Влюбился, блин.

В жизни Гэвина все поменялось, когда в ней появился его новый напарник. Андроид модели rk900, или просто Ричард. Высокий, холодный тип, который даже ни разу не улыбался. Ну естественно, он же не умеет чувствовать. Как рассказывал Коннор, новейшим моделям вшили что-то в программу, и они не могут стать девиантами, что Гэвина очень расстроило. Ну сами подумайте, уже «заебало это кирпичное еблишко» как говорил тот же Рид. Все же, хоть он и не был девиантом, этот пластик поменял жизнь Гэвина Рида. Он стал смотреть на мир по-другому, особенно с того момента, как кольцо с его пальца наконец полетело в мусорку. (этот брак был слишком долгим и мучительным, что бы продолжать его). Гэвин замечал все мелкие детали, даже знал уже каждую родинку на лице этого Ричарда, которого он вроде-бы ненавидел. Знал наизусть эти чертовы ледяные глаза, которые захватывали детектива до такой степени, что он будто перемещался в какое-то другое измерение, где холодно, но Гэвин верил до последнего что где-то там, далеко, таится огонек, который разожжет сердце этого бесчувственного пластика. Стал более… Чувствительным? Да, наверное так и есть. Его будоражило с любой раздражительной вещи, или же радовала любая мелочь, по типу: «В Детройте открыли новую детскую площадку. Детям — лучшее!» Любовь Годы меняют человека. А Ричард… Он чувствовал, но внутри. Программа не давала показать свои реальные чувства, а красная стена, которая вечно стояла пред ним становилась все крепче с каждым разом. С его кистей капал тириум. Но его никто не видит. ПО говорит за него. ПО действует за него. ПО это он сам, но не настоящий!.. Настоящий он всегда улыбался в душе, когда видел редкую улыбку вечно недовольного напарника, настоящий он всегда грустил когда видел того же разочарованного Гэвина и всегда в такие моменты он хотел его обнять, да покрепче. Но эта надоедливая стена никогда. не. давала. это. сделать. И тогда Ричард понял, что влюбился. По уши влюбился. Но Гэвин никогда об этом не узнает. По рукам продолжает течь синяя кровь. Они все больше и больше болят, но он продолжает ее бить. Но нет. Она ни на пиксель не поддается. Иногда Гэвину хотелось сказать Ричарду: «Эй, Рич, улыбнись!». И однажды он сказал.  — Я не вижу в этом смысла, детектив. — такого ответа не ожидал даже он сам. Но ему хотелось сказать совершенно другое: «Для тебя все, что угодно, Гэвин», и улыбнуться. Он ненавидел ту программу, что в него заложили.Он ненавидел эту гребанную стену. Он ненавидел весь Киберлайф, душой ненавидел. И еще он ненавидел Гэвина. Ненавидел любить его. Да и Гэвин тоже. Он давно не чувствовал любовь, а влюбленность подавно. Но с появлением Ричарда он вспомнил, каково влюбиться по-подростковому. И он это признал. Теперь попробуй признаться. Вот с этим у него всегда были проблемы. Рид хорошо помнит, как в старших классах пытался рассказать однокласснице в своих чувствах. ничего не вышло. Он промямлил что-то, а потом, будучи всем красным, убежал, так и не дождавшись ответа. А тут андроид, да и мужик причем. Было странно. Никогда Ричард не влюблялся, так еще и в напарника, который его ненавидит. Да, по поведению Гэвина это было понятно. Вечные огрызания, обзывания и всяческие унижения. Шансов просто нет. Но, ведь надежда умирает последней, да? Так думал и rk900, безнадежно влюбленный андроид. Который не может показать свои чувства. Никак. Программа просто не позволит… Обидно, очень даже. Гэвин наконец решил действовать…

