Ночной дожор или хочу с медом

Сынмин только-только зашел в комнату после душа, уставшим и разморившимся в теплой воде. Напряженный день, к счастью, подходит к концу. Чонин лежал на боку, свернувшись в клубочек, и смотрел одним глазом что-то на своём ноутбуке. Скорее всего, фильм или дораму. То, что он умел одним глазом спать, а вторым - смотреть что-то, было известно всем. И это поражало. Если начать шуметь или говорить что-то, то малой будет ворчать, что мол "я же спал, блин". А если выключить его дораму, то скажет что-то вроде "эй, я же смотрю". Кажется, даже Ян не понимал, спит он или бодрствует. Окей, его решили не трогать в такие моменты вообще. Сынмин по-тихому проходит в еле освещаемую комнату в широких легких шортах на завязке и такой же огромной футболке, в которой он обычно спал. Мин любит большие вещи. Он любит, когда он или кто-то кажется маленьким, миниатюрным в одежде, например, или ещё каким-то образом. Ким плюхается на свою кровать, ныряя в одеяло. Чувствовалась усталость, но спать почему-то хотелось не сильно. Парень по традиции включает телефон, просматривая уведомления и новости. Дверь скрипнула. Мин моментально взглянул на нарушителя покоя этой комнаты. Феликс на цыпочках пробирался, будучи ещё у двери, что так неудачно заскрипела. Мин лишь усмехнулся. Ликс - это тот человек, из-за которого Ким и полюбил вид манюнего и мягкого человечка. Старший совсем по-детски и смущенно улыбается, проходя в комнату к Сынмину, лишь коротко взглянув на его соседа. Ян не реагировал. Скорее всего, он больше спал, нежели не спал. - Мин, - тихо зовет Ли, присаживаясь к нему поближе. Улыбается так невинно, как дитя, когда что-то хочет и идет уламывать родителей. - М? - лениво тянет Ким. Парень смотрит на часы вверху экрана, что показывают ровно полночь. - Ты такой пунктуальный. - Так пойдешь со мной? - Ликс наклоняется ближе, тыкая пальчиком в мягкие щеки серьезного на вид парня. - Будем жрать? - интересуется Ким. - Я хочу печеньки сделать, - мило улыбается Ликс. - Уже полночь! - Мин, - невинно хлопает глазками старший, - у меня всегда не хватает времени днем, ты знаешь. Ли теребит край своей футболки, стреляя милыми до невозможности глазками на младшего, упрашивая. На самом деле, долго упрашивать не нужно. - Пошли, ребенок, - по-доброму вздыхает Ким, поднимаясь. Ли довольно подорвался с кровати. Он бы запищал, как обычно, но Чонин вроде как спал. Они выключили всё-таки ему ноутбук, подождав пару секунд, пока его глазки окончательно не закрылись. Значит, спал. Вытащили один наушник с уха (со вторым неудобно лежать на боку) и тихо закрыли за собой дверь в комнату. В общаге царила тишина, лишь иногда слышались шаги в других комнатах и тихие разговоры. Мин и Ликс прошнырнули мимо ванной, откуда слышались звуки воды, на кухню. Никого не было. В такое время только они умудряются делать ночной дожор и не поправляться. Сынмин по привычке открывает холодильник, достав оттуда банку бананового молока для себя, пока Феликс доставал глубокую миску для того, чтобы начать готовить свои чудо-печеньки. Их любили все и не скрывали этого. Пока Феликс мешал яйца с сахаром, Сынмин успел выпить молоко и принялся просеивать муку, чтобы помочь Ли. Они изредка обменивались какими-то фразами по типу "сколько доставать разрыхлителя?" и "я подогрел молоко, что дальше?" - А с чем ты будешь делать? Или просто? - интересуется Ким, присев на столешницу задницей. - С шоколадной крошкой, - отвечает парень, не отвлекаясь от процесса. - Хах, звание крошки заслуживаешь здесь- только ты,- ухмыляется Ким, немного склонив голову. Феликс пару секунд молчит, словно не услышал. Потом до него дошло значение его слов и он смущенно засмеялся на такой подкат: - Ой ли? Вообще-то, это ты крошка. И малыш. И щеночек. Всё ты. - Не-а, - отрицает Ким, наблюдая, как Ликс ставит противень с печеньем в духовку. Где-то минут 20 и они будут готовы. Австралиец всё ещё молчал, будучи