365 дней

      Свон уже с утра была на службе у Реджины. Так как она с сегодняшнего дня приступает к новым обязанностям, ей нужно сперва о них узнать и досконально изучить. Поблажек, кофе в обед, личных дел больше не будет. Эта компания не место для послаблений, не курорт, здесь работают серьезные и важные люди, которые занимаются исключительно аналитической, приносящей доход, деятельностью. Мисс Миллс, как только вышла на рынок, с первой недели дала понять, кто она такая. Отнюдь не пустое место, не ходячая пешка в этой «честной» игре.       На ресепшене ей выдали фирменный бейджик и отправили в главный офис компании, в ее «голову». За прозрачными, уходящими далеко вверх, дверьми, сидела темноволосая женщина в бордовом платье и сверху накинутом пиджаке. Всегда ровная спина, ни складочки на лбу и переносице и только нервно подёргивающаяся кисть выдавала нервозное состояние. В прочем, подобное начиналось ежедневно, стоило приступить к работе. Реджина подняла взгляд, когда в кабинет вошла девушка, на лице которой красовалась милая улыбочка. Эдакая гримаса вызвала ещё большее раздражение у женщины. — Кабинетом не ошиблись, мисс Свон? , — вернувшись к монитору, она продолжила печатать. — Я, вроде как, работаю с сегодняшнего дня. Зашла узнать все-таки кем, — Эмму несколько удивил настрой Реджины. Ещё вчера любезно пошла на встречу, а сегодня снова за старое.       Реджина несколько секунд молча смотрела в одну точку на полу, после несколько раз постучала ноготками по столу в раздумьях и, наконец, ответила: — Будешь работать помощником, — вновь вернулась к работе за компьютером, совсем не обращая внимания на блондинку. Та сделала шаг навстречу. — Кого? , — полюбопытствовала та. — Меня, — отрезала Миллс, — Я занята, вот тебе бумаги, — двинула вперёд по поверхности стопку папок, — Разбирай и сделай отчёт. Вечером чтобы был у меня на столе. — А что на счёт рабочего места? — Это все, — резко повысив тон, перебила Реджина, все же подняв взгляд, — Работай где хочешь, но не мешай мне, это понятно?       Свон, не прерывая зрительного контакта, размеренно, шаг за шагом, приблизилась к женщине и, облокотившись руками о край стола по обе стороны от себя, наклонилась к лицу Реджины. Долго вглядывалась, будто пыталась разглядеть какой-то подвох. После глаза девушки сузились и теперь Эмма смотрела на неё как на какого-то подозреваемого на допросе. На самом деле она искала ответ на вопрос: «Что такого произошло за вчерашний вечер, что она начала огрызаться?». Мисс Миллс переводила взгляд с одного глаза на другой, дыхание участилось, что стало заметно по вздымавшейся груди. В момент женщина не выдержала напряжения и, сглотнув, отодвинулась в сторону, продолжая щёлкать мышкой по экрану.       Молчание так и осталось висеть в воздухе офиса, напряжение никуда не делось, но поутихло, когда блондинка отошла от стола, забрав папки с собой. Она устроилась за другим, круглым столом, где проводились совещания и собрание директоров, в том же самом кабинете. Демонстративно кинула бумаги на стеклянную поверхность, так же плюхнулась в кресло и оглядела рабочее место. — Можно ручку? , — спросила девушка, но в ту же секунду вытащила ее из стаканчика, — А, нашла.       Тяжёлый вздох Реджины ударился о стены. В оставшийся день они не обменялись ни словом. В папках находились действительно важные документы: финансовые показатели за несколько месяцев не только компании мисс Миллс, но и других владельцев, что сотрудничают с ней. Множество крупных цифр легли на плечи блондинки, но она расфасовала все по датам и уже после этого приступила к их анализу. Непонятное чувство внутри груди мешало полностью погрузиться в процесс, ее все время толкало поднять голову и посмотреть на Реджину. Они, замирая, одновременно глядели друг на друга пару секунд, пока одна из них не проиграет в гляделки. Чаще всего проигрывала Миллс, строила лицо будто засмотрелась в пустоту и возвращалась к делу. Эмме оставалось глухо хмыкнуть и продолжить тонуть в работе.       