Тикток и гей-клуб

Юнги с Хосоком никогда не одобряли желание Чонгука как-то прославиться в соцсетях за счёт их своеобразного образа жизни. Конечно, сейчас многим в интернете нравится наблюдать за тем, как ровесники веселятся под градусом и вытворяют хуй знает что. Из этого сорта людей как раз друзья начинающего тиктокера. Ну или просто Чон Чонгука, который за последний месяц телефон из рук не выпускает, когда Хосок берётся за банку пива. Гук уже видел подобные тренды, когда компания парней ходила в гей-клуб, однако самому было плестись туда страшно, а просто так ни Хосок, ни Юнги ни за что не согласятся. Наверное, именно по этой причине, за неделю до похода в этот Ад, Чон собрал друзей, также пригласив в компанию Чимина и Тэхёна, чтобы выиграть спор с двумя лучшими друзьями. — А что такого сложного в том, чтобы нам всем вместе по приколу сходить в гей-клуб? — спрашивает Чонгук, когда одерживает победу над парнями. На его вопрос Чимин чуть не выплёвывает пиво, которое допивал за уже уснувшим за его спиной Тэхёном. Пак, конечно, знал, что его друг немного того на голову со своей попыткой попасть в рекомендации, но чтобы настолько? — Вы же сами говорили, что не геи, так какая разница? — Знаешь, я же говорю, что ненавижу оливки, — встревает Юнги, отталкивая Хосока назад, чтобы тот промолчал, — следовательно, я не закажу салат или пиццу с оливками. Суть уловил? — А если осторожно подмешать тебе эти оливки? — внезапно спрашивает Хосок, слегка проливая пиво на домашние серые штаны своего друга, который выглядел бы слишком устрашающе, если бы не три бутылки соджу, которые они успели осушить. Ну, как они, в основном соджу пил один Юнги, остальные обошлись пивом. — Ты же не будешь их выплёвывать. — Айщ, делайте что хотите, — сдаётся старший, получая в ответ смешок Чонгука. — Ты сейчас серьёзно? — спрашивает Чимин. — Пойдёшь в клуб с тем, кто просто половину времени будет снимать вас на телефон? Не боишься за то, что это увидит твоя мама? — Чимин, моя мама видела, как меня вырвало на обочину, потому что этот тиктокерский придурок снимал весь процесс, в то время, как один Хосок искал воду и таблетки, хотя сам напился, что мама не горюй! Серьёзно, чувак, тебе пора заканчивать с этой манией снимать всё, что происходит вокруг тебя. — Но мои подписчики уже вас шипперят, — признается Чонгук, потому что прекрасно понимает, что Юнги с Хосоком пусть и смотрели его клипы, но ни разу не удосуживались спускаться в комментарии. Младший даже видел вырезку моментов с этими двумя и уже сильно сомневается, что этим двоим могут нравиться девушки. — Пиздец, — тяжело вздыхает Юнги, — я точно пожалею о том, что пойду с вами туда.

