Куклы тоже умеют чувствовать...

Катана вонзилась в тело юной куноичи, девушка тяжело дышала, как от усталости, так и от жуткой боли. В ее зелёных глазах не на секунду не пронеслась и мысль о том, чтобы так легко сдаться из-за обычной раны. Сасори довольно улыбнулся предвкушая скорую победу. — Сакура… — жалостно произнесла Чиё, но вдруг скорчилась от боли. Яд полным ходом начал действовать. — Чиё Баа Сама вы целы, ещё можете двигаться? — В этот момент Сакура беспокоилась не о себе, а об самочувствии своей спутницы. — Ну и ну, волнуешься о ней даже с такой раной, — после этих слов, лезвие вошло ещё глубже в тело, отчего куноичи передёрнуло от боли. — Раз ты ниндзя-медик, то должна понимать свое положение. — Всё-также холодно произнес Акасуна. Харуно устремила свой злобный взгляд прямо в пустые глаза Сасори. Они не выражали каких-то эмоций, просто безжизненный кукольный взгляд. — Иди к чёрту, — промолвила Сакура. — Какая вредная девчонка, но как думаешь, сколько ты продержишься? — Катана вошла в тело до основания, отчего куноичи застонала от боли. Мгновенно возле вошедшего лезвия появилось зелёное свечение. Девушка пыталась лечить себя на ходу, лишь бы продержать подольше. Она как угодно пыталась отсрочить время своей смерти. У нее были люди, к которым она обязательно должна вернуться. «Она останавливает кровотечение и лечит рану, хотя катана ещё в ней. Она неплохо обучена, — мысленно похвалил медика Сасори» — Разумеется эта катана отравлена, как и остальные. Взглядом Сасори успел заметить, как Чиё достала небольшой флакончик, разумеется с противоядием. И что она хочет сделать? Вколоть в эту девчонку и спасти ее? Немного подумав, бабуля направила иглу прямо в лодыжку девушки, но Акасуна не хотел вот так легко оплошать. Свободной рукой быстро дёрнув нитями, сзади Баа Самы появилась марионетка, также пронзившая тело старушки. В отличии от Сакура она и так была практически мертва, последняя атака стала для нее роковой. Рука дрогнула и ампула разбилась о камни, жёлтая жидкость стала растекаться по земле, затекая в маленькие щели. Вздохнув последний раз, Чиё без признаков жизни упала на землю, кровь стала окрашивать все в багровый цвет. Даже при убийстве родной бабули Сасори не изменил своего холодного безразличного взгляда. — Чиё Баа Сама, нет! — жалостливо прокричала девушка, начиная плакать. Слезы стали стекать ручьем по израненному лицу. — Лучше бы ты не дёргалась и пожила лишние три минуты, — такой наглый тон привел Сакуру в бешенство. — Она же родной тебе человек, почему ты даже не дрогнул убивая ее, — выслушивать нотации Сасори не желал. Он давно разорвал семейные узы, потому сейчас ему было откровенно плевать. — Ты слишком много болтаешь, бесит, — достав лезвие катаны, Харуно упала на колени, попытавшись залечить рану. Девушка уже понимала, что ее ничего не спасет. — Так прими же свою смерть. *** — О, Господин Сасори, неужто вы ещё живой, — произнес нарушивший покой своего напарника Дейдара. Подойдя немного ближе, он понял, что тот сейчас находится не в своей кукле Хируко. Это было настоящим редким явлением увидеть настоящее лицо Акасуно. Видели его по малой части только некоторые из Акацуки, ведь он даже в свободное от миссий время находился в кукле. Хоть Сасори и старше Дейдары, но выглядел он сейчас на лет семнадцать. Его красные, словно закат, волосы были словно олицетворением его прозвища «Сасори Красных Песков». Карие кукольные глаза, вечно сохраняющие спокойствие, не способные на слезы и выражение каких-либо эмоций, пугали многих, но не Дейдару. — Дейдара, — прошипел Сасори. — Я смотрю, ты тоже живой, вот только последнюю руку где потерял? — Не беспокойтесь так за мои руки, хм, — блондин ехидно улыбнулся. — Где Джинчурики Девятихвостого, неужто упустил? — Ты сам видел, что рядом с ним вечно крутился этот Копирующий Ниндзя, — Вдруг взгляд голубых глаз устремился на розововолосую девушку, лежащую рядом с его напарником. — Вы, как посмотрю, не без сувениров. — Эта девушка станет моей новой куклой в замен тех, что она разрушила своими руками. — Значит, если я сломаю ваших кукол, то у меня есть шанс стать одной в вашей коллекции, хм, — теперь на его лице блистала довольная улыбка и взгляд, который выдавал его ближайшие планы. — Сомневаюсь, что от тебя будет хоть какой-то прок, — недовольно промолвил Акасуна, но его слова противоречили его внутренним мыслям, которые он не слушал. — Пошли уже, я ненавижу заставлять кого-то ждать, а уж тем более Пейна. *** Сасори сидел в мастерской, создавая свою новую марионетку. Комнату освещали лишь пару ламп, одна из которых находилась прямо над рабочим столом. Дискомфорта от свечения в глаза, благо, Акасуна не получал, иначе работать было бы затруднительно. На данный момент в мастерской царил полный разгром и беспорядок, это было не настолько редким явлением. Постоянно, если парень занят работой порядка в помещении не будет. Перед превращением в куклу, Сасори осмотрел каждый миллиметр тела девушки. Как бы странно это не прозвучало, но его ничего в ней не привлекало: ни волосы, ни грудь, ни тело. Может это из-за того, что он сам марионетка и его не может привлекать обнаженное женское тело, или дело в том, что его девушки в принципе не привлекали, или его вообще такое не интересует. Акасуна никогда не задавался таким вопросом, он с самого детства занимался кукольным делом и даже друзей у него толком не было, парень и сейчас не очень общительный. Единственный, с кем Сасори может поговорить, это Дейдара — его напарник, но слушатель из него плохой. Не раз блондин намеревался взорвать мастерскую Кукловода, но никак видимо руки не доходят, или он боится гнева своего напарника. Ну, как бы то ни было, они частенько спорят насчёт искусства. Один утверждает, что искусство — это то что расцветает за секунду до того, как испариться навсегда, то есть его взрывы. Другой, что искусство должно быть вечным, как его марионетки. Поэтому Сасори и сам стал такой-же куклой, как и все его работы, чтобы жить вечно. Наверное тем, кому Сасори мог открыть свою душу были как раз марионетки. В этот вечер работа не шла совершенно. Инструменты частенько валились из кукольных рук, мелкие детали все время отскакивали и их приходилось искать. Даже отсутствие нервной системы не помешала Акасуна разозлиться, словно его снова выбесил Дейдара. По большей части парень списывал это на слишком шумную обстановку, хоть его мастерская и находилась дальше всех от остальных комнат. Сасори конечно не знает подробностей, но он знает точно, что Пейн разрешил ребятам немного расслабиться после миссий. Хидан, естественно не без посредничества Какузу, купил алкоголя и потому они сейчас веселятся. Спрашивается, почему же тогда сам Сасори не присоединился к этой веселушке? Он открыто проявлял неприязнь к таким вечеринкам и, впрочем, шумным компаниям, да и выпить он не может. Скорее всего веселились там только Хидан, Какузу, Дейдара, Итачи и Кисаме. Из-за раздающихся смешков он совершенно не мог сосредоточиться. Как вдруг рядом с мастерской послышались неловкие тихие шаги, которые остановились прямо под дверью. Долгое время подошедший объект не стучал и не подавал признаков жизни. — Хватит стоять под дверью, заходи уже или уходи, — не выдержал Сасори. Он понимал, что это кто-то возможно напился в хламину и припёрся к нему. Дверь с неприятным скрипом медленно открылась и из темноты показался среднего роста парень с черными волосами, заплетёнными в косичку, ещё и с бантиком? Видимо весело у них там. Он был одет не в стандартный плащ Акацуки, а в белую-полурастегнутую рубашку, немного испачканную вином. — Итачи? Чего тебе надо? — обратился Кукловод к Учихе. По небольшому румянцу на щеках было понятно, что даже сам Гений Клана Учиха и Мастер Гендзюцу не смог отказать своим товарищам. — Дейдара сказал, что оставил у тебя свое кольцо, попросил вернуть, а иначе он не вспомнит утром, — промолвил Итачи. — Кольцо? Что-то не припомню, чтобы он ко мне заходил, — в ответ Учиха лишь неловко отвернулся. — Ладно, сейчас посмотрю. Сасори стал рыться по всем своим полкам, перебирая разные запчасти и инструменты, но кольца там точно не было. Парень чувствовал, что в этом приходе есть какой-то подвох. Сомневаюсь, что в стельку бухой Дейдара смог бы вспомнить про кольцо сейчас и вообще когда-нибудь. И в общем, когда Дейдара заходил в мастерскую? — Итачи, ты прости конечно, но его кольца здесь нет, — обернувшись, в комнате парень никого не застал. Только открытая дверь говорила о том, что Сасори явно это не померещилось. Слишком подозрительно. Понимая, что он здесь был за тем, чтобы что-то украсть по желанию. Оглядев глазами комнату, никаких изменений Сасори не обнаружил. Вроде все на месте. Вздохнув с облегчением и с надеждой надеясь, что они больше его не побеспокоят, Акасуна закрыл дверь и снова сел за работу. Но собраться с мыслями он толком не мог, все равно что-то мешало. Может просто взяться за что-то другое, например, за куклу Третьего Казекаге. В