Чёрный Замок

      Род Лестрейнджей возник во Времена Столетней войны. Даже поучаствовали в ней — по мере сил и возможностей, разумеется. И что совсем не удивительно — действовали они в типично слизеринской манере — то есть воевали сразу на обеих сторонах. Где-то помогли французам взрастить хлеб, где-то помогли англичанам потопить французский флот. До сих пор загадка, сколько именно Родовых боевых чар было создано для борьбы с инквизицией, но факт остаётся фактом — только Блэки могут соперничать с Лестрейнджами в вопросах тёмной боевой магии. И судя по тому, что Род Лестрейндж смог войти в Священные 28 Родов, им хватило ума этого не делать.       Трудно сказать что-то более конкретное про ранние корни Семейства — однако доподлинно известно, что фамилия Лестрейндж произошла от прозвища, которые получил представитель Рода — «Le étrange» — (он) странный. Действительно, Арамант (как впоследствии оказалось — Лестрейндж), выглядел очень странно — высокий, очень худой, очень бледный. Чёрные, как смоль, волосы неровными волнами доходили до плеч. Но самыми странными были его глаза — тёмно-зелёные, и смотрел он всё Время как-то … ненормально. Смеялся тоже.       Почему он решил изобразить на своём гербе Ворона — трудно сказать. Может дань Кельтам, или дань уважения Древней магии. Сейчас, многие сходились во мнении, что это из-за того, что анимагическая форма представителей этого Рода — чаще всего, ворон. Несколько спорное утверждение — у Блэков на гербе три Ворона. Но многие древние семейства спокойно соглашались с тем бредом, что писали в книгах по геральдике, для «магглорождённых».Истинные знания передовались исключительно в семье, во многом потому, что история многих символов Рода очень тёмная, а привлекать дополнительное внимание фанатиков Света, мало кто хотел.       Нынешний Глава английской ветви Рода — Рейнальвё Лестрейндж. Юноша родился в Родовом Замке, получил начальное аристократическое домашнее образование, в Хогвартсе предсказуемо поступил на Слизерин. И вот тут началась самая интересная страница его жизни.       Прежде всего, он познакомился с тихим, но очень благородным мальчиком — Орионом. Затем и с его троюродной старшей сестрой — Вальбургой. В девушке тоже очень явственно читалась чистая, благородная кровь, усиленная и укреплённая не одним кровным ритуалом — все фамильные черты Блэков на лицо. Сам Рейнальвё, по началу, очень робел в её присутствии — красивым аристократическим юношей он стал уже ближе к четвёртому курсу. Во многом уверенность в себе ему помогли обрести его лучший друг Орион и хороший знакомый, полукровка Том Реддл — те мягко намекнули ему, сколько ледяных красавиц-слизеринок интересуются им — и не только из-за его чистой крови. С этого момента, Рейнальвё почувствовал себя абсолютно свободным и счастливым — наследник тёмного, древнего магического Рода, умный привлекательный…       Абсолютно спокойно начал общаться с братьями Эйвери — те оказались очень интересными собеседниками. Вдобавок, хорошо разбираются в артефактах — а это искусство считается Родовым Даром — и Род Лестрейндж безусловно владеет им. Порой к ним присоединялись Альфард Блэк и полукровка Том — с просьбой рассказать, «а что с этим делать» и «а можно ли вообще, это трогать руками?». Затем втянулся и будущий наследник Роули — Гевейн ни черта не понимал в артефактах, но огневиски притаскивал просто отменный. Затем к ним присоединился и Септимус lV Принц — и сразу появились тёмно-магические ингредиенты для зелий. Ну и заодно и сладости собственно изобретения.       Дружно жил клубок змей. Постепенно стали обсуждать будущее Родов. Так появились Вальпургиевы Рыцари (поговаривали, что названием они обязаны влюблённости Реддла в Вальбургу Блэк) и большое количество помолвок. И тогда Рейнальвё встретил ту, что стала луной в его жизни — Диану Эйвери.       «Красивая» — это первое что успел подумать Лестрейндж. Кудрявые волосы, цвета старого золота, точёные черты лица, миниатюрное телосложение, а взгляд такой… такой что достопочтенный предок Арамант заценил бы.       После Хогвартса жизнь Рейнальвё разделилась на двое — днём славный рыцарский орден, ночью — Род и молодая супруга. Жил Лестрейндж одной эйфорией — от боя, от исследований, от всего что его окружало в те годы.       Но рождение второго сына Диана не перенесла — Род Эйвери всё же значительно уступал Лестрейнджам по магической мощи. А затем исчез и Реддл — и Рейнальвё полетел в Тартар. Точнее, его рассудок полетел в Тартар.       Детей он воспитывал круциатусом — стоит всё же отметить, что нескольких вещей он этим добился — Рудольфус повзрослел очень рано, всегда защищал младшего Рабастана, и оба брата освоили тёмные боевые чары и проклятия на невероятно высоком уровне.       Не раз Орион пытался поговорить с лучшим другом — но зная что Блэки сильные менталисты, Рейнальвё надел сильнейший амулет, который создавал ментальный блок и заперся в Родовой библиотеке. Ему так хотелось, чтобы его оставили в покое, хоть на Время … Что происходило в эти годы Рейнальвё плохо понимал — и очень был удивлён, когда оказалось, что «вот этому мелкому» Рабастану семнадцать лет, а «больному» Рудольфусу — двадцать один год. Правда, здоровье старшего сына лучше с годами не стало — более болезненный чем он, только Регулус Блэк. Но осознание того, что как-то он долго сидел в библиотеке, всё же пришло к Лестрейнджу-старшему.       Так, в один из прохладных весенних дней, он зашёл в гости к Ориону — Рейнальвё очень боялся, что друг на него обиделся, но Блэк встретил его той искренней улыбкой, которой он всегда улыбался только очень близким друзьям. И то, что Рейнальвё пришёл без того, чтобы уведомить о своём визите заранее, его тоже ничуть не смутило.       В этот момент, в гостях у Ориона был его кузен — Сигнус. Лестрейндж мало общался с младшим Блэком — тот несколько терялся, на фоне своих звёздных родственников. Но общий язык они нашли достаточно быстро. Оказалось, что кузены отмечают удачную помолвку младшей из дочерей Сигнуса. Нарцисса Блэк вскоре станет Леди Малфой. А на робкий вопрос Рейнальвё — «сколько у тебя дочерей?», Сигнус гордо ответил: — Три — и заговорщическим шёпотом добавил — старшие пока даже не с кем ни помолвлены.       Домой Рейнальвё вернулся в приподнятом настроении. Вышел на террасу Замка — как же давно он здесь не был… В голову пришла мысль, что здесь пить хорошее итальянское вино с потрясающим видом на заходящее за лес солнце… чем Лестрейндж и воспользовался. И когда золотой шар подкатился к кромке хвойного леса, рядом появился старый домовик. — Молодые хозяева вернулись — прокаркал он, почтительно склонившись перед ожившим хозяином. Рейнальвё задумчиво поглядел на домовика, а затем приказал: — Позови Рудольфуса — есть разговор.