***

Если Хосок сегодня оделся как и всегда, не думая, что для похода в такие клубы нужно выглядеть «как гей», то Юнги сильно позаботился о своём внешнем виде. В самом деле, не так много он сделал преображения, лишь попросил свою подругу нанести тональный крем и подобрать естественный цвет теней. Лёгкий и довольно натуральный макияж. Чонгук, в общем-то, тоже никак не готовился, лишь модно причесался, в очередной раз выглядя, как настоящий айдол. Все друзья всегда говорили парню об этом, однако он ещё настолько ребёнок в свои двадцать, что будет морально не готов к тем нагрузкам, которые заставляют выполнять в компании. Ах да, Чонгук очень любит кушать, много кушать. Наверное, если бы не тикток, он бы стал вести свой канал с мукбанками, а то и вовсе АСМР. — Я думал, что пройти будет труднее, — с облегчением говорит Хосок, когда они проходят в клуб. — А вдруг они вас уже знают? — усмехается Чонгук, однако после внезапного напряжённого взгляда Хосока и Юнги, парень уже думает, что это была не шутка. Практически в течении часа не происходило ничего интересного, они втроём пили какой-то алкоголь, просто тыкая в меню и прося симпатичного официанта принести что-то с кислотным цветом. Первые коктейли отдалённо напоминали мохито или пина коладу. Кисло, но пить можно. Юнги что-то листал в своём телефоне, а Хосок засматривался на таких же гостей на соседних столиках, словно кого-то высматривал. Чонгук уже доставал телефон, чтобы заснять общую атмосферу для видеоролика, а после вместе с двумя друзьями стал заниматься своими делами, уже расстроенный тем, что ничего интересного сегодня не произойдёт. До одного момента. Ох, этот момент должен был рано или поздно настать. К парням подсаживаются двое парней, которые представились, как Намджун и Джин. С виду не сказать, что они вообще отдалённо хотя бы были похожи на гомосексуалов, но Чонгук с охотой поверил в их крепкий мужской союз. Нет, он ни в коем случае не гомофоб, ибо сам три года назад признал сам для себя свою бисексуальность. А Сокджин был достаточно симпатичным, будь Гук чуть смелее, он бы предложил очень интересное занятие втроём. — Мы заметили, что вы тут уже на протяжении часа скучаете, — говорит Джин, подзывая официанта и прося его принести несколько коктейлей, которые точно будут опьянять, а не то говно, которое заказывали парни до этого. — Вы уверены? — нервно спрашивает Юнги. — Хосока уже вот-вот разнесёт с этого дерьма, — указывает он на парня рядом с собой. — А вы типа встречаетесь, да? — спрашивает тёмноволосый, с интересом глядя на Хосока, который в тотчас поднял взгляд на парня напротив, ясно дав понять, что и так всё понятно. Наверное. — Просто… выглядите, как пара. — Приятно слышать, — натягивает улыбку Юнги и пихает локтём Хосока, чтобы тот не смел пугать их новых знакомых, которые точно заплатят за их выпивку, более крепкую и дорогую. В самом деле, Мин давно не целовался, поэтому хотел бы воспользоваться моментом на сей раз. После присоединения к компании трёх парней Джуна и Джина, стало намного веселее. Последний много чего рассказывал, отчего Чонгук громко смеялся, пока Юнги с Хосоком втихаря напивались. В определённый момент всё стало меняться, Чонгук постепенно начал снимать новые виды на свой телефон, музыка менялась от одного хита к другому и в целом атмосфера приобретала хороший вид. — У меня есть классная идея, — внезапно говорит Джин, на что двое других парней поднимают головы, ибо Чонгук всё время внимательно слушал своего хёна. — Что насчёт того, кто первый разорвёт поцелуй, тот и будет платить? — Вы уверены? — спрашивает младший Чон, поскольку у самого него денег не осталось, не говоря уже о Юнги с Хосоком. Хотя, может быть, они и правда смогут перебороть свою натуральность, как думает Гук. Кажется, он остался последний, кто ещё не понял, что гейские шутки Юнги и Хосока вовсе могут быть и не шутками. — Абсолютно, — внезапно произносит Хосок, беря одной рукой Юнги за щёки и поворачивая его голову к себе. Их взгляды встречаются, Мин совсем не ожидал такой подставы, чтобы вот так спалиться перед Чонгуком, всё это время наивно играя парня, которому нравятся девушки. Боже, было очевидно, что у него с Хосоком недо-дружба и недо-гомосекс. Хосок кладёт руку на бедро Юнги, соприкасаясь с тем губами и утягивая в долгий страстный поцелуй. Пока музыка бьёт громкими басами, сердце старшего пропускает сильные удары, норовясь выпрыгнуть из груди в следующую секунду. Он совсем не ожидал, что алкоголь так подействует на смелость Хосока, и тот в самом деле захочет целоваться на протяжении нескольких минут. Джин старательно не уступает Хосоку, потому что пусть у него и есть деньги, чтобы оплатить за всех, но сама суть быть проигравшим — не очень радует. Юнги обхватывает шею Хосока руками, прижимаясь сильнее и уже пуская в процесс язык, сталкиваясь с чужим в страстном слюнявом поцелуе. Ещё немного и старший будет готов залезть тому на колени, а ведь между ног уже всё рвётся наружу и, если они сейчас не прекратят, Мин точно накончает в свои узкие джинсы. Намджун первый сдаётся, отстраняясь от Джина и виновато смотря на любовника, в тот момент, когда Хосок даже не показывает своей усталости. Они с Юнги готовы целоваться хоть до самого утра без перерывов. Это то, что они двое любят. Однако спустя полминуты Юнги также отстраняется, тяжело дыша и смотря на парня напротив себя. Хосок слишком сексуален в неоновом освещении и хочется его утянуть куда-нибудь в туалет или чёрный выход, чтобы трахнуться. Похуй где. — Я в ахуе, — единственное, что говорит Чонгук, когда Юнги безцеремонно куда-то утягивает Хосока за руку, оставляя своего друга одного. — Я думал, что они натуралы. — У них из натурального только макияж, который они нанесли на себя сегодня, — усмехается Намджун, откидываясь на спинку дивана.

