Выбор
5 августа 2020 г., 16:35
Когда Джоанна увидела идущих к ним двух террористов, она поняла — ребят вычислили. Впрочем, учитывая подготовку нападавших, они были отнюдь не любителями, а значит, для них выяснить — кто, где и что — было лишь вопросом времени.
— Только бы мальчики не поддались, — прошептала Одри. Джоанна посмотрела на нее, они обе сразу все поняли.
— Добрый вечер, дамы.
Их привели в операторскую. К ним подошел тот самый мужчина в камуфляжной форме, еще один, судя по всему, его помощник, сидел за пультом у ноутбука, у стен стояли трое с автоматами.
— Разрешите представиться, — холодно улыбнулся подошедший. — Карл. Мой помощник Густав. Такие прекрасные дамы, надеюсь, не откажутся скрасить наш вечер? Присаживайтесь, — указал он в сторону дивана.
Двое из троих бойцов подошли к Одри и Джоанне и, схватив их за руки, толкнули к дивану.
— Бережнее, ребята, — наигранно укоризненно произнес Карл, — еще успеете полапать. И не только, — усмехнулся так, что у Джоанны похолодело внутри. — А пока не портите товарный вид нашей наживки.
В этот момент в дверях показался еще один террорист.
— Люк мертв. Я нашел его в холодильнике. Оружия и рации нет.
— Как же быстро ваши мужья успели нагадить мне! — главарь повернулся к девушкам. — Впрочем, люблю сильных соперников. Тем приятнее победа. Значит, рации нет… — он подошел к пульту и взял лежавшую там рацию. — Месье Рокье, мистер Броншайн. Добрый вечер… господа… — рация молчала. — Я знаю, что вы меня слышите. Значит так. Мы с вами не барышни, чтобы разводить воду и сопли. У меня ваши девчонки, пока — заметьте, пока — в целости и сохранности. Но лишь от вас сейчас зависит — насколько долго. Я человек дела, на работе на всякие глупости не отвлекаюсь, но мои ребята слишком давно не видели и не трогали теплого женского тела. А тут такие красотки… Но примерно полчасика я смогу уговорить их потерпеть. Если вы не придете, вечер ваших женушек перестанет быть томным. Время пошло.
Все молча слушали главаря, как вдруг Джоанна вскочила и бросилась к пульту.
— Кристиан, нет! — только и успела крикнуть она. Сидевший за пультом Густав вскочил и со всего размаху залепил ей такую пощечину, что она не удержалась на ногах и упала. Ударившись головой о пол, потеряла сознание.
Карл выключил рацию.
— Ты что делаешь? — ворвался он. — Ты мне еще прикончи ее раньше времени!
— Джоанна! — Одри, забыв обо всем, бросилась к подруге, подняла ее и прижала к себе. Щелкнули затворы автоматов.
— А ну на место! — заорал на нее Густав. — Или будем стрелять на поражение!
— Стреляйте! — Одри подняла голову и посмотрела в глаза Густаву. — Стреляйте!
И было сейчас в этой хрупкой женщине со взглядом пантеры что-то такое, что Густав, опешив, опустил ружье.
— Так, все угомонились! — Карл осмотрел своих бойцов, посмотрел на Одри. — Быстро на диван.
Одри подняли с пола и швырнули на диван. Джоанну положили рядом. Одри, не обращая внимания на направленные на нее автоматы, положила голову Джоанны к себе на колени и гладила ее волосы, пытаясь привести в чувство. В этот момент раздался звонок телефона.
— Только пикни, — Карл наклонился к Одри и больно схватил ее за подбородок, — пойдешь по рукам. Поняла меня?
Одри одернула голову, прикусив губы. Густав включил громкую связь.
— Главный комиссар Парижа Жюль Абрюзо, — раздался голос на том конце телефона.
— Ну, наконец-то, месье комиссар. Я уже вас заждался, — Карл подошел ближе к телефону.
— Что вы хотите?
— Мне нравится ваш подход. Сразу к делу. Полностью поддерживаю. Итак, мне нужно десять миллионов евро, купюрами по сто и пятьдесят, половина на половину. Паспорта на имя Карла Кроста и Густава Шольца с действующей Шенгенской визой. И вертолет вместимостью шесть человек. Посадите его на площадь у клуба. Пилот мне не нужен.
— Необходимо время, чтобы…
— Господин комиссар, — жестко прервал Карл, — я даю вам два часа и ни секундой больше. Центральное казначейство в десяти минутах от клуба. Паспорта… Ну, не вас мне учить, как это делается. Время пошло. И вот еще что… Если я увижу хоть одного полицейского или спецназовца, хоть раз шелохнутся кусты или мелькнет тень, я расстреляю всех, кто находится в зале. Моим ребятам для этого понадобится меньше минуты. Выполняйте, месье комиссар.
Густав выключил телефон. Карл повернулся к дивану. Джоанна потихоньку приходила в себя.
— А мы ждем ваших мужей. Надеюсь, они не будут идиотами и придут.
— Надеюсь, они не будут идиотами и… не придут, — ответила Одри.