***

Шел рабочий день. После очередного дела Гэвин вышел на перерыв. Просто прикурнуть. Погода была отвратной, да и настроение тоже, но почему-то для признания Рид решил выбрать именно сегодняшний день. Кто знает, что у него было на уме? Он сам не может ответить на этот вопрос. В голове весь день крутились мысли о нем, так еще и он всегда был рядом. Я думаю, вы поняли о ком я говорю, потому что Гэвин даже подумать об этом имени не мог, не то что сказать. Было слишком стыдно, но ливень на улице расслаблял. Кому-кому, а вот по-гэвински дождь — прекрасная погода, ведь только в такую погоду на улице почти не было людей, и можно подумать о жизни. Такие моменты были очень редкими, но раньше все-таки удавалось насладится ими. Ричард тем временем пытался сосредоточиться на работе. В некоторых случаях программа помогает, но все же, лучше-бы, что-бы она не становилась преградой. Он видел как Коннор бросает на него взгляды, полные сожаления и Рич даже понимал почему. Андроиды могут конектится друг меж другом. Это знают многие. И конект показывает полностью сознание другого. Так вот, Коннор как раз знал об этом всем. И даже о том, как Рич любит Гэвина. Хотелось взять пистолет и просто застрелиться к чертям, но нет, опять стена. Сколько раз он пытался ее разбить? Тысячу? Две? Подсчеты он не вел. Попробуй обхитри эту систему, все равно не выйдет. Одно и то же, каждый чертов день. И вот сейчас он идет за Гэвином, который вышел на улицу дабы покурить. Сколько его ни заверяй, что табак портит его легкие, он плюет на это и продолжает курить. Просто уже нет смысла. Рид зажигает сигарету и делает затяжку, выслушивая очередную лекцию о вреде курения от Ричарда. Выдыхает клуб дыма ему на лицо и говорит с усмешкой:  — Завали. Я и так знаю что это меня убивает. Как до тебя еще не дошло, что я этого только и добиваюсь, пластмаска? — Делает очередной вдох и продолжает. — И какого хрена ты вообще везде за мной шатаешься, а? Бесит чуть.  — Приказ. Я обязан ходить за Вами и защищать Вас. — Ричард продолжает смотреть на него. — Можно личный вопрос, детектив?  — Валяй.  — Почему Вы меня ненавидите? — Ричард перестает дышать. Точнее делать имитацию дыхания. Для него было важно знать, почему. Гэвин задумался на пару секунд. Вот наверное тот самый момент. «Либо сейчас, либо никогда» — думал он, выдыхая дым.  — А с чего ты взял, что я тебя ненавижу? Да с твоим появлением все мои мысли забиты только тобой! Я не могу просто взять и прожить день, если в нем не будет тебя, и мне становится плохо от этого… Я ненавижу не тебя, Ричард, я ненавижу то, что люблю тебя! — Рид не сдержался. Он тихо всхлипнул и так же тихо продолжил: — Будь, что будет… Ричард внутри паниковал. Сильно паниковал. Но снаружи он так и стоял, с каменным лицом. Стена все так же, перед ним. Он бьет ее. Она ломается. Потихоньку, но ломается. Неужели… Но программа все-таки сказала за него.  — Я не девиант. Я не умею чувствовать, и, к сожалению, не могу ответить вам взаимностью. Гэвин думал, что все так и будет. Рид уронил сигарету и всхлипнул. Так ведь было всегда. Френдзона — его друг. Но следуйщих действий Ричарда он точно не ожидал. Ричард сломал стену. Спустя столько мучительных месяцев, он смог. Ему только что признались в любви. Признался тот, по кому он сохнет 6 месяцев. Удача ли это? Возможно. Выражение его лица сразу поменялось на удивление. Рид не мог это не заметить.  — Как же я ненавижу эту программу… — Сказал Ричард и смущенно почесал затылок, отводя взгляд. — Вот прям всей душой. Веришь?  — В-в смысле?.. — Он посмотрел на андроида, который стоял перед ним. Тот шагнул ближе к нему.  — Стена исчезла. — Ричард немного нагнулся и глубоко поцеловал Гэвина в губы. Рид не то что удивился, он прям-таки охуел. Спустя пару минут он отстранился.  — И что все это значит? — Все так же ошарашенно и смущенно спросил Рид.  — Это значит, что мной все это время управляла программа, а еще то, что… — Он на пару секунд остановился. — Я тоже люблю тебя, Гэвин.