бою она была сильно повреждена, потому не мешало бы ее подлатать. Сасори подошёл к полкам, начиная искать нужный Свиток Призыва. Там были все: 100 марионеток, также сильно пострадавших, Хируко и многие другие, но нужного нет. Посмотрев ещё раз, нужного так и не нашлось. Теперь ясно, зачем Итачи сюда пришел. Несдобровать этому тупому Учихе. — ИТАЧИ, ТЕБЕ ПИЗДЕЦ! — Разнеслось на все Логово. ***За пару минут до этого*** — Ну что, принес? — Немного заикаясь спросил Дейдара, который был конкретно пьян. — Я же не зря туда ходил, — Итачи протянул Свиток. — А точно тот, ты не ошибся? — С подозрением произнес Какузу. Чтобы подтвердить товарищам, Учиха развернул Свиток и с помощью Техники Призыва в комнате оказалась полуразломанная марионетка Третьего Казекаге. Все восторженно закричали. Особенно тот, кто задал желание — Дейдара. Отменив призыв, кукла исчезла. — Могешь, ик, Учиха, — приобнял товарища Тсукури, смеясь. — Ну все, Какузу, не достанется тебе выигрыша, гони сюда мои бабки, хм. — Такая настойчивость бесила проигравшего, но делать нечего. — Подавись, — в руки Дейдары попала стопка денег в 1,000 Рё, тот ещё больше заулыбался, спрятав выигрыш в свою временно пустующую сумку для глины. — И так, кто следующ… — Не успел договорить Кисаме, как на все Логово раздался крик Сасори. — ИТАЧИ, ТЕБЕ ПИЗДЕЦ! — Ой все, Итачи, беги, тебе пизда, — засмеявшись, проговорил Хидан. — Слишком быстро он обнаружил пропажу. — Лучше давайте свалим, а то он и нас за компанию прибьет, — сказал Дейдара, самым первым уходя из комнаты. Его совету последовали все, в том числе и сам Итачи. Понятное дело, когда Сасори пришел на «место приступления», никого он не застал. Даже Чёртов Учиха сбежал. Дейдара лучше всех знает, что такое настоящий гнев «Сасори Красных Песков», пришлось как-то на своей шкуре испытать. Акасуна прошёлся по комнате наполненной пустыми бутылками из-под вина и сакэ, коробками и пакетами от еды. Среди всего этого хлама Кукловод обнаружил пропажу. Злость на Итачи немного стихла, но зная, кто задал это задание, захотелось прибить именно его, а не Учиху. Да какая уже разница, пропажа нашлась, потому можно со спокойной душой идти обратно в мастерскую. Потому сразу же подумав об этом, Сасори ушёл. Сосредоточиться на работе снова не удалось, парня все равно что-то отвлекало, но что? Теперь Сасори начало злить именно это. — Хватит уже, — Акасуна ударил по столу со всей силы, отчего что-то со звуком разбитого стекла упало на пол. Парень сразу посмотрел на пол и с неким удивлением увидел там разбитую рамку с фотографией. Эта была последнее фото перед тем, как родители Сасори погибли на миссии. В ту ночь он и подозревать не мог, что больше их никогда не увидит, узнал бы — не отпустил. После этого Бабуля Чиё и показала ему, что значит быть кукловодом. Самыми первыми его куклами были прототипы Матери и Отца, поначалу они были хорошей заменой, но это было временно. Именно в тот момент жизни Акасуна и повзрослел, а ещё через пару лет и вовсе время для его тела застыло навсегда. Чиё заменила ему родителей, всегда поддерживала, научила его многому, что он сейчас знает, хоть она редко его навещала, и как он за это отплатил? Бросил ее, а потом и вовсе убил. Он хоть раз в жизни сказал ей обычное «Спасибо»? Хоть раз в чем-то помог? Нет и ещё раз нет, он старался ради себя одного и больше ничего. Он был охвачен мыслью про вечность, забыв про все остальное. Конечно, Сасори много добился, но смысл во всем этом. Если бы он продолжил служить деревне, то с большой вероятностью стал бы Казекаге, вместо Гаары, и был бы одним из самых сильных правителей Деревни Песка. И что он сделал вместо этого? Убил своего друга, убил Третьего Казекаге, сбежал из деревни, совершил множество убийств. Его бы знали все под именем «Гения», сейчас он для всех лишь Нукенин, бросивший свою деревню ради личных целей. Не ребенок, а сплошное наказание. В одно мгновение, что-то внутри Сасори заныло и сжалось от боли. Что это такое? Что за странное чувство? Неужто он чувствует вину за все сделанное? Даже такая кукла, как Акасуна, защищённая от физической боли, не защищена от моральной. В этот момент ему очень хотелось расплакаться, но он и того сделать не может, ведь всего лишь марионетка. Именно в такие моменты можно жалеть об превращении в куклу, ведь если бы он просто выплакался, то все бы стало на свои места. В чем тогда вообще смысл этого тела? Почему даже оно, со всеми своими возможностями, не может лишить Сасори всей боли, не только физической, но и моральной. Почему он сам не смог лишить себя этого? — Простите меня, Бабуля Чиё, — Акасуна поднял голову вверх, будто обращаясь на небеса к своей покойной бабуле. — Я был настоящим эгоистом и прекрасно это понимаю. Прошу тебя, прости. Парень вспомнил об куклах Матери и Отца, которые забрал после боя с Чиё. Может это хоть как-то его успокоит? Акасуна починил их и оставил себе, ведь куклы лишними не бывают. Взяв нужный Свиток, у Сасори сразу задрожали руки, он настолько боялся. Развернув его, рядом появились две марионетки: девушка брюнетка — мать Сасори и красноволосый мужчина — отец. Это было слишком волнительно. Будто это и не куклы вовсе, а настоящие его родители с которыми Акасуна не виделся уже лет тридцать. Перекрестив руки, Сасори стал притягивать марионеток к себе, аккуратно, не торопясь. Прикрыв глаза, он ощутил, как кукольные руки обнимают его, отчего ему и вправду стало тепло на душе. Он стал вспоминать все время, которое он провел с родителями, отчего из головы сразу отбрасывались дрянные мысли. Удовлетворённо улыбнувшись, Акасуна не хотел заканчивать это мгновение, ведь уже как три десятилетия он не получал такого душевного тепла. Если не сам Сасори, то это закончит кто-то ещё. Так дверь в комнату с сильным грохотом отворилась, отчего Акасуна потерял концентрацию и нити чакры исчезли, марионетки свалились на пол. Все что застыло на лице парня, лишь удивление и шок. — Ой, сорян, Господин Сасори, ошибся комнатой, — произнес пьяный в хлам Дейдара, который и оказался нежданным гостем. Но Тсукури явно был не в состоянии выйти из мастерской и дойти до своей комнаты. Зато был в состоянии нести какой-то бред. Сасори все также стоял с удивлённым лицом, которое вмиг сменилось огорчением. Эту смену настроения заметил Дейдара, но нормально соображать в этот момент он не мог. — Что с вами, Господин Сасори, вы так из-за меня расстроились? — Вдруг подошёл блондин к своему напарнику. — Может, я могу чем-то помочь, — произнес Тсукури шепотом прямо на ухо, отчего, если бы могли, по телу Сасори прошли бы мурашки. От Дейдары сильно несло алкоголем, но даже сейчас Акасуна почему-то не оттолкнул его от себя, а просто продолжил стоять на месте. Проведя рукой по красным волосам, Дейдара понял, что они настоящие, в отличии от самого тела. Такие густые и приятные на ощупь. Вдохнув их аромат, Тсукури почувствовал древесный и временами палёный запах, почему-то ему этот аромат казался таким приятным. Рука с волос переключились на лицо, такое непривычно неживое и гладкое, такие странные и в тоже время приятные ощущения. Повернув лицо к себе, Дейдара стал рассматривать его в мельчайших подробностях. Никогда ещё он не видел своего напарника так близко. Карие глаза с неживым блеском больше всего привлекли внимание наблюдателя. Не отводя взгляда от глаз, Дейдара провел пальцем по губам Сасори, они также были такими неживыми. В этот момент Акасуна не смог терпеть и просто прижался к груди друга, отчего тот немного удивился. — Дейдара, пожалуйста, помоги мне, — обняв Тсукури, Сасори положил голову на его плечо. — Я не знаю, что мне с этим делать. — Сасори? — У него был такой жалобный голос, словно он ещё чуть-чуть и расплакался бы. — Не уходи, прощу тебя, хоть одну ночь побудь со мной. — Хорошо, но только с одним условием, — Дейдара ехидно улыбнулся. — Можно осмотрю твое тело. Мне все равно, даже если ты всего лишь кукла. Сасори вернулся в нормальное положение, смотря в голубые глаза Дейдары. В этот момент они казались для него спасением из всего этого кошмара. Тсукури прислонил руки к лицу напарника, медленно приближаясь к его губам, отчего на одно мгновение на лице Акасуна появился небольшой шок. Быстро преодолев разделяющие их несколько миллиметров, пробуя его поцелуй на вкус. Это так странно, целовать такие жесткие губы. Сасори как-то и не пытался брать инициативу, он просто наслаждался, хоть и не мог чувствовать теплоты губ напарника. Также аккуратно, Тсукури раскрыл рот парня и проник в него языком. На его же удивления, внутри рот был живым и похожим на человеческий, парень переплел их языки и точно убедился, что хоть частью тела он остался человеком. Пока была возможность, блондин хотел обследовать тело Сасори целиком и полностью. В обычном состоянии у Дейдары даже смелости не хватит, чтобы просто подойти к напарнику настолько близко, а уж тем более перейти к более серьезным действиям. Отстранившись, Тсукури хотел продолжить свое