Лютик

      Небольшую уютную столовую заливало летнее яркое солнце, Гарри, сидевший напротив отца, задумчиво гонял по тарелке кусочки брокколи и индейки. — И все-таки, Гарри, что бы ты хотел получить на свой день рождения?       Мальчик замер, чуть не выронив вилку, и посмотрел на отца круглыми от удивления глазами. Он открыл было рот, чтобы сказать что-то, но тут же смущенно потупился. — Не стесняйся, — Северус подбодрил сына, чувствуя себя еще более неловко, чем пятилетний малыш. — Правда? Я могу… У меня будет подарок на день рождения? — Да, Гарри, это твой праздник, особенный день, и я хочу, чтобы ты был счастлив. — А можно… Торт? — Гарри, увидев реакцию отца, тут же испугался собственной наглости и затараторил, стараясь исправить положение. — Маленький, небольшой такой, как пирожное… — Гарри! — вздохнув, Снейп отложил приборы. — Торт будет само собой, свечи, колпаки, украшения и все остальное. Я спросил, что ты хочешь в подарок.       Что-то обдумав, Гарри шмыгнул носом и снова уставился на отца с недоверием и непониманием. — Торт — это не подарок? — Нет, малыш, торт это угощение. — А если… Можно мне новую пижаму? Старая мне мала. Ой, нет. Надо джинсовку. Или кроссовки? — мальчик, казалось, готов был расплакаться от растерянности — он не знал, что ему лучше попросить на день рождения и ужасно боялся разозлить отца. — Гарри! Мы купим тебе и пижаму, и новую джинсовку, и кроссовки — просто потому, что они тебе нужны. Просто выбери, ради всего святого, какую-нибудь игрушку в подарок. — А можно тогда метлу?       Северус понял, что готов сдаться без боя. Ну как он мог отказать мальчишке, который смотрел на него с такой надеждой и радостью? Всего его стремления быть строгим, справедливым, последовательным и рациональным разбивались вдребезги, стоило Гарри вот так на него посмотреть. — Но летать — строго под моим присмотром. — Папа, ты самый лучший! Спасибо! — Гарри, выбравшись из-за стола, кинулся обниматься к отцу. Его переполняла радость и осознание, что у него будет самый настоящий день рождения, с тортом, подарком и даже, если очень повезет, гостями.       Снейп раскрыл руки для объятий, мысленно проклиная себя за начатый разговор. Отчасти беседа вызывала чувство неловкости, но вместе с этим изнутри начинало согревать очень приятное и щемяще-нежное чувство. Безусловно, Северус заботился о Гарри с тех пор, как мальчик переехал к нему, следил за его безопасностью, здоровьем, старался с ним заниматься разными полезными вещами, даже читал книжки перед сном. Но любить — а это чувство он понимал именно как любовь, — стало появляться совсем недавно. — День рождения, разумеется, прекрасная тема для обсуждения, но тебе нужно вернуться за стол и доесть свой обед. Ты не забыл, что собирался помогать мне в лаборатории? — Нет, я помню, — мальчик моментально вернулся за стол и схватил вилку. Он с аппетитом принялся за индейку и овощи, не забывая при этом улыбаться, то и дело поглядывая на отца.

