Диссонанс

      Гляделкинс стремительно вылетел из душевой, попутно словив полотенцем по заднице. Ванная комната была так затуманена белым паром, что разглядеть что-либо было не возможно. Скользя, Главнокомандующий спрятался за линию железных шкафчиков и стал выжидать.       Наконец, в белой пелене появился тёмный силуэт. Полотенце в руках Злыдня скручивалось в тугой жгут, готовый шлёпнуть в любой момент. –Ну же, я больше не стану драться, честное слово.–Силуэт остановился. Успевшие стать холодными, капли воды стекали с его жёстких волос.       Гляделкинс еле подавлял смешок. Когда ему в последний раз было так весело? Не найдя свою добычу, Злыдень направился в противоположную сторону душевой. Но не успел он пройти и пары метров, как нечто ловкое и цепкое накинулось на него сзади , обвивая его глаза белым полотенцем.       Нечто, упёрлось ему меж лопаток и Злыдень вскинул руки. – Вы не обязаны говорить что-либо. Однако это может навредить вашей защите, если вы не упомянете при допросе то, на что впоследствии собираетесь ссылаться в Галактическом суде. Всё, что вы скажете, может быть использовано как доказательство. Вам это понятно?       «Подозреваемый» рассмеялся. –Никак нет, господин инспектор. Может, вы объясните мне ещё раз, но на языке тела?       Изловить главнокомандующего удалось лишь с четвёртой попытки. Злыдень перехватил голого советника за талию и притянул к себе. После горячего душа ,шрамы на теле Гляделкинса стали ещё заметнее, приняв розовый оттенок. Но ,кажется, военачальника эта мысль не смущала. Он смотрел снизу-вверх на своего возлюбленного и улыбался. Кажется, в этот момент они оба были близки к самому заветному чувству во всей Галактике.Не выдержал градуса нежности, Злыдень жадно впился в тонкие губы своего подчинённого. –Ты очень красив, когда улыбаешься– Злыдень провёл рукой по мокрым волосам помощника. Град капель обрушился на кафельный пол.       Гляделкинс хитро улыбнулся и прильнул к уху начальника.–Вы тоже ничего, когда не узурпируете дозоров.       Злыдень расхохотался. Без особых усилий он поднял подчинённого и прижал его спиной к мокрой стене. Гляделкинс моментально вспыхнул. Сильные руки поддерживали его бёдра на весу- идеальная поза для… –Сэр, мы ведь уже договорились на вечер…       Главнокомандующего ждали неотложные дела, от которых он откланялся лишь затем, чтобы привести себя в порядок. Но, пожалуй, это было не главной причиной. Он пока был не готов делать следующий шаг, но надеялся ,что к вечеру уже сумеет совладать с собой.       Однако, вероятность того что всё произойдёт здесь и сейчас была велика и Гляделкинс понимал что вряд ли сможет противостоять настойчивости начальника. Всего один поцелуй, одно прикосновение и он легко капитулирует.       Злыдень не ответил, это был молчаливый отказ. Вежливый, но неоспоримый. Ситуация вдруг стала серьёзной и Гляделкинсу стало не по себе. Деваться было некуда. Чмокнув испуганного подчиненного в скулу, Злыдень с серьёзным видом сказал: –Держись за мои плечи и ничего не бойся.       Гляделкинс хотел что-то сказать, но тут же передумал и лишь коротко кивнул. Он ухватился за тёплые плечи, как и сказал Злыдень и зажмурился. Шероховатые пальцы подкрадывались к заветной точке его дрожащего тела.       Злыдень принялся старательно ласкать горячим языком чувствительную кожу. Нежно покрывал короткими поцелуями губы и лицо смущённого дозора. И хоть Гляделкинс понимал важность «подготовки», ему всё никак не удавалось расслабиться.       Злыдень оторвался от шеи подчинённого.–Послушай,я не смогу начать, пока ты…– Его слова перебил входящий звонок. Звук исходил откуда-то из груды вещей, которые они стремительно побросали в порыве веселья.       Явно недовольный, Злыдень отпустил подчинённого на твёрдую поверхность и ответил на вызов. В это время Гляделкинс не слышал ничего кроме дикого стука в голове. Эмоциональные горки всегда давались ему тяжело.Пьяной поступью он добрался до своих вещей и принялся медленно одеваться, глядя в невидимую точку на белой стене.       Кажется, Злыдень что-то говорил ему, но шум в голове перебивал его слова. Напрягшись, Гляделкинс наконец включился в реальность. –Хэй,– Злыдень опустился на колени перед сидящим подчинённым. Во время звонка, он уже был почти одет. Его лицо вновь излучало спокойствие и доброту.–У меня назначена деловая встреча на которую я уже опаздываю– Он нежно взял руку главнокомандующего и горячо поцеловал продолговатый шрам в самом центре бледной ладони. Операция по захвату на планете Сива. Осколочная граната. Не функционирующий безымянный палец.       Гляделкинс вздрогнул, но переборол себя и мягко улыбнулся. Злыдень продолжал: –Я бы не стал бросать тебя, не будь это очень важно, сам знаешь–Гляделкинс понимающе кивнул. –Разумеется,сэр. Мне тоже пора возвращаться к своим делам.– Мысленно, военачальник был даже рад ,что они прервались.       С этими словами главнокомандующий направился к двери. На пороге его окликнул уже полностью одетый Злыдень. –Не забудь, вечером встречаемся у меня.       Ничего не ответив, Гляделкинс вышел в тёмный коридор.