исследование. — Давай переместимся на кровать, — предложил блондин. — Ты же не против? — Делай что хочешь, на эту ночь я в твоей власти, — Сасори был готов на что угодно, лишь бы поскорее избавиться от этого ужасного чувства. Эти слова серьезно раззадорили и так пьяного Дейдару. Он возбуждался от одной мысли о том, что Акасуна в его власти на эту ночь, потому времени лучше не терять. Положив Сасори на кровать, Тсукури навис прямо над ним, начиная расстегивать молнию плаща. Тело Кукловода сильно отличалось от человеческого, точнее и в принципе не было на него похоже. С левой стороны, как и у человека, находилось круглое сердце от которого отходили подобие вен. Положив руку на него, блондин удивился тому, что сердце Сасори так сильно билось. Видимо, ему и вправду сейчас было морально больно. Руки стали блуждать по кукольному телу, обследуя малейшие детали. Языками на руках Дейдара словно пробовал на вкус кукольное тело. Его движения были очень уверенными, но вдруг резко остановились, когда руки спустились к штанам. На лице Тсукури появился ещё больший румянец и почему-то продолжать он просто физически не смог, даже такое для него было чем-то непреодолимым. Сасори сразу заметил это, но настаивать не хотел. — Разрешишь взамен обследовать и тебя? — Это смутило Дейдару ещё сильнее, но от мысли, что Акасуна будет исследовать его тело также, он не мог отказать. — Я хочу убедиться в одной теории. — Давайте, Господин Сасори, действуйте, — Тсукури снял с себя майку, оголяя торс. Поменяв положение, теперь Сасори нависал над Дейдарой. Если Кукловоду было как-то всё равно на такое «исследование», то блондин только при прикосновении к лицу уже краснел словно помидор. Кукольные руки не могли передать всех ощущений, но какое-то чувство все равно передавалось. На лице задерживаться Акасуна не хотел, потому пальцами он прошёлся по шее напарника и переключился на ключицы. С ключиц рука перешла на его грудь. Дейдара не отличался накачанным телом, скорее оно просто было физически здоровым, но не более. Слева у него находился ещё один рот, но для чего не знал и сам Сасори. Проведя пальцами по правому соску, блондин немного вздрогнул. Такая реакция немного удивила Акасуна, потому все внимание сейчас было именно на этом месте. Неужто здесь он настолько чувствительный? Снова коснувшись соска, Сасори ощутимо ущипнул его, отчего Дейдара издал протяжный стон. — Прости, видимо, это было больно, — вдруг начал извиняться Кукловод, убирая руку. — Нет, как раз наоборот, — тяжело дыша произнес Тсукури. Блондин прикрыл лицо руками, чтобы напарник не видел его смущения. Сасори нерешительно обвёл языком кружок жемчужно-розовой кожи вокруг соска, потом осторожно прихватил зубами сам комочек плоти. Дейдара громко застонал, волна удовольствия накрыла его заставляя изогнуться. Акасуна все сильнее удивлялся, возможно, что всё-таки единственный плюс кукольного тела — это неуязвимость. Он не может испытать удовольствия, прикосновений партнёра, да и сам ничего не ощущает, когда ласкает Дейдару. Но нельзя забывать, что это только на одну ночь и не более. Все равно блондин ничего на утро не вспомнит, потому не страшно. А вот Сасори будет помнить это очень долго. Но всё-таки он кое-что понял — мужское тело заинтересовало его намного больше, чем женское. Присев на живот Тсукури, Кукловод провел руками по животу, отчего блондин начинал дрожать от удовольствия. Отсев немного дальше, Сасори понял, что сзади в него что-то упирается. Даже он это почувствовал. Неужели Дейдара так возбудился только из-за прикосновений к соскам? Это алкоголь так действует, или он и вправду получает удовольствие от прикосновений напарника. Акасуна прекрасно понимал, что это заходил слишком далеко, хоть это и противоречило его словам, но он не был готов к такой близости. — Давай на этом и закончим, я не хочу переходить к более серьезным действиям, — Сасори хотел подняться и, сказать честно, сбежать, но вдруг он заметил, что Дейдара уже давно спит. Акасуна улыбнулся, глядя на сапящего напарника. Выпитый алкоголь наконец дал о себе знать. Сасори слез с кровати, накрывая спящего Дейдару одеялом. Тот лишь перевернулся на бок, принимая удобную для себя позу. Кукловод наклонился к его лицу, снова рассматривая его. Одна из жёлтых прядей упала ему на лицо, потому парень подхватил ее пальцами и убрал. После такой близости с Дейдарой ему и вправду стало легче. Также он убедился в своей странной теории, его и вправду привлекают только парни, а может именно Тсукури? Кто знает, ведь настолько близок он был только с ним. Если Сасори стало легче, значит и работа должна пойти нормально. Но только он хотел подняться, как вдруг рука Дейдары схватила его за запястье. Нет, он не проснулся, блондин всё-также спал. Приснилось чего? — Сасори-сан, не уходите, — сквозь сон произнес Тсукури. «Работа может подождать до утра, — подумал Сасори» Кукловод перелез через Тсукури и лег сзади него, приобняв руками. Спать Акасуна естественно не может, но просто закрыть глаза и наслаждаться близостью может. *** Дейдара проснулся ближе к обеду. Голова сильно раскалывалась после похмелья, весело они вчера погуляли, ничего не сказать. Оглядев комнату, Тсукури заметил, что Сасори сидел за столом, занимаясь своими делами. Он был настолько увлечен, что даже не заметил пробуждения напарника. Приподнявшись, Дей сразу схватился за голову. — Чёрт, сколько я вчера выпил? — Доброе утро, — произнес Сасори, не отрывая взгляда от марионетки. — Д-доброе, — запинаясь произнес Дейдара. — Ответь честно, я говорил во сне? — Нет, — Акасуна обернулся в сторону напарника, который снова покраснел, будто что-то осознав. Сасори специально скрыл правду, чтобы его напарник ничего не вспомнил. «Фух, не проговорился. Хватило же глупости пьяным придти к нему в мастерскую, — проклинал себя Дейдара» — И всё-таки, что с тобой вчера было? — Отрываясь от прошлой темы спросил блондин. Снова внимание Акасуны полностью было на марионетке. — Я дал слабину, но этого больше не повторится… По крайней мере, я так надеюсь… — Кукловод заметно погрустнел, но пытался не показывать этого. Дейдара и так много видел. — Ясно, я плохо помню, чтобы было вчера. Надеюсь, что хоть как-то тебе помог, — накидывая одежду произнес Тсукури. — Мне стало легче, спасибо. — В-вот и хорошо, я уже пойду, а то меня мои собутыльники прибьют за то, что я не помог им с уборкой, — блондин через секунду был возле двери, будто хотел поскорее уйти от Сасори, что его немного насторажило. — Хорошего Дня! Дверь с грохотом захлопнулась и Дейдара скрылся в темном коридоре. Отойдя от мастерской, он с облегчением вздохнул. Явно он не к своим собутыльникам спешил. — Слава богу, ещё бы чуть-чуть и я точно бы проболтался, — но почему-то от этих слов ему только хуже. — И сколько я собираюсь бегать от него? Долго правда не будет скрываться, все равно узнает. Надо быть готовым к худшему. Настроение на все утро было испорчено. Придется напроситься у Пейна на миссию, лишь бы быть подальше от Сасори. И чем дольше она будет идти, тем лучше. Дейдара готов идти на задание с Учихой, он готов даже на такое. *** Пейн долго упирался и не хотел пускать Дейдару, но тот был слишком настойчивым. В итоге ему временно придется немного подождать новичка, которого приведет Зецу. Затем они должны отправиться на поиски Трёххвостого, как раз по наводке новичка. Интересно и какой он, этот Тоби? Если он сплошная нервотрёпка, то будет не очень хорошо, как для нерв Тсукури, так и для самой проблемы. А пока новичка нет, то единственное, что оставалось Дейдаре, это просто избегать Сасори. Тот явно ещё не о чем не догадывается, потому если его начать избегать подозрения вряд-ли появятся. Они все равно не так часто общались в свободное от миссий время, если только иногда. Тсукури решил заняться своим давним любимым делом, игре на гитаре. Та давно пылилась в его шкафу, ведь он с вступления в Акацуки совсем на ней не играл. Почему бы не вспомнить былые времена. Достав ее, блондин сразу провел по струнам. — Совсем расстроились, хм. Дей стал ее настраивать. Некоторые струна надо было натянуть, какие-то наоборот ослабить, пока гитара не заиграла как новенькая. Долгое время Тсукури просто играл на ней спокойную мелодию, пытаясь вспомнить как это, потом резко остановился. Через секунду мелодия заиграла резче, а после и вовсе Дейдара начал петь. Слова как-то придумывались сами, будто он уже знает текст этой песни. Наверное, в глубине души блондин хотел, чтобы эту песню услышал Сасори, может тогда бы он наконец понял его чувствах. И как по зову сердца, Акасуна направился к комнате напарника. Он хотел передать, что Тоби уже прибыл и ему надо готовиться к миссии. Уже в коридоре он слышал гитарную мелодию и чей-то красивый мелодичный голос. Единственный вопрос, который возник в голове Сасори, был: «Это Дейдара поёт? Не знал, что он играет на гитаре». Подойдя к двери, он хотел постучать, но что-то его остановило. Скорее всего, это были строки напеваемой песни.

