Семейка

      Гарри хотел спать. Гарри хотел ЖРАТЬ. Гарри хотел, чтобы на него перестали все коситься. Но вместо сна и, скорее всего, вместо завтрака он в сопровождении старосты с невыговариваемой фамилией идёт в кабинет директора. А он ведь даже ничего сделать не успел!       Разглядывать окружающую обстановку ему мешали щёки, застилающие глаза при каждом зевке. Хотя живая горгулья его и правда впечатлила. Она была похожа на те самые горгульи из любимого мюзикла тётушки Петуньи «Нотр-Дам де Пари». Пройдя мимо горгульи и поднявшись по винтовой лестнице студенты попали в просторный и светлый кабинет. То тут, то там свистели, шумели и выпускали пар приборы непонятного назначения, а рядом с большим директорским столом стоял насест с самым настоящим фениксом! Яркая и красивая птичка старательно вычищала перья и не обращала на посетителей никакого внимания.       — О, Гарри, мальчик мой, рад, что ты пришёл, — Поттер повернул голову к старику, слегка удивившись такому обращению, — мисс Вуйцицки*, можете подождать мальчика возле горгульи?       — Конечно, директор.       Староста одобряюще кивнула мальчику и вышла из кабинета. Гарри стало совсем некомфортно. Он не любил оставаться наедине с незнакомыми людьми. Конечно, мисс Как-её-там ему не самый близкий человек на свете, но она милая и с ней спокойно.       — Итак, как у тебя дела, Гарри? — старик сложил руки домиком и пристально посмотрел на мальчика.       — Прекрасно, директор Дамблдор. Зачем вы меня позвали? Я что-то не так сделал?       — Ох, нет-нет, я просто хотел с тобой поговорить, — директор вздохнул и опустил глаза в стол, — видишь ли, я знал твоих родителей. Замечательные были люди и учились на Гриффиндоре.       Гарри вздрогнул и его слегка замутило, как обычно бывало перед истерикой. Любой разговор о родителях для него заканчивался наказанием от дяди Вернона или руганью от тёти Петуньи. Чего ждать сейчас Поттер не знал, а от того испугался ещё сильнее. Его сейчас отчислят из-за того, что он не поступил на Гриффиндор, как отец и мать? Вернут Дурслям? Гарри тайком вытер потные ладони о мантию.       — И я подумал, вдруг ты захочешь перевестись? Это, конечно, не принято, но вполне возможно. Думаю, уважаемая Шляпа сможет провести перераспределение.       От облегчения у мальчика обмякли ноги так, что он чуть не упал, а сердце застучало где-то в горле. «Меня не выгонят».       — Мне кажется я вряд ли сильно изменился за ночь, сэр, и сейчас нет смысла тревожить мисс Шляпу. Может быть чуть позже? Я обязательно обращусь к вам, если пойму, что Хаффлпафф это не моё, — Дамблдор внимательно посмотрел на Поттера поверх очков.       — Что ж, хорошо, мальчик мой. Можешь идти.       Директор посмотрел вслед Поттеру и потёр виски. Ему за ночь пришлось перекраивать всё расписание, меня местами первые курсы Гриффиндора и Хаффлапффа, стравливая последних со слизерином. Конечно, вероятность того, что добродушные барсуки вступят в открытый конфликт со змеями крайне мал, но даже самые терпеливые люди склонны терять терпение… Дамблдор сделал себе мысленную заметку — присмотреться к Лонгботтому. Герой герою рознь…       Поттер тем временем шёл рядом со старостой стараясь выговорить её имя и фамилию:       — Давай ещё раз: Вацлава Вуйцицки. Вац…       — Вац…       — Ла…       — Ла…       — Ва…       — Вуй-циц-ки…       — Вуй-циц-ки…       — Отлично, умница, теперь всё вместе: Вацлава Вуйцицки!       — Войславу Вочистки! — девушка громко расхохоталась. Этот мелкий чернявый воробушек смотрел на неё с таким искреннем недоумением, словно его язык совершенно самостоятельно выдавал несуразицу вместо её имени и фамилии. Очаровательный малец. Вацлава подёргала ленточку в косе и взлохматила мальчишке волосы на затылке.       — Ну, Гэри Шоттер, давай ускоримся, а то завтрак скоро закончится…

