I will never leave you

Кэт — Что ты сказала?! — первое, что приходит в голову. Я не могу в это поверить… Фиби беременна. От кого? От Колина? — Я беременна, — она полностью убивает все шансы на то, что это все сон. — От… Колина…? — неуверенно спрашиваю я. — Конечно от Колина! — восклицает Грей, разводя руками. — А от кого еще?! — Я не знаю! Мне вообще какое-то время казалось, что он гей. Может, девственник. Кто станет спать с 29-ти летним невинным парнем?! — 19 летняя девственница! — выпаливает Фиби и стыдливо опускает голову. Какого хрена?! — Что…? То есть, ты ни с кем…? — Нет. До твоего брата — нет. — О Господи, — запускаю пальцы в волосы и нервно ерошу их. — Какой срок? — 4-5 недель. Блять, нет. Только не это. Хотя… а почему нет? Когда он родится, я стану тетей, независимо от отношений с Колином. А он сам будет прекрасным папашей. Уж в этом можете не сомневаться. Невольно улыбаюсь, рисуя у себя в голове этого маленького карапуза. — Почему ты улыбаешься? — тихо спрашивает Фиби. — Представила, как будет выглядеть ваш малыш. — Правда?! То есть, ты не против? — Конечно нет, а почему я должна быть против? — спускаюсь на мягкий ковер и сажусь рядом с ней. — Не знаю, — девушка пожимает плечами. — Ты боишься, что Колин не примет его? — догадываюсь, почему она такая грустная. Она поднимает голову, смотрит на меня своими добрыми светло-серыми глазами, такими же, как у ее отца, и медленно кивает. — Я потому и хотела поговорить с тобой. Ты знаешь его лучше всех. — О нет, тут ты заблуждаешься. Я не разговариваю со своими братом, и он, как видишь, тоже не горит желанием, хотя я считала, что такого между нами не будет никогда, — признаюсь я. — К тому же, вопрос о детях между нами никогда не вставал, и я не знаю, что будет. — Понятно, — она снова опускает голову и смотрит на свои сплетённые пальцы. — Эй, — кладу руку на ее спину. По лицу девушки текут слезы. — Не бойся, слышишь. Все будет хорошо. Ты ведь не одна. У тебя есть брат, семья, ну, на крайняк, я. — Ха, — она ядовито усмехается и поднимает голову. — И ты правда считаешь, что они признают меня после этого? Мне даже 19-ти нет. Нет образования, работы, но зато есть вот это… — она указывает на свой живот. — Знаешь, — Господи. Ладно. Я делаю это для девчонки. — Я тоже однажды залетела. Ну все, обратно дороги нет, Хейс. — Что? — Фиби утирает слезы и смотрит на меня. — Представь себе, — теперь я смотрю на свои руки, но уже не плачу. Давно все выплакала. — Так глупо, главное. — От Теда? — Мг, — отвечаю я. — На вечеринку, в честь своего дня рождения, Войс притащил просто немыслимое количество алкоголя. Все ребята пили там, внизу. А мы смылись на крышу. — На крышу? — Да. Там очень красиво. Никто не знает, как туда попасть, поэтому эта крыша, фактически, стала нашим местом. Мы пили там. И, в туже ночь он подарил мне это, — показываю ей самое ценное кольцо на своей руке. — Оно очень красивое, — хвалит Фиби. — Да, — автоматом отвечаю, с улыбкой вспоминая тот день. Ту ночь. — Через месяц, уже после его отъезда, я узнала, что беременна. Но, почему-то, решила скрыть это ото всех. И мне тогда было примерно столько же. — Ты шутишь?! Отрицательно мотаю головой. — Это правда. Малыш погиб на третьем месяце. Врачи сказали, из-за нервного срыва. Но я им не верю. Все-таки решаюсь посмотреть на Фиби. По ее щекам снова текут слезы, рот закрыт рукой, а в глазах — ужас. — Я говорю это не для того, чтобы ты себя накручивала. Просто… не повторяй моих ошибок. Колин должен знать, а уж что делать дальше — ваш выбор. Когда договариваю последнее слово, чувствуя тёплые, руки обвивающие меня. Фиби крепко прижимается ко мне и плачет. Я обнимаю ее в ответ и успокаивающе поглаживаю по спине. — Не плачь. Тебе нельзя, — тихо говорю я. Она пытается успокоиться. — Спасибо, — шепчет она.

