Зеркало

      Больнее всего людям от предательства близких людей. Людей, которым они доверяют. Людей, которых они любят. Тех, кому они открылись и сделали частичкой себя. Быть преданным таким человеком, словно снова и снова получать смертельные раны. Не трудно оправиться от потери безразличного, чужого нам человека, но рана, оставленная близким, всегда оставляет на душе шрам или не заживает вовсе.       Союль, так сильно желала опять наладить отношения с матерью, ощутить давно утерянную родительскую ласку, любовь. Но судьба любит посмеяться над людьми.       — НЕТ! Я НЕ УБИЙЦА! Я ЛЮБИЛА СВОЕГО МУЖА! ЛЮБИЛА! НО ЕМУ НУЖНО БЫЛО УМЕРЕТЬ! ИНАЧЕ, ОНИ БЫ УБИЛИ НАС ВСЕХ! ВСЕХ! ЭТО ОН ВВЯЗАЛСЯ КУДА НЕ СЛЕДОВАЛО! Я ПРОСТО СДЕЛАЛА, КАК ОНИ СКАЗАЛИ! Я СПАСЛА НАС! Я НЕ УБИЙЦА! ТЫ СЛЫШИШЬ, БРАТ?! ОН БЫ ВСЁ РАВНО УМЕР! Я СДЕЛАЛА ПРАВИЛЬНЫЙ ВЫБОР! ТЫ СЛЫШИШЬ?!       Слова, прозвучавшие мгновение назад, снова и снова эхом раздавались в голове, доводя до безумия.       Хотелось спрятаться. Хотелось навсегда закрыться от этого ужасного мира, который издевался над малышкой Кан из раза в раз.       Отец, самый близкий для неё человек, погиб. Боль, которую девушка испытала от этого, нельзя было ни с чем сравнить. Сколько времени она провела в этом удушающем кошмаре? Каждый раз ложась в постель и засыпая, Союль всем сердцем желала утонуть в спасающей и дарующей спокойствие дрёме. Она не хотела открывать глаза утром, она была готова отдать всё что имела, взамен на то, чтобы вернуть отца к жизни. Но это было невозможно.       Однако, всё же она справилась, она смогла найти в себе силы. Теперь у неё был человек, с которым она была неразрывно связана. Тот, кто понимал и оберегал её. Первый друг, первая симпатия. Такие новые, яркие, но все ещё незнакомые эмоции. Наполняя её жизнь светлыми, мягкими красками, они делали существование Союль терпимым.       Да, её попытались изнасиловать. Но девушка смогла пережить это. Да, она виновата в том, что её лучший друг сейчас находится в ужасном состоянии, отвергая не только всех вокруг, но и себя самого. Малышка Кан, находившаяся в таком состоянии целую вечность, как никто другой, понимала его. Союль чувствовала свою вину, но вместо того, чтобы медленно измываться над собой, находить причину для того, чтобы закрыться от всех, девушка решила просто быть с Тэхёном рядом, поддерживая его.       Нет, больше она не будет убегать. Если этот мир так жесток к ней, то хотя бы назло всем на выживет! Она выживет и снова будет счастливой! И рядом с ней будут люди, которых она любит!       Так думала Союль.       Медленно и неуверенно, но всё же малышка Кан шла навстречу своему счастью. Она решила дать матери шанс. Снова. Она простила ей предательство. Простила ей безразличие. Простила или решила спрятать обиду внутри.       НО ОНА УБИЛА ЕГО! УБИЛА СВОЕГО МУЖА! УБИЛА ПАПУ! И НЕ ЧУВСТВУЕТ ЗА ЭТО НИКАКОЙ ВИНЫ…       Человек может довериться кому-то. Один раз, несколько раз, множество раз. И это доверие, словно драгоценный и хрупкий сосуд, хранится в нашей душе. И если кто-то разбивает его вдребезги, мы собираем его снова. По мельчайшим осколкам склеиваем опять. Опять. И опять. Но чем чаще наше доверие разбивают вдребезги, тем хрупче оно становится. И в один прекрасный день человек решит оградиться от внешнего мира, постоянно терзающего его.       Так и Союль сейчас ощущала себя разбитой. Сломанной. Неправильной. Стоя в узком коридоре, напротив комнаты, в которой отчаянно кричала её мать. Кричала о том, что не жалеет о смерти своего мужа, не жалеет о том, что убила его. Она понимала, что сходит с ума.       Холодными трясущимися руками малышка Кан прикрыла свой рот, чтобы не завыть от отчаяния. Сердце стучало так сильно, что казалось ещё немного и хрупкое тело девушки разорвёт изнутри. Еле-еле передвигая ногами, почти всем весом опираясь на стену руками она добрела до выхода из квартиры. Мир расплывался, вилял из стороны в сторону, шатался, заставляя голову раскалываться. Но вся физическая боль отходила на второй план. В этот миг страдания ей причиняло не тело.       Да, возможно Союль не следовало уходить из квартиры, не поговорив с матерью.       Я просто неправильно всё поняла… Я просто неправильно всё поняла… — пыталась убедить себя Кан. Но женщина, оставшаяся позади, уже перестала быть для неё матерью, с каждой секундой, минутой она становилась в мыслях Союль убийцей, кровожадным монстром, убившем папу.       Слёзы всё не останавливались. Тело охватывало холодом, и он неподъёмной цепью сковывал тело. Девушку трясло.       — Наркоманка что ли? Лучше бы сдохла! — вдруг услышала она визгливый женский голос прямо перед собой.       Союль подняла глаза и с недоумением посмотрела на недовольную аджумму, гневно рассматривавшую её.       — Что уставилась? Такие как ты должны гнить в тюрьме или просто дохнуть! — не останавливалась та.       И эти жестокие слова. Слова, в которых не было ничего кроме лжи стали для Союль последней каплей.       Она не знала, как это сделала. Она так и не поняла, откуда смогла найти силы. Как вообще смогла сдвинуться с места, но она смогла.       Резко оттолкнув от себя неуёмную хамку, малышка Кан понеслась вперёд. Она не знала куда бежит. Не знала зачем. Просто бежала, бежала от своих проблем, от своих страхов, от своих догадок.       Пока мир наконец не начал отступать. Голоса затихали. Предметы окончательно теряли свои очертания. Тело стало чужим, руки и ноги перестали подчинятся своей владелице, словно следуя чужим указаниям.       Шаг. Шаг. Шаг. Больше она не бежала. Полностью ослабнув, девушка упала, сильно ударившись об асфальт, но совсем не ощутив от этого боли.       Мир окружила непроглядная чёрная пелена.       Кажется, в этот раз я и правда умру… — подумала девушка, так и не поняв, испытывает она от этого радость или страх.       -Юнги, прости. Я, наверное, слишком устала… Я так устала… — такими были последние слова, безжизненной трелью прозвучавшие в её мыслях.