Чёрный Замок

      Орион задумчиво оглядел поле деятельности — три часа высшего магического искусства и ехидных замечаний Сигнуса — и тёмный, мрачный кабинет стал вполне уютным и живым. — Всегда хотел узнать, в какой области прославился бы каждый Блэк, если бы мы работали — усмехнулся Сигнус. — Мы работаем — в области развития тёмных искусств — едко ответил Орион. Кузен предпочёл не отвечать — и учитывая успехи Беллатрикс, лучше согласиться. Вместо этого он спросил: — Почему ты стал жить на Площади Гриммо? Вроде ты как старший в семье должен был получить наш Родовой Замок. Арктурус принадлежит к главной ветви Рода Блэк, ты, как его сын, соответственно тоже — а я самый младший из возможных наследников. — Такое периодически случается — спокойно заметил Орион. Помолчав, он продолжил: — Лукреция вышла замуж, её приданным были галлеоны. Как и приданым Вальбурги — хотя она могла получить Замок. Но она согласилась жить со мной в Лондоне, Альфард у нас свободолюбивый — он свой дом захотел. А я был очень амбициозным в юности — и глядя на улыбку Сигнуса, добавил — да, в это сложно поверить, но так и было. Я хотел ходить на важные приёмы, светские вечера — дом в Лондоне идеально подходил. Это сейчас я от всего устал — и начинаю понимать собственного отца, который уехал в Нормандию. — Теперь понятно, в кого пошёл Сириус — заметил Сигнус. — Если бы — вздохнул Орион. — Всё ещё переживаешь из-за его поступления на Гриффиндор? — Я всерьёз задумался над словами отца — а что если мы довели его до состояния невменяемости и поэтому он поступил так? Тогда это наша ошибка, и дальнейшими действиями мы только убеждаем его в нашей неадекватности. Что, если он станет верить друзьям больше чем нам? Ладно ещё Поттеру — мы оба знаем Дорею, едва ли её сын способен на предательство. Но вот остальные… Сигнус про себя подумал, что в половине случаев сослагательное наклонение было лишним, а вслух заметил: — А что если вы действительно воспитали гриффиндорца? Честного и открытого? Ведь есть же в нашей семье рейвенкловцы — так что мешало появиться гриффиндорцу? Не Хаффлпафф, уже хорошо. — Если он был единственным ребёнком в семье — тогда я бы подымился год и на этом бы все успокоились. Но вспомни, во что превращается Слизерин без сильного лидера. — В гадюшник редкостный — честно ответил Сигнус. — Именно. После нас, Беллатрикс стала лидером факультета. Она передала это место Андромеде, благо разница у них в возрасте не очень большая. Андромеда помогла Нарциссе занять это место, не без помощи молодого Люциуса — он же, «воспитанный во время правления» Блэков, быстро понял, какой модели поведения ему придерживаться. Насколько я знаю, он не сильно расстроился — судя по договору о помолвке и счастливому взгляду обоих. Если бы Сириус пошёл на наш семейный факультет, то уже в этом году он бы стал новым лидером — если не раньше. А сейчас… я знаю, что Нарцисса готовит Регулуса к этой роли — но я боюсь за сына. Пусть он и разбирается в тёмных чарах, но в бою важна выносливость, которой у него нет. — То, что Сириус — гриффиндорец, не помешает ему встать на защиту брата. Вы главное с Вальбургой не стравливаете их — а то вы любите показать одному через другого, как хорошо быть наследником. Как показали последние события, Сириус Регулуса всегда защитит. Орион иронично выгнул бровь: — Сколько слизеринцев пойдут за тем, кто просит помощи у гриффиндорца? Сигнус усмехнулся: — Помню я историю, про одного забитого слизеринца, у которого друзья были со всех факультетов. Уже на четвёртом курсе, он устраивал такие вечеринки, что многие были готовы принести ему не одну коробку ананасов в качестве входного билета. Насколько я понял, он и сейчас так развлекается.       Вальбурга знала Друэллу ещё с Хоргвартса — и даже тогда она считала её просто миленькой девушкой. Но была у неё одна черта, которая отличала в ней истинную слизеринку и которую высоко ценит Леди Блэк — это умение видеть талантливых магов. Так, во Времена их учёбы, Друэлла подружилась с Калиндрой — студенткой их факультета, но на четыре курса младше их. Сейчас Калиндра — самая успешная и талантливая модистка магической Британии. Её дебютом стало свадебное платье Друэллы — и после этого у волшебницы не было проблем с клиентами.       