За панорамными окнами стемнело из-за пасмурной погоды, буквально чёрные тучи затянули небо и на стекле со временем стали появляться резкие капли. Унылая, но в тоже время уютная атмосфера создавалась в этом помещении. Свон любила когда шёл дождь, любила слушать его шум, параллельно читая книгу. Когда ветер мягко окутывал тело, вызывая толпу мурашек, чувство одиночества в такие моменты покидало ее и она сливалась с природой. Сейчас же девушка однозначно делила эти ощущения с Реджиной, которая, если внимательно приглядеться, подрагивала от холода, ведь в офисе не было батарей. Кафельная плитка, много стекла, окна в пол — волей не волей начнёшь замерзать.       Эмма, потянувшись и зевнув, глянула на часы и поднялась с места. К выходу ее проводил нечитаемый взгляд мисс Миллс, можно предположить, что ее раздражали такие вольные похождения. Свон спустилась на первый этаж, где видела автомат с кофе и, закинув пару монет, выбрала два латте. Наверняка Реджина следит за фигурой и не ест ничего сладкого, поэтому в один стаканчик она не бросила сахар. Вокруг все сотрудники ходили в официальных костюмах, девушки на каблуках с забранными волосами, мужчины однозначно в галстуках и лаковых туфлях. Вот значит какой дресс код компании. Свон сделала заметку в голове и поспешила подняться обратно.       Она боком открыла дверь и прошла прямиком к рабочему месту женщины, поставила перед ней картонный стаканчик и, не глядя, вернулась за стол. Брюнетка посмотрела сначала на кофе, потом на ту, что его принесла и приподняла уголки губ, заранее зная, что та этого не увидит.       Незаметно для обеих рабочий день прошёл, и сотрудники один за другим начали покидать офис. За окнами давно стемнело, фонари освещали мокрый асфальт, слышался звук отъезжающих машин. В кабинете по прежнему царила тишина, разбавленная шорохом бумаг. В библиотеке и то шумнее, ей богу. — До свидания, мисс Миллс, — последней здание покинула секретарь, она зашла и тихо попрощалась. Наверное боялась получить порцию гнева.       Блондинка подняла глаза на Реджину и неосознанно начала изучать положение ее тела. Волосы слегка взъерошены и укладка казалась уже не такой аккуратной, словно после легкого секса. Вздымающаяся грудь от тяжелых вздохов, прикрытая бордовым платьем, которое за такое количество времени успело приподняться выше колена, несмотря на то, что женщина его несколько раз поправляла, это не осталось без внимания Свон. От того, что одна нога была накинута на другую, Эмма видела приоткрытое бедро и могла себе позволить представить, как сжимает его мускулистыми руками, какая упругая и бархатистая у неё кожа. Так же девушка обратила внимание на напряженные руки, сделав вывод, что Реджина явно их качает. Как сильно такие мышцы могут сжать тело?..Брюнетка выглядела измотанной, но такой сексуальной. Она покачивала ногой, потом сняла каблуки и размяла голеностоп, надевая их обратно. Взгляды карих и зелёных глаз встретились и задержавшись пару секунд, блондинка поднялась с места.       Медленно и размеренно прошла к столу Миллс, продолжая сверлить взглядом. В руке держала отчёт, но Реджина не обратила на него внимания от слова совсем, сидя в своём кожаном кресле и смотря на девушку снизу. Борьбу пришлось разорвать и первой это сделала хозяйка компании, когда протянула руку к папке, но Свон крепче сжала документ и дернула на себя, тем самым заставив женщину моментально вскочить с места и оказаться в паре сантиметров от лица напротив. Этот момент обе запомнят ещё надолго: разомкнутые губы, тёплое дыхание, аромат духов и то, как их переполняло дикое желание и притяжение друг к другу. Реджина ещё немного приблизилась и дотронулась кончиком носа до носа блондинки, приподняв подбородок они слились в нежном, почти воздушном поцелуе. Почувствовав себя намного уверенней, когда Эмма, одной рукой обвив талию, прижала ее к себе, Миллс двумя руками сжала воротник красной куртки. Поцелуй стремительно переходил в откровенный, языки сплетались, дыхание прерывалось от нехватки воздуха, они слишком сильно хотели большего.       