Мастер кидо / Реинкарнация в RWBY

Отец смог прийти в сознание только через полчаса, но, как я и боялся, он все же получил травму. Пришлось ехать в травматологию. В которой врач помимо обширной гематомы на груди от вмявшегося внутрь нагрудника, обнаружил два сломанных ребра. Весь вечер я чувствовал себя виноватым. Отец же напротив, улыбался и выглядел довольным. На вопрос о том, что его так веселит, он радостно ответил, что переломы послужат ему напоминанием о том, как крепки семейные узы между нами. Я не понял, что он хотел этим сказать, но корить себя всё же перестал. Уже будучи дома, за кружкой горячего какао мы разобрали, кто какие ошибки совершил в недавнем бою. С моей стороны в этот раз ошибок не было. А вот отец признался, что недооценил меня. Ранее в наших спаррингах я неоднократно применял против него Бакудо №9: Хорин. И он был уверен, что легко разорвёт его. Но неожиданно для него я усилил кидо последующим прочтением заклинания. Такой способ я освоил недавно и впервые его применил против отца. Это и был мой козырь в этой битве. Ну, а дальше он уже не успевал освободиться и пришлось принять хадо на грудь. Остаток вечера я провёл в кругу семьи, играя в настольные игры. Впервые в моей груди возникло странное ощущение. Что-то приятное, но в тоже время щемящее. Странно. *** Вот и наступил день моего отъезда. Сейчас я стоял перед дирижаблем с походным рюкзаком на спине и прощался с родителями. Я отправлюсь в Вакуо и мы не увидим друг друга ещё три месяца, поскольку я планирую вернуться только к концу летних каникул. Мама, копошась в чемодане, в который раз проверяла, все ли необходимые вещи я взял с собой. Она выглядела очень обеспокоенной и, казалось, вот-вот заплачет. Честно говоря, я переживал не меньше родителей. Для меня впервой путешествовать в этом мире самостоятельно. Хотя в одиночку мне предстоит провести лишь полёт. А как только дирижабль приземлится в Вакуо, меня должен встретить Грег. Но даже так я чувствую себя так, будто остаюсь один в этом мире. С одной стороны, меня это пугает, с другой — ощущение, будто с меня спадают цепи. Я наконец-то могу ощутить свободу и осуществить свои тайные планы. Дирижабль взлетает через пять минут, а значит пора прощаться. — Мам, пап, мне уже пора садиться, иначе улетят без меня. — Сынок, ты ведь не забыл, что я тебе говорила вчера? — обняв меня, спросила взволнованная мать. — Да, да. Не есть много сладкого, не доставлять проблем дяде Грегу, почаще вам звонить и не забывать предохраняться. — Вот и моло… ЧТО? Откуда последнее? Я тебе такого не говорила! — воскликнула шокированная мать. — Хмм, точно. Это же папин совет. Извини, перепутал. В любом случае мне пора, увидимся через три месяца! — последние слова я прокричал уже на бегу к моему воздушному транспорту. Даже находясь в дирижабле, я мог слышать крики матери и оправдания отца. Естественно, ничего такого папа не говорил. Мне просто захотелось немного развлечься. Думаю, за три месяца он остынет и не станет мне мстить. Правда ведь? *** Полёт длится уже четыре часа. И лететь мне предстоит ещё часов шесть. Дирижаблю, чтобы доставить пассажиров, нужно перелететь с одного края континента на другой. И такое расстояние не выйдет пересечь быстрее, чем за десять часов. По крайней мере, пассажирскому судну такое не под силу. Полёт проходил комфортно, но менее скучным от этого он не становился. Скрасить скуку мне помогал мой свиток. Свитком в этом мире называют складной голографический планшет. Мощность и функции зависят от модели свитка. Чем она дороже, тем соответственно больше возможностей доступны пользователю. Моя модель свитка считается бюджетной и ограничена во многих функциях. Но мне всё ещё доступны звонки, текстовые и голосовые сообщения, видеосвязь, игры и многое другое. Именно играми я и скрашивал свой полёт. За бортом солнце заходило за горизонт, окрашивая