«Но почему же ты, выбираешь их

Кукол без души, что не хотят любви

Но когда внутри сердечко заболит

Ты снова позвонишь, снова мне звонишь»

— Дей?.. — Дверь открыть он так и не сумел, но и уйти тоже. Его зачаровал голос Тсукури, вместе с его песней. Почему-то Кукловоду казалось, что он хорошо понимает о ком поёт блондин.

«Ты не понимаешь мои чувства

Я для тебя, как мягкая игрушка

Я знаю то, что между нами дружба

Но твои губы для меня — ловушка

Поздней ночью ты придешь ко мне домой

Твои слёзы разбавляет алкоголь

Я укрою тебя, дождусь пока уснешь»

В этот момент Сасори ворвался в комнату напарника, отчего тот сразу перестал играть и сам замолчал. Все лицо мгновенно покраснело, как от стыда, так и осознания, что Данна все слышал. Дейдара хоть и хотел, чтобы это услышал именно Акасуна, но не настолько буквально. Какое-то время в комнате нависла неловкая тишина. Лицо Сасори прикрывала челка, потому было непонятно, что он сейчас чувствует. Возможно не будь он куклой, то все бы его лицо покрылось румянцем. Он слышал песню, или пришел только сейчас? — Дейдара, Тоби уже прибыл, готовься к миссии и подойди сейчас к Пейну, он расскажет подробности, — сказав это Сасори просто ушел, не дав сказать слов Дейдаре. Хотя, тот и так бы ничего не смог произнести. Возможно блондин так и просидел бы, весь покрасневший и ничего не понимающий, но слова Сасори наконец дошли до его ушей. Он быстро убрал гитару и направился к Пейну, но мысли о случившемся все не покидали его. Он считал себя идиотом, как только хватило смелости петь о таком. Хорошо хоть, никто больше не услышал, а может и слышал, но не заинтересовался. *** Тоби и Дейдара уже находились в пути к Трёххвостому. На удивление тот почему-то молчал, хотя при Пейне он болтал без умолку. Может Дейдара просто не слушал его болтовни, он все ещё думал о том случае. И, видимо, думать об этом будет ещё долго. — Вы только посмотрите на это, Семпай, — вдруг остановился Тоби, показывая вперёд. — Здесь продают данго. Давайте устроим обеденный перерыв, мы уже вечность тащимся, — не дожидаясь ответа, парень сразу кинулся в сторону этого дома. — Да и хрен с тобой, — Дейдаре не оставалось ничего, кроме того как пойти за ним. Блондин присел рядом. — Чёрт, ты обсолютно беззаботен. — Но Семпай, мы ищем этого биджу, чтобы захватить, но даже понятия не имеем где он. Давайте просто относится к этому беспечнее, — на секунду он замолчал, но потом снова начал. — Кстати говоря, ещё разок, что это за зверюга та? — Трёххвостый! Трёххвостый это! — Тсукури явно начало это бесить. — Однохвостый, Двуххвостый, а я Тоби, вот так, — Дейдара раз сто успел пожалеть об этой миссии. Он же не думал, что Тоби это одно сплошное наказание. — Вот, пожалуйста, данго готово, — произнесла подошедшая хозяйка, оставив поднос перед двумя парнями. — Выглядит вкусно! — Вдруг радостно воскликнул Тоби. — Давайте попробуем. Парень прикоснулся к маске, явно хотела её снять, что привлекло внимание Дейдары. Он не видел лицо его временного напарника, потому ему было любопытно. Но вдруг Тоби отвернулся, только тогда сняв маску. — Вкуснятина какая, да и соевый соус превосходный. Не слишком сладкий и не слишком соленный, просто отлично, — от этого блондин лишь нервно взял один шарик в рот. Когда Тоби обернулся, то данго было уже съедено, а Тсукури так и не увидел его лица. Его только за это хочется прибить. Пока он доедал данго, то снова задумался и не обращал внимания на попытки Тоби подколоть его. Только когда он выкрикнул его имя, то Дей почему то немного дернулся, подумав, что его имя произнес Сасори. — Эй, Дейдара Семпай, почему вы меня не слушаете, — обиженным голосом произнес Тоби. — О чем таком важном вы задумались… Или о ком? — Не твоего ума дела, отвали. — Вы же думаете о том красноволосом пареньке, правда ведь? — Дейдара при упоминании Сасори хотел воткнуть эту шпажку прямо в глаз парню. — Ой, неужто он вам нравится. Правда что-ли. — Захлопнись к чёрту, — блондин все больше начал выходить из себя. Кажись ещё одна капля и Тоби будет пиздец. — Так чего вы ему не признаетесь? Вам же станет легче даже при отказе, хоть не будете таким рассеянным, — это стало последней каплей. Тоби сразу понял, что сейчас ему явно не хило влетит, потому он сразу бросился в бегство. И чем дальше, тем лучше, а то от него мокрого места не останется. — Я тебя к черту взорву! Вдруг раздался взрыв и Тоби с криками улетел куда-то далеко. Хоть теперь будет тишина и спокойствие, пока они снова не пересекутся. Но почему-то частично Дей думал, что Тоби каким-то образом сказал хорошую вещь. Если он признается Сасори ему явно станет легче, даже если получит отказ, то хотя бы на душе будет спокойствие. Может, когда он вернётся с миссии всё-таки попробовать. Да, именно так он и собирался поступить. *** Вдруг в дверь раздался тихий неуверенный стук, не отвлекаясь от дела, Сасори лишь произнес: «Входи уже» и на пороге через секунду стоял Дейдара. Единственным удивлением для него было то, что Тсукури не ворвался к нему в мастерскую и не начал тут все громить. Ведь он знал, что Тоби тот ещё подарочек. — Ты только с миссии? Как временный напарник? — Совершенно равнодушно спросил Акасуна. — Говнюк ещё тот, — прошипел блондин. — Даже ты меня так не бесишь. В комнате нависла напрягающая тишина, которая давила на бедного Дейдару тяжёлым грузом. Смелость сразу улетучилась, будто ее и не было. Что делать в такой ситуации? Может просто сбежать и снова напроситься на долгую миссию. — Ты хотел о чем-то поговорить? Или просто пришел? — спросил Сасори, нарушая тишину, переводя взгляд на напарника. Этот кукольный взгляд ещё больше ввел в ступор бедного Тсукури. — Чего молчишь то? — Я зайду попозже, — блондин уже хотел уйти, но тут же в дверь прилетела отвёртка, отчего открывать дверь желания уже не возникло. Он лишь сглотнул слюну от страха и снова посмотрел на напарника. — Та песня, ты же тогда обо мне пел? Правда? — По одной реакции можно понять, что так и есть. — Я понимаю, о чем ты хочешь поговорить, но не советую этого делать. — Почему? — Я не хочу с тобой сильно сближаться. Тогда я так себя повел, потому что мне нужно было быть с кем-то рядом, — Данна все равно что-то не договаривал. — Почему? Тебя смущает, что я парень? Или то, что это именно я? — Почему-то Дейдара в этот момент разозлился на своего напарника. Он считал, что Сасори использовал его. — Потому что я не хочу страдать, — Акасуна крикнул это с такой болью, словно он и вправду боялся. — Если я сближусь с тобой, то буду страдать из-за твоей смерти. Дейдара, ещё в первую встречу я сказал: «Такие как ты умирают молодыми!». Я не смогу этого пережить. Эти слова сильно удивили Дейдару. Он ожидал чего угодно, но явно не этого. Тсукури подошёл со спины к напарнику, нерешительно обняв его за плечи. Блондин прижался к макушке Сасори и прошептал: — Я люблю тебя… — Тут же короткий поцелуй коснулся виска. — Давно люблю и не могу больше это скрывать. — Прошу, Дейдара, не надо… — Когда я умру, сделай из моего тела марионетку. Тогда я всегда буду рядом, — неожиданно Дей отстранился и направился к выходу. — Если надо, подумай. В любом случае, я готов принять отказ. Даже после такого ответа мне хотя бы будет спокойнее. В глубине души он боялся, но почему-то все равно хотел ответить «да». Сасори не может всю жизнь бегать от боязни страдать. Лучше хоть раз в жизни пустить кого-то в свою жизнь, первый и вероятно последний раз. — Подожди, — вдруг выкрикнул Сасори, отчего блондин остановился. — Только пообещай мне, что не подорвешь себя, иначе смысла в твоих словах не будет. — Это значит — да? Вместо слов, Акасуна чмокнул напарника, точнее уже любовника, в щеку. Небольшой румянец накрыл Дейдару, но он лишь улыбнулся и принял ответ. Блондин скрылся за дверью и улыбка все никак не сходила с его лица. Он давно готовился к отказу, потому такой ответ его обрадовал. Столько лет он мучался из-за своей боязни, он думал, что может навсегда потерять доверие Сасори. И вот наконец, он переборол свой страх, не без помощи Тоби, и, наверное, Акасуна сам рад такому. Отойдя на приличное расстояние от мастерской, он тихо произнес: — Спасибо… *** Дейдара сидел в комнате и нервно пытался настроить гитару. Можно подумать, что это все из-за Сасори, но нет, у них все идёт даже очень хорошо. Проблемой его срыва был Чёртов Тоби, который на собрании настолько его выбесил. В итоге оба получили тот ещё нагоняй от Пейна, а остальные лишь со смехом, или наоборот призрением за срыв собрания, смотрели на них. Поэтому Дейдара сейчас и сидел в комнате, пытаясь себя успокоить. Музыка всегда ему помогала, но как назло гитара снова расстроилась, а из-за нервов настроить ее он не мог. Вдруг дверь неожиданно открылась, из-за чего Тсукури сильно перетянул струну и она лопнула. — Я не помешал? — произнес пришедший Сасори. — Да нет, все равно настроить не могу, — блондин отложил инструмент и показал гостю, чтобы тот сел рядом. Сасори покорно присел напротив Дейдары на пол, блондин сразу положил голову ему на плечо. Таким образом он себя успокаивал. Видимо его нервный срыв потихоньку стихал, переходя в обычное испорченное настроение. — Ты так из-за случившегося на собрании бесишься? — Это все Тоби, я лишь хотел поставить его на место, хм, — это было очень похоже на Дейдару. Акасуна положил руку на макушку парня, зарываясь кукольными пальцами в блондинистые пряди. Когда Кукловод так делал, Дейдаре сразу становилось спокойнее, осознавая, что есть человек, который в такие моменты всегда будет рядом. — Помнишь, когда ты проснулся у меня в мастерской, то спросил «Я говорил во сне?», — Дейдара лишь качнул головой. — Тогда я соврал. Ты попросил меня не уходить. — Значит, я уже тогда сболтнул лишнего… — Я бы не сказал, ты помог мне наконец отвлечься от работы и расслабиться, — Сасори приятно улыбнулся. — Но всё-таки времени я потратил немало, потому взамен, можешь спеть для меня. Блондин немного смутился и ему сейчас повезло, что Сасори не видит его покрасневшего лица. — Хорошо, в этот раз только я сыграю только для тебя, хм. Посмотрев на лопнувшую струну, он нервно цыкнул и потянулся в шкаф за новыми. Ловкими отточенными движениями он заменил ее и потянулся снова настраивать инструмент. Его движения были настолько отточенными, прямо как у Сасори при использовании его марионеток. Когда Тсукури устроил результат настройки, он победно улыбнулся, удобно усаживаясь для начала игры. На мгновение в комнате наступила тиши, как вдруг она прервалась спокойной мелодией. Сначала Тсукури намеренно оттягивал момент до начала текста, но понимал, что сам на этом согласился, поэтому уже не отвертишься. И наконец осмелившись, он запел. Сасори снова услышал этот прекрасный ангельский голос.

«Not tryna be indie

Not tryna be cool

Just tryna be in this

Tell me how you choose

Can you feel why you're in this

Can you feel it through

All of the windows

Inside this room»

На удивление самого Кукловода, он знал текст этой песни. Как-то на миссии они с Дейдарой пересеклись с бродячими музыкантами и один из них как раз ее пел. Даже не зная зачем, Акасуна запомнил ее наизусть. Потому решил подпевать.

«Cause I wanna touch you, baby

And I wanna feel you, too

I wanna see the sunrise and your sins

Just me and you»

Тсукури сразу удивился, что у Сасори такой красивый голос. Он словно предназначен для пения. И в этот момент парни повернулись друг другу лицом, начиная петь вместе.

«Light it up, on the run

Let's make love, tonight

Make it up, fall in love, try»

Мотив музыки стал более резким и, забыв совершенно обо всем, Сасори и Дейдара начали петь ещё громче. Соприкоснувшись лбами, они смотрели друг другу в глаза.

«But you'll never be alone

I'll be with you from dusk till dawn

I'll be with you from dusk till dawn

Baby, I'm right here

I'll hold you when things go wrong

I'll be with you from dusk till dawn

I'll be with you from dusk till dawn

Baby, I'm right here¹»

