Шпионская сага. История третья. Пражский экзамен.

Кристиан уже с трудом осознавал реальность. Время потеряло свой привычный ход, словно замерло. Все вокруг перестало существовать, сосредоточившись в нем, в самом центре боли. Его разрывало изнутри, боль была везде. Она заполняла собой каждую клеточку, нарастая, монотонно выматывая его. Она не оставляла ни на секунду, словно ноющий зуб. Кристиан уже не мог говорить, смотреть, дышал с трудом. Все силы уходили, чтобы не закричать. Он понимал осколками сознания, что дальше будет только хуже. Сколько он еще сможет терпеть это, молчать, из последних сил сжимая зубы? Макс сидел и не сводил с Кристиана глаз. Звать его было бесполезно. Макс видел, что ему с каждой секундой все тяжелее, но он молчал. До сих пор молчал, хотя по самым скромным прикидкам прошло уже больше получаса. Арно не появлялся. Эта физическая и моральная пытка их обоих, казалось, не закончится никогда. Макс сейчас предпочел бы быть на месте Кристиана, чем сидеть, пусть и с содранными в кровь запястьями, и наблюдать все это, не имея возможности помочь. Сколько он, даже осознавая бессмысленность своих действий, все равно пытался вырваться, чуть ли не грызя холодный металл? Пока не закрыл глаза, слушая тяжелое, хриплое дыхание Кристиана, которое уже начало прерываться стонами. Значит, боль достигла предела человеческих возможностей. В какой-то момент Макс резко открыл глаза и посмотрел на Кристиана. Он даже не представлял, что можно так скрипеть зубами. Если бы не ремни, Кристиан, наверное, сейчас бы выгибался от разрывающей изнутри боли, но ремни держали его. Макс видел, как он сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев, а на шее проступили вены. Голова Кристиана была запрокинута назад, глаза закрыты, губы сжаты. По лицу градом лил пот, рубашка на груди насквозь мокрая. Руки пытались вырваться из оков, затягивая ремни так, что на кровать покатились струйки крови. За дверью послышались шаги, Макс повернул голову. Следом за Арно вошли теперь уже четверо громил и незнакомый старичок лет семидесяти. Арно подошел к Кристиану, посмотрел на него, потом повернулся к старичку. — Сделайте так, чтобы он мог понимать и говорить. Старичок невозмутимо кивнул и подошел к кровати; перекрыв капельницу, достал шприц и сделал Кристиану какой-то укол. — Через пару минут очнется, — сказал, отходя в сторону. Арно подошел и склонился над Кристианом. — Ну что, Рокье, весело было? Милая штучка, верно? А ты меня удивил. Другие матом орут уже через пятнадцать минут. А через полчаса родину готовы продать за избавление от боли. — Кристиан вдруг разжал губы, тяжело вдохнул, качнул головой, она упала в сторону от Арно. — Невежливо отворачиваться, когда с тобой разговаривают, — Арно вдруг схватил голову Кристиана за волосы и резко повернул к себе. — Ты, тварь! — не выдержал Макс, за что тут же получил ногой в живот и захрипел от неожиданности. — Я не с вами разговариваю, мистер Броншайн! — ледяным тоном отрезал Арно, не поворачивая головы. — Будьте так любезны не перебивать! — и он снова наклонился к Кристиану, все так же за волосы запрокинул его голову. — Смотри на меня! Кристиан открыл глаза. Арно видел, что тот в полусознании. — Он все слышит и понимает, — словно прочитав его мысли, сказал старичок. — Отлично, — Арно склонился над Кристианом. — Не будь дураком, Рокье. У тебя два варианта: умереть быстро и без боли, либо медленно, пока сердце и сознание будут в состоянии выдерживать боль в ожидании неминуемого конца. В итоге отказывает либо сердце, либо мозг. Люди с ума сходят, прежде чем умереть. Пароль, Рокье! — он поднял голову Кристиана за волосы. — Пароль! — Иди… к черту… — прошептал Кристиан и закрыл глаза. — Дурак! — Арно отпустил волосы Кристиана, его голова упала на кровать, снова повернувшись в противоположную от Арно сторону. — Мы теряем время! — Арно подошел к старичку: — Он ваш. — Уверены? — тот достал из кармана другую бутылку, в два раза меньше первой, но по красному, даже бордовому, цвету жидкости в ней Макс сразу понял, что это. Ботрудал, в их среде просто именуемый «наркотиком смерти». — Сука… — хрипло прошипел Макс, выкручивая руки из наручников. Уже ожидаемый удар в живот, он даже успел подготовиться. В глазах привычно засверкало. — Да, — кивнул Арно старичку, обернулся и посмотрел на Кристиана. — Если он и после этого не скажет, то уже ничто не развяжет ему язык. — Вы понимаете, что он может умереть прежде, чем даже захотеть что-то сказать? — невозмутимо говорил старичок о возможной смерти пытаемого. — Препарат на каждый организм действует по-разному, а он уже вымотан. — Действуйте, — коротко ответил Арно. Старичок послушно подошел к капельнице и закрепил бутылку. Ещё раз посмотрел на Арно, тот кивнул. Старичок открыл рычаг капельницы. — Пожалуй, я подожду в другой комнате. Моя нежная натура не выносит таких зрелищ, — Арно положил в кресло включенную рацию и пошел к выходу. — Какая же ты мразь! Арно повернулся и посмотрел на Макса. — А вы наслаждайтесь, мистер Броншайн. Дверь хлопнула. Макс зарычал, как раненый зверь, и снова попытался вырваться. Бесполезно. — Макс… — он повернул голову. Кристиан смотрел на него. Взгляд даже с такого расстояния заметно расфокусирован, дыхание тяжелое. — Прости… что… втянул… тебя… — Крис… Кристиан закрыл глаза и отвернулся. Он не хотел, чтобы Макс видел его лицо. По еще сильнее сжавшимся кулакам Кристиана Макс понял, что препарат делает свое черное дело. Первый крик Кристиана словно нож проник в его сердце.