Второй шанс

      Распахнув огромные тяжелые деревянные двери, ребята зашли в уже знакомую Лазурную залу, полную книг и воспоминаний. Правда, в отличие от «прошлого» раза, в ней была целая толпа людей, шныряющих между книжными шкафами. Все они направлялись в сторону Лазоря, где в скором времени начнется заседание РадоСвета.       Подростки остановились недалеко от центра залы, возле такого же, как и все, книжного шкафа, и Василиса принялась с интересом высматривать знакомые лица. Вдруг она заметила в толпе Диару Дэлш, о чем-то беседующую с Константином Лазаревым. В этот самый момент по зале быстро, несмотря на свою не очень подходящую для этого комплектацию, пробежал в сторону Лазоря Мандигор, блестя в свете люстр, полных свечей, своей лысиной.       — Ай! — вскрикнула Василиса, когда кто-то вдруг сильно сжал ее запястье, протыкая его острыми когтями. Наверняка, там останутся синяки.       — Что ты здесь делаешь, мерзавка?! — прошипел Елена голосом, полном убийственной ненависти, прямо Василисе в ухо. — Почему ты не у себя в комнате в Черноводе? — уже громче спросила она.       — Пусти меня, — Василиса поморщилась, чувствуя, как Елена еще сильнее сжала ее руку. Она даже испугалась такой резкости. — Я никуда не пойду с вами. Я же знаю, как вы меня ненавидите!       — Отпусти девочку, Елена, — неожиданно, на помощь Василисе пришел Константин Лазарев. — Ты же видишь, она не хочет идти с тобой, — старший Лазарев строго глянул на Ника, стоящего недалеко от Василисы, и тот тут же отошел в сторону, при этом сильно побледнев. Видимо, таким злым он видел отца впервые.       — Кто бы говорил, — Мортинова сузила глаза, становясь похожей на злую гадюку. — Это ведь ты выкрал ее из поместья собственного отца! — голос у Елены был громким, она явно пыталась привлечь внимание посторонних. И у нее это получалось. — Совершил перемещение, когда девочка была еще совсем слаба и могла умереть! И все потому, что у нее высшая степень! — все больше разгораясь и краснея от ярости, завывала, как злорадствующий волк, Елена.       — Это неправда! — выкрикнула Василиса, и загудевшая толпа, неожиданно для самой девочке, с интересом стала слушать ее слова. — Я сама совершила перемещение, — переходя на спокойный тон, продолжила Огнева. — Мне было страшно за свою жизнь… Ай! — из запястья хлынула кровь, но это не помешало Елене сжать его еще сильнее.       — Елена, — к Василисе стремительно шли Константин Лазарев и Диара Дэлш. — Ты противоречишь сама себе, — тогда Василиса и поняла, что сейчас начнется настоящий концерт.       — Елена, — неожиданно сзади раздался спокойный голос отца, и Василиса ощутила, как его рука накрыла их с Еленой «рукопожатие», — идем, я уже занял нам места.       Будто в гипнозе, Мортинова отпустила руку Василисы и последовала за Нортоном-старшим, а девочку тут же окружили люди. Все они громко говорили и что-то спрашивали у Василисы, и ничего разумного из этого гомона услышать не получалось. И когда девочке уже начало казаться, что она вот-вот лопнет от окружившего ее шума, кто-то легко схватил ее за ладошку, вытащил из этого круговорота голосов и быстро куда-то потащил.       — Ай, — ощутив как дернуло царапину, хныкнула Василиса.       — Прости, — услышав знакомый шепот, Василиса подняла глаза. Фэш уверенно вел ее куда-то вдаль. Он вдруг протянул ей другую ладошку, за которую Огнева тут же схватилась, спокойно опустив вниз болезненно пульсирующую руку. А толпа, заметив, что жертва выбралась, принялась с интересом оглядываться, ища ее по Лазорю.       Фэш тащил Василису через толпу, умело уворачиваясь от часовщиков и мастеров, ныряя в самые маленькие просветы между людьми и книжными шкафами и изредка толкая людей, пытающихся их остановить и расспросить.       Несмотря на то, что Василиса пыталась прижать ноющее запястье как можно ближе к телу и не двигать, оно все равно несколько раз дернулось. Боль пульсировала, не давая забыть о себе ни на секунду.        — Фух, — выдохнул Фэш, как только они оказались в каком-то помещение, — еле выбрались.       Это была маленькая комнатка, больше напоминающая хранилище. Освещение было плохим, лишь где-то в углу горела свеча. На всех стенах были развешены десятки, если не сотни, часовых стрел самых разных форм и цветов. А в центре комнаты стояли Ник и Константин Лазарев. Старший Лазарев выглядел недовольным, все-таки это ситуация его разозлила.       — Пап, как я уже и сказал, она хочет переместиться…       — Подожди, Ник, — хоть голос старшего Лазарева был спокоен, Ник что-то в нем уловил и утих. — Очень рад наконец-то встретить тебя, Василиса Огнева. Увы, но твое перемещение обратно на Осталу придется отложить на неопределенный срок.       Чтобы не выглядеть равнодушной, Василиса представила свою реакцию в случае, если бы она действительно верила в то, что сможет вернуться в нормальную жизнь, и постаралась ее повторить.       — Тем не менее я сейчас должен не дать осквернить свое имя и добиться твоей защиты хотя бы ненадолго, так что поговорим позже. А сейчас вместе с Ником и Фэшем иди в их башню. Если ты голодна, попроси этих оболтусов принести тебе чего-нибудь, — старший Лазарев совсем смягчился и даже улыбнулся Василисе. — А вы, — обращаясь уже к Фэшу и Нику, продолжил Константин Лазарев, — отнеситесь к ней, как к гостье.       Еще раз мягко улыбнувшись Василисе, он вышел за дверь, и подростки остались в комнате втроем.       — Сейчас дождемся, пока вся эта толпа пройдет в Лазорь, а потом прошмыгнем в нашу башню, — тихо произнес Ник, нарушая хрупкую тишину. — Отец так спокойно к тебе отнесся… — Ник выглядел задумчивым, сложив по обыкновению брови домиком. — Зато теперь нам не в чем сомневаться, — подняв взгляд на Василису, продолжил он.       — Кажется заседание началось, — буркнул Фэш, выглядывая за дверь. Но вдруг он быстро закрыл ее и, приложив палец к губам, серьезно посмотрел на Василису и Ника.       Неспеша отойдя от двери, он задул свечу и в полной темноте поймал обоих за руки и утащил еще глубже, в самый дальний угол комнату. Не понимая, куда идет, Василиса шагала очень аккуратно, пока не уперлась спиной в грудь Драгоция. Где-то рядом остановился Ник и тоже затих.       Василиса чувствовала, как неспеша поднимается и опускается грудь Фэша и страх внутри медленно нарастал. В полной темноте они втроем, зажавшись в углу, от кого-то прятались. Что будет, если он их найдет? И кто это?       Долго Василисе не гадать не пришлось, потому что уже в следующую секунду дверь медленно открылась. Ощутив, как страх охватил ее, Огнева уперлась в грудь Фэша и сжала его ладошку, чувствуя, как мальчик сжал ее в ответ. Разглядеть лицо того, кто за ними следил, не удавалось, но по цвету волос и фигуре Василиса догадалась, что это не кто иной, как Марк. И тут же девочку осенила мысль, что он ищет ее, Василису, чтобы переместить в Черновод. И скорее всего, по приказу отца.       Совсем не вовремя в голову пришла мысль о том, что отношения с отцом вновь станут ужасными, и от усталости, неожиданно накатившейся на нее всем весом, Василиса прикрыла веки.       Марк, про которого Василиса уже успела позабыть, что-то зло пробурчал и, захлопнув дверь, громко куда-то зашагал.       Еще несколько секунд ребята стояли, зажавшись в углу, но вскоре Фэш громко вздохнул и произнес:       — Вот гад, — легко ориентируясь в темноте, он отпустил ладошку Василисы и аккуратно отодвинул девочку в сторону. — Ищет тут Василису.       — Думаешь, ему Елена приказала? — Нику тоже как-то удавалось ориентироваться в полной темноте. — Надо будет сказать отцу, кто ломает местные двери.       — Все, идем, пока не пришел еще кто-нибудь, — произнес Фэш, неспеша приоткрыв дверь. В комнату наконец-то хлынул свет и Василиса поспешила за Драгоцием, стараясь по пути ни на что не наткнуться.       Дождавшись ее у выхода, Фэш и Ник, быстрым шагом направились к лестнице, ведущей в жилое крыло.