Мелодия стала стихать, пока не замолчала совсем. В этот момент Сасори впился в губы Дейдары, обняв его, а тот видимо был даже не против. Каким-то образом Тсукури отложил гитару в сторону и обнял любовника в ответ. Не удержав равновесие, они повалились на пол, в это момент Данна стал углублять поцелуй, а Дей лишь охотно отдавал инициативу напарнику. Было бы даже очень неловко, если бы кто-то зашёл в этот момент в комнату. Из-за нехватки воздуха оба отстранились и посмотрев на друг друга громко засмеялись. Сасори лег на Тсукури, продолжая его обнимать, словно ребёнок. Дею это даже нравилось, потому одну руку он впустил в красные волосы, а другую положил на шею. Возможно Данна этого даже не заметил, но своим языком на ладони блондин проводил прямо по кукольной шее. Это доставляло ему удовольствие. — Знаешь, не будь мы отступниками, из нас бы вышла хорошая группа. Как думаешь? — Подумал Дейдара — Даже не знаю… — Если честно, иногда я жалею, что присоединился к Акацуки. Так бы я зарабатывал деньги, работая наемником и жил бы себе, не от кого не завися. Может даже стал музыкантом. Сасори тоже вспомнил его размышление о другой жизни, если бы он не вступил в Акацуки. А вместе с этими воспоминаниями, нахлынуло и то, что долго было остаться в глубине души. — Я как-то думал об этом, но для меня это слишком больная те… — Сасори, можешь пожалуйста слезть с меня, — прервал парня блондин, все его лицо было покрасневшим, словно их только что-то кто-то застукал в таком положении, но тут было гораздо хуже. Акасуна сразу понял в чем причина и сразу в этом убедился, у Дейдары стояк. Неужели блондин возбуждается только из-за чувства того, что Сасори рядом с ним. Почему-то это только раззадорило Кукловода. В этот момент он проклинал весь мир за то, что стал куклой. Единственным желанием Акасуна хотел переспать с ним прямо сейчас и, возможно, Дей хотел этого не меньше. Тсукури был сильно возбужден, прямо как в ту ночь, только в отличии от прошлого раза, на поцелуе Данна заканчивать не хотел. Он жаждет продолжения. — Ты бы сейчас знал, как жалею о своём превращении в марионетку, — произнес Сасори на ухо любовнику. Вдруг одна рука потянулась прямо к штанам, без единого замедления забираясь туда. Только дотронувшись до органа, Дейдара постыдно застонал. Для него это были совершенно новые ощущения, потому сдерживаться он просто не мог. В то время Сасори смог расстегнуть плащ, а за ним и поднять майку. Он хорошо помнил, как Тсукури реагировал на прикосновения к соскам в прошлый раз, потому сейчас Акасуна решил воспользоваться этим. Проведя языком по соску и в тоже время начиная двигать рукой на члене, Дейдара ещё больше застонал от удовольствия. Казалось ещё чуть-чуть и он точно кончит от таких махинаций. — Данна~ — Потерпи ещё немного, сейчас будет самое интересное, — с довольной улыбкой произнес Сасори. Почти оба дошли до финала, как вдруг дверь открылась, чего они не заметили, и на порог зашёл Тоби. Зачем непонятно, но такое чувство, будто он знал, что их тут застанет. — Эй, Дейдара Семп… ай, — увидев напарников в таком положении, парень застыл, не зная, что ему делать. — Тоби? — Удивлённо произнес Дей. — Ой, я кажется не вовремя, продолжайте-продолжайте, — Тоби, как ни в чем не бывало, вышел прикрыв дверь. Он произнес эти слова так, будто зашёл сюда только ради этого зрелища. Любовники пару секунд отходили от шока, но лучше бы отходили подольше, чтобы Тоби успел сбежать. Сасори лишь своим маниакальным взглядом посмотрел на то место, где недавно стоял парень в маске, а вот когда дошло до Дейдары, то на весь штаб разнеслась отменная ругань. — СУКА, ТОБИ, Я ТЕБЯ ПОДОРВУ НАХЕР! Сасори и Дейдара мгновенно подскочили с мест, застегивая одежду на ходу, бросились в погоню за Тоби. По словам мимо прошедших людей, таких как Конан и Кисаме, Тоби очень активно направился к выходу с базы, будто убегая от кого-то. По-моему, по крикам и так понятно. Из-за чего поднялся этот шум никто не знал, да и узнавать не хотел, такое каждый день происходит. Выбежав на улицу, Тоби надеялся, что будет спасён, но тут же он услышал вопли Дейдары ещё ближе. И куда ему сейчас деваться? Пейн или Зецу его сейчас не спасут, оба как раз не вовремя отсутствуют на базе. Вдруг что-то обвилось вокруг его тела, придавив так, чтобы тот не сбежал. Теперь началась активная паника и попытки выбраться. — Ну что, доигрался? Дейдара держал в руке уже заготовленную бомбу С-3, одну из самых мощных, а Сасори сзади держал приготовленную марионетку Третьего Казекаге, Тоби сдерживал трос, находящийся в теле Акасуны. Одними взглядами они уже убили Тоби раз сто, отчего становилось не по себе. — Забудь что ты видел, словно страшный сон, — медленным приказательным тоном произнес Данна. — А иначе, мы от тебя и мокрого места не оставим, — закончил Дей, таким же угрожающим голосом. — Ой, могли бы уже этого не скрывать, я давно подозревал, что у нас нет в Акацуки натуралов, — теперь Тоби сам себе вырыл яму и очень глубокую, наполненную железным песок и его внутренностями. — Ну все, мне пипец. *** Напарники отправились на небольшую миссию по поимке шпиона, который сливает информацию про действия Акацуки. Человек, которого они ищут находился в Деревне Скрытой Скалы. Она находилась в трёх днях ходу от их базы, потому путь был не близкий. Но это к лучшему, на длительное время Сасори и Дейдара были наедине, потому никто бы им не помешал. Уже на половине пути что-то пошло не по плану. Сверяясь с картой очередной раз, они поняли, что заблудились. Карта была в руках Дейдары, потому это не удивительно. Чтобы ещё больше не потеряться, любовники устроили временный привал. Время клонилось к ночи, а проблема была не решена. Они все равно не знали, где сейчас находятся и правильно ли вообще идут. Становилось все холоднее и холоднее, Сасори было как-то всё равно, он не ощущал тепла или холода, а вот Дейдара. Блондин хоть и говорил, что ему тепло, но было видно, как он дрожит. — Я разведу костёр, — сказал Сасори и принялся искать хворост. — Давай помогу, — Дей сразу подскочил с места и стал помогать в поисках. Уже через пару минут напарники насобирал достаточно веток, чтобы развести небольшой костёр. С добычей огня проблем не было, небольшой взрыв легко разжёг пламя. Присев ближе к костру, Дейдара сразу стал греться. Сасори же просто со стороны наблюдал за этим. Когда блондин достаточно согрелся, он сразу захотел спать. Глаза стали закрываться сами по себе, два дня без сна начали проявляться. Ещё бы чуть-чуть и Дейдара скорее всего просто упал на землю, так и уснув, но его подхватил Сасори. Дей уснул мгновенно, уже не обращая внимания на посторонние звуки. Акасуна уложил напарника на колени, накрыв своим плащом, вместо одеяла. — Спокойной ночи, Дейдара, — как обычно это делают мамы, Сасори поцеловал блондина в щёку. *** Наконец Пейн разрешил напарникам отдохнуть от миссий, но только на один день. Дей предложил сходить на Горячие Источники, чтобы повеселиться на славу. Честно, Кукловоду было плевать куда идти, все равно он никогда не устает, в впоследствии и в отдыхе не нуждается, но это будет только ради того, чтобы Тсукури было не одиноко. Добравшись до нужного города, любовники заселились в отеле. Ходили они, естественно, не в плащах, а то их точно бы разоблачили и убили на месте. Сасори, хоть и не был любителем вообще-то носить одежду, плащ исключение, но он всё-таки надел красную рубашку и почему-то стал выглядел, как учитель. Дейдара в свою же очередь надел темную байку, распустив волосы, что было для него редкостью. Зато Тсукури с распущенными волосами ещё больше походил на девушку и так думал не только Сасори, но и некоторые парни. — Эй, девчуля, не хочешь повеселиться этой ночкой? — Парень явно был пьян, от него безумно разило алкоголем. Возможно Дей подорвал бы этого самоубийцу, но тут за него вступился Акасуна, чтобы его любовничек не навлек на них беду. — Извините, но эта дамочка уже занята, — обняв блондина за талию, он притянул его к себе. — Ой, извините, — парень огорчённо вздохнул и пропал из виду. — Дамочка, да? — злобно произнес Тсукури, сжимая кулак. — Ну не сказала бы я, что ты парень. — А хотелось бы посмотреть на его реакцию. — Лучше не каркай, а то мало ли, — с усмешкой произнес Кукловод. — Я не Итачи, чтобы «каркать», — где-то всплакнул один Итачи в компании воронов. За день любовники обошли всю деревню и даже некоторые места за ее пределами. Инцидентов с принятием Дейдары за девушку было немало, даже один чуть не умер, благо это было в лесу. Да наверное один спор, который возник на основе «По-моему, эта картина хрень, настоящее искусство можно увидеть только на мгновение», продлился час. Когда время стало клониться к вечеру, напарники вернулись в отель. Сняв всю одежду и повесив только полотенце на бёдра, Дейдара направился к воде. Только окунувшись в теплую водичку, Тсукури мгновенно расслабился и облегченно вздохнул. Давно он так не отдыхал. — Всё-таки, Горячие Источники самый лучший способ расслабиться, — произнес блондин и окунулся в воду до головы. Блондинистые волосы расползались по водной глади, образуя подобие звёзды. Может и к лучшему, что он тут один. Так можно отдохнуть от шума, который ему приходится выносить в логове. Не зная о чем вообще подумать, ему сразу полезли воспоминания о том дне, когда они с Сасори впервые занимались взрослыми делами, скажем так, ведь полноценным сексом это назвать сложно. Но даже тогда дойти до конца, из-за суки Тоби дойти оба не смогли. Так почему бы не заняться этим самому. От таких мыслей он немного покраснел. Окинув взглядом пустой бассейн, Тсукури расставил ноги и опустил ладони под воду. Дейдара вспоминает руки Сасори в тот момент и сжимает в ладони член. Делает пару движений на пробу, вытаскивает язык, трогает им уздечку, второй рукой он просто проходил по основанию. Закрывает глаза, снова представляет на месте своих рук — другие, а потом представляет чужой рот, но это было просто за гранью доступного. Почему-то Дейдара все равно представил эту картину, Сасори опускается перед ним на колени и берет у него в рот. Только от таких мыслей Дейдара сдержанно застонал и вздрогнул всем телом. Подняв одну из рук, он увидел на ней белую жидкость. Кончить от одной мысли о таком, Дейдара чувствовал себя настоящим извращенцем сейчас От этого состояния некой эйфории его вывел знакомый голос Сасори. Со страху он достал руки из-под воды, смывая остатки спермы с рук. Посмотрев в комнату, можно