Каменная проблемка

      Утро не задалось с самого начала — настойчивый будильник грубо вырвал Олежу из сладкого сна. С трудом разлепив веки, парень тут же ощутил резкую боль чуть ниже пояса. Рука тут же метнулась под одеяло и нащупала гранитно-твердый ствол. Каждая венка на члене набухла до предела, натянутые сосуда болезненно ныли. Душнов едва слышно простонал, поняв, что его ждет сегодня…       Парень уже пару раз сталкивался с похожим состоянием. Измученный член упал лишь на следующий день и болел потом еще около недели. Но сейчас все было немного по-другому…       Волна возбуждения накрыла паренька с ног до головы. Острый клычок впился в губу, очередной глухой стон сорвался с уст. От паха к груди распространялся адский жар. Все внутри Олежи горело, грозясь выплеснуться наружу. Сделать шаг или хотя бы встать с кровати было практически нереально, но оставаться дома было решительно невозможно — Антон Эдуардович, воистину самый горячий препод в мире, грозился подкинуть директору идейку об отчислении Душнова, если тот снова прогуляет его урок. А это парню явно не нужно…       Мысли об Антоне Эдуардовиче и содержимом его штанов занимали паренька уже очень давно. Вновь предавшись их сладости и не отдавая себе об этом отчета, Олежа вдруг понял, что опаздывает! Сердце, пару секунд назад щемящееся от возбуждения и волнения, сейчас испуганно йокнуло, и он, успев только наскоро почистить зубы, понесся в школу со скоростью света. До урока оставалось три минуты.

***

      За окном еще мерцали в зимних предрассветных сумерках звезды, снег укрывал сплошным ковром деревья, улицы, здания… Но, Олежа не замечал зимних красот. Он не мог думать вообще ни о чем, кроме того, как громко сейчас стонал бы под ним Антон Эдуардович, с надменным видом повествующий о производных карбоновых кислот. Знал бы он, что скоро его фантазия станет реальностью…       Буквально лопающийся от крови болт высоко поднимал тонкую ткань школьных брюк. Олежа дрожал, словно лист, изо всех сил пытаясь прикрыть его. Но все, чем парень накрывал свое орудие, тут же промокало насквозь. Смазка текла из уретры ручьем, трусы и брюки пропитались ею раз и навсегда. Димон Шашлык, сосед Олежи по парте, каким-то неебическим способом умудрялся не замечать проблемы своего кента. Или, умудрялся? Ответа у Душнова не было, лишь очередная фантазия, но уже с участием Побрацкого.       Интересно, у него на самом деле такой большой, как Олеже казалось, или нет? В раздевалке Душнов заметил, что бугор Шашлыка самый большой, но какой-то не совсем обычной формы… Воображение Олежи рисовало просто огромный, почти конский, болтец, но ум подсказывал, что что-то дело здесь нечисто… Во всяком случае, нет ничего круче, чем трахать крупнокалиберного самца — такие в постели обычно податливые сучки, готовые на все, чтобы ублажить своего партнера…       Олежа так глубоко погрузился в свои фантазии, что даже не заметил, как Антон Эдуардович к нему обратился:        — Так, Душнов, какие есть способы получения сложных эфиров, кроме этерификации?       Парень испуганно распахнул глаза. Он совсем перестал себя контролировать, из-за чего смазка полилась по его бедрам, стекаясь прямо на пол. Звездочкин грозно смотрел на него, загораживая свет люстры. Олежа вдруг оробел, и случайно в его голове поселилась мысль, что в их сексе нижним будет точно не Антон…        — Простите… — пролепетал паренек, дрожа всем телом. — Можете повторить вопрос?..       Учитель уже было открыл рот, чтобы обругать нерадивого ученика, но был прерван Побрацким:        — Извините, Антон Эдуардович, у Олежи большая проблема! Можно я отведу его в медпункт?       Душнов с благодарностью посмотрел на Шашлыка, а тот не отрывал глаз от Олежиного болта.        — Не стоит, — отмахнулся вдруг Звездочкин, заметив стояк. — Мы эту проблему можем и здесь решить…       Олежа не верил своим ушам. Неужели он правильно его понял? Душнов огляделся. Парни и девчонки с большим любопытством смотрели на его пульсирующий под тканью орган. Стыд жег его изнутри, но еще большим пламенем в его душе было вожделение.        — Приятный запах… — пробормотал Антон Эдуардович, запросто срывая пуговицы на ширинке Олежи.       Тут парню стало еще стыднее — член торчал, так сильно натягивая его пижамные трусы с медвежатами, что вся его промежность была оголена, а яйца уже давно выкатились из тканевой защиты. Трусы были темные от влаги, Звездочкин взял болт в левую руку, присел на одно колен и жадно впился прямо в головку губами.       Олежа едва сдержался, чтобы не закричать. Он схватил учителя за затылок и принялся натягивать его горло на свой болт. Антон держался, как профессиональная давалка, позволяя долбить себя прямо в пищевод. Вдруг он остановился, вытащил хуй из горла, сорвал с него трусы, порвав к чертям ткань, и бросил ее на одну из парт. Одноклассники с животным желанием в глазах тут же принялись нюхать и лизать доставшийся им трофей.        — Тут я один не управлюсь, — Звездочкин подмигнул Шашлыку, на что тот хитро ухмыльнулся.       Димон сразу все понял, обошел парту и присел рядом с учителем. В какой-то момент они одновременно схватились ртами за горячую плоть. Их шаловливые язычки сплелись между собой, проникая прямо в уретру. Перед глазами Олежи все померкло от кайфа и он кончил, рыча, как зверь.       Все удивленно посмотрели на парней, отвлекшись от клочка ткани. Сперма вылетала из хуя, словно вода из шланга, забрызгивая все вокруг. Ароматная жидкость пенилась и бурлила, лица Шашлыка и Антона исчезли под белыми масками. Яйца сокращались, вырабатывая семя минут десять, пока это наконец не прекратилось.       Но, проблема не была решена! Олежин болт как стоял по стойке смирно, так и стоит. Парни озадаченно глядели на него.        — Мда, не получилась… — проговорил Антон, собирая сперму с лица пальцами и с удовольствием глотая ее.        — Кажется, я знаю, чем помочь… — сказал Димон, вставая с колен.       Ткань его брюк тоже дыбилась от стояка. Быстро расстегнув ремень, Побрацкий стянул штаны с трусами, и Олежа ахнул. Из промежности Шашлыка торчало аж два толстенных шланга!       Тем не менее, парень не обратил внимания на свои хуи, вместо этого разминая пальчиком очко. Не прошло и секунды, как Димон, постанывая низким голосом, сел на болт Олежи.        — Бля! — крикнул парень, не сдерживаясь. Его кольцо плотно и жарко обтягивало член, Душнов никогда не знал такого ослепительного кайфа.       Шашлык, не слезая с хуя, умудрился положить партнера на парту и принялся скакать на нем, раздалбывая вдребезги свое очко. Олежа потянулся языком к его членам, но не успел — ему в лицо полетели сразу две мощных струи. Сперма Димона на вкус была охуительна, но еще более охуительным был оргазм Душнова. Нутро Шашлыка было залито его семенем.       Судорога схватила тело Олежи. очухавшись, он с удивлением обнаружил, что болт еще стоит.        — Ну что, — раздался голос учителя, — кто следующий?