***

      Первая ночь в Хогвартсе прошла неплохо. Гермиона, как и Драко, попала на Слизерин. Её заселили в комнату с тремя девочками: Пэнси Паркинсон, Дафной Гринграсс и Миллисент Булстроуд. У последней была прехорошенькая гималайская кошечка с длинной мягкой шёрсткой и большими голубыми глазами. Ласковая и невозмутимая красавица полностью покорила сердце юной Блэк и та надеялась, что Миллисент разрешит иногда гладить Сметанку.       Грейнджеры запрещали Гермионе заводить домашних животных, даже рыбок, аргументируя это грязью, которую те могут разводить, и безответственностью Гермионы. Сама Гермиона много чего могла сказать насчёт безответственности: как своей, так и некоторых отдельных людей. «И почему я не спросила разрешения у Малфоев?» Девочка вздохнула и продолжила ковырять овсянку вилкой.       Дурацкая овсянка. Ещё и на молоке. Фу.       Желудок скрутило от запаха молока и Гермиона отодвинула тарелку с несчастной кашей подальше от себя, отдав предпочтение тосту и тыквенному соку. Аппетита не было. Неприятный запах, волнение перед первым в мире уроком Чар и смурной вид Драко, что сидел напротив, совсем отбивали желание употребить в себя хоть что-то.       От попыток прожечь стол взглядом её отвлёк Поттер, бессовестно опоздавший на завтрак вместе с какой-то старшекурсницей Хаффлпаффа. Драко тоже заметил местного героя и надулся, как мышь на горох. Блэк тяжело вздохнула. Вот дался ему этот очкарик? Ну, не попал Гарри Поттер на Слизерин, так что ж? Общаться им никто не запретит, а Драко делает из этого комедию.       «Хотя, может кто-то и запретит. Вроде слизеринцев не очень любят, как говорил крёстный. Да и мы с Драко «Пожирательские выблядки», как сказал тот рыжий козёл. А мой отец ещё и руку приложил к смерти старших Поттеров…»       Стало как-то совсем паршиво. Блэк повернула голову к столу гриффиндорцев и посмотрела на Уизли. Поморщилась. Поймала его взгляд, ухмыльнулась, исподтишка показала средний палец и отвернулась. Очень хотелось довести дурака до выяснения отношений и совершенно законно навалять ему. Как она собиралась навалять такой здоровой детине Гермиона пока не придумала. Разве что вгрызться в колени? Или постараться провернуть всё так, чтобы рядом оказались Крэбб и Гойл — те вряд ли забыли вчерашний выпад Уизли и точно не останутся в стороне, если Уизел заденет её или Драко.       Как только завтрак закончился с места встал староста мальчиков Слизерина — Капанеус Кромвель:       — Первокурсники! Встаём по парам и идём за мной.       Драко быстро занял место рядом с Гермионой лишь завидев мимолётное движение со стороны Панси. Паркинсон злобно прищурилась и поджала губы, смотря при этом почему-то на Гермиону. Блэк расстроилась: разводить конфликт на пустом месте не хотелось. Тем более с соседкой по комнате.       Гермиона пихнула Малфоя локтем в бок:       — Если она откусит мне голову ночью, я тебя прибью. Сколько можно от неё бегать?       — Сколько нужно, — огрызнулся блондин, — она меня раздражает. С детства ходит за мной, думает, что мы поженимся. Фу…       Гермиона сморщила носик. Все эти страсти ей категорически не нравились. Решив отложить их до более удачного момента, она поправила ремень школьной сумки и направилась вслед за старостой.