сказать она была раздевалкой, Тсукури и вправду увидел там Сасори. Но кто был ещё с ним? Там стояла высокая фигура в кимоно с длинными черными волосами. Неужели Сасори с девушкой разговаривает, да быть такого не может. Акасуна немного посмеивался и улыбался при разговоре с незнакомкой. — Вот стерва, — проговорил Дейдара, наблюдая за голубками. Тсукури сейчас конкретно ревновал своего парня к этой брюнетке. Кем она себя возомнила. Дейдара просто прожигал ее взглядом до того момента, как она ушла. Сасори сразу подошёл к блондина, а тот лишь сделал вид, что ничего не видел. — Ты долго ещё сидеть собираешься? — Что эта была за девушку с тобой? — Совершенно игнорируя поставленный вопрос, спросил Дейдара довольно грубым тоном. — Девушка? — Акасуна лишь непонимающе посмотрел на блондина. — Та девушка брюнетка в кимоно, ты же с ней разговаривал, уже забыл? — Дейдара, скажи честно, ты кретин? — Сасори понял, о ком шла сейчас речь и очень хорошо, что той «брюнетки» сейчас не было. — Это был Итачи. Ему тоже дали выходной и он подошёл ко мне, чтобы поздороваться. Сказать, что Дейдаре стало стыдно, не сказать ничего. Он в голове раз сто успел извинился перед Учихой, хоть и ненавидел его всем сердцем и душой. Лицо покраснело как помидор и Дейдара попытался это скрыть. Его смущения было как от стыда, так и факта того, что он приревновал Сасори к другому. — Ладно, с кем не бывает, одевай приготовленную одежду и выходи на улицу. У меня для тебя есть сюрприз. Только сейчас Дейдара заметил, что Сасори также переоделся в белое кимоно с красным рисунком. Единственное, что возникло в голове у Тсукури, это «он слишком сексуальный». Данна сразу удалился и только Дей опомнился, как подскочил с воды. Посмотрев на одежду, что приготовил Сасори, блондин также обнаружил кимоно. Оно было синего цвета с зелёным орнаментом. Умеет Акасуна приятно удивить. На улице его уже ждал Сасори, в руках он держал повязку. Для чего, пока было непонятно. — Я завяжу тебе глаза, с твоего позволения конечно, — хоть Кукловод вежливостью не страдает, но тут всё-таки решил. — Зачем моего разрешения спрашивать? Акасуна лишь пожал плечами и начал завязывать повязку на глаза. На улице и так темно, а так ещё хуже. Ступив шаг он и вовсе чуть не полетел с лестницы, но благо Сасори помог ему. Взяв одной рукой Дейдару за талию, а другой за его руку, он вел парня прямо к месту, где должен был быть сюрприз. Шли они наверное минут пять, пока резко не остановились. Подул приятный прохладный ветерок, раздувающий волосы парней. — Ну что, готов? — прошептал Сасори на ухо любовнику. Тот лишь покачал головой сгорая от нетерпения. Повязка мгновенно слетела с глаз. Посмотрев вперёд, у Тсукури просто дух замер от этой красоты. С этого места открывался вид на огромное озеро, отражающие луну и звёздное небо. Оглядевшись вокруг, Дей понял, что они находятся в чистом поле, полностью покрытым цветами лаванды. В нос ударил приятный нежный аромат цветов. Вдалеке виднелись огни домов, которые со временем стали потухать. — Можешь создать небольшую бомбу и кинуть туда, — сказал Акасуна, показывая на небольшое деревце неподалеку. — Ха, а ты ещё спрашиваешь! — Достав небольшой кусочек глины из маленькой сумочки, он создал маленького жучка и кинул прямо на дерево. — ВЗРЫВ! Произошел небольшой бум, который лишь всколыхнул ветви. Сасори спокойно дожидался того, что должно произойти далее. Вдруг что-то белое тучей вылетело со стороны дерева. Когда эта туча долетела до парней, Дейдара мог разглядеть, что это были белые бабочки. Они порхали вокруг любовников, словно звёзды свалились с неба и кружились на земле. Дейдара завороженно смотрел на это прекрасное зрелище. Бабочки беспечно порхали над землёй, будто олицетворяли свободу. Во мраке, грациозно справляясь с лёгким летним ветром, можно было принять их за настоящее творение природы. Хоть Тсукури отрицал любое искусство, кроме своего, но в этот момент он мог бы и согласиться с Сасори, Вечное Искусство просто прекрасно. — Это ещё не всё! — Что? Вдруг Сасори повалил Дейдару на траву. Сначала блондин хотел начать возмущаться, что о таких вещах предупреждать надо, ведь он немного ушибся, но когда Акасуна показал пальцем в небо, тот сразу словно язык проглотил, а может сразу и все имеющиеся. Небо было настолько чистым, что все звёзды было шикарно видно. Одна из них упала и, сам не зная зачем, Дейдара загадал желание. Кажется, что он сделал так не один. — Что ты загадал? — Первым спросил Тсукури. — Я загадал стать человеком, — хорошее у него было желание, но всё-таки зачем? Чем ему не нравится быть бессмертным. — А что насчёт тебя? — А вот не расскажу, — смеясь сказал Дейдара. — Эй, так нечестно, кались давай, — Сасори навалился прямо на блондина и начал щекотать его. Дей хоть и помирал со смеху, но тайны не раскрыл. — Давай договоримся, когда она сбудется, тогда и расскажу. — Вот Говнюк, а если не сбудется? — Значит ты о ней и не узнаешь, — Дейдара засмеялся ещё больше. Сасори лишь немного нахмурил взгляд, но тут же засмеялся вместе с напарником. Ещё недавно бы, Дейдара бы не поверил, что его напарник, который казался безэмоциональной куклой, сейчас так искренне улыбался и смеялся. Его взгляд, который казался пустым, сейчас заиграл новыми красками. Он будто, даже являясь куклой, становится человеком. Медленно Сасори прижался своими губами к его. Он ничего не предпринимал, поняв намёк Дейдара взял инициативу на себя. Аккуратно раздвинув жёсткие губы, проникая языком в его рот, неглубоко и мягко, но даже этого хватило, чтобы получить удовольствие. Отстранившись, Сасори слез с Дейдары и лег рядом. Тсукури, словно ребёнок, устроился на руке любовника, прижимаясь к нему. Видимо такие ребячьи нежности доставляли блондину удовольствие. — Спасибо, что появился в моей жизни… *** Сасори спокойно направлялся к главе за миссией. Его незамедлительно вызвали для какого-то очень важного дела. Возможно его с Дейдарой опять заставят идти куда-то за Хвостатым, только бы не в Коноху. Этом слишком далеко, да и Девятихвостый скорее всего убьет Акасуна за его подружку, хотя в лицо Лис его и не видел. Но одно было странно, Данна не видел Дейдару с утра. После того, как они стали встречаться, то и видеться начали чаще. — У вас какое-то дело до меня, командир? — Прямо с порога спросил Кукловод, что Пейна не удивило. Сасори никогда не любил долгих прелюдий, поэтому сразу начинал спрашивать о миссии. — Как ты знаешь, Хидан и Какузу были убиты Шиноби Конохи, так и не выполнив последнюю миссию. Потому это задание выполнишь именно ты. — В чем заключается миссия? — Ты должен разузнать все о Девятихвостом, потому ты немедля отправляешься в Коноху. Ты единственный, чье лицо никто не видел, да и шпион из тебя хороший. На протяжении недели будешь передавать мне информацию о каждом плане Конохи, а в частности и Хвостатого. Повторять дважды Сасори не требовалось, он сразу понял свою миссию и уже направился к выходу, но тут же остановился. — Где сейчас Дейдара? Он тоже пошел на миссию? — Он направился на поиски Саске, вместе с Тоби, — на удивление он остался жив. — Ты же слышал, что он убил Орочимару? Он собрал команду, следующей его целью является Итачи. «Зная неприязнь Дея к Учиха, он с радостью захочет поквитаться с Саске, — сказал про себя Сасори и сразу ушел» Почему за Саске не поперся сам Итачи, это всё-таки его брат. Почему сам Учиха не остановил Тсукури. А если он и вправду его убьет. Да и почему с ним поперся Тоби, ему жить что-ли надоело. Хоть Сасори и понимал, что у Дейдары велики шансы для победы, но беспокойство все равно брало верх. Он безбашенный и от взрывов ему может крышу снести конкретно, а если надо, то будет готов подорваться сам. Ради своего искусства Тсукури готов пойти даже на смерть, это и беспокоило Кукловода. Только бы, когда Сасори вернётся через неделю с миссии, Дейдара встретил его живым, как обычно сказал свою любимую фразу, которая стала уже традицией после каждого задания, «Неужто вы ещё живой». Только бы все прошло хорошо. *** Бой уже заканчивался и явно шел не в сторону Дейдары. Саске нейтрализовал каждую атаку Тсукури с помощью Чидори. Учиха достаточно быстро догадался, что бомбы противника можно обезвредить с помощью Стихии Молнии, ведь она сильнее Стихии Земли. Даже последнюю, одну из сильнейших атак, он так просто обезвредил, хоть и не без последствий. — Где Итачи? — спросил Саске, победно смотря на лежащего Дейдару. Вдруг его ноги обвили подобие змей, только из взрывной глины, но Учиха и глазом не моргнул. Проведя по телу электрический разряд, змеи отпали. Но всё-таки и Саске истратил уже немало чакры, потому без сил упал на колени, тяжело дыша. — Похоже, у тебя тоже закончилась чакра, — Дейдара лишь усмехнулся с этого. — И всё-таки я победил, у меня все ещё есть взрывная глина. На этот раз мое искусство точно тебя прикончит. Саске было совершенно плевать. Такое поведение взбесило Тсукури даже сильнее, чем его бесит Тоби. Он просто неописуемо ненавидел Учих. — Как же меня это бесит! Ты и твой брат постоянно ведёте себя, так называемо, круто. Кончай выпендриваться. Эти глаза отрицают мое искусство и меня это выводит из себя, эти глаза совершенно не уважают мое искусство и это, мать твою, бесит. — Плевать я хотел на все это, скажи мне, где Итачи, это важнее, — Саске совершенно было плевать на Дейдару и его претензии к Шарингану. Вот сейчас Тсукури хотел прикончить Учиху на месте. Этот пофигизм он просто не переносил. — Тебе даже не нужен больше Шаринган? Не смей недооценивать меня, — Дейдара сорвал с себя одежду. Зубами на руке он раскусил шов, который сдерживал рот на груди. Одной рукой достав всю оставшуюся глину, другой он полностью избавился от нити, после чего его рот раскрылся. Выглядело это достаточно странно, будто это не часть его тела, а какое-то чудовище. Сейчас Саске, хоть немного, но испугался. Посмеиваясь, Дейдара скормил всю глину этому рту. После чего все тело Тсукури покрылось будто трещинами, кожа будто становилась прозрачной. — Это будет мой последний Шедевр. Я взорву себя, — Дей забыл обо всем, ему окончательно снесло крышу. «Он же… — подумал про себя Саске» — Смерть ради искусства, это будет невиданный взрыв, после него останутся следы, которые никогда не исчезнут. И тогда мое искусство получит уважения, которое всегда заслуживало. Тело Тсукури стало практически невидимым, только эти трещинки, волосы и лицо оставалось видимыми. Посредине груди у него находилась странная