Дождевая психология

Тёмное небо было слишком… Слишком привлекательным. Вглядываясь в ярко мигающие звёзды, кои то прятались за бегущими темными облаками, то вновь появлялись из-за туч, я мысленно ударил себя по лбу, когда с помощью стекла посмотрел на противоположную сторону салона машины. Лимузин. Шикарный, дорогой, без единого пятнышка внутри и снаружи… Когда Наока сказала, что мы поедем на машине, я считал, что она имела в виду такси! Такси, а не дорогостоящий лимузин, которых всего несколько в Японии. Да у нас нельзя даже машину купить, пока ты не докажешь, что для неё есть место во дворе твоего дома, а тут целый лимузин от компании Oasis Limousines. Нет, я знал, что Амами — довольно известная семья, да и вроде как они связаны с автомобильным бизнесом, однако кто же знал, что помимо личного шофера и телохранителя, который находится рядом с водителем на переднем сидении за перегородкой, я ещё поеду в машине, которая стоит около миллиона долларов…? Я не заслуживаю всего этого… Нао, эта девчонка… Ах, я так ей благодарен, серьезно, но она переборщила. Сильно переборщила… Одела меня в дорогостоящий костюм, посадила в ещё более дорогую машину, потратилась на подарок стерве, которую ещё много бы лет не знала, просто потому что я попросил у неё помощи… Что за святая простота? Амами-чан ведь такая дерзкая, буйная, яркая и целеустремлённая девица, она вряд ли бы стала мириться с тем, что её используют, но мне… Мне она позволила позаимствовать её власть и богатство, даже зная о моей пакостной репутации. Нет, конечно, коллекционерка и раньше мало внимания обращала на какие-то слухи, однако… Даже придумать ничего не могу. В голове пусто. У меня нет ни одного аргумента против этой девушки, я уверен, даже если я сейчас скажу, что ей не стоило тратить такие суммы, она найдет причину, чтобы уйти с неудобного для неё вопроса и попытается переубедить меня или отвлечь на что-либо другое… Бросив взгляд на прикрывшую глаза абсолютную, я невольно сглотнул и отвернулся. Она выглядит великолепно… Платье цвета карамели с рукавами-фонариками, и всё это из нескольких слоёв. Изначальный, первый слой, длиной чуть ниже колена, имеет более плотную ткань. Это шифон, а после него множество слоёв прозрачной мягкой ткани, что превращают деву в невероятно красивую принцессу в платье, схожего с греческим стилем. Если углубляться в историю, это также напоминает то скандальное платье-сорочку Марии-Антуанетты. Но в отличии от сорочки наряд моей спутницы был великолепным и изящно украшенным. На ткани вышиты серебряными нитями и драгоценными камнями, блестящие звёзды. Аккуратный серебристый ремешок-бант обрамлял осиную талию девушки, делая её ещё более миниатюрной и подчёркивая бюст. Бежевые туфли были на небольшом каблучке, ремешок надёжно закреплён на щиколотке девы. На носочке туфелек поблёскивал тёплого цвета карамели изящный цветок камелии. Ногти Наоки были такого же телесного цвета с красивыми серебряными узорами, однако тяжело было заметить лак на руках, ведь девушка была в лёгких кружевных карамельных перчатках. Я даже не хочу вспоминать, как долго девушка собиралась, благо я успел сбежать от дизайнера и смог отдохнуть и пообедать, а то и мне маникюр хотели сделать… Глянув на отражение в стекле, чтобы не смущать девушку чрезмерно пристальным взором, я вспомнил звук. Этот отвратительный не поддающийся описанию шуршащий, скребущий шорох пилочки для ногтей! Как представлю звук этой ужасной пилочки, так сразу мурашками покрываюсь. Не знаю даже как описать, насколько это отвратительный шум для моих чувствительных ушей… Наока довольно громко вздохнула, привлекая моё внимание. Дева ловким движением поправила мелкую цепочку, что скрылась за вырезом платья. Да, эту хрупкую, аккуратную шею обрамляла очаровательная короткая и элегантная серебряная подвеска с великолепно обработанным алмазом. Серьги девушки были из того же набора, выглядя точно так же, как и камень на шее абсолютной. Подчёркивающий макияж на лице девы привлекал мой взгляд. Нао-чан, какая же ты… Ах, нет, это невыносимо… Да, черт возьми! Передо мной сидит привлекательная дьяволица, невозможно быть такой невозмутимо-невинной, выглядя при этом так нежно и невыносимо восхитительно! Эти привлекающие внимание узоры, эти полуприкрытые рукавами плечи, скрытая за лёгкой тканью выступающая ключица… Это очаровательное наказание, некий дамоклов меч или что? Если не Селестия меня одурачит и подставит, так Наока воздаст мне по заслугам? Тц… Хотел бы я никуда не ехать, но я не мог, моя репутация будет потеряна, я не могу этого допустить. Не могу… Стараясь отвлечься на всё что угодно, чтобы не думать об очень красивой девушке, сидящей в метре от меня, я глянул на своё отражение в стекле машины. К сожалению, в косметике я не очень сильно разбираюсь, хотя тут и гением не нужно быть, вот я смотрю на себя, а самого себя узнаю. Эти зачесанные волосы, прибитые лаком, выглядят как причёска парня из модного журнала. Никаких синяков под глазами нет, да и вместо привычной глупой улыбки меня встречает мрачное и холодное выражение лица. Я выгляжу невероятно, хотя при этом всю мою душу распирает от этого противоречия. Я не какой-то там мафиози, банкир или что-то такое, а простой хулиган, так какого черта я выгляжу так… Неподражаемо? Если честно, я уже запутался в собственных чувствах. Мой мир потрясён. Я потерялся в лабиринте ощущений ещё тогда, когда пришел к ней и увидел её в костюме для танцев… Так, нет я не буду об этом думать! Ох, если я продолжу в таком духе, то сойду с ума. Давай, смотри на себя, не на Наоку, что видна в отражении окна… Постаравшись переключиться на себя, я вновь чуть не провёл рукой по лицу, вовремя остановившись. Чёрт, ещё немного, и я убил бы старания Нао над моим лицом… Этот лёгкий макияж, подчёркивающий мои «мужские» достоинства и привлекающий взгляд к глазам, действительно гипнотизирует. Если кто-то будет рассматривать меня, то заметит едва видневшуюся помаду телесного цвета. На шее висел аккуратный белоснежный ажурный платок, вместо галстука. Я даже не знаю, как называется этот аксессуар, лишь понимаю, что я видел такие в старинных сериалах или играх… Кстати, когда мы с Наокой обсуждали игры, я сказал ей что мне нравится платок на шее Майлза Эджворта. Она что, запомнила это и попросила дать мне такой галстук из-за этого, да? Эта девушка сводит меня с ума… Ладно уж, в любом случае этот ажурный платок не так уж и плох, он меньше того, что носил гениальный прокурор, и удобен. Да и к тому же, моя белая рубашка отлично с ним сочетается. Возможно, дело в карамельной жилетке, пиджаке и брюках. Это костюм-тройка под цвет платья моей спутницы. Серьёзно, такой костюм обошёлся мне бы в копеечку, однако коллекционерка купила мне сразу несколько, на всякий случай, как она выразилась… Не буду об этом, лишь лицо покраснеет от негодования и смущения… Аккуратно выглядывал из расшитого россыпью серебра и драгоценных камней кармана жилетки шёлковый платок с рисунком, вышитым самой Наокой. Кажется, там фамильный герб или что-то такое. Если Люденберг или кто-либо ещё спросит меня об этом гербе, что я отвечу? «Извините, не могли бы вы прекратить обсуждать дела семейные?» — или таких деликатных тем всё же не будет? Нет, серьёзно, если кто-то спросит по поводу помолвки? Ох, если новости, о моём присутствии с Нао на этой глупой вечеринке в качестве партнёров распространятся до Рантаро или его отца, то мне можно будет искать кладбище… Я аккуратно поправил на пиджаке нежного, едва ли персикового цвета не настоящую, сделанную из ткани, невероятной красоты камелию, абсолютно