Шнурочки

      Когда Сычжуй пошел в школу, оказалось, что он не умеет завязывать шнурки. Запнувшись за болтавшиеся завязки новеньких кроссовок, Лань Юань упал и испачкал белую форму (какой дурак только её придумал). Школьная сумка отлетела к краю тротуара, где по ней уже кто-то прошёлся, оставив на белой материи грязные следы от подошв.       Вэй Усянь, увидев такого красавца на пороге цзинши, чуть в обморок не грохнулся. Ведь он сам вместе с Сычжуем покупал эту одежду, кроссовки и сумку на школьной распродаже. А теперь это все было такое грязное, да ещё и А-Юань размазывал слёзы по грязному лицу… Отцовский кошмар!       Проклиная белую форму Гусу, он отправил зареванного Юаня умываться, а сам положил грязные вещи в стиральную машину.       —Какой дол… идиот истоптал тебе сумку?! Как это теперь отстирывать? — ворчал себе под нос Вэй Ин, пока Сычжуй приводил себя в порядок.       Лань Юань очень боялся, что когда Лань Ванцзи узнает про испачканную одежду, накажет его. Поэтому он полчаса не отлипал от ноги Усяня и просил не сдавать его Ханьгуан-цзюню. Пока Сычжуй болтался на ноге, Вэй Ин узнал, что ребенок запнулся за шнурок и упал в лужу, а на его сумку случайно наступили.       Усянь взял А-Юаня на руки и пообещал ничего не рассказывать Лань Чжаню, но с условием, что завтра Вэй Ин научит Сычжуя завязывать шнурки. Лань Юань сразу же успокоился и они стали стирать сумку.       На следующий день Лань Ванцзи снова ушёл на работу. Сычжуй не учился по субботам, а Вэй Усянь вообще был в отпуске, поэтому с утра пораньше он заносил в цзинши стремянку.       Дотащив её до кабинета Лань Ванцзи, Вэй Усянь залез на верхнюю ступеньку и стал перебирать книги на самом верху шкафа. Туда обычно складывали ненужные книги, вроде «100 блюд из крольчатины» или «Как отрастить бороду за месяц».       Покопавшись в горе макулатуры и попутно протерев пыль, Вэй Ин достал небольшую синюю брошюру «Морские узлы для начинающих».       Открыв первую страницу, Вэй Усянь начал объяснять А-Юаню:       — Здесь все нарисовано. Видишь? У тебя две веревочки. Эту оборачиваешь вокруг этой и затягиваешь. Потом точно также в другую сторону. Понял?..       Сычжуй покачал головой. Тогда Вэй Ин решил показать на своём примере и ещё полдня было убито на поиск обуви со шнуровкой, так как Вэй Усянь не любил и никогда не носил кроссовки и кеды. Все его сапоги, ботинки и туфли были на молниях, липучках или а-ля «сунул ногу и пошел». Вообще ни один из обитателей цзинши не любил обувь со шнуровкой, а злосчастные кроссовки Сычжуя были единственной белой обувью на распродаже, которая подошла ему по размеру.       В итоге попросив пару кроссовок у Лань Сиченя (чему тот вообще не удивился), Вэй Ин благополучно объяснил Лань Юаню как завязывать шнурки…       После того как шнурки на кроссовках Сычжуя и Усяня были намертво завязаны, они решили проверить морские узлы в действии при помощи небольшой пробежки вокруг цзинши.       Лань Сычжуй никогда не задумывался для чего было придумано правило, запрещающее бегать в Гусу. А оно было страшно полезным. Осенью и весной каменные дорожки размывало дождями, превращая аккуратные тропинки в залитые водой аккуратные тропинки. И если ты побежишь, то обязательно подскользнешься и покатишься по дорожке, как по горке в аквапарке и после такой горки ещё дня два все будет болеть. Обойти эти тропинки тоже не вариант, в траве после дождей такие болота, что можно весь орден утопить. Поэтому в Гусу надевают резиновые сапоги и осторожно вышагивают по затопленным дорожкам.       