кляксоподобная фиговина, от которой и отходили трещинки. — Ты сдохнешь, восхищаясь моим искуством, — Саске хотел попытаться сбежать, но сил совершенно не было. — Взрывная волна разойдется на 10 километров, ты не сможешь убежать. Начинай трястись в ужасе, дрожи в страхе, бейся в отчаянии. Кричи из-за всех сил, ведь мое искусство — это… Вдруг все черные трещины исчезли, осталось лишь ядро, из-за которого и должен произойти взрыв. Тсукури, даже не смотря на то, что умрет, улыбался, предвкушая свое шикарное творение. Но вдруг в его сердце что-то кольнуло, улыбка сразу исчезла с его лица, перед глазами возник образ Сасори. «Только пообещай мне, что не подорвешь себя, иначе смысла в твоих словах не будет, — эти слов эхом отдавались в разуме блондина» — Сасори… Черт, что я… — Остановить процесс было невозможно, было уже поздно. Вдруг с глаз Дейдары полились слёзы. — Прости меня, Сасори… Ядро начал озарять яркий свет. Вдруг оно засветилось ещё ярче. Произошел взрыв небывалой мощности, он разрушал все нас своем пути. Огромный светящийся столп дыма было видно за много километров отсюда. Многие люди из недалёкой деревни с открытыми ртами наблюдали за этим. Сасори, находящийся за много сотен километров от этого места душой почувствовал что-то нехорошее. Странный порыв ветра стал раздувать его красные волосы и он будто услышала чьи-то слова, но не мог из разобрать. — Дейдара… *** Спустя неделю, как планировалось, Сасори вернулся на базу. На собрании он рассказал всю информацию, что успел разузнать за время своего нахождения в Конохе. Дейдары и, на удивление, Тоби он не наблюдал. Присутствовал сам глава, Конан, Зецу, Итачи и Кисаме. Может они ещё не вернулись. Расспрашивать о Тсукури Кукловод естественно не собирался, мало ли, что про него подумать могут, потом узнает. Даже без вопроса, Итачи понял, что Сасори своего напарника искал. Он переглянулся с Зецу и тот сразу все понял, кивнув головой. Когда они разошлись, Ходячее Алое сразу догнал Сасори. — Сасори, у меня есть для тебя новости, — произнесла Белая половина. — Насчёт Дейдары. — Кстати да, я не видел его на собрании, — беспокойство охватило все тело, но Сасори старался этого не показывать, сохраняя спокойное лицо. — Они с Тоби до сих пор за Саске гоняются. — Дейдара, он взорвал сам себя в бою с Саске, — сообщила плохие новости Черная половина. — Не знаю как Тоби, но Учиха выжил. Сасори просто охватил шок, в тот день, он не зря почувствовал что-то неладное. Это был ветер, появившийся из-за взрыва Дейдары. В этот момент так хотелось расплакаться прямо на месте, но всю тревогу он пока оставил внутри, на лице было лишь небольшое удивление. Его взгляд совершенно не выдавал внутреннего состояния. — Вот как, я не удивлен, — совершенно равнодушно произнес он. — Это все, что ты хотел мне передать? — Да. — Тогда я пойду займусь своими делами, — Сасори сразу развернулся и поспешил уйти в свою комнату. *** С мастерской Сасори раздавались громкие, даже непривычные, звуки. Кроме этих звуков, также раздавались и неразборчивые крики. Многих даже не капли не заинтересовала причина этих звуков, наверное побаиваясь гнева Кукловода, если только одного Итачи. Он хоть и видел, что Сасори было плевать на смерть Дейдары, но ему казалось, что это не так. Эти звуки были одним из подтверждений. Подойдя к мастерской настолько тихо, насколько он смог, первым делом Учиха обнаружил приоткрытую дверь. Аккуратно заглянув в комнату, он немного обомлел от увиденного. Все инструменты, свитки и запчасти были раскиданы по полу, а сам Сасори сидел за рабочим столом, оперевшись о руки, смотря на стол. Не будь он куклой, можно было бы подумать, что он плачет, но к его же сожалению, сделать этого он физически не мог. Сасори все повторял одно и тоже: — Почему… ПОЧЕМУ ТЫ СЕБЯ ПОДОРВАЛ? ПОЧЕМУ НЕ СДЕРЖАЛ СВОЕГО ОБЕЩАНИЯ? — Эти слова сопровождались ударами кулаком об стол. В одно мгновение Итачи очень стало жалко Акасуна. Конечно, он догадывался об отношениях этих двоих, но тогда, на Горячих Источниках, убедился на 100%. Учиха хорошо его понимал, ведь он пережил когда-то подобное. Когда его заставили вырезать весь клан, а он ничего не мог поделать и пришлось выполнять приказ. В тот момент, когда он убил своих родителей и чуть не убил брата, Итачи чувствовал ту же боль. — Сасори, — обратился Учиха к Кукловоду, тот лишь немного дёрнулся, но взгляда не поднял. — Ты так из-за Дейдары? — Проваливай отсюда! Только при упоминании Дейдары, внутри все время что-то больно сжималось. Это снова то чувство, тоже самое, что было той ночью. Только сейчас все это было гораздо больнее, настолько, что просто хотелось вырвать себе сердце, чтобы от нее избавиться. — Я тебя понимаю, мне самому пришлось когда-то испытать такое. — Как ты можешь меня понимать? Ты хоть когда-то терял дорогого тебе человека, — теперь Акасуна встал и подошёл прямо к Учихе. — Ты испытывал такую невыносимую боль, что аж сердце хочется вырвать. — Да, — твердо ответил Итачи. — Я потерял лучшего друга, убил весь свой клан, сломал психику брату и бросил его, заставив ненавидеть. — Твой брат хотя бы жив… — Сам не зная зачем, Сасори прижался прямо к Учихе. Тот не зная, как реагировать, просто приобнял Кукловода одной рукой. — Знаешь, для меня Саске был чем-то большим, чем просто братом. Я испытывал к нему явно не просто братские чувства… Это было что-то похожее, что я испытывал к Шисуи до его смерти. Или даже чувства к Саске были намного сильнее, но к сожалению признаться в таком я не могу… Такое признание повергло Сасори в шок. Он никогда и подумать не мог, что Итачи испытывает любовные чувства к собственному брату, который его ненавидит. Инцест дело редкое, но это не значит, что такого не бывает. Возможно раньше, до встречи с Дейдарой, Акасуна бы сказал, что такая любовь неправильная, но сейчас все поменялось. Данна и сам встречается с парнем, точнее встречался. — Так чего ты ему не скажешь сейчас? — Потому что его сердце уже занято другим, — в голосе Итачи почувствовалась сильная боль. Ему трудно было принять этот факт. — Они хорошая пара, потому я не хочу мешать из отношениям. Хоть Саске и покинул Коноху, даже с тем, что он вечно твердит о ненависти к Узумаки, я знаю, что он до сих пор его любит. — Почему… Почему ты мне это рассказал? — Сасори отошёл от Итачи, не понимая, что на него вообще нашло. Посмотрев Кукловоду в лицо, даже Итачи пришел в небольшой шок. По кукольному лицу стекали настоящие слёзы, он и вправду плакал. Осознав это, Сасори дотронулся до лица и на удивление почувствовал теплые слезинки. Почему-то от такого Данна заплакал ещё больше и упал на колени. — Просто уйди отсюда и даже заикнуться про увиденное не смей, — лицо поднимать Сасори не спешил. — Ладно, если тебе так будет лучше, — перед выходом Учиха остановился и обернулся к Кукловоду. — Я рассказал это, чтобы тебе стало легче. Но видимо, от моего признания тебе стало только больнее. Итачи покорно вышел за дверь, на этот раз закрыв ее, чтобы какие-нибудь ненужные глаза не увидели это. Акасуна, оставшись в одиночестве, начал плакать ещё больше, слезы так и лились ручьем из кукольных глаз. Откуда они вообще взялись? Почему он может плакать? Неужели боги решили его пожалеть и хоть как-то облегчить ему жизнь. — Дейдара… Пожалуйста, вернись ко мне, — проговорил он в пустоту. *** Даже через неделю Сасори никак не мог принять того факта, что Дейдара давно мертв. Акасуна совершенно не покидал своей комнаты, он кукла и ему ничего не надо, потому он может хоть вечность просидеть здесь. Но без Тсукури в мастерской стало настолько тихо, что тишина, которую ранее так желал Кукловод, начинала приедаться. Все время было чувство того, что чего-то не хватает, а точнее кого-то. Будто в мастерской исчезла вся мебель, но пропала всего одна деталь — Взрывной блондин, который мог заявиться без стука и просто начать мешать работать. Совсем недавно бы Сасори готов был убить Дейдару за такое варварство, но сейчас Данна бы отдал все, чтобы это произошло. Он готов был отдать даже свою вечную жизнь, лишь бы Дейдара был рядом с ним. После того разговора Итачи с Сасори стали видеться немного чаще, чем раньше, но в один миг и он тоже пропал. Можно подумать, что причина в том, что Учиха просто не хотел тревожить его, дать время, чтобы смириться, но нет. На днях ему сообщили, что Итачи умер в бою с Саске. Это факт только усилил боль в сердце. Но этого были не избежать, даже если бы братья не встретились в жёстоком бою. Итачи рассказывал, что был серьезно болен и держался на одних лекарствах. Рано или поздно, он бы все равно скончался. Сасори лишь задавался одним вопросом, почему те с кем он начинает сближаться в скором времени умирают. Сначала умерли родители, потом Комуши, который мог бы стать ему хорошим другом и наверняка изменить его в лучшую сторону, но умер из-за яда, который сделал сам Сасори, потом Бабуля Чиё от его рук, затем Дейдара, изменивший жизнь Кукловода, но умер подорвав себя ради признания, а в конце и Итачи, который мог стать тем, кто излечил Акасуна эти раны, но умер сражаясь с братом. Почему все так выходит? Что это за чертово проклятье, нависшее словно облако, над Сасори? После такого, Данна и вовсе никогда не сможет полюбить, теперь страх будет настолько сильным, что только на одном намеке на любовь Сасори будет готов сбежать от этот чувства куда подальше. Это решение далось ему с трудом, но он твердо заявил сам себе, что уйдет из Акацуки. В этом месте он пережил слишком много боли, все уголки напоминают о Дейдаре, отчего снова хочется плакать. Если Сасори не сможет исполнить мечту Дейдары, конечно не ту, которую он загадал в ту ночь, ведь Сасори никогда о ней не узнает, а ту о которой Тсукури мечтал, если бы не вступил в эту организацию — стал бы музыкантом. Продолжать дело Кукловода он также не собирался, это тоже давало слишком много плохих воспоминаний. Сасори хорошо запомнил того парня из Песка, который смело бросился с ним сражаться. Он тоже Кукловод и, как помнит Акасуна, его зовут Канкуро. Он и станет тем, кто получит все его самые лучшие Марионетки, а заодно и передаст одному человеку особенную куклу, которую доделал перед уходом. *** Поздней ночью в дверь раздался громкий настойчивый стук. Канкуро, хоть и не хочет, поднялся с кровати и направился к этому тупому, на его взгляд, гостю. Он готов был проклясть весь мир, если это опять какое-то «срочное» дело. Отворив дверь, никого рядом он не обнаружил. — Ночью что, кому-то