***
Три дня спустя Долбанный остров! Третий день не могу найти нормальной еды. Я истоптал уже большую часть острова, но так и не нашёл ни фруктов, ни орехов. А кокосы уже осточертели. И дело даже не в том, что я такой привереда. А в том, что у меня уже буквально живот от них начал болеть. Если у меня не получается найти еду на суше, придётся заняться вылавливанием океанических жителей. Но здесь есть две сложности, из-за которых я и не спешил искать пропитание в океане. Во-первых, у меня нет ни удочки, ни крючка, ни тем более наживки, с помощью которых я мог бы наловить рыбы. Можно было бы методом проб и ошибок смастерить гарпун. И хотя из-за отсутствия навыка, я бы смог загарпунить не так уж и много за сутки, этого более или менее могло бы хватить для пропитания. По крайней мере разнообразило бы мой кокосовый рацион. И я бы уже давно притворил это в жизнь, но тут-то на пути и встаёт вторая проблема. Рыбу нельзя есть сырой. Иными словами, чтобы приготовить рыбу, мне нужен костёр. Думаю, и так понятно, что разрешать проблемы нужно начиная со второй. Иначе рыба просто-напросто стухнет, пока я разведу костёр. Я уверен, что развести его быстро не выйдет. Когда я бродил часами по джунглям в поисках пищи, мои мысли большую часть времени крутились вокруг способа, которым я бы смог добыть огонь. В итоге решил и в этот раз довериться кидо. И вот я стою возле скромной кучки заранее собранной сухой древесины, направив в её сторону ладонь. — О Господин! Тот, кто носит маску из плоти и крови, кто повелевает всем сущим, кто парит на крыльях, тот, кто поименован человеком! Хаос, пламя адское! Вздымись против волн морских и устремись на юг! Хадо №31: Шаккахо! — шар высокотемпературного красного пламени моментально достиг цели, полностью испепелив дрова. Даже пыли не осталось. Несмотря на то, что я пытался вложить в заклинание как можно меньше духовной энергии, хадо всё равно получилось через чур мощным. Так-то это было ожидаемо, все же кокос тоже не с первого раза получилось продырявить. Так и начались мои многочисленные попытки добыть огонь. Собрать дров, активировать кидо, изничтожить их, вновь собрать, ещё раз пальнуть, выругаться, пнув пальму, дождаться восполнения резерва рэйрёку и начать круг по новой. Попытка тянулась за попыткой, а успех был также далек, как и я от цивилизации. Я достиг границы, ниже которой опустить мощность кидо не выходит. Мой контроль рэйрёку попросту недостаточен для этой задачи. Покумекав над решением задачки, я смог найти только один вариант — использовать кидо без провозглашения заклинания. Это снизит силу заклинания в несколько раз. Вот только я не тренировал тридцать первое хадо до такого уровня. Конечно, я смогу овладеть нужным навыком, но несколько дней как минимум придётся попотеть. Может легче было бы просто сидеть и тереть палку о палку, подобно древним людям? Как итог, мне понадобилось два дня на освоения Шаккахо до необходимого уровня. Два дня постоянных взрывов ввиду постоянно дестабилизировавшихся шаров разрушительного пламени, после которых аура трепетала, словно лист фанеры на ветру. А ладони хоть и под защитой ауры, но испытывали слабую боль. Аура, вопреки расхожему мнению не избавляет от боли в полной мере. В этом плане её можно сравнить с бронежилетом: от пули защитит, но часть кинетической энергии передаст. И чем выше класс защиты бронежилета, тем больше калибр пули, который она сможет остановить. Если величина ауры совсем невелика, то даже от пистолетной пули можно получить сильную боль. В любом случае, плодом моих усилий стал пляшущий огонёк, охвативший сухую древесину. Я понемногу подкидывал дров, любуясь завораживающим танцем пламени. В такие моменты я счастлив, что имею возможность изучать именно кидо, спектр возможностей которых столь многогранен. А