Ричи видит, как шарящая по полу ладонь связана с его ниточкой на мизинце…

4

      Возможно не совсем правильно не помогать, а разглядывать человека, который нуждается в помощи… Но этот мальчик…       Ричи обесточили, он стоял словно вкопанный в потертый линолеум, рассматривая милого мальчика, он был такой… миниатюрный и действительно ну очень милый. Внутри приятно потеплело, и Ричи понял что это за чувство, то самое, о котором говорила мама, он помнит как оно называется. В нем 6 букв, но много счастья и лечебных свойств.       Он был слеп. Ричи мечтатель, он понял, что лечебное касание — сработает. Как же долго он ждал этого, он слащаво улыбнулся, слишком уж мечтательно.             — Хей, — тихонечко сказал Ричи, спускаясь на корточки, чтобы собрать учебники и протянуть их мальчику. — Возьми.       Мальчик замер от неожиданного звучания голоса, голос ему показался бархатным и родным, он заробел.             — Не волнуйся, — проговорил снова Ричи, укладывая учебники в рюкзак на спине мальчика, так как тот испуганно замер. — Я тебя не трону.       Ричи говорит мягко и безобидно и мальчик немного успокаивается.             — Тебе помочь встать?             — Да, пожалуйста, — тихо прошелестели и Ричи аккуратно ухватился мизинчиком о мизинчик, на свету они отбрасывали символичную тень. Мизинчик Ричи пополз по ладони и его ладонь обхватила чужую, потянув наверх. Все это время Ричи не сводил внимательного и пораженного взгляда с мальчика напротив. Интересно, чувствует ли он нить и исцеляет ли его мое касание?

5

      Эдди Каспбраку — маленькому слепому мальчику — в детстве мама читала не сказки и о волшебстве малыш не знал. Он слышал лишь разговоры о страшных монстрах под названием «заболевания», коими его постоянно пугала мама, а маленький Эдди, под теплоту исходящую от ладони матери, ощущая мокрый поцелуй на лбу и слыша звук закрывающейся двери — следующее время перед сном — думал о страшных монстрах, которыми его пугала мама. Каждую ночь ему снились кошмары с этими монстрами.       Взгляд Эдди никогда не пылал огнем и в нем не было азарта с предвкушением, лишь только страх и замученная тоска тяготили маленькое сердечко в привычных больничных койках и реабилитационных центрах. Иногда колыбелью перед сном были — вовсе не детские песенки — а плач мамы за стеной соседней комнаты или же в приемной отделения реабилитации, нагнетая жалость и обиду. Он всю свою коротенькую жизнь нуждался в лечении. И все его таблетки и операционные кушетки с капельницами — вовсе не помогали. Но в один день, когда он упал от чего-то резкого и внезапного, кажется, он нашел единственно верное лечение…

6

      Пока за руку вцепилась чья-то чужая крепкая и тащила вверх, то Эдди внезапно почувствовал слишком сильный толчок в грудь, и это вовсе не прямомысленно, а переносно. В глаза просочился свет яркий и желтый, теплый. Сквозь черные толстые очки, было сложно понять что происходит, но дольше всматриваясь и вообще, рассматривая что-то, ВИДЯ, — Эдди становилось не по себе. И это вовсе не плохо, просто у него такого никогда не было. Не было света и чувства родства и теплоты. Рот его ошеломленно приоткрылся, и, снимая очки, в глаза ударила волна света.       Свет… вот он какой.       Невзначай поэты описывали его как что-то теплое и яркое, Эдди лишь чувствовал порою, какая горячая его прикроватная лампа, после ухода матери из его спальни, но яркость он чувствовать не мог. Но сейчас, он оборачивается вокруг себя и замечает все то, что он слышал, ощущал, ощупывал, замечает это иначе.       Вокруг все так сверкает и блестит, отсверкивая и переливаясь цветами и красками так, что кружится голова.       Переставая крутиться — единственное, что было видно — это силуэт, стоящий от солнца. Черный и высокий силуэт. В глазах Эдди разжегся огонь, что не потушится никогда не одной пасмурной лужей под ногами, ведь перед ним — стояло его главное лекарство, разглядывая с нескрываемым интересом собственные веснушки своими черными глазами. Эдди протянулась рука, и он уставился на нее, вот как она выглядит на самом деле. Ладонь. Розоватая и большая, но у Эдди она маленькая и компактная в чужих ладонях. Они оба улыбаются, потому что Ричи чувствует, как вокруг них оборачиваются красные нитки, связывая их призрачно меж собой. Он кладет свою ладонь ему на маленькое плечо и всматривается в мед его взгляда, сладострастие чувств.

7

Эдди слезливо всхлипывает в чужое плечо, оно пахнет по-родному, тепло и мягко, пока Ричи дочитывает последние слова сказки, которую Эдди ни разу не читали, пока в комнате тихонечко разносится трещание сверчков и мягкий свет прикроватной лампы.             — Спасибо тебе, Ричи, что прочел. Ричи лишь скрутил Эдди в объятиях, топя их обоих в облаках мягкого одеяла. Они оба знают — это чистая правда. Кристально-чистая вера в любовь и необузданная лечебная сила.

Они действительно существуют.