I will never leave you

Теодор — Что?! — вскрикиваю я. Какого… мать… вашу… хера…??!! Фиби беременна?! От этого пиздюка — Хейса?! Блять, да не может такого быть! Она ведь… она же мелкая совсем. Глупая. Ей всего 19. Какой нахуй ребенок?! — Спокойно, Грей, — теперь я отчетливо слышу голос Колина в трубке. — Хейс, какого хера?! Это дурацкий розыгрыш, да?! Видимо осознав, что я сейчас могу все разгромить, Кэт встает на ноги и делает два шага назад. Она присаживается на край моего рабочего стола. Я же вскакиваю на ноги и начинаю нервно мерить комнату шагами. — Нет, Тед это не шутка. Твоя сестра беременна. — От тебя?! — внезапно срывается с языка. Я буквально слышу, как он рычит что-то нечленораздельное. Он зол, так же как и я. Но я получаю пинок под зад от своей девушки. Она также нахмурилась и смотрит на меня убийственным взглядом, скрестив руки на груди. -Да, Ваше Высочество, от меня, — язвит Хейс. Он делает наигранно-спокойный голос. Очень реалистично. Не знай я его достаточно хорошо, решил бы, что он действительно спокоен, как удав. — А тебе про презервативы кто-нибудь рассказывал? Говорил, для чего они нужны?! — А тебе? — встревает Кэт. Что? Я поворачиваюсь к ней лицом. И встречаюсь со взглядом темно-серых глаз, полным уже не злости, а какой-то печали. Словно, она ожидала от меня другой реакции и теперь очень огорчена этим. Но ее слова… Мне нужно несколько минут, чтобы догадаться, о чем она. «Конечно, идиот. Тебе, похоже, тоже никто не говорил, для чего нужны резинки!» — издевается подсознание. Кэт ведь тоже было 19. Почти 19. Но, в отличии от моей сестры, она была одна. Жила в общежитии и страдала, потому что меня не было с ней рядом. А Хейс может быть рядом с Фиби и помогать ей, поддерживать и содержать. Блять, стоп. «Ты его уже, практически, боготворишь Грей!» Пошло оно все к черту! — Я перезвоню, — коротко бросаю в трубку, не отрывая взгляда от девушки. — Это жестоко, — немедля произносит девушка. — Ты должен поддержать сестру. — Я ничего ей не должен, — заявляю я. — Ей еще и 19 нет, какие дети?! Она ведь учится в другой стране, а с Колином у них разница почти 10 лет! — Но это их выбор, — продолжает Кэт. — Поверь мне, Фиб сейчас тоже не просто. И ей нужна твоя поддержка, Тед, — она спрыгивает со стола вниз и медленно подходит ко мне. — Ты используешь запрещенный прием, — заявляю я, смотря прямо в ее глаза. Мне до сих пор невыносима та мысль, что если бы не моя тупость, сейчас наш малыш был бы жив. У меня был бы сын или дочь. Но я лишил этого себя и, что еще хуже, — это просто разрывает меня на части, — Кэт. — Это не прием. Просто привожу пример. Я ни с кем ни чем не делилась, никто не знал об этом. Потому, все навалившееся и способствовало срыву. Дело даже не только в твоем отъезде, — медленно объясняет она. — Сестре нужна твоя поддержка. Ее взгляд полон уверенности. Она уверена в своих словах, как никогда. — Неужели тебя вообще тут ничего не смущает? Ведь Колин твой брат, пусть и засранец. — Я помирилась с ним, — ошарашивает она. — Да, помирилась. И я рада за них. Потому что мне самой не терпится подержать этого малыша на ручках..... В ее глазах застыли слезы. У предложения была вторая часть. И я прекрасно знаю, о чем думала девушка. Она не может иметь детей. И это ранит меня тоже. — Эй, — беру ее за руку и притягиваю в свои объятья. — Ну не плачь. Слышишь, не плачь. У тебя еще все впереди. У нас, — добавляю последнее предложение с некой надеждой в голосе. Девушка поднимает голову, смотрит в мои глаза, а затем прижимается своими губами к моим.