идентичную с реальностью. Пока не коснешься лепестков — и не заметишь, что цветок искусственный. Абсолютная сказала, что такой цветок называется бутоньерка. Я бы и сам сказал, на языке вертелось название, а вспомнить не мог, забыл. Наока так смеялась с выражения моего лица… Не в силах стерпеть, я положил ногу на ногу для удобства. Не могу сидеть прямо… Надеюсь, я не поцарапаю эти дорогостоящие кожаные туфли тёмного, телесного оттенка. Боже, Нао так долго искала обувь под цвет костюма, точно совпадающую с моим размером обуви… Я выгляжу слишком шикарно и роскошно. Это как нищего сделать королём по щелчку пальцев. И всё это богатство стягивает, отягощает… Я глянул на едва ли виднеющиеся на правой руке фирменные часы в бежевом ремешке, половина десятого. Ещё минут пять или десять ехать. Стоило мне поправить рукав пиджака, как показались запонки, крепящиеся на рукава рубашки. Я судорожно сглотнул, надеюсь, я не потеряю их. Боже, давать мне украшения из алмазов, о чём ты думаешь, глупая девчонка? Моя самая не любимая часть наряда — белые перчатки, они слишком сковывают движения, ну да ладно. Я просто принял к сведению, что по светскому этикету нельзя касаться людей, особенно там, где участки кожи оголены. Ох, вновь посмотрев на моё прелестное личико, что точно отличается от моего привычного, я почувствовал отвращение к себе. Совершенно другой человек… Обычно у меня есть мешки под глазами, которые я привык не замечать, лицо у меня бледное, глаза тусклые, уставшие, лишь во время пакостей сиявшие, сейчас сверкают без устали из-за каких-то глазных капель, на щеках легчайшие румяна, глаза слегка подведены… Она не шутила, когда говорила, что превратит меня в конфетку. Я чувствую себя котёнком, которого приютила богатая хозяйка и подарила множество вещей, однако этому котёнку достаточно лишь старой коробки и крыши… Заметив, что я погрузился в раздумья и смотрю на себя, невероятная тихо фыркнула, из-за чего я обернулся к ней. Наоке было весело, её губы, подчёркнутые нежной персиковой помадой, приковывали взор, и чтобы не смотреть на чужие уста, я закатил глаза к потолку, дуя губы, надеясь, что выгляжу естественно. У меня просто нет слов, чтобы описать, как меня распирает изнутри. Ещё месяц назад я не знал, не догадывался, как моя помощь в стратегическом плане семьи Амами сделать Миру принцессой погубит меня… Моё сердце снова не унимается. И с каких пор я такой? Не могу поверить, что всё-таки влюбился… Я ведь сразу, как почувствовал это ощущение интереса и восхищения, сбежал от Наоки. Но она нашла меня сама вместе с этой просьбой о помощи… Ну как я мог отказать той, что хотела помочь моей подруге? Я ведь знал, что Камомиру не посмотрит в мою сторону, однако не мог отпустить. Не решался, верил, надеялся, зная, что всё зря… И вот, с помощью сидящей напротив меня тихо хохочущей девчонки, я и вправду отпустил, да вот какой ценой? Я просто переключился с одной девушки на вторую… И это вязкое, неприятное ощущение, сковывающие горло… Я чувствую удушье, словно использую ни в чём неповинную добрую и нежную, сестру Рантаро… — Амами-чан… — Так хочется просить прощения за то, что я испытываю, за то, что вынудил её помочь мне… В горле ком, и сглатывая его, привычной интонацией произношу, надеясь, что мои страхи и тревоги не будут выданы едва ли дрожащем голосом… — Ты убийца. Убийца моего индивидуализма… — Наока тихо посмеивается, игриво ведя плечом. То ли не заметив проблем в моём голосе, то ли решив, что я волнуюсь. — Кокичи-кун, — её мягкий голос сразу отвлекает меня от всех мыслей, что пожирают мою сущность. — Ты можешь ещё долго протестовать и называть меня по фамилии, но, когда мы приедем, у тебя не останется выбора, кроме как звать меня по имени. Считай, что мы в Европе, хорошо? Эти нежные поучения ничуть не помогают, я назвал её по фамилии лишь потому, что мне стыдно за себя и свои чувства. Что подумает Нао, когда узнает? Я уверен, мои глаза, паника и действия выдают мои искренние ощущения. Сколько бы я ни был сосредоточен на Камомиру, я долго учился прятать в своём сердце любовь, а сейчас… Сейчас передо мной не Миру, это маленькая озорная абсолютная ответит на флирт с лихвой, она упорна, умна и прозорлива. Какой бы хрупкой эта девушка не была, о ней складывается такое впечатление, что она всегда добивается своего. Если покажу слабость, если она почувствует в моих словах или действиях скованность иль фальшь, то не отпустит меня, пока не узнает всего, что её интересует… Стараясь не выдать себя каким-то очевидным действием и не испортить весь свой наряд, я слегка прикусываю щёку, заглядывая в окно. Размытые улицы, огни, горящие в домах, сверкающие звёзды… Всё было бы прекрасно, если бы меня не терзали мысли, которые заполонили мою голову… Что вообще ко мне чувствует Наока? Она пожалела меня, когда заметила мою слабость, я помог ей, она мне. Всё. Наши пути должны были разойтись в тот момент, когда психолог и авантюрист стали парой. Так почему я согласился поддерживать с ней связь? Зачем я приходил к этой талантливой девушке? Чтобы поиграть в игры? Нет, отнюдь… Я приходил к ней, наблюдать, как озаряется её лицо улыбкой от того, что я просто воспользовался её добротой. Стал ли я для неё отдушиной после Теруо? Используем ли мы друг друга или что? Я ничего не понимаю… Сделав глубокий вдох, решив остудить голову и подумать позже, я театрально выдыхаю, смотря на диву, что сидит передо мной. — Ты выжала из меня все силы своей лекцией, когда наносила мне макияж. А твоя подружка дизайнер просто нечто… — Лапала меня и разглаживала на мне костюм, восхищаясь моими данными, хотя тут особо-то нечем восхищаться. Уж лучше было, когда Нао снимала мерки, она была так аккуратна, словно боялась, что сделает мне больно иль неприятно. Её касания были лёгкими и невесомыми, изредка заставляя мурашки бегать по моему телу… Так, нет, не об этом я сейчас должен думать. Стараясь придумать любую другую тему, я вспомнил ценник подарка для нимфетки. Да я даже помыслить о таких вещах не мог, а тут… — Нао-чан, ты хоть понимаешь, сколько стоила та брошь? Ты… Да ты потратила целое состояние! — У меня не хватает слов, чтобы описать моё негодование и шок в тот момент, когда коллекционерка ткнула пальчиком в цветок из сплава золота с маленькими вкраплениями алых рубинов и сердцевиной из черного опала… А ещё эти запонки и расшитый дорогими нитями наряд… — Сегодня я Санта-Клаус, Кокичи-кун, так что будь благодарен за подарок и перестань лежать на сиденье, а то костюм помнёшь. Мне бы хотелось, чтобы ты выглядел всё так же шикарно, как сейчас. — Да уж, спасибо… Безусловно, я выгляжу несравненно. Сколько ещё можно будет подбирать моему внешнему виду эпитеты? Меня это, конечно, интересует, но я собирался изначально одолжить у кого-нибудь стандартный костюм, а не быть одетым с иголочки, по последнему писку моды, мол, дизайнерская работа, известный малодоступный бренд и всё прочее, что очень далеко от меня… Совершенно ничего не понимаю… И ещё, она сказала Санта-Клаус, да? Ах, твою мать, почему я думаю о сестре Рантаро в красивом красном новогоднем платье? Надеюсь, щёки не полностью красные. Пусть только уши заалеют, пожалуйста, Боже, пусть она не узнает мои чёртовы мысли… Как бы хотелось спрятать лицо в ладонях, чтобы подумать, однако зная, что это смажет макияж, мне остаётся лишь прикрывать глаза и сдерживать своё глубокое дыхание. Ощущая, как лимузин начинает тормозить, я отвлекаюсь на картинку за окном машины. Практически доехали… С сожалением коснувшись внутреннего кармана пиджака, я дотронулся до плотного конверта, в котором находилось