ведь в Готее 13 был целый отряд, презирающий кидо. Вместо изящного искусства демонической магии они предпочли размахивать мечами. Ну не идиоты ли? Нет, я тоже не брезгую использовать меч. У него полно преимуществ. Но полагаться только на него? Нет уж! Жизнь показала мне, как легко можно лишиться меча, попросту выронив его. А в бою его могут выбить, а то и вовсе сломать. Тогда как отнять возможность взаимодействовать с духовной силой намного сложнее. Грамотное комбинирование всех своих способностей — вот залог победы и долгой жизни. Убедившись, что костёр раскочегарился, приступил к выполнению второго пункта плана, ради которого я и промучился столько с загаиной. Встаю возле самого стыка воды и берега и прицелившись, применяю, успевшее уже зарекомендовать себя Шаккахо. Гладкая поверхность океана тут же разрывается, выбрасывая в воздух кубометры воды. В этот раз я абсолютно не сдерживался, даже заклинание прочёл для прироста мощности. И результатом моих стараний, окромя красивого зрелища, стало всплывание шести оглушённых рыб, с ладонь взрослого человека размером. А нет, ещё две всплыли. Хорошо, что на необитаемом острове нет зелёных. Хотя в этом мире их вообще практически нет, конечно, если не считать «Белый клык» за таковых. Раздеваюсь до трусов и иду собирать рыбку. Управляюсь за три захода и, наскоро одевшись, приступаю к её потрошению с помощью заострённого камня, которым я ранее разбивал кокосы. Эта процедура не заняла много времени. А вот с очисткой рыбы от чешуи пришлось провозиться вплоть до наступления темноты. Жаль в этот раз в моём арсенале нет подходящего к этой ситуации кидо. Впрочем, это было бы уже слишком жирно. Дождавшись, когда костёр прогорит и останутся лишь тлеющие угли, я положил нанизанную на тонкие палочки рыбу поверх заранее подготовленных бревнышек, располагавшихся параллельно друг другу. Ранее мне никогда не доводилось жарить рыбу. Что в этом, что в другом мире, между рыбой и куском свинины я всегда выбирал второе. Всё же я не ахти какой любитель морепродуктов. По этой причине даже не могу опознать к какому виду принадлежит пойманная рыба. Собственно, даже в её съедобности у меня есть сомнения. Так, это я уже нагнетаю. Не могу сказать, сколько минут я просидел возле костра, изредка переворачивая рыбу, но в моём восприятии это растянулось на часы. Вглядываясь в красные от жара угли, я будто пытался напитаться от него теплом. Тем самым, что возникает, когда сидишь возле костра в семейном кругу и все счастливы в этот момент, будто отрешаясь от всех проблем внешнего мира. По крайней мере, именно так всё происходит в фильмах и книгах. Мысли незаметно соскользнули на мою семью. Мама, папа, сестры, надеюсь, когда я вернусь, мы сможем также вместе собраться возле огня. И тогда я смог бы рассказать, как мне вас не хватало, а также то…как я вас люблю. В этот вечер рыба, приготовленная без каких-либо приправ, казалась вкуснее изысканных деликатесов от прославленных поваров. И даже олимпийцы променяли бы всю свою амброзию на кусочек этого шедевра. А счастливая улыбка ещё долго не покидала моего лица.***
Артур Арк возвращался с первой после пропажи Жона подработки. Небольшая деревушка вблизи города запросила помощи охотника в устранения Беовульфа, замеченного недалеко от населённого пункта. Дел на пять — шесть часов, включая дорогу туда и обратно, но и вознаграждение с гулькин нос. По хорошему Артуру следовало бы оставаться с семьёй в столь трудное время, но в то же время семье нужны средства к существованию. Как бы не было больно это признавать, но кроме без вести пропавшего сына, у главы семьи есть и другие дети, за которых он несёт ответственность. День клонился к вечеру, когда охотник наконец-то добрался до дома. И тут же заметил странность: как правило, жена всегда