Daechwita.

Страшно... Зимний ветер завывал снаружи избы и мальчик начинал дрожать не только от ужаса, но и холода. Рядом лежало тело кормилицы, её глаза были раскрыты от внезапной смерти, карий цвет потускнел, словно из глазниц вынули настоящие глаза, поместив туда кристаллики стеклянных шариков. Тело не излучало тепло, когда мальчик потянулся ладошкой, чтобы разбудить женщину, ведь детское сердце не понимало, что её уже в живых нет, бедное дитя не сталкивалось со смертью лицом к лицу никогда ранее, потому что был мал, да и не должен был. Лекари говорили умершей, что ребёнок не выживет, что пытаться не стоит, даже мать согласна была, но не кормилица, кто солгав увезла мальчика с собой. Но везде были враги, никогда не знаешь, что произойдет в следующую секунду твоей жизни и она не знала, но она смогла помочь ребёнку победить недуг. Дверь отлетает с петель, пугая так сильно, что мальчик вскрикнув прижимается к ледяному телу и зажмуривает от страха глаза. -Боги...-слышит он мужской голос, когда его касается чужая рука, мальчик тихо начинает плакать и хочет сбежать -Тише дитя, не бойся меня! Ребёнок слышит второй голос, открыв глаза, смотрит на другую женщину в мужской одежде, кто опустилась рядом с умершей на колени, начиная плакать. -Она не смогла все же спастись...-тихо всхлипывает женщина. -Она знала, на что идёт! Мы её предупреждали, таков был её выбор и отныне мы с тобой должны оберегать этого ребёнка! Он наш ключ! -Да...да...-утирая лицо рукавом своего одеяния, она переводит взгляд на ребёнка и улыбается -Здравствуй Агуст, меня зовут Мина. Отныне...мы твоя семья! -Тебе больше не нужно бояться, мы тебя защитим!-кивает мужчина и мальчик кивает в ответ, только в голове была путаница, которую он сможет разобрать лишь тогда, когда начнёт становиться старше. *** Чонгук садится рядом на диван и ждёт, когда хён начнёт все рассказывать, но младший чувствовал панику старшего, как страх хёна передавался ему и сердце бешено заскакало внутри. -Хён?-взяв его руку, чтобы как-то успокоить друга, Чонгук говорит тихо и медленно. -Чонгук-и...я должен был сказать тебе...сразу, но не мог этого сделать...-вдохнув побольше кислорода, Джин наконец переводит взгляд на младшего и не видит на лице ничего, лишь вопрос -Перед тем, как я всё тебе расскажу, я хочу сказать тебе, что очень люблю тебя и делал всё это...потому что боялся, что ты отвернешься от меня! -Я бы никогда!-недовольно прерывает друга младший, нахмурив брови и сжав руку сильнее. -Погоди...выслушай меня, не перебивай пожалуйста! Чонгуку лишь остаётся кивнуть, чтобы этот разговор дошёл до того момента, как считает хён, который может привести к каким-то проблемам, глупый хён. -Мы с тобой попали сюда, но с нами вместе в мое время попал не твой хён...не Юнги Чонгук-а...сюда попал о н. -Что?-рука старшего соскальзывает и младший встаёт с дивана. -Да...-Джин встаёт следом, ком образовавшийся в глотке не даёт словам звучать четко и громко, что приходится откашливаться, старший понимает, он чувствует ярость человека рядом и боится, что это всё направлено на него -Увидев радость в твоих глазах, я не посмел разбивать тебе сердце, потому что видел... -Ты не должен был это скрывать от меня!-будто рычит Чонгук -Я лелеял пустую надежду, что мой брат был здесь и что мы скоро встретимся! Ты лгал мне и сделал только хуже! -Чонгук...-умоляет Джин, желая взять за руку друга, но тот отшатывается назад. -Если бы ты сказал сразу, мне не было бы так больно, как сейчас! Ты просто вонзил эту правду, как лезвие ножа мне в сердце!-мотает головой младший. Намджун разбуженный громким голосом младшего друга, выходит в гостиную и смотря на своих друзей, чувствует тяжесть атмосферы, которая только накалялась. Он понял, что Джин всё рассказал Чонгуку и тот был в бешенстве, но и старшего можно было понять. -Потому что я хотел подготовить тебя!-взмахивает руками старший, желая быть понятым. -Я не ребёнок! Я уже мужчина хён и был им с младших лет, потому что за моим старшим братом объявлена была охота! -Для меня же ты, как младший брат и ты попал сюда по моей вине!