приглашение. Конечно, я оповестил Люденберг заранее, что приду, пусть я и сомневался в этом, ибо идти к ней вовсе не хотелось. А ещё я ничего не говорил о наличии у меня спутницы, вероятно, кое-кто подготовит мне образованную даму, что будет хитра и проворна, чтобы выставить меня в дурном свете, впрочем, благодаря Нао у меня есть оправдание для того, чтобы избавиться от навязчивой партнёрши. Выйдя из остановившейся машины, после того, как шофёр открыл мне дверь, а телохранитель встал рядом, я подал Наоке руку. Её маленькая ладонь в перчатке коснулась моей прикрытой белой тканью руки, взгляд девы был полон теплоты и благодарности. Высокий мужчина спортивного телосложения подал невероятной деве маленькую сумочку, ридикюль, которая содержала в себе духи, небольшой набор косметики, веер и платочек. Девушка улыбнулась, а после подождала, пока телохранитель отдаст ей небольшой персикового цвета букет из роз. Стоило ей его получить, как Нао гордо пошла вперёд к великолепному особняку. Карамельного цвета веерок, богато украшенный, раньше находился в сумке, а теперь начал покачиваться на запястье абсолютной. Я сглотнул, и забрав из рук мужчины кружевное бежевое болеро, поспешил догнать свою спутницу. К счастью, игриво ухмыляясь, она остановилась, обернувшись ко мне. Стоило мне встать вровень с ней, как девушка подала мне руки, и я помог Нао дополнить свой костюм очередным элементом одежды. Мне оставалось лишь подать ей локоть, я так и сделал, и зеленоволосая девица, глядя на меня, нежно обвила мою руку своей, позволяя мне вести её. Бал… Я волнуюсь, не потому что не подготовлен, наоборот, я уже столько всего запомнил за сегодня, что не знаю, как удержать всё это в голове. Например, зачем меня было просвещать в традиции, которые сегодня не будут иметь силы? Я всё прекрасно понимаю, но зачем мне знать, что на балу я должен был сопровождать свою даму и развлекать её столько, сколько она сама пожелает? И из первого заявления следует следующее: нельзя оставлять девушку одну, без сопровождения. Вот только есть один нюанс, для нас разделение пары ни на что не повлияет. Почему? Ну это светский вечер для ограниченного круга молодых людей, и здесь большинство девушек и парней просто ищут себе интересных собеседников, не более. Это вечеринка в честь одной определенной личности, где ты просто показываешь себя и свои манеры, умение держаться в обществе. Да, это бал, практически не отличающийся от тех, что были столетие назад в Европе, однако в данный момент мне не нужно знать, так скажем, устаревшие традиции типа бальных книг, в которые записывали имена партнёров на следующие танцы или нечто подобное… Перед нами было архитектурное строение, которое невозможно было описать словами. Это был готический особняк, с великолепным раскинувшимся везде и всюду алым садом. Я уже представляю, сколько сил и денег уходит на поддержание такого здания… Свет горел во всех окнах и я, стараясь не выдать своей тревожности, аккуратно смотрел на девушку передо мной. Её идеальная походка и осанка были отличным примером. Всего за два часа танцев, я смог попадать в ритм, даже под незнакомые композиции вальса, конечно, в других танцах я не буду силён, так что предпочту их пропустить, однако Наока настояла, что я обязательно должен танцевать и другие композиции, так что я выучил и пару дополнительных движений. Один вид абсолютной передо мной внушал мне уверенность. Её горделиво вздёрнутый подбородок выдавал изящество и заставлял задержать дыхание. Каждое движение было плавным, а шаг лёгким, невесомым. Я даже не заметил, как мы прошли вымощенную камнем тропинку и поднялись по лестнице. Швейцар, что поклонился, приветствуя нас, открыл дверь, позволяя нам войти внутрь. — Неплохое обслуживание… — Шепнула она мне, улыбаясь так естественно и притягательно, трогая струны моей души. Сгусток моих страхов начинал сковывать меня. Людей в холле было немало, все глянули на новоприбывших, однако мою спутницу это вовсе не смутило, она прошла мимо всех людей, едва удостоив их проницательным взглядом. Девушка повела меня на второй этаж, а после свернула в правый коридор, словно знала план здания, хотя я уверен, она тут ранее никогда не бывала. Это можно заметить по заинтересованному взору, что пристально оглядывал всё вокруг из-под опущенных ресниц. — Это единственное, что тебя волнует, Нао-чан? — Всё же решил поинтересоваться я, когда мы отдалились от большого скопления различных личностей. — Нет, конечно, нет, но, прошу тебя, доверься мне и зови меня просто по имени, хорошо, Кокичи? Мы справимся. Я не допущу того, чтобы ты сделал шаг в пропасть. — Её уверенность подбадривала меня, а яркая улыбка и красивые, оливковые глаза, притягивали к себе мой взгляд. Мне оставалось лишь смущённо отвернуться. Она слишком красивая… — Я… — Быстро поняв, что это, вероятно, было не очень вежливо, обернулся к своей даме. — Ты не обязана, ведь уже сделала больше, чем я просил и рассчитывал… Но спасибо тебе, Наока. — Её лицо озарила очередная хитрая ухмылка — Всегда пожалуйста, — сделала она драматичную паузу, — месье. Заметив мой немой шок по округлившимся глазам, девушка игриво пихнула меня локтём в костюм, прикрывая левой рукой с веером уста. Её звонкий, подобный колокольчику смех привлекал излишнее внимание, однако он помог мне расслабиться. Стоило нам подойти к роскошно украшенной двери, я понял, что коллекционерка ещё с улицы заприметила эту дверь и поняла, что за ней находилась бальная зала. Словно подтверждая мои догадки, невероятная слегка потянула меня за руку. Слуга в почтенном возрасте, стоящий перед дверью, осторожно поклонился, оценивая наш внешний вид, а после ответного вежливого приветствия с нашей стороны, нежно улыбнулся. Мороз пошёл по коже от холодного, весьма расчётливого взгляда, может, лицо старца и было ласковым, но то лишь внешний вид. — Приветствую прекрасных гостей. Не могли бы вы, пожалуйста, предъявить приглашение. — Я тут же вынул аккуратно сложенный конверт с распахнутой восковой печатью и протянул его мужчине. — Прошу, месье. Бумага слегка порвалась из-за сургуча, однако это не было проблемой, ведь мужчине перед нами нужно было лишь узнать наши имена из приглашения, и сверить их со списком гостей, что он и сделал. Весьма быстро найдя моё имя, он лукаво ухмыльнулся. Нао едва крепче сжала мою руку, и я тут же сделал своё выражение лица более хладным, подавляя эмоции. Сейчас это излишне… Старец стукнул два раза о деревянную поверхность и широкие, богато украшенные двери распахнулись перед нами, представляя взору украшенный золотом светлый зал, богато украшенный алыми розами. Атмосфера слегка отличалась от остального поместья… Не успел я рассмотреть комнату полностью, как два молодых человека, что отворили нам дверь, пустили вслед ещё одного мужчину, который прочитал заполненное мною приглашение… — Прибыли, абсолютный верховный лидер — Кокичи Ома и его спутница — абсолютный коллекционер, Амами Наока. Отвратительно… Липкие взоры окружающих тут же сжали моё горло, и я даже перестал на миг дышать, однако тёплая рука, что переплелась с моей, легко сделала шаг вперёд, заставляя меня с достоинством принять эти удушающие взгляды. Абсолютная повела меня вниз по крутой лестнице, изящно следя за настроением в зале. Одним поворотом головы и расчётливым взглядом с обворожительной лёгкой улыбкой, она заставляла всех воротить нос от нашей пары. Может, мне не стоило вписывать Амами-чан в приглашение? Но делать её безымянной спутницей как-то неправильно, нужно же подчеркнуть её достоинство… Мы уже спустились вниз, находясь недалеко от буфета и