увлеченным работой. Но как только он снял прозрачные перчатки с рук и выбросил их в мусорку, то продолжил: - Крошка - ты и точка, - сказал, как отрезал, - я ещё хотел добавить туда мед, но потом подумал, что можно мед добавить в теплое молоко и кушать их с ним, - в подтверждение слових слов парень достает красивый бочонок с одного из шкафов на их общей кухне. - Ого, а откуда у нас мёд? - удивился Ким. - Я притащил, - самодовольно лыбится Ли, зачерпнув капельку меда ложкой и сразу отправил в рот. - Дай мне, - просит Мин, с любопытством смотрит на старшего, немного привстав. Ли ухмыляется своим мыслям. - Только таким образом , - говорит Ликс и обмазывает немного губы медом, не спеша приближаясь к тому. И Сынмин принимает правила игры. Притягивает к себе Ликса ногами и руками зарывается в его волосы, осторожно целуя. Сначала просто прижимаясь губами, тут же прилипнув из-за меда, но потом скользит языком, слизывая, чтобы потом юркнуть им в ротик, разделяя сладость между обоими. Феликс внутри довольный, словно кот. "Хотя, он такой и есть", - сказал бы Мин. Они долго развязно целуются, то Феликс прижимает его к себе, то Сынмин, словно не уступает главенство. Точно так же и целуются - напористо, "сражаясь" за инициативу. Но Феликсу и не особо хочется выиграть. Поэтому он уступает, позволяя орудовать в его рту, вылизывая и посасывая язык. Они целуются всего третий раз за всё время знакомства, первые два были словно на пробу, неопытные, невинные и опасливые, но абсолютно приятные, и хотелось ещё. Скорее не страсть, просто тяга и желание нежиться друг с другом. Ведь оба такие софтовые. Сынмин держит обеими ладонями за щечки, смачно посасывая пухленькие губы, владелец которых прикрыл глаза от трепета, вцепившись в плечи. Сынмин всё ещё сидит на столе, а меж его ног - Ликс. Вдруг Мин внезапно отстраняется, вынуждая Ли недоводьно открыть глаза и насупиться. - Хён? - вместе они почти пищат. В дверях кухни стоит удивленный Джисон, вылупив глазенки. - Я просто... с душа шёл, да вот заглянуть решил, - неловко мялся старший. А потом улыбнулся, - всё-всё, ухожу, не отвлекайтесь. Сон махнул рукой, удаляясь прочь оттуда. Оба парня тяжело выдохнули. Духовка издает противный писк, оповещая, что двадцать минут уже вышли. Ликс нехотя отстраняется и идёт к печенькам. Достает их в перчатке и ставит горячий противень на подставку. Выпечка выглядит просто изумительно. А пахнет ещё лучше. Сынмин из любопытства соскакивает с насиженного места и заглядывает из-за плеча, обнимая. - Ну что, крошка, как твои печеньки с крошкой? - лыбится Сынмин, поглаживая торс старшего. - Ах ты, - шикает Ликс, оборачиваясь с улыбкой, - проказник, - прижимает его к столу, где только что сам стоял, и снова впивается в губы. Сынмин недовольно тянет, буквально отрывая милую мордашку от себя: - Мм, с медом хочу, - ухмыляется. Ликс тут же схвачивает сказанное и идёт за медом, что в другой стороне находится. - Хан Джисон! - пищит Ликс ошарашенно. Джисон снова был у двери. - Я даже забыл, зачем вернулся... Но теперь у меня есть другая идея. Можно ваш мед? - задумчиво тянет Хан. - ??? - Хён у меня ака "не дать Джисону - смысл жизни". И я кое-что хочу попробовать, а то зануда такая, - объясняет Джисон и берет целый бочонок с медом и мчится в комнату к Минхо, едва успев поблагодарить. - Минни, я не успел взять, - обиженно дует губы Феликс, оборачиваясь к парню. - Хэй, - улыбается Ким и тянет к нему руку, - твои губы и без того сладкие, иди ко мне. - Сынмин! - смущается Ли, тут же прильнув к нему, вновь сливаясь в поцелуе. Сынмин собственнически укладывает руки на хрупкую талию старшего, жадно целуя такого податливого парня. Поздней ночью пишет Джисон. " Отдался за бочонок меда, я в восторге. И в долгу". " Дурак, кто просто за мед подставится?" - Ликс. " Ээ.." " Точно балбес. Если бы не любил, то и за миллион бы не дался. Тебе-то 😉" "... пошел к черту. Но всё равно спасибо"