Зеркало

      Весна — прекрасное время. Словно играя, она тревожит наши сердца, заставляя раз за разом испытывать приятный восторг. Наслаждаться пряным ароматом цветов, нежиться под нежным солнцем, щуриться от яркого света. Что может быть лучше этого?       Но, увы, сегодня весна решила оставить наших героев. А потому полное синевы небо заволокли тучи. Воздух стал гуще, плотнее, заполнив лёгкие, он заставлял дышать чаще, глубже, вызывал дурманящее головокружение.       Ощущалась близость дождя, и будто предчувствуя грозы и молнии, взгляды, эмоции, переживания усиливались, наполняясь напряжением, искрили и мурашками скользили по коже. В такое время эмоции берут вверх над разумом, позволяя людям забыться и поддаться наконец мимолётному порыву. Но кто может быть уверенным в том, что позже не станет сожалеть об этом? Сожалеть о том, что уже совершил или жалеть о том, что не решился поступить так, как желало сердце? Этот вопрос и сейчас тревожит многих людей.       Юнги шёл вперёд быстрыми шагами, не особо беспокоясь о своей спутнице. Союль приходилось бежать за ним, в моменты, когда она безнадёжно отставала. Дыхание сбивалось, в боку начинало неприятно колоть, но малышка Кан не жаловалась. Сомнения разрывали её голову изнутри, перебивая друг друга и смешиваясь в нечто неразборчивое и гудящее.       Увидев, в каком состоянии находится Тэхён, бедняжка словно лишилась почвы под ногами. Она снова причинила боль дорогому ей человеку. Опять стала причиной всех проблем. Если бы её только не существовало, если бы можно было полностью стереть её с лица этой земли, удалить словно разрушающий систему вирус… Стало бы ей проще?       И всё же другое, до этого незнакомое чувство вело её вперёд. «Надежда? Любовь? Вера?» — спросите вы, но нет.       Ей не позволяла сдаться злость. Злость на себя, злость на других, злость на весь этот чёртов мир. Кипя внутри Союль, она не позволяла ей останавливаться, заставляла снова и снова вставать, чтобы доказать не всему миру, а самой себе то, что её жизнь — это не ошибка. Доказать себе, что она живёт не просто так. Малышка Кан хотела прекратить метаться из стороны в сторону, увидеть, что справедливость — это не выдумка и не ложь. И потому она жила, заставляла себя подниматься с постели, и снова шла в этот холодный мир по ту сторону двери.       Спросить в машине о том, не слышит ли Юнги её мысли, сначала показалось малышке Кан безумной идеей. Но, прежде чем задуматься об этом, её губы уже произнесли эти проскользнувшие в мыслях слова. И ожидала Союль чего угодно: насмешки, презрения, злости. Переживая о том, как к этому идиотскому вопросу отнесётся Юнги, она не отрывала взгляда от его лица. Молчание, воцарившееся в салоне машины, смущало её, однако больше всего её удивило то, как серьёзно Мин отреагировал на столь глупый вопрос.       И вот теперь, путаясь в своих догадках, теряясь в сомнениях и переживаниях она бежала за Юнги. А парень всё шёл куда-то, ловко лавируя между прохожими, иногда оглядываясь назад и ища Союль глазами.       «Куда он меня ведёт? Я уже устала! Почему сегодня так холодно? Что он такого хочет мне сказать?» — проносились мысли в голове девушки. Волосы её растрепались от влажного ветра, став более непослушными. Тело разгорячилось от бега, сердцебиение зашкаливало, щёки раскраснелись, а дыхание сбивалось.       И вот, наконец, они остановились. Один из множества парков приветливо встретил их запахами древесной коры, сырой земли. Тучи сгущались, заставляя окружающий мир окрашиваться в серые оттенки. Ветер расшатывал стволы деревьев, заставляя их старчески скрипеть, будто жалуясь на свою участь. Смеркалось.       Вздохнув, Юнги подошёл к дереву и опёрся на него спиной. Глубоко вздохнув, он закрыл глаза и задумался. Союль даже не догадывалась, что мистер Мин готовится ей рассказать. И наконец молчание было прервано. Парень начал своё повествование.       — Знаешь ещё несколько месяцев назад в моей жизни всё было прекрасно. Рядом со мной были люди, которым я был не безразличен. Я хорошо учился, меня все хвалили. Не было никаких проблем…       Союль удивлённо смотрела на парня. «Почему он рассказывает мне о себе? Мы ведь едва знакомы, даже если и неплохо относимся друг к другу…» — недоумевала она.       — Но… Но… Однажды, когда попытался спасти ребёнка от верной смерти, меня сбила машина. Я еле-еле пришёл в себя, а потом долго восстанавливался. Мама выплакала все глаза… — продолжил Юнги с нескрываемой горечью в голосе, — тогда мне приснился сон, про маленькую девочку… Хрупкая, она отчаянно не хотела, чтобы поздно ночью её отец уходил. Как оказалось не зря… Я увидел её счастливые воспоминания о совместной поездке, увидел то, как из всех украшений она выбрала нелепую подвеску с черепашкой…       Союль не верила своим ушам. Это не могло быть правдой, откуда человек, которого она встретила лишь пару дней назад знает самые откровенные её воспоминания?! Но Юнги не останавливался:       — Боль от потери отца. Слёзы, которые она пролила из-за своего одиночества. Безразличие её родной матери. Отчаяние и растерянность — всё это я знаю о ней.       — Но к-как… — прошептала Союль одними губами.       — Я испугался своих снов, мои мысли смешивались с мыслями этой девушки. Я не мог понять, эмоции, которые одолевают меня принадлежат мне или же ей. Запутался и испугался. Не мог никому об этом рассказать… На время, когда я проходил реабилитацию и пил таблетки, наша связь с той девушкой была прервана. Но позже я снова стал видеть мир её глазами. Какую погоду она любит, о чём она размышляет… Каждый раз, когда её эмоции были сильнее моих, они обволакивали меня… Я увидел то, как над ней издевались в школе. Как её принимали за пустое место. Я слышал какие грязные слова говорили ей прямо в лицо…       Тут парень остановился, переводя дух, пытаясь унять своё волнение. Юнги повернулся в сторону Союль и посмотрел ей прямо в глаза. Но Союль не отвела взгляда. От сильного потрясения она никак не могла прийти в себя.       — Ты ведь догадалась, про кого я рассказываю? — грустно улыбнувшись, спросил Мин. — В тот день в клубе я спас тебя только потому, что услышал твои мысли. Потому что понял в каком ты отчаянии… Сейчас ты сильно изменилась. Я тоже уже не тот человек, которым был раньше…       — Значит, это твой голос иногда возникает в моей голове. Это тебя я слышала. А я ведь даже решила, что всё это мой ангел хранитель… — криво улыбнувшись сказала вдруг Союль.       Слёзы катились по её щекам. Девушку трясло. Понимание того, что человек стоящий прямо перед ней видит её насквозь стало для неё сильным ударом. Она одновременно испытывала стыд и облегчение, радость и страх. С одной стороны её пугала мысль о том, что кто-то может знать все её секреты. Но, с другой стороны, она так устала от вечного одиночества, от человеческого безразличия, что не могла не обрадоваться тому, что в этом мире существует человек, который понимает её даже без слов.       — Я не ангел, Союль. Я не знаю стал ли я лучше после того, как мы стали связаны… Теперь люди вызывают у меня лишь недоверие и презрение. Все эти вымученные маски, лживые улыбки. Иногда я хочу снять их вместе с их лицами, впиться в них ногтями… Я ненавидел нашу связь раньше, а теперь даже сам не знаю, как отношусь к ней. Я запутался… Поэтому, Союль…       Но Юнги не смог договорить. Союль еле держалась на ногах. От рыданий она стояла пошатываясь. И без того бледная сейчас она походила на призрака. На мгновение парню показалось, что свет проходит сквозь девушку. Руки бедняжки тряслись, она задыхалась от всхлипов.       «Не знаешь как к этому относишься… Чёртов лицемер, разве сейчас ты способен от неё отказаться?!» — подумал Мин, злясь на себя.       Она плачет, она замёрзла, весенний ветер гонит тучи в даль. Он обнимает её и нежно гладит по голове. Потому что они одно целое. То, что чувствует один, испытывает и второй.

Они — это зеркало.