остальных гостей, что заняли места на диванах и за столами, оживлённо что-то обсуждая, ожидая Селестию. Разве Селес не должна была встречать гостей? Ах, какая разница, у Люденберг свои законы, она слишком любит быть в центре внимания… Моя спутница достала из сумочки небольшую коробку с бантом и отдала её подошедшему к нам слуге. Он вежливо поклонился и провёл нас вглубь залы. Нам выделили весьма укромное место в уголке, и девушка тут же отбросила сумку прочь, тяжело вздыхая, снимая шаль с плеч. Согласен, дышать тут нечем, столько разных запахов из-за различных духов и одеколонов, хотя наши с Наокой ароматы неплохо сочетались между собой, скорее всего она с дизайнером подобрала нам духи именно с такой целью… — Кокичи, — дева аккурат коснулась моей руки подле локтя, словно заигрывала. Многие дамы ловко повернули головы, издали наблюдая, а Нао тихо продолжила, ведя меня всё дальше от нашего стола. — Мне нужно обменяться приветствиями с несколькими людьми, не стоит сильно ограничивать круг общения, помнишь? — Мне оставалось лишь улыбнуться ей так тепло, как я только мог, беря девичью маленькую ладонь в свою руку. Многие люди, мимо коих прошла наша пара, засуетились. Некоторые дамы покраснели и смущённо обмахивались веером. — Да, я тебя услышал ещё во время той лекции, можешь не повторять. К тому же мне есть с кем встретиться. — Я уже заприметил знакомое лицо, но не это важно. Хитро ухмыльнувшись, я продолжил ещё тише, чем раньше, зная, что из-за оркестра, который играл какую-то классическую музыку, наших слов не услышат — Лучше скажи, ты правда сочла список гостей интересным и прочла его? — Да, он мне действительно очень пригодился, поэтому мне и нужно встретиться с несколькими выдающимися личностями. — Хорошо, в таком случае… — Я аккуратно отпустил девушку и поклонился ей, коллекционерка, нежно улыбаясь, ответила мне реверансом. — До скорой встречи, леди. Поймав мой взгляд, Наока аккуратно пошла прочь. Я не стал наблюдать за ней, боялся острых взоров, что явно заметили потерю моей пары. Делая вид, что всё в порядке, я устремился к столу, к знакомой девушке, что сильно выделялась на фоне разношёрстных и экстравагантно одетых гостей. Пока я нерасторопно шёл к своей цели, мелодия, что окутывала зал, завершилась, и второй оркестр начал играть новую композицию. Боже, дорого-богато, потратиться на два оркестра ради того, чтобы музыка не смолкала и тихо затухала, перетекала в другую мелодию. Траты. Слишком много трат, не понимаю я роскошь. Красиво, великолепно, но… Бессмысленно, если подходить к этому не с эстетической точки зрения … Проходя мимо подсвечника, я глянул на свечи. Около двенадцати сантиметров, вроде бы тут не очень много пчелиного воска, поскольку есть едва заметный, неприятный запах, присущий парафину, так что сгорит она через часика четыре или раньше. Это хорошо, чем быстрее потухнут все свечи, тем быстрее закончатся танцы. Ведь не станет же никто менять источник освещения прямо перед гостями, не так ли? Скорее всего, стоит свечкам на канделябрах потухнуть, как мы отправимся в другую зону для «развлечений». Кстати, если Селестия не поторопится явиться на собственное торжество, танцы продлятся ещё меньше, чему я буду несказанно рад. Неплохо. Пусть в бальной зале и горят бра и пара незаметных новых ламп, фальшивые свечи на люстрах, свисающих с потолка, выглядели действительно восхитительно. Свечи не способны осветить такую огромную комнату, неудивительно, что она использует люстры с ненастоящими свечами. Интересно, если кто-то помимо меня заметит, что свечки не настоящие, сможет ли это может стать проблемой для хозяйки торжества? Вероятно, Люденберг желала подчеркнуть свой имидж иль нечто подобное своими тратами на свечи из дорогостоящих материалов, но кое-кого сильно облапошили, даже я знаю, что нормальные восковые свечи выглядят иначе, они не блестят и по ощущениям шершавые или матовые, а не жирные, да и запах у них совершенно иной… Может, со мной что-то не так? Мне, выросшему в стандартных условиях, просто не понять такой роскоши, вот и причина того, что я придираюсь к Селес сейчас? Даже если я сам создавал себе репутацию, трудясь над ней не покладая рук, мне не осознать ценности столь полномасштабного вечера. Эта азартная львица вряд ли достигнет хвалебных отзывов, скорее её будут осуждать и она явно прослывёт распутной девой, что тратит свои богатства всем на потеху. Есть ли в этом смысл? Или Люденберг думает, что обыграет всех? Хм… Заметив скрытую от остальных фигуру, я искренне улыбнулся, и остановившись, поклонился в знак приветствия. — Рад видеть тебя здесь, Кируми. — Я тоже, Кокичи. — На поклон, горничная ответила мне реверансом. Её фартук с паутиной выглядел как всегда несколько устрашающе и гротескно. — Прекрасная девушка, что была рядом с тобой — сестра Рантаро? — Тоджо улыбалась по-доброму, я ответил ей тем же. Как хорошо, что у нас с ней нормальные отношения и она здесь, иначе бы я не знал, что мне делать, пока Нао ушла. Нет, я знал, что моя спутница отойдёт, ведь она уже упоминала об этом, когда мы собирались выходить из её поместья, и всё же, какое счастье встретить знакомое лицо средь всей этой толпы… — Именно так. — Возможно, я кивнул более самодовольно, чем требовалось, однако это было от искреннего восхищения моей парой. Наока по истине невероятная девушка. — Если ты хочешь, я познакомлю вас чуть позже. — Благодарю. — Кируми слегка загадочно глядела на меня, оценивающе и поддерживающе одновременно. Довольно странное сочетание, и после её последующих слов, смешанных с изумлением, я понял, почему взгляд светло-зеленых глаз был столь прожигающим. — Весьма необычно для тебя, быть столь вежливым. — Боюсь, если я не буду сегодня эталоном делового общения, то останусь за бортом. Девушка усмехнулась с моего чересчур честного замечания и, тихо помотав головой, глубоко вздохнула. Ну да, дышать здесь действительно нечем, слишком силён запах чужих духов. И только хотел я продолжить говорить, как лампа в бра рядом с нами моргнула, отвлекая нас от диалога, впрочем, освещение мигнуло лишь раз, вот только мне и этого было достаточно, чтобы насторожиться. Скачок напряжения? Надеюсь, никаких проблем не будет, не хочу потерять Нао в этой толпе, люди, как животные, будут рваться к выходу, если она попадёт в толпу, ей могут нанести увечье… К моему облегчению, в толпе показалась зелёная макушка в карамельном платье. Коллекционерка общалась с какой-то светловолосой девушкой в золотистом платье… Я видел эту особу раньше, в академии, возле Нагито и Чиаки, кажется… — Знаешь, Кокичи, мне даже нечего добавить, ведь это абсолютно верное замечание. — Слова Кируми привлекли мои внимание, и я навострил уши, слушая её тихий голос. — В этом месте один неверный шаг, взгляд, слово — уничтожают целиком. Спрячь свои страхи. Ты или останешься на борту, либо будешь тонуть без опоры под ногами. Поверь, она не оставит тебя так просто. И дело не в том, что твои ребята сделали глупость, нет, ты уже выиграл пари и замял это дело. В этом месте есть змея, и она выбрала своей целью слабое, по её мнению, звено. Если ты не сможешь отразить атаку, иль скажешь нечто, что можно будет понять по-разному — в покое тебя не оставят. Ты не можешь говорить прямо, однако и ускользнуть с крючка не сможешь. Слушая монолог талантливой ученицы, я кивнул. Как бы я ни был внимательным к нашему разговору, я тщательно осматривался, чтобы было как можно меньше свидетелей наших провокационных высказываний. К счастью, не было личностей, заинтересованных в наблюдении за мной, вот и славно… Заметив, как я вскользь осмотрел