Своеобразная любовь

      Проснувшись спустя сутки, Хару не понял почему у него так сильно болит горло и челюсть, но не придав этому значения, просто поднялся и начал приводить себя в порядок. Так как на часах было 5 часов утра, Като не спеша принял душ и выполнил обыденную утреннюю рутину. Ближе к 8 часам утра инспектор начал собираться на работу, понимая что просто продрых все свои выходные. Пропущенных звонков у него оказалось только три : от мамы, арендодателя и Камэя. С Камэем он решил поговорить на работе и перезвонил только матери и арендодателю. Договорившись о переносе дня оплаты, так как об этом попросила женщина у которой он снимал квартиру, Хару пошел на работу по пути разговаривая с мамой. А как он удивился, встретив Дайске по дороге. — Я перезвоню, мам Попрощавшись с матерью, мужчина повернулся к пристально глядящему на него богачу. Тот лишь хмыкнул и сухо бросил. — Садись в машину. Живее. Хару подсказал ему дорогу куда подальше и продолжил идти по направлению к участку. Однако Дайске это не остановило, он прибавил скорости и сбавил ее только когда сравнялся с инспектором Като. — Я же сказал тебе сесть в машину, Като. Это срочно. Сказал богач из машины и ожидающе глянул на мужчину. Хару глубоко вдохнул и выдохнул уже, когда пристегнулся. — Камбэ, я тебя прошу не гони только. Проворчал старший, но миллионер пропустил просьбу мимо ушей и на полной скорости своей новой машины помчал к участку. — Камбэ, чтоб тебя черти драли!! Не гони! Начал кричать Като, схватившись за сиденье, чтобы при резком повороте не впечататься в окно.        Припарковавшись около участка, Дайске как ни в чем ни в чем не бывало вышел из машины, поправляя костюм. Хару же кое-как выполз из машины, прикрывая рот рукой. Выглядел он слегка зеленовато. — Что не так, Като? Съел что-то не то? Поинтересовался Хошино, выходя из здания к полицейской машине. — На американских горках прокатился... Выдохнув, ответил Хару. А вот Дайске хмуро и как-то зло смотрел на сотрудника первого отдела, даже с какой-то ревностью. Но Хару решил что ему просто показалось и отправился в участок, ведь работа не ждет.        Ближе к обеду Хару начал чувствовать дискомфорт от контакта своих сосков с рубашкой и решил отойти в уборную, чтобы оценить ситуацию. Уже в кабинке с расстегнутой рубашке удивлению не было предела, соски были красными и опухшими. — Неужели я мог так сильно их натереть? Шепотом удивился Като и застегнув рубашку, решил сходить в аптеку за пластырем. В коридоре у туалета Хару посчастливилось встретить Саеки и он решил попытать удачу. — Саеки-сан, здравствуй! У тебя случайно не найдется пару пластырей? Девушка сначала удивилась, но после добро улыбнулась. — Здравствуй, конечно есть. Минутку. Сослуживица начала активно копаться в своей сумке и через минуту поисков достала упаковку пластырей. Посмотрев на часы девушка удивилась и быстро сунула упаковку в руки мужчине, поспешив удалиться куда-то. — Вот держи. Ох, божечки, я так опаздываю! Удачи, Като-сан! Мужчина глянул ей вслед удивленно, но удалился обратно в туалет, думая потом угостить девушку чем-то в знак благодарности.        Ближе к вечеру Хару уже разобрал документы которые ему любезно скинули на стол и начал собираться домой. Он по прежнему ощущал взгляд Дайске на себе, но старался не придавать этому значения. Потянувшись, Като ахнул и чуть согнулся, потому что пластырь видимо отклеился и сосок проехался по ткани. Это не скрылось от внимательного взора Камбэ и он довольно хмыкнув, поднялся. — Инспектор, вы домой? Спросил Дайске не глядя на Хару, ибо переживал, что может появится эрекция. — Да, я домой. А что? Ответил Като, накидывая куртку. — Я подвезу, мне по пути. Камбэ не спросил, он поставил перед фактом и таким тоном, что спорить желания у Хару не возникло. — Ладно, но в этот раз не превышай скорость и полегче на поворотах, а то за свой желудок я не буду отвечать. Спокойно ответил уставший Хару и пошел к выходу, однако в двери его задержал Дайске, пристально смотря. — У тебя что-то с грудью? Ты целый дергаешься, меня это нервирует. Хару даже опешил слегка и замялся. — Э? Кхм, ничего серьезного. Дайске сощурился, но отпустил и прошел вперед. — Ладно, поторопись. Я не буду ждать тебя вечность. Хотя Дайске лукавил, он бы ждал больше вечности если бы потребовалось.