***

— Давай, Фиб, поторапливайся, — подгоняю Грей, которая пытается уложить все свои вещи в маленькую сумочку. А у меня в руках, между прочим, две коробки с книгами. Они пиздец какие тяжелые, а сестра Теда пиздец какая медленная. Не помню, чтобы я была такой же заторможенной, когда забеременела. — Помощь нужна? — доносится снизу знакомый голос старого друга. — Смотря с чем, — усмехаюсь я. — Слушай, наступит день, когда я услышу хоть один не язвительный ответ от тебя? — с улыбкой спрашивает Макс, поднимаясь по лестнице вверх. — Эм… вряд ли, — усмехаюсь я, ставя коробки на пол. — Мы так давно не виделись, и я просто отвык от тебя, или ты стала еще более тощей, чем пару месяцев назад? — Нет, Макс, прошу, не начинай. Поверь, лекций на этот счет мне хватает вот так. — Правда? Это от кого же? — он язвительно изгибает бровь. Все мужики так делают? — Не твое дело, — улыбаюсь я и, сделав шаг навстречу другу, оказываюсь в его крепких объятьях. Ммм, вы даже представить себе не можете, как я скучала по этому говнюку. Со всей этой хренью: Греем, — хотя он не хрень, теперь -, братом, экзаменами, я совершенно забыла о своих друзьях. Людях, которые мне действительно близки. — Кэт. Между прочим, я все вижу, — заявляет Фиби, неожиданно появившаяся в коридоре. Отстраняюсь от друга и поворачиваюсь к ней, закинув руку ему на плечо. — Ого. А это кто? — спрашивает Макс, окинув Фиби оценивающим взглядом. — Это, Ваше Высочество, младшая сестра твоего главного соперника и возлюбленного, — язвлю я. — Грей? — удивляется он. — Как хорошо, что ты все еще помнишь, кто это, — снова язвлю я. — Знакомься, это Фиби Грей. Фиби, позволь представить, Его Величество, Максимилиан Август Грин I. — Вот черт! — шипит Макс. — Хейс, такими усилиями ты точно превратишь меня в натурала, — все еще осматривая Фиби, выдает он. — Ну, тогда ты точно больше их не увидишь, ни одну, ни вторую, — слышится с лестницы знакомый голос любимого человека. Макс и Фиби резко поворачивают головы в его сторону. Я же мирно разглядываю картинку на стене, но, решаю убрать руку с плеча друга и скрестить их на груди. Еще не хватало. Хотя, на самом деле, это я должна огораживать Теда от Грина. Его Высочество страдал по Грею не меньше меня, если не больше. А когда он ехал, у Макса просто съехала крыша. Он поцеловал меня. Сидел рядом, а потом поцеловал, повалив на кровать. А я, испытывая разрывающую душевную боль, закрыла глаза и поддалась, представляя, что это Тед рядом. Вспоминая сладкий вкус его губ, его запах, который пробивался в нос раз за разом. Но, опомнившись, я оттолкнула его. После этого мы еще долго не могли смотреть друг другу в глаза… Как хорошо, что Теду об этом не известно. — Грей, — ворчит Макс. О, нет, милый, прости. Но в этой схватке ты меня не одолеешь. Если Макс Грин ворчит, называя имя какого-то парня, это значит одно: он что-то испытывает к этому человеку. Чаще всего — «любовь + ненависть». Кажется, он это так называл. — Привет, Макс, — нахмурившись, здоровается Тед и останавливается рядом с сестрой. Это знак. Знак, что я должна подойти и поцеловать его. Придурок! Закатываю глаза, таким образом показывая, что он не должен так делать. Но он лишь хмурится еще больше. Вздыхаю и, подойдя к нему, целую в уголок губ. Но он недоволен. Ой блин… Пятой точкой чувствую, дома мне попадет. — В каком смысле натуралом? — удивляется Фиби непонимающе глядя то на Грина, то на меня. — Ну, понимаешь… так вышло, что… ну я как бы… гей, — честно признается он. — Правда? — Ага. С улыбкой наблюдаю, как меняется выражение лица Фиби, а ее рот открывается и закрывается, хоть из него не выходит и звука. — И так. Что ты тут делаешь? — встревает Тед, обняв меня со спины и положив голову на макушку. — Я хотел пригласить вас. Наверное, вам известно, что выселяются всех, из всех коттеджей. — Это так грустно, — настроение тут же портится. Это святой дом. Здесь прошли лучшие 4 года моей жизни. Тут я встретила Теда. И Дар. И Войса. Макса. Терри. И вообще, дохрена всех. А сейчас их раскидают, и я, возможно, больше их никогда не увижу. — Мы устраиваем последнюю вечеринку в честь этого. Так что, приходите. Я буду ждать…