***

      Работа продвигалась медленно. Гляделкинс то и дело ловил себя на мысли, что уже какое-то время просто смотрит куда-то в даль, погружённый в свои мысли. Поняв, что сейчас от него мало пользы, он покинул свой кабинет и направился в ангар, чтобы проверить работу дозоров. Им было поручено испытать двигатель новой модели и главнокомандующий уже предчувствовал новый взрыв…       Продвигаясь по коридору, главнокомандующему вдруг подумалось заглянуть в зал совещаний, убедиться, что переговоры идут хорошо. Зная «талант» своего начальника к мирным переговорам, подобная предосторожность была совсем не лишней.Да и к тому же, ему всё как раз было по пути.       Входя в лифт, он чуть бы не столкнулся с одним из дозоров. Оба солдата прервали свой разговор при виде главнокомандующего. –Добрый день, командующий Гляделкинс!.–Хором отчеканили дозоры и отдали честь. Одного из них Гляделкинс хорошо знал. Лэри- зрелый дозор, который числился на корабле-Черепе уже много лет. А вот энергичного юнца, которому, кажется, не терпелось что-то сказать, он видел впервые.       Скорее всего, Лэри был не в восторге от бесконечной болтовни напарника, но всё же продолжал сохранять невозмутимый вид. –Отставить.–Солдаты одновременно расслабились. Новичок тут же пихнул напарника локтём и застрекотал с удвоенной силой. И поначалу, Гляделкинс не вмешивался. Уставом не возбраняется обсуждение рабочих моментов в присутствии старшего по званию. Однако, военачальник вмешался когда солдат произнёс: –Так к чему я. Ты бы это видел, Лэр! Эти дамочки облепили его со всех сторон, кажется, он и сам растерялся… –Рядовой!-Вдруг рявкнул Гляделкинс.- Глава 4, параграф 11.2 действующего устава, запрещает обсуждение личных дел в присутствии вышестоящего коллеги. И уж тем более, в присутствии начальства. Обсуждать чьи-то любовные похождения низко и не достойно чести настоящего солдата.       Перепуганный дозор недоумевающе взглянул на молчаливого Лэри. –Но сэр, мы всего лишь обсуждали переговоры, которые сейчас ведёт Лорд Злыдень. Сами знаете, те двери никогда не закрываются и я просто шёл мимо…–Поток оправданий иссяк под устрашающим взглядом Главнокомандующего.       Дзынь. Двери лифта распахнулись и оба дозора вышли. –В любом случае–Новенький остановился и снова отдал честь–Такого больше не повторится,сэр!       Моментально уставший ,Гляделкинс кое-как собрался чтобы сказать короткое «Свободен» и двери лифта снова сомкнулись.       Злыдень редко выполнял свои прямые обязанности , а переговорная уже давно стала местом где наказывали неугодных солдат. На счёт дверей рядовой солдат говорил правду, проводка в тех местах испорчена настолько (благодаря Лорду Злыдню разумеется) что чинить её было бессмысленно.       Главнокомандующий вздохнул. Выходит…он бросил его там ,в душевой не из-за важного дела?       Причина заглянуть в переговорную вдруг стала весомее. Как только двери лифта открылись, Гляделкинс направился к своей цели. Приняв деловой вид, главнокомандующий прошёл мимо зала откуда доносились голоса. Он планировал лишь мельком пройти мимо и заглянуть внутрь . Но то, что он увидел, заставило его повторить план.       «Может, показалось?». Гляделкинс воровато огляделся, убедился что в коридоре никого нет и вновь заглянул в переговорную.       Злыдень в своей привычной манере сидел на роскошном совещательном столе, сомкнув руки на груди, а рядом с ним весело смеясь ,жестикулировала роскошная девушка. Такая высокая и статная, что самооценка главнокомандующего сразу обрушилась на пару пунктиков. Полупрозрачное одеяние , кое-где украшенное сверкающими кристаллами ,совсем не скрывало нежно фиолотевого тона кожи. Длинные, жемчужного цвета волосы заплетены в витиеватую косу. Гляделкинс всё не мог разобрать расовую принадлежность данной особы. Если бы он имел деловые отношения с их народом, то явно сумел бы признать в ней представителя. Но это четырёхрукое создание он видел впервые. В глубине зала он различил ещё шесть фигур, облачённых в тёмно-синие одеяния. Однако ,даже в этих бесформенных одеждах можно было различить женские фигуры. Скорее всего, тот болтливый солдат говорил именно о них.       