Эмма бросила отчёт на пол и развернула женщину спиной к столу, резким движением усаживая на поверхность. С губ слетел томный вздох, когда она провела языком по шее и прикусила кожу зубами. Реджина стащила с плеч тяжелую куртку и та с грохотом свалилась на пол. Пальцы сжали рельефные руки, она провела по ним ногтями, после забралась под белую майку. По коже блондинки пробежали мурашки от ледяного прикосновения, а когда женщина начала расстегивать пуговицу и ширинку джинс, то внизу живота завязался узел. Сердце все сильнее билось в груди, дыхания не хватало и приходилось разрывать страстный поцелуй. Эмма не стала ждать и бесцеремонно, расстегнув сзади молнию, задрав край тесного платья до талии, сняла его через голову. Под ним оказалось темно-красное кружевное белье, бюстгальтер был без чашечек и через ткань выступали возбужденные соски. Ладонь девушки моментально накрыла грудь, крепко сжимая третий размер.       Миллс не представляла этого в своих самых глубоких фантазиях. Разумеется она пару раз засматривалась на блондинку, но моментально себя отдёргивала, ведь считала это «дурными помыслами», не свойственных такой царственной женщине. Сейчас же Реджина хотела большего, чем жадные поцелуи, томные вздохи и любование телами друг друга. Несомненно любоваться было чем: смуглой, покрытой мурашками, кожей, твёрдыми бордовыми сосками сквозь кружево, подтянутым животом, тонкой талией, которую все время хотелось сжать посильнее, выступающими ключица и жилками на шее.       Тем не менее Свон звонко простонала на ухо женщине, когда ощутила ладонь под своим нижнем бельём. Пальцы с легкостью проскользили внутрь, но Миллс решила тянуть до последнего, чтобы насладиться умоляющими и жалкими стонами блондинки. Она медленно, круговыми движениями стала массировать клитор, с каждым разом все уменьшая темп и нажатие, от чего девушка буквально заныла в пухлые губы, пытаясь наверстать движением бёдер, но это оказалось бесполезным.       Эмма подхватила игру брюнетки и для начала лишила ее своих губ, уже поняв, как они ей приглянулись. Прокладывая дорожку от шеи до груди, отодвигая вниз кружево, чтобы захватить сосок, Свон ощутила запах возбуждения, этот невероятный запах секса, который сводит с ума и моментально сносит голову. Обласкав живот, девушка спустилась на колени на мраморную плитку и провела языком от внутренней части бедра до края трусиков. Чувствуя, как Реджина напряглась в ожидании, через ткань помассировала промежность большим пальцем, коротко поцеловала, задерживаясь губами и встала на ноги. Лицо женщины сменилось шоком, на нем читалось недоумение от произошедшего, а после некая злость, что не осталось без внимания Свон. — На тебе слишком много одежды, — парировала Миллс, одним движением схватив за майку и, притянув к себе, проникла языком в рот девушки. Элемент «скучного» гардероба отлетел за спину брюнетки, следом за ним моментально направился бюстгальтер, — Так мне нравится больше.       Эта белоснежная кожа, подтянутая грудь, такие же затвердевшие соски, которые уже через секунду прижимались к телу женщины, заставляя постанывать и приподниматься, чтобы увеличить трение между ними. Тонкие пальцы зарылись в локоны, сжимая у корней, вторая рука отчаянно пыталась снять или хотя бы приспустить джинсы, но жадные поцелуи, в которые то и дело втягивала Свон, не давали ни малейшего шанса на успех. Ее губы спускались на шею, не упуская ни единого сантиметра, а когда Эмма решила с силой укусить оливковую кожу, то Реджина, сама от себя не ожидая, издала горловой стон. Он надолго осядет в стенах этого офиса. Алая отметина останется на шее долгую добрую неделю, а пока она никого не волновала.       Эмма сделала шаг назад, спуская последнюю часть гардероба с ног, а после, не став ждать, стянула кружево по ногам брюнетки. Смазка промежности едва оставались на столе, где сидела Миллс. Ладонь блондинки тут же накрыла ее, ощущая насколько все это время Реджина ее хотела, как долго она ждала момента, когда два пальца уверенно и с силой войдут в неё, на секунду задерживаясь. Она резко прогнулась в пояснице, сосками проходясь по груди блондинки, что вызвало ответную, ожидаемую реакцию: довольное мычание и нарастание темпа. Девушке пришлось полностью уложить свою начальницу на лопатки, нависнуть всем телом сверху, закинув одну ногу на край стола, и ещё с большей скоростью входить в Реджину. Та запрокинула голову назад насколько это было возможно, ухватилась ногтями за плечо Эммы и впилась в него, как если бы она падала в пропасть, оставляя болезненные ссадины.       