украшенную залу, колонны и двери, ведущие на второй этаж и балкон, Тоджо улыбнулась и продолжила более расслабленным тоном, словно её недавней пылкой речи и не существовало. Эта горничная так ловко подстраивается под ситуацию. Она действительно невероятно талантлива. — Хозяйка поместья действительно приложила много усилий, чтобы подготовить такой вечер. Это достойно уважения. — Но разве не ты, Кируми, занималась подготовкой к банкету? — Мои слова были пропитаны толикой недоумения и это вызвало на лице моей одноклассницы довольную ухмылку, которую она скрыла вежливым поклоном головы. — Да, это так. Я надеялась, что ты упустишь эту деталь из виду. — Прошу прощения, я был недостаточно вежлив? — Отнюдь. Будь и впредь начеку, подмечай каждую деталь, жест и взгляд. Впрочем, — Горничная тихонько, лукаво зашептала, — никто не мешает тебе затеряться в толпе. — Вновь вернув себе самообладание и привычное довольно прохладное выражение лица, абсолютная продолжила нашу беседу как ни в чём не бывало. — Кокичи, ты же умеешь играть в бридж, не так ли? Бридж? Ох, давно не брал в руки карты. То есть, мы часто вместе с D.I.C.E. играем, но в последние пару месяцев было отнюдь не до этого. Бридж очень сложен в понимании, именно поэтому его равняют с шахматами и го. Также из всех карточных игр именно бридж признан олимпийским видом спорта за свои высокие требования. Я предпочитаю играть в покер или в что-то попроще. Даже шахматы доставят мне большее удовольствие, чем бридж. Может, тут есть настольный теннис? Он тоже является признанным видом спорта, а также он часто встречался на светских вечерах, по крайней мере Наока говорила мне об этом. Эх, чёртов бридж… — Я когда-то играл. Этот навык может мне пригодится сегодня? — Одна из излюбленных игр героини вечера, а также в соседней комнате есть стол, за которым все часто собираются с эксклюзивной колодой карт. — Кируми видно поняла, что я был не слишком уверен в своих навыках игры, и чтобы поддержать меня, дева улыбнулась уголками губ. — Это не просто бал, а также это не обычный светский вечер. Двух одинаковых вечеров не бывает, и этот не исключение, Кокичи. Я знаю, что ты сможешь проявить себя в покере, многие гости здесь предпочтут именно его, тебе нужна лишь причина, чтобы присоединиться к другому столу, не так ли? — Я хотел поблагодарить Тоджо за её теплый совет, но не успел, ведь передо мной появился довольно неожиданный персонаж, которого я, отнюдь, не ждал. — Ах, какие прекрасные слова! Приветствую Вас, Кируми, Кокичи. Белые пряди Нагито были собраны в хвост, но его причёска всё равно была неопрятной, некоторые пряди просто были закинуты за плечи парня, делая вид молодого человека слегка небрежным. Впрочем, благодаря уникальному, деловому костюму, который по всей видимости, был сделан на заказ лично для абсолютного везунчика, Комаэда продолжал выглядеть завораживающе. Черный облегающий костюм был к лицу бледнолицему невероятному. Кривовато свисающий галстук был «изюминкой» данного костюма. На белом пиджаке были какие-то алые узоры, значения которых я не улавливал, возможно, они были сделаны для красоты. Наряд был действительно весьма впечатляющим, а когда парень протянул мне руку для рукопожатия, я заметил чёрные перчатки на его ладонях, но не замедлившись ни на миг, я пожал чужую руку. — Добрый вечер, Нагито. Или, точнее, ночь? — Ха-ха, не стоит уточнений. Мы ведь втроём не виделись с того случая с лотереей, не так ли? — Верно, кажется, что время пролетело совсем незаметно. — Это так… — Глаза абсолютного были полны веселья. Я, конечно, не ведал причины его смеха, но где-то внутри меня бушевала буря. Нагито — тот тип людей, с которыми я бы хотел сталкиваться как можно меньше. Его талант удивителен, однако его личность внушает всепоглощающий ужас… — О, Кокичи, позволь заметить, твоя спутница просто великолепна. Я никогда не видел столь обаятельной и деликатной особы. — Что? Когда он успел познакомиться с Нао? Ах… Да… — Благодарю тебя, Нагито. Наока действительно прекрасная, обворожительная леди… Ох, Нао была права, говоря, что правда — обескураживает. Я всегда это знал, но сейчас чуть не попал в просак… И серьезно… Неужели они общались после того, как Комаэда спас её от падения? Черт, не хотел об этом вспоминать… Теперь сердце из груди выпрыгивает… У Рантаро так тряслись руки, он так испугался, мне, конечно, было не всё равно, я больше беспокоился о Миру, что была там, наверху, однако пока я не удостоверился в том, что Наока дышит и Рантаро в порядке, я не смог уйти. Раньше я бы сразу же ринулся к Камомиру, но в тот день, я не мог уйти просто так… Я хочу найти её, хочу увидеть, что всё в порядке, волнуюсь, потому что подумал о том дне. — Боюсь, я должен оставить вас, чтобы поприветствовать других гостей вместе с моей спутницей. — Я склонился в лёгком поклоне, чтобы вежливо попрощаться. — О, конечно-конечно, ступай, Кокичи. Жду не дождусь, увидеть Вашу пару, кружащуюся в танце. — До встречи, Кокичи. Кстати, хочу сказать, что ты великолепно выглядишь в этом наряде, тебе стоит чаще посещать званые вечера. — Ха-ха, благодарю, Кируми, Нагито! Но уж увольте, ни за что! Словно поняв, что я был абсолютно точно недоволен последней фразой горничной, она тихо засмеялась. Тоджо-чан, я припомню тебе эту шалость позже, а теперь Нао… Я только что видел её зелёную макушку… К слову, разве слова Нагито не звучали странно? Он ждёт не дождется увидеть нас в танце? Что он имел в виду? Наока… Что же ты задумала? И эта Кируми с её светскими встречами. Ох, от одной мысли о том, что такие вечеринки будут происходить постоянно — в дрожь бросает. Может, я и люблю быть в центре внимания, однако это не значит, что я желаю быть на слуху вечно… — Наока! — Я поймал её руку, когда девушка стояла в тени зала, ища кого-то. — А, Кокичи? Что-то случилось? Когда наши глаза встретились, дева была слегка встревожена, но быстро пришла в себя, мягко улыбаясь. Она искала меня, я уверен. Я хотел поговорить с ней, однако ощущение лёгкой девичьей ладони в моих руках было достаточно для того, чтобы подавить моё волнение. Стоит ли мне спрашивать её о том, чего она хотела добиться? Вероятно, моей решимости узнать у неё что-то не хватило, ведь я тонул в оливковых глазах девушки, с тёплой улыбкой, забирающие мои тревоги и волнения одним взором и нежным словом. И даже когда я попытался выдавить из себя хоть слово, было уже поздно. В зал пожаловала главная героиня этого вечера под громко заигравшую музыку. Селестия во все услышанные поприветствовала гостей так, словно являлась потомком голубых кровей, не нуждавшаяся в ответном приветствии, уверенная в своём успехе. — Кокичи, — слегка коснулась меня локотком моя спутница, привлекая внимания. Продолжила она слегка недовольным тоном. — Не смотри на эту готическую лолиту таким пронзающим взглядом. Лучше посмотри на меня. — Наока… — Не зная, как реагировать на эту довольно милую реакцию, я кивнул на утверждение девы. — Хорошо. Что же, в любом случае в образе черноволосой девицы не было ничего привлекательного. Намного приятнее проводить время с коллекционеркой, что успела отпустить мою ладонь и прижала свою руку к моей, с нежной улыбкой, словно желая оказать поддержку. Нао права, не стоит сверлить нимфетку взглядом, ведь мы уже встретились с ней глазами, да и я поклонился ей в знак почтения, вызывая усмешку на её стервозном лице. Правда, совсем скоро алые глаза Селес дрогнули, когда увидели мою спутницу. Вряд ли эти двое пересекались, но, возможно, ещё никто не доложил Люденберг о том, кто моя пара на сегодняшнем вечере. Я прослушал всю речь и