облака в насыщенно красный цвет. Пассажирам открывался неописуемый вид, да только большинство предпочло уткнуться в свой свиток, чем насладиться красотой природы. Не могу их в этом винить. Сколько раз я сам за эти два с лишним года любовался закатом или рассветом? Пару раз, не больше. И только разбитая луна приковывала к себе мой взгляд постоянно. Я смотрел на неё вечерами и видел лишь напоминание моей слабости перед сильными мира сего, а не красоту спутника. Занятно, как близоруки бывают люди. Каждый из нас живёт в своём собственном мире, ограниченным нашим восприятием. И лишь такие моменты выбивают нас из привычного нам мирка. Сразу задаёшься вопросом: «Почему же я раньше не замечал такой красоты?» Я так стремился к силе, что совершенно не задумывался о том, что я буду делать, когда встану на вершину мира. Что я буду чувствовать в тот момент? Смогу ли я ощутить хоть что-то, или от меня останется лишь пустая оболочка? Буду ли я в таком случае отличаться от Синдер? Или я так же начну убивать ни в чём неповинных людей ради достижения своих целей? Я не строил никаких планов на дальнейшую жизнь. Конечной целью я ставил победу над Салем. Но, возможно, пора задуматься о том, куда же, собственно, я иду. Я стремлюсь к силе, способной соперничать с богами. Но, что толку от такой силы, если никто не сможет оценить её по достоинству? Человек существо социальное. Каким бы особенным я себя не считал, без человеческого общества мне долго не обойтись. Сможет ли кто-нибудь принять меня таким, какой я есть? В голове сразу же всплыл образ Озпина. Даже если такой человек найдётся, он рано или поздно умрёт и мне придётся вновь искать такого. И так до бесконечности. Если только я не придумаю, как даровать моим близким вечную жизнь. Можно подумать, что я делю шкуру неубитого медведя. Но лучше я подумаю об этом сейчас, чем однажды обнаружу, что уже поздно что-то менять. Бам! В обшивку дирижабля что-то врезалось, заставив меня выронить свиток. Выйдя из своих мыслей, обратил внимание на окружающий мир. Я прильнул к иллюминатору, пытаясь рассмотреть, что могло ударить в борт нашего судна. Но так как солнце уже село, я не смог ничего разобрать в темноте. Скорее всего, в дирижабль просто врезалась птица. Не успел я расслабиться, как наше воздушное судно сильно тряхнуло. А в следующий момент послышался звук ударов по обшивке. Что-то мне подсказывает, что это не турбулентность. Ещё раз посмотрев в иллюминатор, я смог разглядеть стаю Мантикор (похожие на львов летающие гриммы). Мантикоры пикировали на дирижабль и полосовали его когтями. К счастью, судно сопровождала пара охотников, начавших стрелять по гриммам. Чёрт, прошло несколько минут, а мантикор становиться всё больше. Такими темпами у охотников иссякнут запасы праха прежде, чем кончатся все гриммы. Стоит ли мне вмешаться? С одной стороны, не хочется растрачивать свой резерв духовной силы, ибо она мне может пригодиться. С другой же, если я не вмешаюсь, дирижабль будет уничтожен мантикорами. Решено, я поучаствую в обороне. Вскочив со своего места, я побежал по направлению к месту, откуда слышатся выстрелы. Когда я уже почти был на месте, позади меня прозвучал мощный взрыв и в дирижабле образовалась дыра, диаметром не меньше двух метров. Пассажиров, сидевших ближе всего к пробоине, раскидало по салону дирижабля. Некоторые из них лежали в неестественных позах, не подавая признаков жизни. Если нас атакуют мантикоры, значит тот взрыв был от огненного шара, которым так любит плеваться этот вид гриммов. Не теряя больше времени, я за несколько секунд добрался до охотников, отстреливающих мантикор. Ими были двое мужчин лет тридцати. Один из них стрелял из чего-то вроде автомата, другой же орудовал двумя пистолетами. Вероятно, это лишь одна из форм их оружия. Чаще всего охотники делают себе многофункциональное оружие-трансформер, пригодное