***

      — …Таким образом, все существующие чары и заклинания делятся на несколько видов по разным признакам. Первый признак: язык, на котором творятся чары. В Хогвартсе на первых пяти курсах мы будем изучать чары и заклинания на латинском и английском языках. С теми студентами, которые на последних двух курсах возьмут Чары на углублённое изучения, мы будем рассматривать греческие заклинания, а также пройдёмся по особенностям восточного волшебства, — профессор Флитвик, который оказался полугоблином, важно восседал на учительском столе, попутно палочкой вычерчивая блок-схему на доске.       Гермионе маленький профессор очень понравился. У него был звонкий приятный голос, он говорил чётко, громко и в меру эмоционально. И был практически не похож на своих жутких родичей из банка Гринготтс. Гоблинов Блэк немного побаивалась. Ей казалось, что они были похожи на хищников, готовых с удовольствием отгрызть тебе что-нибудь. Информация, полученная из книг, только подтвердила опасения девочки — крохотный народец оказался достаточно кровожадным и воинственным. Даром, что после огромного количества войн и восстаний гоблины резко решили стать банкирами. Ушлые зубастики держали под ногтем финансы всей Магической Британии и жили вполне себе припеваючи. Кто кого ещё победил?       — Хей, ты записала последнее предложение?       Гермиона молча пододвинула тетрадь с лекцией сидящему слева от неё Теодору Нотту и дождалась, пока тот спишет. Мальчик старательно заскрипел пером по пергаменту*, выводя красивые аккуратные буквы. Драко, сидящий справа, тоже сунул нос к ней в тетрадь, обнаружив после этого нос Гарри Поттера уже у себя в записях. Гермиона хихикнула — выглядело это всё очень забавно, так как у Поттера в последствии стала списывать Ханна Аббот. Профессор Флитвик, увидев такой коллективный обмен знаниями, повторил предложение и подождал пока все запишут.       Малфой пододвинул свою тетрадь поближе к Поттеру, который писал крайне медленно из-за непривычного для него инструмента — пера. Буквы выходили коряво, на пергаменте было много клякс, а пальцы мальчика были все заляпаны чернилами, как и кончик его носа. Гермиона оглядела класс: ещё несколько человек были также перепачканы чернилами. Магглорождённые. Никто из них видимо не подумал над тем, чтобы потренироваться писать пером дома. Справедливости ради сама Блэк тоже вряд ли бы о таком задумалась, если бы не тётушка Нарцисса.       Флитвик тем временем продолжил лекцию и Гермиона снова взялась за перо.

***

      Уважаемый Лорд Розье,       Прошу прощения за то, что не написала сразу после приезда. Как ваши дела? Как самочувствие?       Спешу вам сообщить, что я и мой брат благополучно добрались до Хогвартса. Мы оба попали на Слизерин и уже обустроились в своих комнатах. Я живу в комнате ещё с тремя девочкам: Пэнси Паркинсон, Дафной Гринграсс и Миллисент Булстроуд. Они довольно милые. Сегодня прошли первые занятия по Чарам, Трансфигурации и Травологии. Профессора по этим предметам просто замечательные — объясняют интересно и отвечают на все-все вопросы! Хогвартс просто огромный. Думаю, если бы не старосты, мы бы точно все здесь потерялись. Они будут отводить нас на занятия, пока мы все не запомним дорогу. Сегодня на Чары нас и хаффлпаффцев провожал староста Слизерина, а на трансфигурацию староста Рейвенкло, так как у нас были смежные лекции, а им по пути. Мне кажется это замечательной идеей. Больше ничего интересного пока не происходило.       Скоро старосты поведут нас на ужин в Большой Зал (там такой восхитительный потолок!), поэтому я завершаю своё письмо.       С нетерпением жду ответа,       Гермиона Елена Блэк       Гермиона старательно запечатала письмо в конверт, быстро написала похожее по содержанию письмо для Малфоев и также сложила его в конверт к Драко. Мальчик аккуратно привязал оба конверта к лапке огромного чёрного филина по имени Смауг. Филину, купленному практически перед самым отправлением в школу, перепала часть впечатлений Драко от книги «Хоббит» Дж. Р. Р. Толкина, которую Гермиона забрала из дома Грейнджеров со всеми остальными своими вещами. Книжка была очень ветхая и старая, старше самой Гермионы, но оттого была только дороже.       Постепенно Гермиона знакомила Драко с маггловским миром. Рассказала ему про самолёты и автомобили, про кино, пообещав когда-нибудь обязательно сводить его в кино, дала ему несколько детских энциклопедий из серии «Я познаю мир». Мальчик был в восторге, хотя сначала и относился к этой затее скептически: ему казалось, что круче волшебства в мире ничего не придумаешь.       Смауг тем временем самодовольно ухнул и попытался очередной раз стащить блестящую заколку Гермионы, полностью оправдывая свою кличку. Малфой отвлёк питомца аккуратным почёсыванием, а Блэк на всякий случай всё-таки сняла заколку. Хотелось дойти до верхних этажей с целыми волосами и со спокойной душой выпустить птичку в первое же окно.       Драко с самого урока Чар сиял, как самый начищенный котёл. Он последовал совету сестры и не навязывался герою, что тот вполне себе оценил. Ребята сидели вместе на всех лекциях и периодически даже о чём-то болтали. Блэк искренне порадовалась за брата.       Первый день в Хогвартсе прошёл здорово.