***

Боже, почему все так? Ну почему я испытываю такие чувства к этой невыносимой девице. Я трахал кучу женщин, но ни с одной из низ у меня не было столько страсти. Ни к одной из них я не испытывал тех чувств, которые испытываю к этой занозе. Ни одну из них я не любил так же, как люблю ее. Мы расположились на ворсовом ковре, которых покрыт пол в моем кабинете. Он жесткий и довольно неприятно впивается в кожу. Но нам плевать. Я лежу на этом чертовом ковре. На мне сверху расположилась Кэт. Она глубоко дышит — пытается отдышаться. Тяжесть ее тела дарит какое-то ощущение спокойствия. Но мне все же тревожно. Из-за сестры, бабушки, всей этой волокиты. Фиби оставит себе своего малыша. А значит, совсем скоро я стану дядюшкой. Надо же, да? Внезапно, меня с головой накрыли воспоминания о моем одиночестве. Том времени, когда я оставил самое ценное в своей жизни мирно спать в своей кровати, а сам, собрав шмотки, отправился в аэропорт. Это был худший день в моей жизни. Я погибал и задыхался каждый день, час, миг — все то время, что проводил без нее. И лишь выпивка успокаивала меня. Поэтому, я выпаливаю вопрос прежде, чем успеваю подумать. — Кэт? — Мг? — отзывается она. — Что ты чувствовала, когда я уехал в Гарвард? И тишина. Снова тишина. — Кэт? — Я… — нерешительно начинает она, обводя выступающие венки на моей руке. — Не знаю. Когда Войс рассказала мне обо всем спустя 2 дня, я словно… вернулась в детство. Вновь почувствовала себя беспомощным ребёнком, которого бросили против моей воли. Я… ненавидела тебя. Ненавидела за то, что сначала ты заставил меня влюбиться в тебя. А потом исчез. Забрал то немногое, что у меня было. О Боже! «Да по сравнению с ней, тебе вообще было в кайф, Грей!» — смеется подсознание. — Мне очень жаль, — выдавливаю из себя, поглаживая ее по спине. — Я знаю, — подтверждает Кэт. — Наверное, давно надо было тебе рассказать, — ну вот и все… настал мой звездный час. — Тогда, 3 года назад я уехал из-за… — Стой! — останавливает меня девушка. Она поднимается на локте, заглядывает в мои глаза и прикладывает мизинец к губам. — Не нужно. Что бы там ни было, я не хочу этого знать. — Почему? — выпаливаю я. Тоже поднимаюсь на локтях, таким образом скидывая девушку вниз, на ковер. Сам же нависаю сверху над ней. -Потому что это не имеет значения. Многого это мне все равно не даст, — спокойно говорит она. Фух! Блять… это было… не знаю, как бы я признался ей. Наверное, так даже лучше. — Только теперь твоя очередь отвечать на мой вопрос, — с деловым видом заявляет мадама. — Может, хотя бы встанем? — предлагаю я. — Мне и тут хорошо. — А мне нет. Поднимайся. Встаю и рывком поднимаю Кэт на ноги вслед за собой. С пола поднимаю свою футболку и натягиваю ее на нее, затем кидаю девушке белье. Она послушно натягивает свои трусики. Сам же молниеносно натягиваю штаны, не заботясь о белье, хватаю девушку за руку и тащу вниз. Не знаю, как ей, а лично мне нравится больше в кровати. Войдя в спальню, толкаю девушку на кровать. Она отползает назад, забирается под одеяло и укутывается с головой. Сбрасываю свои штаны и забираюсь к ней. Под одеяло. Кэт с удовольствием меня принимает. — Ну так что? — продолжает она. Мы лежим друг к другу так близко, что наши носы чуть ли не соприкасаются. — Будешь отвечать на мой вопрос? — Мы играем? — удивляюсь я. Раньше мы действительно играли в эту хрень, чтобы узнать друг друга. Не сработало, как видите. — Считай, что так. — Ладно, — выдыхаю я. — Спрашивай. — Как ты познакомился с Мелани? Блять, что?! Да зачем ей это-то?! Постоянно. Я уже несколько раз избегал разговоров о своей бывшей невесте. — Кэт, зачем тебе это надо? Я не хочу впускать ее в нашу жизнь. — Ты и не впускаешь. Просто спрашиваю, как богатые парни находят себе дам среди богатеньких, — она невинно хлопает ресницами, заставляя мой член дергаться. — С огнем играешь, — предупреждаю ее. — Ну, Тед, пожалуйста, расскажи, — вновь просит она. — Ты просто несносна! — Я знаю. Но ты такой же, раз уж живешь со мной. — Ну, как хочешь, — пожимаю плечами: — Вообще, мы учились с ней в одной школе. Мел там всегда была девочкой с завышенной самооценкой. А все парни бегали за ней хвостом. Потом, после окончания — разошлись, — спокойно, оценивая ситуацию и ее реакцию, начинаю рассказ. — Когда я уехал в Гарвард, то оказался на грани глубочайшей депрессии. — Из-за меня? — удивляется она, приподнимаясь на локте. Просто киваю. — Поверь, мне было столь же паршиво, как и тебе. Наверное, я уже тогда осознавал, что просто не смогу жить без тебя дальше. И все, что мне тогда оставалось — залечивать раны алкоголем. Как-то раз, в одном из баров я и встретил Мел. — И… что дальше? Дальше… все смутные события того времени проносятся перед глазами. — Она правда была доброй. Именно Мел вытащила меня из баров, от алкоголя. Потом я вылечился, и притворялся живым хотя бы снаружи. А потом переспал с ней. Случайно. Но отделаться больше не смог. — А женился зачем? — зевая, спрашивает девочка. Ее глаза уже слипаются. — А это тебе еще рано, — прошептал я ей на ушко, надеясь, что девушка услышит в моей фразе подтекст. Но Кэт заснула. Моя маленькая девочка. Она мирно свернулась комочком меня под боком и посапывает. Подтекст… А действительно ли я готов снова через это пройти? Снова жениться? Жениться на Кэт? Да, легко. Я очень люблю ее. А впрочем… может это я сгоряча…? Подумаю об этом завтра… Мои глаза закрываются и я тоже проваливаюсь в сон.