поздравления гостей, обращённых к хозяйке бала. Я наблюдал лишь за одной девушкой, что с глазами, сияющими ярче, чем звёзды, предложила мне сделать глоток шампанского перед решающим выходом на сцену. И вот, оркестр действительно начал играть мелодию вальса. Я немедля подал своей даме руку, и Наока легко приняла мою ладонь. Как на репетициях, скрывая волнение, вверяя себя в руки своей напарницы, я смотрел сквозь толпу, поглядывая на Селестию и гостей, чтобы не тревожить Нао своим взглядом. Ладонь на моём плече была невесомой, но девушка порой так сильно цеплялась в мою одежду, что я не мог перестать улыбаться. Не могу поверить, что я пришёл сюда и не один, а с ней… Я совсем не следил за своими ногами, единственное, что я ощущал, это тёплое дыхание девушки и её украдкой брошенный на меня взор. Несмотря на колкие взгляды множества людей, что следили за каждым моим шагом, я продолжал быть уверенным в себе, и с каждым разом, делая шаг назад, я позволял своей партнёрше сделать шаг вперёд. Коллекционерка делала то же самое, открывая для меня пространство. Венский вальс и впрямь был чересчур лёгким и весьма унылым танцем, но ощущение её руки в моей было сильнее любого иного чувства. Сольная партия грозилась начаться через минуту непрекращающейся круговерти. Вот-вот наступит проигрыш, и пара перед нами была весьма умела, ведь там была Люденберг, а значит именно мне предстоит остаться с ней тет-а-тет. Это ужасная новость. Наока говорила, что так будет, однако я даже не понял, как Селес поменяла партнёра во время танца, чрезмерно следя за собственными ощущениями и окружением. Этой нимфетке пришлось обогнуть треть зала, чтобы оказаться впереди, каким образом она сделала это? И никто её не осудит? Ужас… Мой едва ли сдержанный вздох заставил коллекционерку тихо засмеяться и когда я уже был готов к смене партнёра и попытался отпустить девичью ладонь, Нао повела меня за собой, ускользая в центр зала. — Н-Наока, что ты… — Я не успел сказать ничего больше, когда дева притянула меня чуть ближе, шепча на ухо. — Тш… Меньше волнений, шире шаг. Мы же выучили всё это, верно? — Нао… — Дева подала мне руку, как учила. Наши ладони разъединились и вновь соприкоснулись, мы начали ту самую сольную партию, которую должна была вести хозяйка бала. — Ты просто… — Просто стала важной фигурой этого вечера. — Её улыбка и глаза, сверкающее ярче звёзд, заставили меня влюбиться в неё снова. — Вместе с тобой. Я с лёгкостью смог повторить каждое движение, ведь мы достаточно практиковались вместе, да и сам я тоже старался выучить эти движения, даже без партнёра. К тому же, поднять Наоку и закружить её в центре зала было не сложно, она была очень лёгкой и хрупкой, даже для такого парня, как я. Её платье, разлетающееся в разные стороны, словно крылья и чистый смех отдавались в моей голове. Я рад, что у меня есть небольшая физическая подготовка, и здесь она мне пригодилась. Слишком поздно я обратил внимание на людей, что нас окружали. А когда я заметил, как остальные гости продолжили кружиться так, словно ничего не произошло, ухмылка на моём лице стала лишь сильнее. Да уж, я был слишком увлечён своей парой, чтобы понять, что произошло, однако у меня всё равно были кое-какие догадки. Вот, что Нагито имел в виду, когда говорил, что ждёт наше «выступление». Наока, ах ты хитрая лисица цвета карамели… Улыбка так и не сошла с моих губ, даже после завершения композиции. Наш поклон друг другу был безупречен, наступил следующий танец, но никто не торопился выступать, ведь гневливый взгляд азартной дивы был направлен прямо на меня. Вычурная шипастая корона, обрамляющая ореолом голову готической дивы, была чересчур помпезной на вид. Сама Селестия и впрямь походила на ядовитую розу, в своих чёрно-алых одеждах, напоминающих червонную королеву из Алисы в стране чудес. Будь это не светский вечер, я бы не сдержался и спросил: «Ну что, когда мне голову снесут с плеч?», однако я сдержал эту глупую шутку при себе, нежно коснувшись смущённой Наоки, подавая ей свою ладонь. — Приветствую Вас, Кокичи, леди… — Люденберг сама подошла к нам, так что мы не успели поприветствовать её должным образом, лишь поклонились, отдавая дань почтения и уважения. И этого было достаточно для выражения нашей «глубокой признательности». — Боюсь, мы ещё не были представлены. — Именно так, позволите ли Вы, — я посмотрел на абсолютную азартную девицу, с неподражаемой, полной положительных впечатлений, улыбкой. Адреналин в моей крови ещё бурлит… — исправить это недоразумение? — Конечно, прошу Вас. Я обернулся к своей спутнице, спрашивая её, не против ли она. Лицо Селестии вспыхнуло от гнева и той нежности, что я использовал для обращения к своей «леди». Вероятно, Селес считала себя неподражаемой героиней этого вечера, а ведь иначе и быть не могло, коль она подготовила столь шикарный приём, однако, разве я не всегда слыл своим невежеством? Так почему бы не подчеркнуть его. В любом случае я был достаточно учтив, и Люденберг не сможет возразить мне в этом. Нао тепло подтолкнула меня, позволяя мне провести нить между ней и отвратительной брюнеткой, что своими пылающими в гневе алыми глазами слала на меня проклятья. — В таком случае, Амами Наока — это Селестия Люденберг, абсолютный азартный игрок — хозяйка сегодняшнего вечера и моя давняя подруга. Селестия Люденберг — это Амами Наока, абсолютный коллекционер, моя обворожительная пара на этот вечер. — А только ли на этот? — Ловко подметила Селес мой слегка задержавшийся на лице Нао взор, но тут же продолжила, не заостряя внимания, однако позволив остальным зацепиться за мою спутницу. — Не могу не отметить, вы были великолепны, кружась в вальсе. Давно ли вы танцуете вместе? — Внимание черноволосой девы было приковано к нашим переплетённым рукам, впрочем, это не было проблемой. Я был уверен, что мы решим этот вопрос вместе с Наокой. Удивительно, что я верил ей. Всецело доверяющий лжец — звучит бесподобно… Заметив мою лёгкую заминку, Наока поверх наших рук положила свою, отвечая нежным, певчим голосом. — Мы знакомы уже продолжительное время, однако танцевать вместе начали не так давно. Мы очень быстро поймали ритм друг друга. — Убрав все даты, ловко ответила Нао, и бровью не поведя. Она действительно знает, как нужно себя вести, даже когда на тебя давят… Так почему же она так сильно зависела от Теруо, когда у неё такой своевольный и дерзкий характер? — Понимаю… — Смущённо ответила Селестия, сожалея о упущенной возможности для моего принижения. — Позвольте узнать, Наока, что Вы коллекционируете? — Попыталась зацепиться хозяйка вечера за слова моей спутницы. — Ох, это моя излюбленная тема, — сладко протянула моя пара, притягивая взгляды остальных гостей. — Улыбки. Я коллекционирую улыбки. Это было сказано так… Так маняще и чутко, что я растерялся лишь на миг, прежде чем тихо засмеяться. Круг людей, что стояли рядом с нами так же оценили шутку, и Селес, старающаяся сдержать внутри себя всю свою всепоглощающую ярость, так же неловко посмеялась. Взоры гостей были прикованы к нам из-за контраста, учитывая нежные тона наших с Наокой костюмов, мы были схожи с лебедями или, возможно, с воробьями. И этот контраст с маленькими птицами, противостоящими вороне, действительно завораживает, ведь так интересно наблюдать за такими мелкими стычками ангела и дьявола… И я уверен, что гости уже на нашей стороне, хотя мне всё ещё неизвестно, что сделала Нао. Обернувшись к Люденберг, я вежливо улыбнулся, желая поставить точку. — Я хотел поблагодарить хозяйку вечера, за этот прекрасный и теплый приём. Благодарю Вас, Селестия. — Я не позволил девушке