Оба говорили в полголоса и слов было не разобрать. Однако, они оба улыбались, а девушка то и дело касалась Лорда Злыдня. Он не отвечал чем-то подобным, но и не пресекал её поведение.       Конечно, Лорд Злыдень всегда был охотником на привлекательных женщин. Но те редко отвечали ему взаимностью из-за его дурного характера и репутации. Существует неписанное правило, согласно которому Лорд Злыдень мог выбрать себе в жёны любую представительницу королевского рода из числа захваченных им планет. Разумеется, правители всегда могли воспротивиться желанию захватчика, но в таком случае, планета будет просто напросто уничтожена. Однако, такого ещё не случалось и идея была не более чем жестокой шуткой.       Но сейчас…Видимо, это и было повесткой переговоров. Молодая принцесса приняла решение стать пассией Лорда Злыдня и вместе с ним покорять Галактику. Гляделкинс нервно сглотнул. «Нет, я всего лишь себя накручиваю. Да, может Злыдень и не самая приятная личность, но он бы никогда не стал мне врать. И вообще, это не моё дело». Но когда главнокомандующий уже собирался откланяться, он увидел, как изящная особа склонилась к Лорду Злыдню и втянула его в долгий поцелуй. Нечто острое полоснуло дозора по сердцу.       Злыдень не сопротивлялся, более того, он прикрыл зелёные глаза и его руки медленно опустились на талию девушки.       Ноги главнокомандующего моментально подкосились. «Как же так?». Придерживаясь за чёрную стену, разбитый дозор направился к себе.       Тело двигалось автоматически. Слёзы застилающие единственный видящий глаз, мешали ориентироваться в пространстве. Кажется, по пути ему попадался не один дозор и каждый о чём-то спрашивал, но Гляделкинс не отвечал и продолжал плестись, периодически спотыкаясь о невидимые преграды. Когда дверь за ним заблокировалась, Гляделкинс ещё какое время стоял, пытаясь успокоиться. Но не выдержав, он рухнул на колени и не стесняясь, разразился жгучими слезами.

***

      Неоновые часы показывали глубокую ночь. Злыдень сидел на своей кровати с гитарой в руках, то и дело поглядывая на автоматическую дверь в ожидании что вот-вот явится его подчинённый. Но этого не происходило и Злыдень всерьёз запереживал. После деловой встречи он направился в кабинет своего главного помощника, но внутри было пусто. А затем раздался грохот (бестолковые дозоры всё же угробили испытуемый крейсер) и ему пришлось бежать исправлять ситуацию.       На месте происшествия Гляделкинса тоже не оказалось. Странно, ведь если что-то случалось, он всегда оказывался в центре событий.       Парочки электрических разрядов хватило ,чтобы солдаты судорожно начали приводить площадку в порядок. Оставив солдат разгребать этот бардак, Злыдень направился к себе.       Струны неподключённой электрогитары издавали жалобные потренькивания. В углу посапывал спящий паук. Наверно, ему снилась погоня за добычей ,потому как его чёрные мохнатые лапки всё время поддёргивались. –Здесь что-то не так, да Тим?.–Капитан Тим сонно гаркнул в своей постели и свернулся плотным, чёрным клубком.       Злыдень тоскливо взглянул на красные пуфы ,где совсем недавно они с командующим были близки как никогда. Его не покидало чувство вины. –Знаешь Тим, я же не сделаю хуже, если зайду к нему, верно? Просто убедиться ,что он в порядке.       Капитан Тим не ответил.       В это время Гляделкинс бездумно забрёл в ванную. Слёзы скапливались в уголках глаз и обрушивались горячими струйками вниз по щекам.       