-Джин чувствует боль, эмоциональную, которая была намного хуже физической. Он знал, младший прав и лишь эгоизм старшего не позволял рассказать Чонгуку об этом, только чего он боялся? Если бы он только подумал, как следует, заткнул бы страх, и всё бы рассказал сразу, Чонгук бы не возненавидел его и в этих карих глазах сейчас не было бы той ярости, с которым смотрели на него сейчас. -Если бы ты доверял мне... -Я доверяю!-выкрикивает он, наплевав, что соседи могут наведаться с требованием быть потише -Доверился ещё там, не раздумывая! Последовав за этим чудовищем, кто угрожал мне, что убьёт тебя если я сбегу! Чонгук расширяет глаза. -Я доверял тебе, даже не задумываясь, что тогда мы были чужими людьми!-голос надламывается, переходя на шёпот. Намджун наблюдавший за ними, больше не может оставаться на стороне, он не может видеть боль друга, так было всегда, сердце не выдерживало и поэтому подходит ближе. -Я думаю вам стоит поспать ребята! Поговорите завтра на ясную голову! Чонгук продолжает смотреть на Джина, но старший не смотрит на него, он смотрит на свои руки, дрожащие пальцы и не может больше вытолкнуть слова. -Думаю...ты прав... Развернувшись, Джин уходит в свою комнату, тихо прикрыв дверь за собой дверь, Намджун же продолжает смотреть на младшего. -Я тоже знал, значит часть своего гнева ты должен направить и на меня, так будет справедливо. -Я...я не...-Чон хватается за голову, садясь на диван, смотрит в пол и начинает дышать глубже, пытаясь потушить пожар внутри. -Джин-хён такой человек, кто будет принимать удар за ударом на себя мелкий, но об этом он не расскажет никому, в одиночку проходя через боль и страх!-Намджун садится рядом, опустив руку на чужое плечо чуть улыбаясь, замечая, как младший понемногу начинает расслабляться -Я знаю это злит, но поверь моим словам, это только в самом начале! Я тоже дулся, тоже показывал, как меня это раздражает, но однажды, когда я заболел, хён забив на всё, сидел рядом, заботился обо мне и мне стало стыдно. Я начал анализировать, вспоминая все свои промахи, за которые мне ничего прилетало, понимаешь? Ведь он всегда всю вину брал на себя! Опоздали на нужную пару, где препод изверг, хён сразу просил прощения, за обоих! Случайно что-то сломал, Джин-хён бежал признаваться, что это он сделал и после оставался после изнурительных лекций, чтобы отмыть спортзал и коридоры, лишь бы я отдохнул! Я ругался с ним, говорил, что сам могу всё, но он ведь делал это ради меня! И теперь зная всё это, я стараюсь заботиться о нем так же, потому что он заслуживает этого Чонгук-и! И скрыв от тебя правду, он хотел лишь уберечь тебя! Подумай над этим и ложись спать! Когда Намджун уходит, Чонгук уходит на кухню, налив себе воды из графина он усаживается на подоконник и смотрит в окно, где город горел своими ночными огнями освещая всё вокруг. Он раз за разом перематывает в голове разговор ранее и выдыхает. Если Агуст был тут, значило ли это, что Чонгуку грозит опасность? Только эта мысль его отчего-то не пугала, ненависть к лжецу не давала страху поднять голову. Но Чонгук задумался о другом, и тут кольнуло в сердце. Если Агуст был тут, и он был так близок к ним, означало ли это, что именно Джину эта опасность грозила? Стакан соскальзывает с руки и падает на пол, разлетаясь сотнями осколков. Джин прибегает сразу и включает свет. -Боже, что произошло? Намджун прибегает следом. -Вы че, посудой друг в друга уже швыряете? Не наорались? -Ты его видел?-тихо шепчет Чонгук Джину -Ты видел его, да? Джин молчит, но заметно напрягается, только младший наплевав на осколки, сползает с подоконника и подходит быстро к старшему. -Чонгук!-ужасается Намджун, заметив, как осколки порезали кожу ступней младшего, оставляя на полу кровавые следы. Чон крепко обнимает Джина, сильно прижимная к себе, чтобы хён не смог уйти. -Прости меня...-шепчет Чонгук -Пожалуйста... -Я не сержусь, всё хорошо!-обняв в ответ отвечает Джин -Пойдём, надо обработать твои раны, дурень! Чонгук пристально смотрел на хёна, чуть с расширенными глазами, что старшему пришлось поднять голову и убрать вату. -Чонгук... -Я буду оберегать тебя!-не даёт сказать что-то ещё Джину младший -Юнги-хён защищал тебя, теперь это буду делать я! Я даю слово хён!