встречала его, услышав звук открывающейся замка. Наспех раздевшись, Арк поспешил убедиться в безопасности семьи. Червячок беспокойства грыз его весь сегодняшний день, мешая сосредоточиться на работе. Не успел Артур дойти до кухни, как из неё навстречу выбежала девочка подросткового возраста. — Папа, хорошо, что ты пришёл! Мама, она…ей позвонили, и она напилась, — сбивчиво затараторила старшая дочь семьи Арков. — Сафрон, не беспокойся, я всё улажу. Обещаю! — твёрдым и в то же время ласковым тоном произнёс глава семейства. — Могу я попросить тебя покамест посидеть с младшенькими? — Хорошо, пап, — бросила Сафрон, побежав на второй этаж дома. Более не медля, Артур быстрым шагом преодолел оставшийся до кухни путь. Первое, что отметил мужчина — это неприятный запах перегара, витавший в воздухе. Найти его источник не составило труда. Его жена — Шерри сидела за обеденным столиком в окружении пустых бутылок из-под пива. Её взгляд был устремлён в стену, словно пытаясь найти в ней ответы на животрепещущие вопросы. — Дорогая, — осторожно привлёк Артур внимание жены. Её расфокусированный взгляд заторможенно перетёк на мужа. — Артур, почему ты…ты же был на работе? — несвязно пробормотала Шерри. — Я уже закончил с заданием. Не хочешь рассказать мне, что случилось? Не просто так ведь ты решила опустошить ящик пива. Расслышав последнюю фразу, женщина вздрогнула. Впервые за весь разговор её взгляд приобрел осмысленность. Создавалось впечатление, словно Шерри только что вспомнила нечто очень важное, но её удручённый вид не оставлял сомнений в том, что это нечто она старательно пыталась стереть из памяти, забывшись в алкоголе. — Артур, н-наш сын, он… — с трудом связывая слова, начала отвечать женщина. — Мне п-позвонили и сказали…они прекращают поисковые мероприятия. — Что? Почему? — опешил мужчина. — Сказали, что все сроки вышли. К-каждый следующий день поисков подвергает людей опасности, а возможность того, что Жон и другие могут быть всё ещё живы н-ничтожно мала, — убито произнесла Шерри. — Как они могут так поступать, Артур?! Наш сын где-то в океане и ждёт помощи, а они…они просто бросят его? — со слезами на глазах прокричала Шерри. «Этого следовало ожидать. Как охотник, я уже участвовал в поисках людей, хоть и на суше. И как охотник я понимаю, что прекращение поисков — вынужденная мера. Мало того, что поиски человека в необъятном океане — сложная и опасная работа, так вдобавок ещё и очень дорогостоящая. Многие бы сказали, что человеческая жизнь бесценна, но как показывает практика она вполне себе просчитывается, например при определении размера компенсационных или страховых выплат. В нашем же случае подошло время, когда затраты на продолжение поисков превысит сумму налогов, которые пропавшие могли бы уплатить за всю свою жизнь. Таковы суровые реалии. Но как отцу мне сложно принять такой подход» Озвучивать такие мысли при жене Артур, конечно же, не мог. — Дорогая, посмотри на меня! — приблизившись к жене, произнёс мужчина. — Жон, вернётся к нам. Я знаю его способности, а потому верю, что он смог выжить. — Артур, но ведь это значит, что прямо сейчас он ждёт чьей-то помощи. Нет, он ждёт нашей помощи! — экспрессивно воскликнула Шерри. — Умоляю, давай обратимся к нему. Из всех, кого я знаю, только у этого человека достаточно денег и влияния, чтобы нанять частную поисково-спасательную группу. От услышанного Артур отшатнулся, как ошпаренный. В его глазах читался ужас. Немолодой уже охотник явно боялся человека, о котором шла речь. Восстановив психологическое равновесие, он произнёс: — Но мы ведь столько лет удачно скрывались от него. А сейчас ты хочешь впустить его в нашу жизнь? С чего ты вообще взяла, что он откликнется на мою просьбу после нашего побега? — Потому что Жон его внук! — уверенно произнесла Шерри.