опомниться и что-либо сказать мне, сразу же говоря на интересующую меня тему. — Мне бы хотелось узнать, этикет, правила и традиций какой страны или стран Вы предпочитаете видеть во время проведения своих мероприятий? — О, извольте, у меня нет какой-то определенной страны или традиции, но боюсь, после сегодняшнего вечера, мне придётся создать оную. — Взгляд острых алых глаз был очень красноречив. Талантливая дива так и желала заткнуть меня своим взором, однако брюнетка не ожидала того, что под тёплым и нежным ликом моей спутницы будет сокрыта дерзкая личина. — Неужели? Должно быть случилось нечто невероятно значимое, для Вас, Селестия. — В открытую намекнула Наока на случившийся ранее инцидент. Да уж, не думал я, что она поведёт меня в центр зала, но её смех, эта улыбка. Я готов отдать всё, чтобы увидеть её радость вновь… Мне стоит помочь Амами-чан… — Наверняка ещё множество гостей хотят поприветствовать Вас, Селестия. Позвольте нам откланяться. Я аккуратно поклонился, сделав шаг к хозяйке вечера, подав Люденберг руку. Она осторожно передала мне свою ладонь и я, наклонившись к её руке, не оставляя поцелуй, совершил акт вежливости в виде «сухого поцелуя». К счастью, азартная девица не стала нас задерживать, и мы ловко избавились от её общества, быстро пытаясь вырваться из удушающей толпы. Боже, я настолько был сфокусирован на Наоке и её действиях, что не заметил, как вокруг оказалось столько надоедливых личностей. Прижав девушку чуть ближе к себе, я повёл её к балкону, поскольку бледнота на лице моей подруги скорее всего была вызвана удушающим запахом духов, одеколонов и пота. Дева позволила мне прорваться сквозь толпу и проводить её на балкон, и стоило мне распахнуть пред нами двери и закрыть шторами окна, как сразу стало легче дышать. Коллекционерка, не скрывая своей усталости, попыталась облокотиться об каменные перила, но тут же пожалела об этом из-за холода. Сейчас не так уж и тепло, всё-таки уже ночь, да и зима была близко. Я снял пиджак и подошёл к девушке, что оставила свою шаль в бальной зале. Её зелёные глаза были пропитаны изумлением и смущением, однако Нао позволила мне надеть на неё мой пиджак беспрекословно, словно так и должно было быть. Меж нами была спокойная тишина, возможно, она и была наполнена небольшой недосказанностью и неловкостью, однако вместе нам было комфортно друг с другом. Бал будет продолжаться ещё часов пять, не думаю, что Наока выдержит это, ведь нам придётся быть на ногах целые сутки… Я уже думал, как правильно сбежать с этого удушающего места, кишащего змеями, как девушка привлекла моё внимание. — Нагито говорил, что Селестия любит бридж. Ты умеешь играть? — Удивлённо моргнув, глядя на холодное выражение лица моей спутницы, я натянуто улыбнулся. Мы стояли так близко и в тоже время думали о совершенно разных вещах. Нао не уйдёт отсюда и мне не позволит, она будет сражаться до конца, вот какая она… Что же, значит, мне придётся не отставать от неё и сделать всё, что в моих силах и даже больше. — Я лучше играю в покер, хотя и в бридж могу сыграть разок. На лице девушки распустилась слабая, полная усталости и счастья, улыбка. Вглядываясь в тёмное небо, едва ли покрытое облаками, Наока выглядела счастливой. Может, дело было в свежем, слабом ветерке, а может, в сияющих звёздах над нами, иль всему виной слабый, лунный свет, но девушка передо мной выглядела так прекрасно, что моё сердце не переставало бешено стучать. А от того факта, что она куталась в, грубо говоря, мою одежду, становилось до одури неловко, и в тоже время это казалось… Правильным. Будто бы так и должно было быть и никак иначе быть не могло. — Знаешь, Кокичи, — нежный глас девы был тихим, впрочем, я без особых усилий слышал голос Амами-чан, ведь стоило бы мне немного наклонится, как наши плечи бы соприкоснулись. — Селестия посмотрела на тебя таким взглядом, словно была готова испепелить тебя. Даже если она зла, под столькими взглядами трогать невинного ангела в виде меня и тебя она не станет. Конечно, я могла бы продолжить нашу с Люденберг беседу, да вот не было в этом нужды. Она умная девушка, понимая, что проиграет, Селес не станет лезть. Ей не хочется портить себе вечер, понимаешь? К слову, хочу заметить, что ты бы прекрасно справился и без моей помощи. — Поблёскивающие при лунном освещении оливковые глаза девушки переливались холодными притягательными оттенками. Зная, что вглядываться в чужие глаза — признак агрессии, я отвёл взгляд, стараясь сдержать свой внезапный порыв покусать губы от волнения. — Не думаю, что я смог бы провернуть такой невероятный трюк без тебя, Нао… — Я ответил честно, ведь это единственное, что мне осталось. Вряд ли я смогу соврать этой очаровательной дьяволице. — Когда ты придумала этот план? Тебе нужен был список гостей, чтобы заставить кого-то двигаться, когда ты шагнешь в центр зала? — Ха-ха, да, Кокичи-кун, тут ты подловил меня. Многие гости услышали мою просьбу и помогли нам, возможно, дело в правильных знакомствах, а может, в том, что не все присутствующие были рады находиться в этой бальной зале. Это было неожиданно, я знаю, впрочем, разве это не было хорошо приправленным блюдом мести, специально для неё? — Да, специально для неё… Мы стояли так близко… Я был рад, что смог накинуть пиджак на хрупкие девичьи плечи, иначе бы Наоке пришлось кутаться в своё тонкое платьице. Знаю, завтра, а может, уже и сегодня, пойдёт много слухов о том, кем мы приходимся друг другу. Тут было много влиятельных людей, однако меня мало это интересовало, обычно я бы думал об организации, а сейчас я беспокоюсь, не наврежу ли я Нао этими беспочвенными слухами. Да и так ли они беспочвенны… Девушка неловко положила голову мне на плечо, приподнимая подбородок, вглядываясь в мои аметистовые глаза, словно испытывая меня. И с моих губ вырвался вопрос. — Тебе холодно? — Глупо было спрашивать такое, всё-таки на улице было не лето, а поздняя осень, однако коллекционерка всё равно ответила. — Да, немного. Возможно, я был чрезмерно самонадеянным, пытаясь приблизиться к деве, однако Наоку можно было назвать ужасно гиперактивным человеком, которая сама не замечала, как подходила слишком близко. Может, мы и не так часто касались друг друга, но у нас уже возникали неловкие ситуации. Не страшно, если станет на одну больше, верно? К тому же сегодня я уже не раз обнимал Нао, неважно, делал я это для того, чтобы вытащить её из толпы или кружиться с ней в вальсе, это всё равно можно назвать слишком близким контактом для двух малознакомых людей, однако я рискнул прижать девушку к себе. Возможно, я делал что-то не так, но вопреки моим опасениям, девушка практически сразу расслабилась, положив руки на мои лопатки. Я был едва ли выше девы, что была в обуви на каблучках, но это не сильно мешало. Всё-таки несмотря на то, что разница у нас в росте не была большой, но я чувствовал, что Наоке было комфортно, и сам расслабился. Даже мне стало теплее, хотя ощущать чужое тепло я не привык… — Кокичи, слушай, как думаешь, мы… Девушка вздёрнула подбородок, явно не подумав о том, как близко находятся наши лица. Её губы едва ли коснулись моей щеки, однако сердце забилось быстрее. Оно и так билось быстро, но сейчас… Это стучало так громко, что сама Наока могла бы услышать, однако я не стал об этом думать, притягивая девушку чуть ближе. Мог ли я коснуться и позволить себе больше, чем есть сейчас? Нет, я слишком боюсь потерять то, что имею… Наклонившись, я положил свой подбородок на плечо девушки, своим дыханием опаляя её шею, заставляя Нао вздрогнуть. Хотя может, ей просто зябко от холода, и я выдумал эту едва