***
Кристиан и Макс молча слушали монолог главаря террористов. И лишь сжатые кулаки да напрягшиеся скулы выдавали их внутреннее напряжение. Макс едва не раздавил рацию, с такой силой он сжал ее при намеках главаря на дальнейшую судьбу их девочек. Они старались держаться, но, когда раздался крик Джоанны, а следом звонкий звук пощечины, Кристиан не выдержал. — Тварь! Но связь уже прервалась. Кристиан с такой силой ударил по проходящей рядом трубе, что годами лежавшая на ней пыль толстым слоем накрыла дорогой пиджак, но он этого даже не заметил, прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Его тяжёлое дыхание в воцарившейся тишине было слышно так отчетливо, словно к груди приложили стетоскоп. Макс молча смотрел на него. Он очень хорошо знал это состояние Кристиана, когда тот держал внутри разрастающийся гнев, пока он не достигал своего апогея и не вырывался наружу. В такие минуты главное было не трогать Кристиана, но и не пропустить тот момент, когда он взрывался. И вот сейчас Макс этот момент пропустил. — Не сходи с ума! — он нагнал Кристиана уже почти у самой двери. Развернув за плечо, припечатал друга к стене. Удерживать его было не так-то просто даже при его, Макса, физических данных. — Успокойся! — Отпусти меня! — Черта с два! — Макс крепко прижимал плечи Кристиана к стене, — Что ты собрался делать? Пойти туда? Знаешь, чего ты этим добьешься?! Только одного! Они скрутят тебя и изнасилуют ее на твоих глазах! Ты этого хочешь? Макс видел, как Кристиан закрыл глаза и сжал кулаки, слова словно ножом резали сердце, но Макс знал — иначе нельзя, нужно было привести его в чувство, укротить гнев, вернуть Кристиана к здравому смыслу. Макс молчал, все так же крепко держа Кристиана. Постепенно он почувствовал, как его мышцы расслабляются, дыхание успокаивается. Наконец, Кристиан открыл глаза и руками сжал руки Макса. Тот отошел, отпуская его. — Мне самому невыносимо тошно, ты сам знаешь, — Макс пнул подвернувшийся под ногу кусок арматуры, так что тот отлетел метров на десять. — Одри тоже там, и я знаю ее, она не будет покорно принимать свою участь. По натуре она тигрица. Она скорее умрет, чем позволит прикоснуться к ней. Кристиан поднял глаза на друга. Макс стоял, мрачнее тучи. — Но если мы не придем… — прошептал Кристиан. — Знаю… — Макс отошел и присел на проходящую по полу трубу. — Но если мы придем, это тоже не спасет наших девочек. Еще и самих скрутят. И тогда мы вообще ничего не сможем сделать, и помешать этим ублюдкам не сможем. Ни закончить ими задуманное, ни осквернить наших девочек. Нам двоим туда нельзя. — Нам обоим туда нельзя… В голосе Кристиана прозвучала нехорошая нотка. Макс поднял голову и посмотрел на него. — Даже не думай… — вдруг понял он, поднялся и подошел к Кристиану. — Слышишь? Немедленно выкинь это из головы. — Макс, — Кристиан посмотрел на него, он был на удивление спокоен, словно каких-то пять минут назад не напоминал извергающийся вулкан. И это состояние друга Макс тоже знал. И очень не любил, потому что это означало, что Кристиан уже принял решение, и переубедить его невозможно. Можно только принять и подстроиться. — Макс, у нас нет выбора. Мы не можем не пойти, и не можем пойти. Значит, надо сделать так, чтобы один пошел, а другой остался. И тут распределение ролей очевидно. Подумай сам… Им потребуется уходить, а прикрытие в виде начальника личной охраны Президента Республики будет посерьезнее, чем какие-то женщины или даже агент иностранной разведки. Я попробую потянуть время, но тебе придется действовать одному, по максимуму проредив их ряды. Я оставлю тебе телефон, попробуй выйти на Поля, узнать, что им известно. Если будут планировать штурм, сориентируй. Одному будет непросто, но… — Справлюсь… — Макс понимал, что доля смысла в словах друга есть, — но тебе идти туда слишком рискованно. И опасно. — Сейчас все, что происходит, рискованно и опасно, — Кристиан отошел от стены, достал из кармана телефон и пистолет, протянул Максу, тот молча взял. — Запомни главное, — Кристиан поднял глаза на Макса, их взгляды встретились, — в этом здании нет тупиков, все коридоры связаны друг с другом. Поэтому всегда следи, что происходит за твоей спиной. Дверь гулко захлопнулась за Кристианом. Макс снова сел на трубу. Домечтался. Теперь и в самом деле, как и «крепкому орешку», придется действовать одному.***
Туман в глазах и в голове понемногу прояснялся. Джоанна открыла глаза и увидела склонившуюся над ней Одри. — Ну вот, очухалась, а ты волновался, — прозвучал голос Густава, — что им сделается. Да если бы и сделалось, то… В этот момент в холле послышались шум, шаги, возня. Все повернулись к открывающейся двери. Глаза Джоанны наполнились ужасом, когда она увидела, как следом за одним из террористов вошел Кристиан.