Тело Реджины начало содрогаться, ноги сомкнулись и в этот момент она поняла, что не сможет сдержать удовлетворённый крик, поэтому притянула Свон за шею и простонала в уста, грубо прикусывая ее нижнюю губу. Мокрые пальцы блондинки лаского обвели клитор, после сжали грудь и так же ухватились за глотку, но еле сдавливали ее, дабы ненароком не навредить. Мисс Миллс же это ничуть не волновало, она крепко сжимала челюсть Эммы, хозяйничая своим языком по ее рту, словно она ее слуга и обязана подчиняться.       Момент, когда им пришлось посмотреть в глаза друг другу, длился вечность. Они не могли его разорвать минут десять, любуясь очарованием и невинностью лиц: этих зелёных и карих глаз, что сейчас смотрели по-особенному, они слегка блестели и не могли найти своё место, румянец на щеках, разомкнутые, опухшие от поцелуев губы. Реджина осторожно заправила прядь волос за ухо Эммы, мягко, словно боясь спугнуть, погладила по голове и оставила ладонь на щеке, большим пальцем поглаживая скулу.       Женщина, находясь под телом Эммы, выглядела кардинально другой: на губах отчётливая нежная улыбка, в глазах сверкал огонёк, она такая хрупкая, ласковая и… любящая. Словно сейчас они встретили свою истинную любовь, словно долгие годы были в разлуке и только сейчас обрели друг друга вновь. — Может, вы слезете с меня, мисс Свон? , — тихо произнесла Миллс, продолжая улыбаться и поглаживать щеку блондинки. — Я не хочу отходить от тебя ни на шаг, — губы вновь встретились, но на этот раз поцелуй длился пару секунд.       Взрыв на парковке под зданием оглушил так, что Эмма отскочила и заткнула уши, улавливая только противный ультразвук. Реджина на пару секунд лишилась возможности слышать и, скорчив лицо от неприятных ощущений, зажмурилась. — Твою мать, что это?! , — пытаясь перекричать звон в собственной голове, блондинка стала одеваться и подавать вещи Миллс.       Та, стиснув зубы, в бешеном темпе натянула платье, запрыгнула в туфли и, находу поправляя волосы и вытирая с краев губ смазанную помаду, ринулась из офиса на парковку. От колебаний со стола упали все рамки, стекло разлетелось по полу, страх и ужас одолел Эмму тогда, когда она потеряла из виду Миллс. Куда ломанулась эта идиотка?! Не оставаясь в кабинете ни секунды, она выбежала вслед за ней и сумела догнать лишь спустившись под землю. Несколько бетонных столбов были разрушенными, часть из них обрушилась неполностью, напоминая колонны древнего Рима. Пыль заставила кашлять и задыхаться, она стелилась от эпицентра катастрофы. — Реджина! , — увидев уже знакомое бордовое платье и вкопанную фигуру, девушка, прикрыв рот, сравнялась, — Что это такое? Чья машина?       В середине парковки горел, а точнее догорал чёрный Мерседес, его двери разбросаны в разные стороны, а от самого автомобиля постепенно оставался лишь расплавленный металл и горелый кожаный салон. По щекам Реджины скатились крупные слезинки от осознания всего кошмара. — Моя… Это моя машина. — Твоя?! То есть хочешь сказать… — Эмма встала перед Миллс, но та в упор ее не замечала, смотрела сквозь девушку на обломки. — Хочу сказать, что мой рабочий день закончился ещё час назад и я д-должна была ехать домой на этой м-машине. Если бы я не з-задержалась, то оказалась бы в-в ней, — голос дрожал, ком мешал ровно дышать, она прижала обе руки ко рту и присела на корточки. — Реджина, посмотри на меня, — Свон опустилась следом, забыв, как минуту назад задыхалась от углекислого газа, — Подними голову и посмотри на меня, — она взяла ее за запястья, а когда та подняла глаза, то крепко сжала руки и начала внушать, — Ты здесь, ты жива, я рядом, слышишь? Сейчас вызовем копов и они разберутся. Все обошлось, плевать на тачку, Реджина, главное ты цела.       Женщину долго успокаивать не пришлось, она как могла взяла себя в руки и прижалась трясущимся телом к Эмме, та обхватила ее руками, словно защищая от чего-то опасного. — Эмма! Эмма ты здесь?! , — мужской голос раздался за спиной и его нельзя было ни с чем спутать. Одна из них его навсегда запомнила. — Ричард?