Рой мыслей вдруг заполонил его разум. Громкие, мерзкие. Главнокомандующий слушал их, глядя в зеркало. «Думаешь ,он это всерьёз? Ему просто стало интересно, отчего твоя крыша в последний год едет со скоростью звука». «Я больше не хочу его видеть. Не представляю ,как он будет на меня смотреть…». –Замолчите…–Шипя ,произнёс Гляделкинс. Они были всего лишь не контролируемыми мыслями, о которых он редко хотел размышлять. Однако сейчас они шумели громче, чем обычно, мешали сосредоточиться. «Не нервничай! Он уже получил от тебя всё что хотел, вряд ли ты ему был ещё зачем-то нужен». Эта ядовитая мыслишка казалась громче остальных.«Эта красотка наверняка обставит тебя в два счёта». –Это всего лишь недоразумение! Я…я думаю он всё сможет объяснить– Главнокомандующий всхлипнул.–Просто сейчас я не хочу его видеть...       Чувство тревоги постепенно нарастало, Гляделкинс всмотрелся в своё отражение. Бледный дозор с чёрными кругами под глазами взирал на него со злобой и отвращением. Кажется, только за сегодняшний день он стал ещё меньше, чем обычно. Комплекс развивался со скоростью вспышки сверхновой звезды.       На шее ярким пятном красовался след, оставленный Злыднем. «Ты в серьёз решил, что ты ему нравишься?! Ха-ха-ха-ха-ха! Вот что я тебе скажу, дружище...А это что?» «Действительно?", подумал Гляделкинс, что это за знакомая жёлтая баночка оказалась в его руках? Жёлтая…этот цвет всегда казался ему цветом болезни, цветом безумия.       Бессонные ночи, шум бурлящей крови в голове и жёлтая баночка, стоящая на самом краю стола. Он проводил часы, разглядывая в темноте силуэт предмета. На него невозможно было не смотреть, он манил и не отпускал до тех самых пор пока уставший дозор не проваливался во тьму.       Он автоматически открутил крышку и бросил её на дно раковины. Попытался вытряхнуть несколько таблеток на ладонь. Не рассчитав силы, капсулы розовым дождём обрушились на пол.       Он принялся собирать их одну за другой и складывать обратно в жёлтую баночку, но тут же прекратил. К чему ему пара штук, когда есть целых 60? Он держал горсть розовых «пуль» и смотрел в зеркало. –Ну что, теперь-то у вас появился повод заткнуться?– Ответа не было.       Одним движением он закинул в себя штук 15-20 и запил водой из-под крана. «Отлично, теперь я ,наконец, могу поспать» Подумал и упал на кровать в ожидании. Поначалу глаза никак не хотели смыкаться от начавшейся боли в животе, но тело уже не слушалось хозяина и ему оставалось лишь ждать. «Это был всего лишь глупый роман, о котором тебе нужно забыть. Все вокруг двигаются только вперёд, пора бы и тебе перестать держаться за прошлое». Слёзы постепенно высыхали, оставляя на коже солоноватый след. «Наверняка завтра он сделает вид что ничего не было…и должен поступить также» Когда он уже начал забываться, в дверь постучали.       Гляделкинс не отвечал, на это не было ни малейших сил. Ему казалось ,что он лежит в лодке. Она мерно покачивалась на водной глади, унося его далеко от самого себя. От глупых мыслей, от сегодняшнего дня. А боль внутри стала вдруг несущественной, будто она всегда была частью его тела. Так спокойно.       За дверью раздался хриплый голос: –Гляделкинс? Ты спишь?–Тишина и снова тихий стук.–У тебя горит свет, всё нормально? В ответ-молчание и шуршание воды. Гляделкинсу лишь показалось ,что он закрыл кран и теперь вода мерно вытекала за пределы перламутровой раковины. –Что ж, если ты не хочешь со мной говорить, то я понимаю. Увидимся завтра…Спокойной ночи.       Неуверенные шаги прочь из коридора. Минутная заминка. А затем топот кед и раскат зелёных молний. Дверь скорчилась, датчики поджарились до мельчайшего проводка и защитная система дала сбой. Кажется, к общему шуму присоединились звуки подскочивших рядовых дозоров.       Но Гляделкинс ничего этого не слышал, он уже был далек он реальности, далек от своего тела…