Вместе

Муан сидит напротив Эры, сжимая в руке пиалу с чаем. Ссора из-за Шена ещё не разрешена, а он должен ей сказать про их отношения. От такого расклада приходится лишь кусать щеку, и бессильно злиться, но если она не узнает, или узнает сама, то будет намного хуже. А она ведь даже не знает про связь. — Так как все у Старейшины Шена? С ним все в порядке? Муан расслабляется. Вопрос относительно нейтральный. Просто "в порядке" вполне подходит. — Я его люблю. Эра, держащая пиалу, роняет её, расплёскивая чай. Милая улыбка на её лице не исчезает, но с холодными краями застывает. — Что... Ты имеешь в виду? Муан вдыхает поглубже. Черт, где его фильтр речи? Хотя, сейчас самое время сказать все, больше он не посмеет. — Я его люблю. Он любит меня. Всё взаимно. Он не собирается умирать, а связь не уничтожена. Её руки дрожат, а улыбка резко сходит. Потрясенно она смотрит, как на полу разливается чай, а Муан откладывает свою пиалу. — Я знаю, что ты не одобришь, — начал он, — Ты волнуешься за меня, но... Даже если ты нас разлучишь, уничтожишь связь, потому что это может навредить, я не отступлю. Я правда его люблю. Прямо как родители друг друга. Эра отмерла, смотря на него, — А когда он утянет тебя... Ты просто бросишь меня? Муан нахмурился, — Мы не можем контролировать жизни близких нам людей. Можно только насладиться их обществом, а потом отпустить. Я умру рано или поздно. Шен тоже. Но... Если это произойдёт со связью, то для меня это будет благословением. — Значит бросишь... — Выдохнула она, — До чего он тебя довёл... Ты правда его так любишь? Не говоришь из-за отчаяния, что по глупости до смерти связал себя с человеком, а теперь успокаиваешь и меня и себя, что любишь? — Каждый раз я бы- — Замолчи! — Крикнула она, — Я слышать этого не хочу. Почему ты не избавился от связи?! Да что он с тобой сделал? Эра вскочила, пачкая обувь в чае. На её глазах блестели слезы. Когда хлопнула треснувшая дверь его комнаты, Муан подумал, что это будет долго. Она смирится, придёт на их свадьбу и посмотрит новыми глазами на Шена. Просто нужно подождать и уверить её, что нет ничего кроме любви. . Шен пытается прикрыть лицо рукой при взгляде на Лисицу и Онэ. Он думал, что идея пригласить их на чаепитие, рассказав о их новом члене семьи — хорошая. И приглашенная нечисть сначала вела себя прилично. Лисица пыталась сесть на манер воспитанных дев, только мешали массивные хвосты за спиной. Долго сидеть смирно, не получилось. Шен наблюдал по минутам, как прилежная поза сменялась на ленивую и развязную. Чаепитие тоже с ней не вышло; В одной из её сказок, при сильной жестикуляции она взмахнула руками так сильно, что вылила содержимое пиалы на Шена. Рассмеявшись, она замахала девятью хвостами, чуть не угодив одним в камин, подняв пыль вторым, и свернув все ближайшие книги третьим... А ведь их девять! Онэ был лучше. Подобрав все волосы, он сложил их в виде огромной подушки, оставив лишь две пряди вместо рук. Аккуратно руководя ими, он пил чай, ел конфеты и вёл себя спокойно. Пока, смеясь, лисица не ударила его по лицу. Он словно неваляшка, качался из стороны в сторону, и, не найдя равновесия, упал. Его подушка исчезла, превратившись в смертоносные плети, скручивающие хвосты Лисицы, пытающиеся прижать её к полу. Они устроили драку. Шен правда не хотел разочаровываться в них, но... Лисица и Онэ попали в безвыходное положение. Волосы оплели Лисицу, фиксируя её в одном положении, но, не растерявшись, она схватила волосы Онэ под корень. Они оба не могли двигаться без своего поражения, и остались в таком виде. Шен не стал их разнимать, просто подхватывая свою вазу с зацветшей веткой. — Я вас позвал сюда чтобы сказать важные новости. Я люблю Муан Гая. Возможно, мы с ним поженимся. Хотя, нет. Мы с ним поженимся. Он ваш новый член семьи. Я его люблю. Ошеломленно они уставились на него. — Думаю, все сказал. Лисица завизжала, — Братик! Когда ты завёл себе любовника! Что бы Мать на это сказала! Особого отвержения в голосе не было, так что он просто уставился на Онэ, ожидая его ответа. — Он сильный. Защитит тебя если что. Это хорошо. Помолчав, он добавил: — Мать бы порадовалась. Шен нежно улыбнулся. Такое его вполне устраивало. . — Малявка, так зачем ты меня сюда позвал? Не то чтобы я против, но такого не было никогда. Что-то случилось? Шен вертел пиалу с карпами, поедая принесенные конфеты. Шуэр... Не любит Муана. После случая в купальне, все хорошее между ними испарилось. Он явно будет против. — Я бы хотел кое-что прояснить, — Просто объясняет он, а Шуэр напрягается. Решая не тянуть время, он быстро начинает, — Я про случай в купальне. Тогда Старейшине Муану подкинули очень мощный артефакт. Он не мог сохранить рассудок, а потому напал на ближайшего — Меня. Лицо Шуэра скривилось, слушая это одно и тоже в который раз. Неужели он пригласил его со столицы только повторить оправдания. Он открыл рот, чтобы высказать свое мнение, но его перебили: — "Это не даёт ему оправдания", хотел бы ты мне сказать. Но это не все. Я очень надеюсь на то, что вы найдёте общий язык, а ты посмотрел на него под другим углом. Это все я говорю для дальнейшей новости. Он набрал в грудь воздуха, что бы выпалить признание, когда Шуэр заговорил: — Что вы — любовники? Он спокойно покачивал пиалу в руке, подпирая щеку рукой. Шен подавился, заикаясь, — К-Как ты... — Я думал, что вы уже ими были, но в этом свете... Когда? — Месяц, — прошептал он, опуская глаза. — И ты его любишь? — Очень. Шуэр протянул что-то разочарованно нечленораздельное. — Совет вам да любовь. Если сделает хоть что-то не так, иди ко мне, и я разберусь. Шен улыбнулся.