услышь

небо окрашивалось в пурпурный, сопливо-нежный, приторно-розовый, в слащавый до одури, достаточного количества сахара, чтобы сердце слиплось с грудью, чтобы клетка застыла и пропустила все удары в ближайшие несколько мгновений. паренёк с пшенной волос, бесконечными искрами в добродушных лазурных глазах невольно ощущал отсутствия пульса на кистях рук. невольно отсчитывал задержку биения внутри своего организма. невольно приходил к выводу, что пышные пионы, словно с приходом весны расцветали. в этом самом организме. с весенней порой наступает любовь. образуется порхание бабочек, кружащих в желудке. черт дери, что же так цепляло? очаровательная девчушка с необыкновенно толстыми ляжками. с сумасшедшей наивностью о победах добра над злом, настоящей любви и сказочных принцах с белошёрстыми лошадьми. тошнотворно ненормальной потребностью в признаниях своей симпатии старшеклассниками к сей особе. трогательной ранимостью от злостных слов «дайкон-сама» или «та самая редьконожка-семпай». очаровательной поддержкой к своим близким друзьям, готовая явиться на помощь, если и не звали, даже к первовстречному_й незнакомцу_ке. вот она — яширо нэнэ во всей своей красе. как-то в планах столь юного экзорциста, не было пункта назначения «любовь с первого взгляда». но зато из списка ровной линией зачёркнуто изгнание туалетной ханако-сан. добрый призрак, да, поверил в слова семпая, в итоге же обманув самого себя, и дав ложные надежды, что боли ханако действительно им не причинит. прекрасной лёгкой атмосферой наполнено уединение в женском туалете на третьем этаже старого корпуса. незначительная болтовня о тех и иных вещах, интересные разговоры и весёлые рассказы о чем-то. такая красивая идиллия, что на бесцветном лице паренька озарилась небольшая и от этого такая светлая улыбка. он отталкивается от стены идёт туда, откуда сюда пришёл. одним глазком взглянул на милую семпай, всё у неё хорошо и не более. ушёл от пары, что наслаждается обществом друг друга. объявлялся в кишащем сверхъестественным здание не для прокачки своих сил, не для изгнания паранормального, не из-за обязанностей экзорциста или традицией в их благородном клане. помогал с участью семпая драить туалеты и только больше проводить рядом время. иногда всерьёз мог задуматься о своих чувствах и поднимал выразительные ясностью глаза на широкую улыбку девчушки, а за одно мельтешащем над ней духом. как же сильно стискивал в объятиях её тонкие плечи, как же великолепно они сдружились и не обращали внимание на всё ещё его здесь присутствие. как же упорно спорили на летнем фестивале, красиво держались за руки, обменивались влюбленными улыбками, пока сзади них он вместе с лисицей яко продолжал со стороны наблюдать. и почему-то сердце щемило, пускало первую трещину. семпай с ханако вновь дурачились и звонко смеялись. она злилась на его плохие шутки, с кулачками стучала по фуражке, а он только больше издевался над её ножками. паренёк сквозь пальцы сжимал бархатную ткань своей голубой блузки, оттягивал плавно вниз и мягко фирменно вновь улыбался с мыслями «дети малые». воодушевлённо от приближающего счастья разбрасывался искрами своей души, что в унисон пылает, снова вернувшемуся колочению, с сердечком в теле. со всеми искренними чувствами, с чистой, самой-самой кристально-полыхающей любовью протягивал к ней навстречу ладонь. «прими меня и моё сердце». яширо нэнэ не успеет, хотя бы отреагировать, но зато услышит не того, не всего-то своего друга, услышит своё имя, зов ханако-куна и помчится вдогонку в другую сторону. к другому. не к нему. яширо нэнэ не разглядела, яширо нэнэ слепа. яширо нэнэ вдолбила гвоздь и вторая, кажется теперь и последняя трещина, навсегда уничтожила, отравила без восстановления то самое сердце, ту самую чистую любовь. а он… он уже множеством кривых линий будет зачёркивать имя туалетной ханако-сан, будет проклинать его самого и себя. тоже оказался слеп, зачем же поверил? хорошо… хорошо что в том самом списке так и не появилась строчка «любовь с первого взгляда». хорошо что.