совсем делать нечего? — Канкуро хотел вернуться обратно, но вдруг почувствовал чей-то пристальный взгляд сзади. Рефлекторно отпрыгнув, в дверном проеме он увидел странного красноволосого молодого парня. Он смело вышел прямо к Канкуро, будто знает его. — Это ведь ты Канкуро, я не ошибаюсь? — Спросил незнакомец. — Откуда ты знаешь мое имя? — Ты сражался со мной недавно, — теперь до Кукловода дошло. — Можешь меня не бояться, я совсем не за этим сюда пришел, — достав сумку из-под плаща, он протянул ее Канкуро. — Ты хорошо показал себя в бою, потому я могу доверить тебе моих Марионеток. — Это какая-то ловушка? — Так просто довериться Сасори он не мог. — Нет, я говорю правду. Я не собираюсь продолжать кукольное дело, потому ты был единственным кандидатом на этих красавиц. — Как такой великий Кукловод, как ты, можешь бросить свое дело? — Сасори лишь посмотрел на него своим пугающим взглядом, давая понять, что это не его дело. — Для меня это честь. — И ещё, — Сасори достал ещё один свиток и вручил его Канкуро. — Передай его Наруто Узумаки и скажи, что я прошу прощения. — Но что там? — Спросил Кукловод в пустоту. Акасуна рядом уже не было. — Передай всем, что Сасори Акасуна мёртв, — донеслось откуда-то. Развернув врученный свиток, Канкуро призвала находящуюся там Марионетку. Появился густой дам и когда он рассеялся, то Кукловод пришел в шок. — Сакура? Это была Марионетка сделанная из тела Сакуры Харуно. Сасори сделал ее, словно как обычного человека. Девушка выглядела так, будто она и не кукла вовсе, а просто мертвый человек: Закрытые глаза и скрещенные на груди руки, одета она была в красивое белое платье, в скрещенных руках лежала ветвь сакуры, а волосы заплетены в красивую прическу. Сасори на славу постарался. В цветах лежала записка, явно предназначенная для Наруто, а Канкуро не любитель читать чужие письма. Узумаки явно будет рад такому, ведь он сильно горевал после смерти Сакуры. Осмотрев других кукол, радости не было предела. Там были все дорогие Сасори куклы: Марионетка Третьего Казекаге, Мать и отец, Хируко и многие другие, но одна была явно новая. Она была подобная самому Сасори, а точнее его телу. Акасуна переделал свое тело так, чтобы оно стало подобным человеческому. Хотя сделать так, чтобы его тело чувствовало, невозможно, но ему и этого было достаточно. *** Прошло уже много времени с того, как Сасори покинул организацию. На удивление никто его даже не искал, что было только счастьем. Но конечно не все было так гладко. По всем странам разнеслась новость о начале Четвёртой Мировой Войны Шиноби. Как хорошо, что Сасори может во всем этом не участвовать. По крайней мере он так думал, но покой не настанет настолько быстро. Сасори сидел под деревом, наигрывая тихую мелодию. Получалось уже намного лучше, чем в самом начале. Кукольные пальцы быстро запомнили все аккорды и он мог без проблем их играть. Сасори хоть уже и не шиноби, но навыки так просто не забудутся. Парень почувствовал, что здесь он не один, но старательно делал вид, будто ничего не почувствовал. — Красиво играешь, прямо как он когда-то, — раздался откуда-то голос. — Что тебе от меня нужно, я ушел из Акацуки, — грубым тоном произнес Сасори, он догадался, кто это был. — Тоби… — Ты видимо даже за слухами не следишь, — парень спрыгнул с ветки, представая перед Сасори. Его облик сильно изменился. Лицо всё-также скрывалось под маской, только теперь она стала белой с черной спиралью и показывала уже два глаза. Правый глаз был Шаринганом, левый Риннеганом, он что, Учиха? Разве Итачи и Саске не были последними, кто остался с их клана? — Я не хочу ввязываться во все это, мне нет нужды следить за новостями. — Теперь я известен как Мадара Учиха, так что будь в курсе. Это имя было известно даже такому человеку как Сасори. Об Учихах он в принципе знал не так много, он жил в совершенно другом месте и его это не касалось, вот он и не интересовался. Но Мадара был известен везде, даже в Деревне Песка. Знал о нем он только то, что тот был очень силен, на ровне с Первым Хокаге, и умер как раз от рук Хаширамы Сенджу. Видимо всё-таки не умер. — Если на войну меня затянуть хочешь, то я не собираюсь никому помогать, — Сасори попытался уйти. — Даже если ты сам Мадара Учиха. Своими глазами ты меня не заставишь. — Я и не собирался, — это резко притормозило парня, но он все равно в любой момент готов был уйти. — Я в курсе о том, что ты встречался с Дейдарой. Ещё на первой миссии прочитал его мысли Шаринганом и все узнал. Ты же хочешь с ним встретиться? — Ты убить меня пришел? — Нет, — Мадара немного усмехнулся. — Ты же знаешь о техники Эдо Тенсей? — Нечестивом воскрешении? Конечно знаю. Сам когда-то интересовался. Подожди… — Кабуто собирается воскресить бывших членов Акацуки, в том числе и Дейдару. — Кабуто значит… Это имя не понаслышке было знакомо ему. Сам же его послал к Орочимару, как шпиона. А тот, оказывается, давно освободился от техники и был для него предателем. Когда они встречались для передачи информации, Орочимару и сам Кабуто попытались его убить, но лишь потерпели позорное поражение. Не с тем связались. — Приходи завтра ночью в это место, все битвы будут проходить далеко отсюда, потому тут ты в безопасности, — сказал Учиха и поспешил скрыться. — Зачем ты все это делаешь? Я же предал вас, — ответа на вопрос Сасори так и не получил, Мадара исчез, словно его и не было. — Почему? Я не понимаю. Возможно это была ловушка, но все равно, для чего? Он мог убить его прямо сейчас, так зачем медлить? Что этому Учихе надо, чего он добивается? Слишком много вопросов, но слишком мало ответов. Какая уже разница, убьют его, или нет. Смысла жить пока нет, так почему бы не рискнуть, даже если это будет последний раз. Там Сасори точно встретит Дейдару, там он встретит всех и сможет извиниться за все свои грехи. *** Время уже подходило к полночи, а ничего так и не произошло. Ни единой души не прошло рядом. Возможно, его всё-таки обманули и в скором времени Сасори ждёт мучительная смерть. Да какая уже разница, он и так не жив, и не мертв. Луна светило очень ярко, звёзды были прекрасно видны, ни единой тучи не коснулось этой весной красоты, прямо как в ту ночь. Лишь небольшой ветерок касался алых волос, развивая их в воздухе. Ожидание утомляет, что его просто раздражало, потому взяв в руки гитару, Акасуна заиграл бодрую грустную мелодию. «Наш корабль идёт ко дну Помоги мне, я утону Протяни мне свою ладонь Наш корабль идёт ко дну Слёзы водопадом, кажется, я падал Ищем виноватых, знаешь, это правда Если я один, даже если кто-то рядом Я хочу обратно к тебе Мой тёмный город не спит Я хочу обратно к тебе Мой тёмный город внутри Это будет никогда и нигде» — Это было просто великолепно, — промолвил знакомый голос, хлопая в ладоши. — Дейдара? Обернувшись, Сасори увидел рядом стоящего блондина с длинными волосами. В этот момент он просто захотел расплакаться на месте, в такое поверить было просто невозможно. Дейдара стоял перед ним живой, это чудо какое-то. — Хватит смотреть на меня, словно я приведение, — не хочу огорчать, но это практически так. Вместо каких-то слов, Акасуна подошёл к Тсукури и, сжав кулак, вмазал ему как следует по лицу. Он так хотел это сделать за тупой поступок блондина. Тот пошатнулся и повалился на землю, хватаясь за щеку. Боли Дей чувствовать не должен, просто с привычки схватился за «больное» место. — Дейдара, ты настоящая сволочь, так ещё и лжец. Будь ты живой, я бы и сам к черту тебя убил, идиот, — начал кричать Сасори на напарника, навалившись на него сверху, изредка ударяя по груди. — Ты хоть понимал, как мне было тяжело. Я же говорил, что не смогу пережить твою смерть, а ты… Прижавшись к груди, Данна всё-таки расплакался. Он совершенно не стыдился своих слез, ведь Дейдара стал для него словно семьёй. Акасуна знал, что Тсукури не назовет его плаксой или тряпкой, потому что хорошо понимает, что это его вина. Всё-таки Дея это явно удивило, как куклы могут плакать? Что произошло? — Прости меня, пожалуйста, прости. Я слишком увлекся и когда опомнился, было уже поздно. Я всем сердцем себя проклинал, но ничего поменять я не мог. Прошу, прости… Я правда не хотел… Дейдара прижал Сасори к себе, гладя по голове, таким образом успокаивая его. Он плакал словно маленький ребенок, лишившийся родителей, хотя и при их смерти парень не плакал. Он смирился с потерей и все. Тсукури все время проговоривал шёпотом «Прости, прости меня». Со временем Акасуна выплакался, уже окончательно успокоившись. Он почувствовал такое облегчение, будто скинул груз с сердца. — Полегчало? — Тихо произнес Дей. На его ответ Сасори кивнул, вытирая слезы с кукольного лица. Теперь он улыбался, будто только что и не плакал. Обняв Дейдару, Акасуна поцеловал его в лоб, начиная смеяться со смущенного Дея. — Хватит этих нежностей… — Раньше тебя это не смущало, ты чего-то боишься? — Я нахожусь под техникой Кабуто, он же все видит. Ещё не хватало, чтобы он решил убить тебя. — Я освободил тебя от его контроля, потому можешь не беспокоиться, — произнес голос, раздающийся эхом по лесу. Не сложно догадаться, что это был Мадара. — Поверить не могу, моим напарником был Учиха. Знал бы, прибил на месте, хм, — сжав кулак, произнес Дейдара.– Не пойму я этого идиота и понимать не хочу. — Эй, Дейдара, я все хорошо помню, но всё-таки, что ты загадал? Мне плевать, если это не сбылось. — Оно уже сбылось, потому это не секрет, — Сасори не понимающе на него посмотрел. — Я попросил у той звёзды, чтобы ты мог хотя бы плакать. — Так это… — Я даже не мог подумать, что такое вообще возможно. Но я рад, что оно сбылось, — Дейдара заулыбался ещё больше, даже начиная посмеиваться. Вдруг тело Дейдары начало светиться и распадаться на куски. Он выполнил на земле все, что хотел. — Я не хочу больше тебя терять, не уходи, — Акасуна обнял Дея ещё сильнее, не хотя отпускать. — Мою душу здесь больше ничего не держит, я выполнил то, за что чувствовал себя виноватым… — Пожалуйста, Дейдара, не уходи, — и снова слезы начали литься из кукольных глаз. — Ты когда-нибудь слышал про перерождение? — Перерождение? — Непонимающе переспросил Сасори. — Когда душа человека обретает покой, она перерождается в новом теле через какое-то время. Я не знаю, правда ли это, но всё-таки… Жди меня в следующей жизни… — Постой… — Знаешь, Сасори, я всё-таки могу с тобой согласиться с тобой, исскуство и вправду вечно, — его тело распалось полностью. Последнее, что он произнес, это: — Прощай… — Прощай, Дейдара…