как для ближнего, так и для дальнего боя. Зачастую, оружие может подпитываться прахом, который позволяет вести более «магический» стиль боя. Естественно, это лишь похоже на магию, но в сущности ей не является. Иногда оружие может служить и средством передвижения, тростью, летающей доской, термосом и тому подобное. Каждый охотник будто задаётся целью придумать самое оригинальное оружие, какое ещё не создавали до него. Мне всё ещё непривычно видеть, как дамская сумочка может превратиться в хлыст, а копьё в ружьё. Сумасшедший мир. Почему-то мне кажется, что здесь не обошлось без влияния Озпина. В любом случае мне совсем не хочется знать, во что превращается оружие этих двух, а хочется быстрее отбить нападение. Потому я сходу запустил Бьякурай в ближайшего ко мне гримма. В настоящий момент мой бьякурай в несколько раз сильней и быстрей, чем два года назад. Сейчас для его использования я могу опустить не только заклинание, но и номер Хадо. Достаточно произнести «Бьякурай» и клиент готов. Ну, моего Хадо хватило, чтобы убить эту мантикору. Проверив эффективность своей атаки, я продолжил и дальше уничтожать нападающих. Вот только… — Эй, малой! Ты что здесь делаешь? — спросил охотник с пистолетами, не прекращая отстреливать нападающих. — Пытаюсь помочь занести мантикор в красную книгу, — спокойно ответил на глупый вопрос. — Пацан, мы сами справимся с нашей работой. Так что не мешайся под ногами! — напыщенно произнёс мудак с пистолетами. Вот откуда такие берутся? С помощью духовного восприятия я могу сказать, что он лишь немного сильнее меня в плане ауры, а спеси как у бога. — Хреново справляетесь, раз в дирижабле появилась огромная дыра и несколько трупов. Думаю, работодатель не погладит вас за это по головке. После этого он заткнулся, приняв мою правоту. Ну или из-за большого количества гриммов у него просто не осталось времени на разговоры. А мантикор с каждой секундой становилось всё больше и больше. Вероятно их привлекает страх, исходящий от пассажиров. Не тратя больше время на разговоры, я принялся за дело. Я без перерыва стрелял бьякураем, опустошая и без того небольшой резерв духовных сил. Бой идёт уже минут пять, а мантикор меньше не становится. Я уже израсходовал восемьдесят процентов духовной энергии и скоро не смогу участвовать в бою. Запасы праха охотников, похоже, тоже на исходе. А принять ближний бой в данной ситуации, значит обречь пассажиров на верную гибель. Да и от дирижабля мало что останется. Так что это в любом случае проигрышная тактика. Пока что пилоту удавалось маневрировать, избегая девяносто процентов атак гриммов, но долго ли продлится наша удача? Рано или поздно гриммы разнесут дирижабль на части. Чёрт, я не могу умереть здесь. Погибнуть, даже не поучаствовав в будущих событиях. Да как такое может быть? Поняв, безвыходность ситуации, я потерял самообладание и начал впадать в панику. Из-за этого моя духовная сила стала нестабильна и бьякураи потеряли в силе и скорости. Успокойся, Жон! Глубокий вдох — медленный выдох. Ещё раз. Вдохнуть — выдохнуть. Нельзя поддаваться панике при первых же трудностях. Потеряю самоконтроль — потеряю жизнь. Я ведь знаю, что вместо бессмысленных переживаний нужно искать выход из ситуаций. Я НЕ УМРУ! Буду бороться до конца и выживу! Мозг лихорадочно просчитывал варианты выхода из сложившейся ситуации. Что я могу сделать, чтобы выбраться отсюда живым? Гриммов привлекают негативные эмоции пассажиров. Если я смогу каким-то образом успокоить их, то количество мантикор постепенно снизится. Да только успокоить их практически невозможно. «Не паникуйте, ситуация под контролем» не сработает, когда в салоне большая дыра и несколько трупов. Можно убить всех людей на борту. Нет людей — нет паники. Но на такое я, естественно, не пойду. К тому же я не уверен в результативности такого метода. А даже, если бы был