***

      Гарри проснулся утром тридцать первого июля от того, что солнце светило ему прямо в глаза и запаха чего-то очень вкусного. Не открывая глаз мальчик улыбнулся, скинул с себя одеяло, попутно уронил любимого мишку на пол и, все еще сонный, сел на кровати.       Надев очки, чуть не подпрыгнул на месте — на прикроватной тумбочке его ждал сюрприз. Темно-синий, в серебристую звездочку, с большими зелеными глазами, когтями и шипами на спине и хвосте — плюшевый смешной дракон. Радостно схватив игрушку, Гарри принялся ее рассматривать, крутить в руках и прижимать к себе. Он на мгновение замер, расстроенный, понимая, что раз отец купил ему дракона, то метлы теперь точно не будет. Ведь один подарок уже есть. От грустных мыслей защипало в носу, но мальчик напомнил себе, что раньше у него и такого не было. Поэтому решил не расстраиваться, а спуститься вниз и поблагодарить за милого дракона. — Я назову тебя Лютиком.       В пижаме, лохматый и босиком, Гарри Поттер-Снейп спустился вниз, в столовую. Северус, с неизменной утренней газетой в руках, сидел за столом. — Папа, спасибо тебе! Я назвал его Лютик! — выпалил именинник и кинулся, по традиции, с объятиями к отцу. — Отличное имя, — сдержанно одобрил Снейп, обнимая сына в ответ. — Пап, а завтрак будет? — Будет, но для начала тебе нужно подняться наверх, заправить постель, переодеться, почистить зубы, и уже потом спуститься на завтрак. — Ой, я понял, — Гарри такой же реактивной маленькой кометой рванул наверх, забыв при этом Лютика на отцовской газете. Северус проводил ребенка задумчивым взглядом и слегка улыбнулся. Следующий подарок он планировал отдать после завтрака.       Со своей порцией овсянки и куском вишневого пирога Гарри расправлялся медленно, но верно. Он то и дело угощал Лютика, стараясь сделать это так, чтобы отец, увлеченный «Ежедневным пророком» ничего не заметил. Северус же, поглядывая на сына поверх газеты, пытался скрыть улыбку. Очень уж забавная была мордашка у Гарри, увлеченного игрой.       Домовик убрал за ними посуду и Северус решил, что самое время для второго подарка. — Давай поднимемся в твою комнату, выберем книгу для дневного чтения. — Ага, — Гарри, подхватив дракона, первым побежал вверх по лестнице.       Снейп хотел было одернуть мальчишку, но почему-то промолчал. Во всяком случае, в доме было предостаточно защитных чар и как-то сильно себе навредить Гарри не смог бы при всем желании.       Они оказались у дверей в детскую одновременно. Гарри как ни в чем ни бывало распахнул дверь и замер в нерешительности. На его столе красовалась большая коробка, обернутая ярко-желтой бумагой. Сверху красовался белый нарядный бант. — Это что? — Это второй подарок на день рождения, Гарри. Ты можешь пойти и посмотреть, что там, — Северус легко подтолкнул ребенка, очень надеясь, что слез, как в первое время, не будет. Гарри и не думал плакать, он, с предвкушением и азартом, пытался развязать бант, чтобы не повредить упаковку. — Папа, спасибо! Она такая красивая! — прыгая на месте, Гарри не знал, как по-другому выразить свою радость. Ведь мимо этой волшебной железной дороги, с большим красивым паровозом, он столько раз проходил в Косой алее, любуясь на игрушку через витрину. — А как ты узнал, что я хочу именно ее? — Это секрет. — Спасибо! А можно я с ней поиграю? Или… У нас занятия? — Думаю сегодня, в качестве исключения, ты можешь поиграть. Я буду в своем кабинете, если что — зови, понял меня? — Да, конечно! — с энтузиазмом закивал Гарри. Он сейчас был согласен на что угодно, ему не терпелось начать собирать дорогу, которая казалась ему очень огромной и интересной.

***

      На ужин заглянули гости, в лице профессоров Дамблдора и МакГонагалл. Приглашать кого-то еще Северус побаивался, не желая перегрузок для еще адаптирующегося ребенка. Сам Гарри вел себя достаточно неплохо, со смущением и благодарностью принял подарки — пакет сладостей от Альбуса и набор разноцветных носков, и большую красочную книгу сказок от Минервы. И, уже перед самым тортом, шоколадно-клубничным, украшенным листиками мяты, Северус попросил сына закрыть глаза.       Метла — о которой мечтал Гарри, детский симпатичный «Чистомет», с блестящей рукояткой и идеально подогнанными прутьями, перевязанный лентой, оказался перед Гарри и тот, все-таки не выдержав навалившихся эмоций, разревелся. Сквозь всхлипывания и слезы взрослые сумели разобрать «Спасибо» и «Папа, я очень счастлив».       Пока Минерва утешала ребенка, Дамблдор отозвал Северуса в сторону и поинтересовался: — Мальчик мой, а ты не переборщил с подарками? Мне кажется, юный Гарри слишком уж расстроен. — Вы представляете, он в качестве подарка просил кроссовки или торт, небольшой, как пирожное. Как вы думаете, мог я после не скупить половину игрушечного магазина? — Ну да, ну да, — Альбус вздохнул. — Главное не перегнуть палку, Северус. Меньше всего мне хочется, чтобы мальчик вырос избалованным и не знающим цену вещам. — Это ему точно не грозит, — Снейп усмехнулся. — Поэтому у него будет все, что нужно, но не сверх того.       Успокоив именинника, собравшиеся принялись за именинный торт, самый красивый кусочек которого, с ягодой, достался Гарри. — Ну что, Гарри, удался день рождения? — поинтересовался Дамблдор, когда настала пора прощаться. — Да, профессор. Спасибо. У меня никогда не было такого праздника, — Гарри, сонный и объевшийся тортом, на прощание махнул профессорам и они скрылись в изумрудном пламени камина. — А теперь — пора спать, Гарри. — Угу, — мальчик, уставший за день от положительных эмоций, кивнул. — Но ты мне почитаешь, ладно? Ту новую книжку от тети Минервы… — Хорошо, но ровно десять минут.       Уже в постели, переодетый в пижаму, прижимая к себе Лютика, Гарри слушал сказку и улыбался своим мыслям. Он не заметил, как заснул. А Северус убрал книгу на полку, погасил ночник и накрыл сына одеялом. После чего вышел из детской, прикрыл за собой дверь. Пора было заняться колдографиями, сделанными за завтраком, чтобы убрать их в семейный альбом, совсем еще тонкий, но наполненный счастливыми и яркими моментами.