Поэтому, когда Друэлла посоветовала Вальбурге дизайнера по интерьерам — выпускника Шармбатона — для оформления спальни, кабинета и других комнат, Вальбурга с радостью согласилась. Правда, она хотела поучаствовать в создании комнаты для сыновей — ещё ночью она приняла решение, что её мальчики будут жить на каникулах в одной комнате.       Пока они шли по коридору, Друэлла не умолкала — на самом деле, так она скрывала свою тревожность. Учитывая детство с Альфардом, Вальбургу это не раздражало. — Le malheureux Sirius — вздохнула Друэлла — что говорит Арктурус? Un enfant malade sera-t-il en bonne santé? — Да, но восстанавливаться будет долго — печально ответила Леди Блэк. — Это правда, что Арктурус попросил помочь своего школьного друга? — на редкость не на французском спросила жена Сигнуса. — Месье Д’Авиль — кивнула Вальбурга, осматривая комнату, что станет детской — но для Арктуруса и Поллукса — он просто Мартин. Очень достойный чародей — но после того как он помог, он поспешил откланяться, сославшись на семейные дела, даже не остался чашку чая. Но просил Поллукса сразу обращаться, если Сириусу станет хуже. — Я надеюсь, с ним всё будет хорошо — сказала Друэлла — а как себя чувствуем маленький Регулус? — Не знаю — тихо ответила Вальбурга — Арктурус и Орион попросили не беспокоить его пару дней… На этих словах внешне ледяная Леди Блэк разрыдалась. Друэлла, критично оценив состояние родственницы повела её пить чай в саду.       Днём Сириус снова спал — как заверил его дедушка, это нормально для того, кто побывал под действием непростительного. Немного огорчало, что не встретился с Регулусом — но ведь брат здесь, дома, значит скоро сам зайдёт. Правда, сам Сириус несколько боялся этой встречи — ну не хотелось ему слушать про то, что он — безбашенный гриффиндорец, который лезет куда его не просят. Но выход из этой ситуации он тоже знал — неспроста братишка всегда слушал его мнение также внимательно, как и мнение родителей.       Но разбудил Сириуса Орион — точнее отец просто сидел и смотрел на него. Но не холодно и отстранённо как обычно — хотя в том что его отец любит Сириус никогда не сомневался. Сейчас взгляд отца был очень грустным и задумчивым. — Папа? — тихо прошептал мальчик. Когда Орион понял что сын проснулся, то он постарался ему улыбнуться, но так как это была настоящая улыбка, то по мнению Лорда получилось плохо — хотя Сириус был поражён до глубины души — он думал, что отец не умеет улыбаться по-настоящему совсем. — Как ты себя чувствуешь? — негромко спросил Орион. — Паршиво, но дедушка заверил, что это временный эффект — усмехнулся мальчишка. — Вот твоё лекарство — и Орион поставил на прикроватную тумбочку стеклянную банку с каким-то затейливым рисунком. Проследив за недоумённым взглядом сына, он пояснил: — Это шоколадная паста. По одной ложке каждый день. — Угу. Если мне Регулус не поможет — заметил Сириус. Орион лишь улыбнулся, а затем спросил: — Ты сегодня видел брата? — Нет — покачал головой Сириус — он встал раньше меня, а потом Арктурус дал ему какое-то жутко сложное задание. — У Регулуса необычайные способности в области окклюменции и легилименции. Так что Арктурус хочет научить внука всему, чему может. — Серьёзно? — восхитился юный Блэк — Вот здорово! Орион вздохнул: — Я скажу ему, что ты не спишь — скоро ужин, а после тебе снова дадут необходимые зелья. — Сколько это ещё будет? — простонал Сириус — Они все такие противные на вкус… — До конца месяца — ответил Орион вставая — а дальше будет зависеть от твоего состояния.       Сириусу показалось, что он снова задремал, когда он почувствовал, что его кто-то взял за руку. Он открыл глаза и увидел брата. — Привет — тихо сказал старший из братьев — только сразу прошу, не надо меня спрашивать, чем я думал… — Сириус — ты… — начал было Регулус, но потом не выдержал, и прижал к себе брата. И как бы не было Сириусу больно двигаться, он крепко обнял брата в ответ.