уверен, я никогда не отниму жизнь у невинного человека. Может быть это глупо, но таковы мои принципы. Даже размышляя над планом спасения, я не переставал уничтожать гриммов. Но сейчас я остановился. Резерв духовной силы заполнен лишь на десять процентов. Если продолжу и дальше атаковать, то истощится моя аура. С начала боя я тратил лишь духовную энергию и ни капли телесной. Но аура — это, грубо говоря, смесь духовной и телесной энергии. А значит без духовной энергии не сможет поддерживаться и моя аура. Путём экспериментов я давно выяснил минимальный объём духовной энергии необходимый для поддержания ауры. Для меня он составляет пять процентов от полного резерва. Если значение опустится ниже — аура пропадёт. И я слишком близко подошёл к своему пределу. Без ауры я умру от первого же удара. Поэтому сейчас я решил восстанавливать свои силы, укрывшись за ближайшей перегородкой. В отличии от меня охотники почти не тратили свою ауру, ведя бой с помощью праховых боеприпасов. До сегодняшнего дня я не понимал зачем охотники используют оружие дальнего боя, ведь оно малоэффективно против сильных гриммов и других людей с открытой аурой. Теперь же я вижу, что это очень эффективно против большого числа слабых противников. Но самое главное, что на такие выстрелы не тратится аура. Если выживу, обязательно куплю или сделаю себе пистолет. Через пару минут у охотников закончились патроны, и они вступили в ближний бой. Если раньше охотники отстреливали гриммов, которые слишком близко приближались к дирижаблю, то теперь они могли беспрепятственно рвать наш авиатранспорт на части. За эти несколько минут отдыха я едва ли мог восстановить силы. Но отсиживаться смысла более нет. Умрут охотники — гарантированно умру и я. Мне нужно вступить в бой, но сражаясь с помощью кидо я быстро истощу резерв, а значит придётся вступать в ближний бой. Вот только, следуя правилам, я сдал свой меч в багажный отсек дирижабля. Этот отсек находится в задней части судна, как раз недалеко отсюда. Я должен туда добраться. В следующий момент я выпрыгнул из своего укрытия и, пробежав за спинами охотников, направился за своим багажом. Уверен, со стороны это смотрелось как бегство испуганного мальчишки. Через некоторое время я добежал до багажного отсека. Однако, дверь в него была заперта. Возможно, я смог бы её выбить, но это потребовало бы времени. А его сейчас нет. А значит… — Бьякурай! — из моего пальца вырывается молния и уничтожает дверь в той части, где ранее находился ригель. Открываю теперь уже незапертую дверь и окидываю взглядом кучу чемоданов, ища среди них свой. Спустя некоторое время нахожу и вытаскиваю из него меч. Обратная дорога прошла без эксцессов. Однако, пока меня не было ситуация успела измениться. В бою участвовал только один охотник. Труп второго лежал весь обгорелый. Именно с ним я перекинулся парой слов. А теперь его нет. Глаза видели, но мозг не мог принять реальность происходящего. Я впервые наблюдаю смерть человека. Это ввело в меня в шоковое состояние. Я просто стоял и смотрел на умершего, не в силах отвести взгляд. Я понимаю, что вскоре тоже умру. Из моей руки выпал меч, а сам я опал на колени. Чёрт, черт, черт! Какой же я идиот! Какого хера я полез во всё это? Зачем я вообще решил стать охотником? Мог бы сейчас сидеть дома с родителями и сёстрами. Вместо этого возомнил себя избранным, забыв, что это жизнь, а не сериал, а я не главный герой. Я думал, что мне дан второй шанс, чтобы я изменил известную мне историю. Но что, если всё наоборот? Возможно ли, что это был мой шанс на счастливую жизнь с семьёй? Я просто должен был не искать проблем, а насладиться оставшимся временем. Семья, да? В прошлой жизни это слово вызывало у меня лишь отвращение и зависть. Я видел, как люди счастливы, проводя время в кругу семьи. Но самому мне это было недоступно. У меня были родители, но семьёй