Не приближайся ко мне, Поттер!!!

Четырнадцатилетие. Дата, которой ждет каждый волшебник независимо от того альфа это или омега. День когда человек впервые узнает первую букву имени своего соулмейта. Редко можно встретить кого-то, кто не захочет знать такую информацию. Но увы, такие люди тоже существуют. – Я тебя предупреждаю, независимо от того что у тебя там проявится, помолвка уже заключена и я не позволю тебе разрушить договор двух древних родов! У тебя есть невеста, и ты на ней женишься, – сказал раздраженно мужчина с длинными платиновыми волосами и покинул комнату сына. За окном уже давно потемнело, на небе не было ни единой тучи от чего свечение звезд и луны казалось более ярким чем обычно. С уходом старшего в комнате воцарилась давящая тишина, вмещающая в себя обреченность и отчаянье. Несколько минут назад еще ничего не предвещало такого разговора. Конечно, парень осознавал и сам все что сказал сейчас отец и это раз за разом давило на больное место. Он сам понимал что наличие другой буквы не избавит его от брака, но когда об этом ему напоминал … его слова всегда резали по живому. Презрение, с которым тот смотрел на сына, нельзя было сравнить ни с чем, а все из-за его сущности. Когда глава рода узнал результаты анализов, в его жилах забурлила ненависть к собственному ребенку. В тот день он повесил на единственного наследника клеймо «позора рода», потому что тот не оправдал его ожидания. Воспитание стало намного жестче, а внушений больше. Теперь омеге постоянно напоминали о его сущности в независимости от того касалось ли это ситуации, теперь регулярно происходили упреки в его сторону и требования возросли в несколько раз. Вот и сейчас старший не упустил возможности задеть младшего, хотя знал что тот и так все понимает. Завтра его день рожденья, завтра ему исполнится четырнадцать, но он этого не хочет. Зачем знать о том, что может быть все иначе. Это бессмысленно, только дает ложные надежды и осознание что нет собственного выбора. Какая уже разница, что там будет если и так ясно что шанса на счастливую жизнь у него нет. Все уже решено без него. И теперь, сидя в своей комнате, он не мог вымолвить ни слова, внутри поселилось отвратительное чувство пустоты. Взгляд потупился, глаза начали жечь, дрожащими губами он будто бы хотел что-то сказать или прошептать, но не смог издать и звука. Ком в горле, подступивший еще когда закрылась дверь, никуда не хотел уходить. Через несколько секунд с одного глаза сорвалась все же несдержанная горячая слеза, оставляя за собой кривую влажную дорожку на лице. Единственная свеча, которая горела возле кровати, потухла и погрузила помещение во мрак. Одиночество. Единственным человеком в ком парень до сих пор не разочаровался была его мать. Она никогда не поступала так, как отец. И единственная в этом доме его поддерживала. Только от нее чувствовалась та родительская забота и любовь которой так не хватало. Но и здесь была помеха в лице Малфоя старшего. Завтра наступит момент, которого Драко так ждал и так боялся. Но он ничего не изменит и ему все так же придется пить зелья блокирующие его сущность. Иногда он думал, что лучше бы этот день вообще не наступал. *** Проснулся парень от жжения на правом запястьи. Солнце уже яркими лучами заливало светом его комнату. Сразу он не совсем понял что происходит но через мгновение уже резко поднялся и принялся оттягивать рукав. «Началось», – только пронеслось в голове блондина. Взгляд все еще не мог сконцентрироваться на чем-то одном, но парень все же попытался навести резкость на букву. Но в следующий момент его будто бы окатило холодной водой, а все оттого что на его теле прорезалась такая четкая и такая ожидаемая буква… «Г» С одной стороны ему меньше всего хотелось видеть ее, а с другой он не сомневался, что это будет она. На подсознательном уровне Малфой младший прекрасно понимал, что его тянет к обладателю имени начинающегося на эту букву. Иногда Драко было мало словесных перепалок от чего тот провоцировал второго на драки, которые доставляли не малое удовольствие, и только после кулачного поединка парня настигало удовлетворение, поначалу он не понимал почему у него возникает такое чувство даже если он проиграл, но когда понемногу до мозга начали доходить некоторые факты блондина кидало в бешенство – сама мысль о том что ему хотелось близости с заклятым врагом казалась ненормальной и сумашедшей, и это всегда выводило парня из себя. И сейчас, глядя на букву, он надеялся лишь на то что бы буква не начала переходить в имя. Ведь, как правило, если человек испытывает романтическое влечение к своему соулменту, то это может способствовать укреплению их ментальной связи. Только недавно Драко разобрался с тем, что на самом деле испытывает к гриффиндорцу, а теперь еще и буква. Он не сомневался в том что это Поттер. И его не так ужасала эта мысль, как мысль о реакции отца. В тот день, узнав от сына за завтраком первую букву имени его родственной души, Лорд Малфой лишь прошипел с омерзением: – Ну да, чего еще можно было ожидать от позора рода. И удалился в свой кабинет так и не притронувшись к еде. В тот момент Драко вновь почувствовал себя нашкодившим ребенком, хотя казалось бы что здесь от него зависело? Ничего. Стоящая перед парнем на столе еда всегда была вкусной, но сейчас от взгляда на нее его начинало тошнить, небольшой аппетит вмиг был развеян гневным высказыванием. Казалось, стоило бы уже привыкнуть, но это было проще сказать, чем сделать. Сидящая рядом мать, тусклым взглядом проводила своего мужа пока тот не скрылся из виду, а после в утешительном жесте обхватила обеими руками руку сына. Немного сжав ее, Нарцисса наклонилась к нему и сказала: – Не волнуйся, дорогой, однажды все наладится. – И как же? – Сам узнаешь, когда придет время. Эта фраза заставила омегу призадуматься, мама никогда не бросала слова на ветер и уж тем более не стала бы давать ложных надежд, ведь сама же всегда наставляла что врать самому себе хуже всего. Слова женщины заставили парня немного успокоиться и вспомнить, что даже здесь есть человек не безразличный к нему. Пусть при отце она и боялась выражать свою заботу, но назвать ее никчемной матерью никак нельзя было. Вернувшись в свою комнату, омегу вновь завлекли к себе не самые радужные мысли, реакция отца оставила за собой неприятный осадок, слова мамы больше были похожи на утешительные нежели на обнадеживающие. Пройдя к огромной кровати, он тут же почувствовал приступ сонливости. Драко посчитал это хорошей возможностью сбежать от реальности, и не противясь желаниям тут же забрался на кровать. Через несколько минут в комнате раздалось равномерное сопение. Это было 5 июня, день когда Драко Малфою исполнилось 14.