***

      Первый учебный день прошёл отвратительно. Кормак Маклагген, второкурсник из Гриффиндора, вместо того, чтобы писать контрольную работу на проверку остаточных знаний, исписал весь лист пергамента какой-то ахинеей. Снейп спокойно снял десять баллов с Гриффиндора и отложил лист с этим «творением» для Макгонагалл.       Вторым неприятным событием стал урок у шестикурсников. В этом году Высшие Зелья для изучения выбрало гораздо больше студентов, чем обычно. Двадцать два человека из двадцати пяти, при стандартном наборе в семь-десять человек. С чем был связан такой повышенный интерес к зельеварению Снейп пока не разобрался, решив отложить вопросы к студентам на потом.       Кроме этого его уже успели замучать обеспокоенные родители первокурсников, которые не удосужились написать своим maiores*. В довесок на всех приёмах пищи он имел неудовольствие наблюдать Поттера и Блэк. Конечно, профессор был рад, что к нему на факультет попала только одна бомба замедленного действия. Хотя с учётом того, что Драко тоже на слизерине… Эта парочка могла стать его головной болью похлеще мародёров или близнецов Уизли. Благо, что с первыми он уже не пересечётся, а вторые не под его ответственностью.       «После ужина надо зайти к детям и оценить обстановку. Заодно попросить отчёт у старост…»       А завтра лекция у первого курса…

***

      В лекционной аудитории зелий было прохладно и достаточно темно. Вдоль стен висели портреты знаменитых зельеваров и старые плакаты с разными травами, которые активно используются в зельеварении. Слева от доски висела техника безопасности, справа список условных обозначений различных реагентов, а сверху огромная таблица совместимости ингредиентов.       Внезапно дверь распахнулась и в аудиторию влетел Снейп сходу начав монолог своим глубоким бархатистым голосом: — Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и поэтому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Снейп. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… Я могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф и даже как закупорить смерть.       Гермиона впечатлилась. Нет, правда красиво.       — Поттер! — вдруг вызвал Снейп. — Что получится, если смешать асфодель с настойкой полыни?       Поттер застыл от такого неожиданно вопроса, но что-то промямлить всё-таки смог:       — Вроде бы снотворное, сэр…       «Напиток живой смерти, Гарри!» Гермиона изо всех сил пыталась удержаться от того, чтобы вскочить с поднятой рукой. Вопрос был адресован не ей.       — Где вы будете искать безоаровый камень?       — В желудке козы, профессор Снейп.       — А скажите-ка мне, мистер Поттер, в чём разница между волчьей отравой и клобуком монаха?       — Я… Я не знаю, сэр.       Снейп, прищурившись, какое-то время всматривался в лицо мальчишки, который старательно прятал взгляд.       — Из асфоделя и настойки полыни вы получите Напиток живой смерти, безоар добывается не только из желудка козы, но и из желудка любого, чаще всего жвачного животного, а волчья отрава и клобук монаха это одно и то же растение, именуемое аконитом! — Профессор Снейп отошёл от парты знаменитого мальчишки и встал за кафедрой. — Что ж, надеюсь остальные, в отличии от мистера Поттера, внимательнее читали введение учебника и даже дошли до техники безопасности. Именно с неё мы и начнём сегодняшнюю лекцию. Достаём перья и записываем…       Гермиона ошалело смотрела на Снейпа. Чего на него нашло? Прицепился к бедному Поттеру, как клещ к собаке. Тяжёлый день? Не любит хаффлпаффцев? Опасается того, что Поттер чрезмерно зазнается от славы и не будет воспринимать его в серьёз? Блэк посмотрела на очкастого заморыша. Этот-то зазнается, ага. Нет, судя по опыту, Поттер не был совсем уж беззубым рохлей, но одно дело вступать в конфликт со сверстникам, и совсем другое ругаться с преподавателями. Впрочем, сильно поразмышлять у девочки не вышло — лекция сама себя писать не будет.