***

На улице достаточно прохладно и в то же время опасно, потому что в любой момент персонал или кто-нибудь из посетителей может выйти через чёрный выход, заметив пару. Однако сейчас это мало волнует Хосока с Юнги. Младший прижимает Мина к холодной стене, вгрызаясь в чужие губы страстным долгим поцелуем, руками расправляясь с ширинкой своего возлюбленного. Юнги сдавленно стонет, когда Хосок накрывает его член рукой через тонкую ткань боксёров, которые также приспускает. Старший ахает, откидывая голову назад и больно ударяясь об стену, из-за чего алкоголь ещё сильнее крутит сознание, заставляя просто отдаваться желанию. Руки Чона поднимаются вверх, забираясь под чёрную толстовку Мина, пальцами касаясь чувствительных сосков, на что тот вздрагивает от прохлады чужих фаланг. Он определённо кончит слишком быстро, если Хосок продолжит оттягивать. — Может, поможешь мне? — спрашивает Чон, оставляя мокрый след от поцелуя на шее Юнги. Тот кивает, дрожащими руками ухватываясь за ремень и звеня бляшкой ремня, который поддаётся не с первого раза, но Юнги справляется. Следом звук вжиканья ширинки и за ним остаётся самое лёгкое — стянуть проклятые штаны. Хосок тяжело дышит, хватая старшего за ягодицы и приподнимая, перед этим сплёвывая в руку и растирая слюну по всему члену. Без смазки и всех прелюдий достаточно тяжело, но старший справляется и даже достаточно свободно принимает в себя член, ахая от того, насколько же до больного наслаждения его раздирает изнутри. Юнги обхватывает руками шею Хосока, прижимаясь губами к чужим, сливаясь с ним в мокром и достаточно глубоком поцелуе. Они соприкасаются языками, пока Хосок совершает пробные толчки, плотно прижав парня к стене. Они могут вот-вот спалиться. Тут могут быть камеры. Им всё равно. Толчок за толчком, темп увеличивается с каждой минутой, из-за чего Юнги стонал бы во всё горло, если бы не вечно занятые губы в поцелуях. Только таким способом Хосок может заткнуть любовника, лишь бы никто не пришёл за звук стоном и выкриков «Да, блять, ещё!». Вряд ли есть другое объяснение подобным словам, кроме как секс. Никто из них двоих не думал, что поход в клуб и спор на самый продолжительный поцелуй, пока их тайком снимает Чонгук, сможет превратиться в то, что происходит прямо сейчас. Чёрт знает, что именно повлекло за собой такой приятный конец вечера, но, в любом случае, Юнги и Хосок останутся довольными. Если их, конечно, не выгонят из клуба за непристойное поведение. Даже не в туалете. — Б-блять, быстрее, пожалуйста, — сдавленно стонет Мин, сильнее ухватываясь за чужую шею, чтобы прямо сейчас не упасть на пол в судорогах после оргазма. С последними толчками член проезжается по простате, на что старший бы взвизгнул, если бы не очередной поцелуй, которым Хосок затыкает крикливого Юнги. Он слишком громкий в такие моменты и Хосок это знает не понаслышке. Всё-таки, салат с оливками ему может быть по душе, а тогда перед Чонгуком была разыграна очень наивная сцена «Я не гей, тебе кажется», в которую младший поверил сразу. А сегодня ахуел от реальности событий. — Потерпи, малыш, уже скоро, — шипит Чон, глубже толкаясь в парня, которого сейчас точно готов сложить пополам, сломать к чёртовой матери, потому что нельзя быть таким гибким и так принимать в себя член, приятно стягивая мышцами. Такого Хосок давно не испытывал, поэтому с особым желанием толкается последний раз, прежде чем резко покинуть тело любовника и кончить, пачкая чужие штаны спермой. — Ёбаный в рот, ты мог быть чуть осторожнее? Я бы не обиделся, если бы ты кончил в меня, но Хосок, это новые джинсы! — ругается Юнги, понимая, что ещё полчаса будет позорно отмывать пятно в туалете. — Пиздец. — Да ладно тебе, — усмехается уставший Чон, чмокая парня в губы. — Согласись, тебе же всё равно всё понравилось, не смысла юлить. А в туалете мы можем продолжить. — Лучше заказать убер и уехать нахуй, пока у Чонгука не появилось больше компромата на нас. — Тогда натягивай штаны быстрее, иначе сюда прибежит, оливочник мой.