Валентинки

День святого Валентина, возможность для многих в признании, но некоторые боятся даже подойти к своему предмету воздыхания, и поэтому кладут валентинки с шоколадом в ящик для обуви. Так Тодороки Шото и Бакуго Кацуки получают огромную кучу записок и шоколада. — Эй, Двумордый, перестань идти за мной. — Вообще-то наши ящики находятся на одной стороне и мне туда нужно, так что я иду не за тобой. — спокойно отвечает гетерохром, на что блондин лишь рыкнул. Кацуки подошёл к скоплению шкафчиков и приоткрыл свой, из него тут же посыпались кучи валентинок и шоколада. — Рр, как же я ненавижу эту хуйню. — собирает он все в одну кучу и уже направляясь в мусорному баку, чувствует на себе пристальный взгляд Тодороки. Что-то ёкает в груди и он с криками запихивает их всех в рюкзак. У Тодороки же точно такая же куча. — Ха, даже сейчас у нас ничья. — усмехается Бакуго, пока второй запихивает все в сумку. Тодороки только фыркнул в ответ. Пока эта парочка проделывала разные действия с валентинками на них разреенно смотрели Каминари и Минета, они не получили ни одной и уже хотели было напасть на этих двоих, но вспомнив, что силы явно отличаются, просто продолжили с завистью смотреть.

***

Дома Бакуго просмотрел все и завис на самой маленькой и явно купленной. Казалось бы, ничем не примечательная, маленькая картонка, но она зацепила всего лишь маленькой подписью в углу написанного текста. «Шото» — маленькая подпись, зацепившая взгляд Кацуки. «Поздравляю, Двумордый» — такая же надпись, на такой же маленькой и неприметной открытке, заставила Тодороки чуть ли не визжать на весь дом. Он был слишком влюблен в одноклассника.

***

Маленькая картонка, изменившая отношения двух одноклассников. На следующий день парни все обговорили. Они решили пока просто встречаться тайно и никому не говорить. Возможно потом скажут, а возможно и нет. Пара соперников которая стала парой влюбленных из-за одной незначительной картонки. Из ста открыток и сердец, они выбрали только одно. Любимое и родное. После каждой битвы эти двое приходили к кому-нибудь из них в комнату и обрабатывали раны которые сами же и нанесли. Но в этот раз уже с неподдельной любовью.