Знал ли об этом подвохе Вэй Усянь?       Конечно.       Потащит ли он ничего не подозревающего Юаня на осеннюю пробежку?       Конечно.       Помнит ли он о кедах Лань Сиченя?       Возможно…       В два часа дня, когда дождевые тучи собирались над Гусу, когда все кролики разбежались по норкам, поджав хвосты, когда Яблочко мирно жевал траву, когда… да много ещё чего было, на пороге цзинши появились два начинающих матроса-узловяза.       —На стааарт… Внимааание… Марш!!!       Двое побежали по мокрым ступенькам и начали бегать вокруг цзинши. Пробежав круг и не подскользнувшись, Вэй Ин очень удивился. Но тут обоих бегунов подвели концы шнурков, которые болтались несмотря на многочисленные узлы.Конечно же Вэй Усянь и А-Юань запнулись за них и шлепнулись в ближайшую лужу-дорожку вниз лицом.       Пока матросы пытались подняться пошел такой ливень, что надежда высушить одежду до прихода Ханьгуан-цзюня пропала окончательно.       Мокрые, но весёлые узловязы пили чай, а рядом сохли одежды Вэй Ина и Лань Юаня, под батареей стояли две белые пары кроссовок, набитые газетами.       —Ну, ты все равно не расстраивайся, — успокаивал Сычжуя Усянь. —Завтра встанем пораньше и потренируемся еще.       Из прихожей донесся голос:       —Потренируетесь в чем?       Вэй Ин подскочил от неожиданности.       —Л-Лань Чжань, э-это ты? Ты сегодня так рано вернулся…       —Мгм. Ты забыл? Суббота. Ты мне не рад?       —Конечно рад, что ты такое говоришь, но…       —Папа, а мы шнурки учились завязывать и под дождь попали и…       —Сычжуй, держи печеньку! — Вэй Ин неистово подмигивал Юаню, чтобы тот не проговорился.       —Так в чем вы потренируетесь?       — Эм… мы… ох… Мы завтра будем тренироваться в беге.       — Хорошо. А почему весь дом завешан сырой одеждой?       — Одеждой? Так Сычжуй же сказал, что мы под дождь попали. Гуляли перед домом и… и вот.       —Понятно. А чьи это кеды?       —Где? Какие кеды? — тут Вэй Ин вспомнил про обувь Сиченя, про себя молясь, чтобы Лань Ванцзи ничего лишнего не подумал. —А ты про эти? Это же кеды Лань Сиченя. Сейчас я ему их отнесу. Лань Чжань, ты голодный? Давай я пиццу закажу…       —Не надо ничего заказывать! — перебил Лань Ванцзи.— Мы с А-Юанем попьем чай.       Вэй Усяню все-таки пришлось идти к Сиченю с полувысохшими кедами. Лань Хуань даже слова не сказал. Когда Вэй Ин ушел, Сичень поставил кеды сушиться, налил себе чаю и стал думать: что же они там делали с его обувью? Играли ей в морской бой в ванной? Варили из неё суп? Или просто забыли на улице под дождём?       Тем же вечером во время ужина Лань Ванцзи сказал, что с завтрашнего дня Сычжуй будет учиться завязывать шнурки вместе с ним. Оказывается, пока Усянь под дождём носился с кедами, Сычжуй все рассказал Лань Чжаню: и про одежду, и про стремянку, и про узлы, и про кеды Сиченя. В общем, кто кого ещё сдал Ханьгуан-цзюню.

***

      Утром Сичень мирно спал, но его разбудил дверной звонок. На пороге стоял никто иной как Вэй Усянь и снова просил кеды. Про себя Сичень начал просить корвалол.       —Пока ты мне не скажешь, что вы с ними делаете, я их не отдам. — сказал Лань Хуань.       —Тут не говорить, тут показывать надо. Пойдём.       Приоткрыв дверь цзинши Сичень увидел, как его брат учит маленького Юаня завязывать шнурки.       —Видишь, нам для наглядного пособия надо— тихо сказал Вэй Ин.       —Ну, держи, раз для пособия.—Сичень отдал кеды Усяню. — Постой, а почему они вчера сырые были?..