назвать нас было нельзя. Очень рано я узнал, что был нежеланным ребёнком. Родственники уговорили мою мать не делать аборт, ведь аборт — это грех. Грёбанные лицемеры. Естественно, что после рождения я не был нужен как родственникам, так и своим родителям. Родителей больше заботила собственная карьера, чем я. Первые пять лет я искренне считал своей мамой, нанятую для меня няню. Впрочем, я и позже считал именно её своей мамой. Все счастливые моменты моей жизни связанны только с ней. Но даже так наши пути разошлись. Я подрос, а она переехала в другой город со своим мужем. Вскоре у неё появились свои дети, а наше общение свелось к редким разговорам по телефону. Оставшись один, я пытался заполнить эту невыносимую пустоту в душе. Поначалу я проводил своё время, гуляя со знакомыми или девушками. Это позволяло ненадолго почувствовать себя частью чего-то большего. Будто бы я кому-то нужен. Но всё это было лишь иллюзией. Не знаю в приятелях ли дело или во мне самом, но моя дружба ни с кем не длилась дольше пары месяцев. Девушки бросали меня и того раньше. В то время это лишь убедило меня в мысли, что я один в этом мире и никому не нужен. Тогда я решил, что если стану лучше, то и люди не захотят бросать меня. Посвятив всего себя саморазвитию, я действительно многого добился. Лучший в учёбе и спорте. Я становился номером один во всём за что брался. Помогло ли мне это в отношениях с людьми? Едва ли. Я действительно стал популярным, но друзья и девушки всё также уходили от меня. Предлоги всегда были разные, но суть неизменна. Это была последняя попытка. Больше я не пытался побороть одиночество в реальном мире. Фильмы, сериалы и аниме стали моими постоянными спутниками. Они открывали мне удивительные и прекрасные миры. Миры, где семья, дружба и верность не пустой звук. Миры, где силой воли люди могут изменить свою судьбу и обрести счастье. С тех пор я проводил всё свободное время в этих сказочных мирах. В глубине души я понимал, что вместо одной иллюзии я погрузил себя в другую. Но мне было всё равно. Пусть всё это ненастоящее, но это единственное на что я мог рассчитывать. И хотя я больше не пытался построить отношения с людьми, привычка быть первым в том, что для меня важно, так и осталась со мной. Даже в этом мире. Я умер, не дожив и до двадцати пяти. Но случилось чудо. Моё желание стало реальностью. Я реинкарнировал в фантастическом мире. Да ещё и со странной системой. Я сразу же понял, что я должен был делать — становиться сильнее. Но ради ли защиты близких я это делал? Может быть ради всего этого мира? Нет, мне… Я не успел закончить свою мысль, так как меня отвлёк звук кричащего охотника. Его аура истощилась и мантикора разрезала его на две части. Как только он испустил последний вздох, внимание всех гримм собралось на мне. А я всё также сидел не в силах пошевелиться. Я потерял волю к борьбе. Нет смысла в сопротивлении. Со смертью охотников у меня не осталось шансов на победу. Я ожидал, что меня просто растерзают, но видимо так легко мне не уйти. Трое гримм, проявив удивительную для них кооперацию, одновременно выдохнули в меня огненные шары. Три огненных шара слились вместе, образовав один огромный. И он летел на меня. В мгновение ока шар пролетел половину разделяющего нас расстояния и норовил сжечь меня заживо. Не знаю зачем, возможно я не хотел умирать в мучениях или в глубине души осталось желание жить, так или иначе мои губы невольно прошептали: — Бакудо №39: Энкосен — передо мной сформировался круглый щит из спрессованной реацу. В следующий миг шар врезался в щит и произошёл взрыв. Кидо продержалось около секунды и рассыпалось. А моё тело столкнулось с ударной волной. Она была столь сильна, что моё тело пробило фюзеляж дирижабля. Обстановка мгновенно поменялась. Секунду назад я был в дирижабле, а сейчас падаю в синий океан. Значит, таков будет мой конец?