уловимую реакцию. Сглотнув вязкую слюну, упиваясь нежным ароматом её духов, я ощущаю себя лишь хуже. Я не хочу её отпускать, поскольку чувствую невероятный комфорт, и в то же время мне хочется большего. Я такой… Жалкий и жадный человек… — Наока… — Я поднёс губы к уху девушки, мой голос надломился, больше походя на хрип. И в этот раз, я был уверен, что дрожь пробежала по телу девушки из-за моих речей. — Давай побудем так ещё немного… — Х-хорошо… Ответила она мне, едва уловимым шепотом, стараясь не спрятать своё лицо в ткани моей рубашки от смущения. Ну да, косметика же перепачкает одежду… Маленькие руки девушки сжали мои плечи, прижимаясь своей грудью ко мне ещё ближе, чем раньше. Размеренные удары чужого сердца будоражили воображение, но я не смел заходить дальше этой границы. Тепло и уют, что дарила мне эта девушка, нашёл глубокий отклик в моём сердце. Каждый её взгляд, каждое касание… Даже сейчас, я вспоминаю её храбрые и безрассудные поступки в мою сторону. Боже, я действительно ужасен. Эта доверчивая дива открылась мне, не думая о последствиях. Ах, если бы Нао осознала, какие мысли порой преследуют меня, ушла бы она сейчас? Или осталась бы? Жалость это иль сострадание? Могу ли я надеяться на то, что это хрупкое сердце трепещет от слабой влюблённости, а не от смущения? — Наока… Я хотел спросить её, хотя понимал, что могу разрушить этим очень многое, однако мне хотелось услышать ответ на свой глупый вопрос. И в этот же миг щелкнула ручка двери. Кто-то попытался открыть дверь, и девушка в моих руках смущённо вздёрнула голову, глядя мне в глаза. Я выпустил из своих объятий абсолютную и сделал шаг назад, отворачивая голову, прежде чем кто-то заглянул на балкон. Стоило двери закрыться, как с губ сорвалась нецензурная брань. И в ответ на моё «красноречивое» замечание, я услышал тихий, подобный колокольчику, смех, что становился всё громче. Ну вот, опять она смеётся с меня. Хотя какая разница, главное, что Наоке весело. Нежно улыбаясь, я украдкой наблюдал за девушкой, что всё никак не могла прекратить смеяться. Возможно, когда мы отпрянули друг от друга, у меня было забавное выражения лица или мои речи столь поразили деву? Кто знает… Насмеявшись вдоволь, заметив мой заинтересованный ею взор, дева невольно замялась, однако через мгновение, мягко усмехаясь, она позвала меня по имени… И я тоже позвал её в этот миг… — Кокичи… — Нао… — Мы сказали это одновременно… Ей стало ещё более неловко, да и мне тоже… — Кхм, давай сначала я… Ты не против? — Нет, кончено нет. Прошу тебя, Кокичи. — Смущённо ответила дева. Ах, я надеялся на то, что она всё же потребует сказать что-либо первой, ну что же, ладно… Подобрать слова было довольно сложно, однако моя манера говорить зачастую была складной, так что я быстро смог прийти в себя. — Мы были неподражаемы сегодня, и ты затмила собой все софиты этого вечера. Я бы… Я бы с удовольствием согласился на твою просьбу, ну знаешь… Прогуляться… — Это так неловко! Я отказывал ей множество раз, и всё, что я смог сказать сейчас, это вот это? Я чувствую себя жалко… Хотелось закатить глаза, ну или хотя бы спрятать своё лицо, но нежная девичья ладонь не позволила мне отвернуться. Её рука легко легла на мою щёку, и я неосознанно прильнул к этой ладони ближе, накрывая её своей рукой. Щёки Наоки вспыхнули, но руку она не отвела. — Неужели? Самый занятой и вечно непонимающий намёков юноша решил сделать шаг мне навстречу? — С хитрым прищуром произнесла девчушка. — Боюсь, если ты согласишься на одну прогулку, то я не отпущу тебя так просто. Нам придется видеться ещё чаще, чем сейчас. Ты и правда согласен на такую, прошу прощения, трату времени? — Конечно, она злилась, её голос был язвителен и в то же время этой манерой речи дева пыталась скрыть своё смущение, что было мне прекрасно видно. Я готов был потерпеть эту притворную злобу, всё-таки Наока часто звала меня развеяться и каждый раз я находил новую причину, чтобы не видеться с ней. К тому же слова девушки были соблазнительными, не один я ощущал химию между нами… — Да, я согласен. — Нежно ответил я, сжав ладонь девушки на моей руке чуть крепче. Если бы я мог, я бы оставил поцелуй на ладони девы, но боюсь, в таком случае мы вдвоём войдём в бальный зал покрасневшими от смущения. Поэтому мне пришлось парировать речи девушки словами и хитрой ухмылкой. — Потому что я знаю, что потрачу это время на прекрасную коллекционерку улыбок. — Ха-ха, Боже, Кокичи! Сдаюсь-сдаюсь, от этой сладости у меня в глазах… — Я подал Наоке аккуратно сложенный платок. — Благодарю… Как думаешь, что скажут Таро и Миру, когда узнают? Мне оставалось лишь неловко наклонить голову. Покамест я об этом не думал. Ну, Рантаро точно убьёт меня, в этом можно не сомневаться, а Камомиру… Ой, да она пробудет в недоумении недолго, Миру пыталась найти мне пару и раньше, может, она и не помнит об этом, но она всегда была той ещё свахой в детстве, удивительно, что моя дорогая психолог ещё не попыталась найти мне пару. Возможно, мне стоит благодарить Рантаро за то, что он привлёк внимание Миру-чан и не позволил ей думать о том, что мне не хватает чего-то в жизни. В любом случае, совсем скоро в академии пойдут слухи о том, что между мной и Наокой что-то есть, мы не сможем скрывать наши отношения долго, лучшее, что мы можем сделать — двигаться постепенно, не торопя события. Так что у меня есть только один выход из сложившейся ситуации… — Хм… Может, — я наклонился поближе к Нао, ощущая, как она замирает от прикосновения моих хладных губ к её горячим ушам, — мы им не скажем. — Пфф… Ха-ха! О да, будет весело, это звучит очень хорошо. В таком случае… — Девушка отпрянули от меня, стараясь скрыть свои румяные щеки за неловким смехом, протягивая мне свою ладонь. — Партнёры? — Партнёры? А только ли? — Ловко взяв руку абсолютной в свою, я парировал её атаку, вспоминая ядовитые слова Селес. Не стоит думать об этом… Я аккуратно поднёс её руку к своим губам, поцеловав костяшки девичьей руки через тонкую перчатку, заставляя деву смутиться лишь пуще. Она ловко вырвала свою ладонь из плена и прижала ручку к бешено бьющемуся сердцу. Мне было невероятно стыдно, что я позволил своей игривой, настоящей, части себя вырваться наружу и от этого ощущения вседозволенности и свободы я позабыл о чужих чувствах, зациклившись лишь на себе. И я уже хотел было извиниться, но девушка опередила меня, своим мягким, томным голосом. — Кто знает, Кокичи. Кто же знает… Улыбка сама появилась на моём лице, и я скрыл её притворным кашлем. Под лунным светом, кутаясь в пиджак, что был на пару размеров больше её, в тонком платье, с ветром, что растрепывал волосы… Она выглядела восхитительно. А нежный румянец на лице Наоки был невероятно соблазнительным. Милая… Слишком милая. Боже, я не понимаю, как я мог раньше позволить ей приходить ко мне в комнату, да и то, как мы по вечерам проводили время вместе за приставкой… Я всегда замечал эту красоту, но сейчас… — Наока… — Я поправил выбившуюся из её волос, прядь. — Давай вернёмся и потанцуем. Я уверен, нет девушки красивей в этой бальной зале, чем ты. — Кокичи… Да ты… Ты отказывал мне столько раз, а теперь… — Её взгляд опустился ниже, показывая неуверенность, но я приподнял голову зеленоглазой дивы аккуратным движением, чтобы заглянуть ей в глаза. — А теперь передо мной самая яркая звезда этого вечера, которая настаивала на том, что лишь она достойна быть в центре зала. То ли не найдя слов, то ли не желая препирательств, девушка обняла мою руку, позволив мне вести её в зал. И лишь краем глаза я заметил самую яркую и счастливую улыбку Наоки, что она мне показывала…